 Жития Святъх, Святителя Дмитрия Ростовскъго. Месед септември, 20 ден. Житие и страдания святаго Великомученика е в статия Плакиде и подружие го Ичад, redfullyprevox.org. Водни царства Траянова живяше време некие воевода именен Плакида, добророден и славен, и паче и на их богат. Рабържи вбраних толико яко само име и го страшно врагом бе. Сей е кда цар римски и тит воева юдеискою землю, бъзтизящниши вощ римских воев и многое мужество на браних показа. И до лопоклонних же сей верою дала християнска е в житие своем показуваше, алчущия питая, наги и одевая, падающиям в беду помогая, и отус и темници и многих свобождая. Ножа е жирадуваше се усем, екда кому благодетелство е подъде рукопомощи в беде суштему, неже екда рукою свое ювраги победи. И бяше яко други корнили и Его же апостолюска е поминаят деяния, во всех добрих делих совершен, то че и у нея ме святея в Господа нашата и Иисуса Христа вереи, без коя е вся добре дела мертва суть. И мееше же супружницу такожде добродетельно, во всем е му подобиштою с я, с нею же роди два сейна. И бе плаки да с женою своею зело добре милостив ко всем. Сега то, че у ему не доста ваше, да познаят един аго истинна го Бога, е го же не веде и дели добре мечтяше. Человеколюбец же е Бог всем, хоть а изпасти се и не презирае и добре творяштих, не презрей се го добродетельного мужа и не остави и го от ми и долския прелести погибатие, но той е му же во всяком языце боя и се Бога, и дела е и правду приятен ест, приятна е го себе сутвори и изволи путь спасение му и вити се въим образум. Бившо плаки да е во един от дни по обичаю своему на лове зверей со слугами своими, обрете стадо Еленей и устрои в конников начагоните Елени. Виде в же Еленя во всем стади большего, погна за ням и отлучи се Елен от стада, отлучи се же и плаки да вдвоев своих с малу и дружину и го ня по ням, слуги же последующи и му изнемокше оставше се далече. Плаки да же е едини ме и коня бъй стрейше го погна дали за Еленем по впустиню. Долго же го нящо е му и далеко за Бекшо, Елен той взейди на високие камени стана Нем. Приехав же близ плаки да е един, помишляше в себе како въм боя образум то го ловит Еленя и смотряше на него. Бог же Штедрии устроя и всяки ме образи изпасения чоловеком и ими же вест судьбами наставля и на пути стинни, то и лови ловца няко же корнилия Петром наяко Павла явля ням своим. Стояшто бъп плаки да е долго и на Еленя зряшто, е висиемо Христо с го сподсицева има образум. Крест Светел зело посреде рогов Елених показа ся, на него же плаки да смотря виде подобия плотико Христо, пригвожден на го за нея Иисуса Христо. Удивляющеся же остранно в том видение, услежа тамоглаз к себе глаголюшт, что ме гонише плаки да. Я би е си мбожественим гласом, паде страх на него и спад с коня на землю, лежаше яки мертъв. Едва же в себе пришед рече, хто е си таи господи глаголи и комни, господ же рече е му, аз е са ми Иисус Христос и же боксъй, спасение ради чоловеческа го вплото облекше се воли у по-стредах и крест претърпех. Тъй же ме не веда и чтежи. Добре бътво я дала и многие милостъйни взаи доше пред мя и помянух спасти тебе. И сега радия вих се тебе на съм животни, да уловлютие в мое познание и при соединю верни мръбом му им. Нехошто бу да чоловек праведна е дела творяв неприязнен их се тиховя спогибнят. В оставже плаки да от земли не види никога же и рече. Найне господи верую, еко те е си бок небесе и земли и творец в сей твари. Тебе обупокляняй се единому и нагу же кроме тебе бог от селя знати нех уж то. Молю же те господи, наставим е что имам творити и бъй с глас кнем о глаголи. И дико е Рею християнскому и крести се от него и той те научит с пъсенному пути. Сяслише в плаки да изполни се радости и умиления, и па че на землю с лезами поклони се явлюще мусимо господу и каяше ся, еко дотоле не видя правдъй, не знаяше бога истинного. Радуваше си, же духо мяко сподоби се таково и облагодат, и я же и го к познанию приведе и на путь права и настави. Седжена коня, возврати се к своим веселий духа, никому же поведа е бъйвше. Ек даже возврати се от лова в дом своя. Поятно особно е месту супружницу свою и возвестие, и вся я живи и слыша. Уна же рече. А сме му ше чуя ношт, слышах некоя глаголюшта кумни. Тъй и муш твой и сейнове твое утро прийдете кумни и познайте ме, и, Иисуса Христа, истинна го бога, дай още госпасение любиш тим мио. Не отлагай му обу, но скоро творим повелено е нам. И бъйвше и нощи повелеплъки да поискати, где живете ереи христиански. Уведав же доме го, поят жену и чада и неки от верних слуг своих, и и дошав дом ерея имени Мюанна, и му же вся подробно возвестише о господними мявлени, и про сях укрещени от него. Он же слыша всия про слави и бога, собирающта го отяза и клюди благоугодния себе, и научив их света и вере, сказа им вся заповеди Божия, довольно же получив и молитва сотворив крестиях во имя отца и сайна и света го духа. И дано бъй сплъките во святом крещени и ме е в статии, супруги же его теопистия, са ином же и хагапи и теопист. И причастив ереи тайн божествених, отпусти с миром глаголя, Бог буди с вами, просветив и вас святом познание своего, и призвава и в наследие жизни вечния, в нея же егда видение го насъщайте се будете, помините имене духовна го отца вашего. И от и доше в дом своя бани окрещени от рождени и испълнени ни изречени ния радости. Осветибо благодати Божия и их души и уследи срца, яко мнете се им на небесия неназим ли бъйти. Вутри же дне е в стат и всет на коня, и взем малу отслуг, поиди, аки налов на оное место и дежи види Господа, да там облагодарени и воздасти му в неисповедимых и го дарих. И бъйв на местито мръсла слуги своя глаголя, поищите лова. Сам же следще с коня пъде на землю на лице своем, сплачем му лязи и благодаря Бога таково и го не изречено и милости, яко изволи го с домом, святом вери и просветити. Врочаше се, що и Господа своему возлагае се на и го волю благою и совершеною, и по свои благости всео нямо строит на пользу, яко же вести, яко же хоштет. И име там у откровение у и мущих на него прийти на пастих и скорбих, вслише Бог Господа глаголюща к нему. Ев статие, подобай тие види вери твое дело и надежде не сомнение, и любви твое яко мне осердие. Ся же не в време на их богатствах и благополучи и суетно мно, в нищите и на пастих познавают ся. Имаше обо во многия прийти с скорби и изкушен бъйти бедами, якоже други иов, да яко злато вгорнили изкушен бъйф достойним не обряштише ся и приемеше венец от рук му их. Ев статие же рече, Господи, се е съм пред тубою, твари со мною я же хоштеши, готов от рук тво их вся с облагодарение прияти. Той ба облак и милости веси, наказваяш изпомилуване мяко отец, и не имам ли от милосердни хрук твои хотеческога прияти наказания. Ей, готов я са мяко рапа в ся на мя возлагая мая носите и терпети, то, че отвояв се сильная помощ да бъде с у мною. И пак и слъйше глас. Най не ли хоштеши прияти с скорб или в последния жития твое годни? Ев статие же рече, Господи, а ще невозможна минути изкушението, не й не дащ при терпети ти е бедъй, то, че и опусли помощ твою да не повидит злой от торжет милтлюб ве твое я. Господже рече, дързая в статие, благодати ба му я будет с тобой охраняш тетя. Ек даже в оглубину смирение приидеш и аз вознесутя и прославлю на небеси пред ангел и моими, но и пред человеки почту тебе. По многих боскорбих паки отешутя, и в первъй твой сан в чиню. Тъй же неовременно и част и возвесели ся, но всем, яко имя твое в книгах написано ест животних. Тако святе е в статии невидимо мусобеседо е Богу и откровение го почерпая, многие на том месте исполни се духовния радости и благодати Божия и возвращашеся в дом своя божествено и разжигая се любов'ю. Неотъй же се го и отчесния своя я супруги, но сказа и вся я же от Божия оведа откровения, еко имат на них преди многие напасти и скорби, их же подобаят мужествено го сподъради терпетие. Ся же ся ще претерпят добре, обратите им го споди в вечноя веселия и радост. Слише ще то благоразумно е жена рече. Воля го сподне с нами да будет, то, че осем прилежно молиме го благостъйню да подаст нам терпение. И живе го во всяком благочести и честности подвязающе се в постей молитвъх, творяще милостъйни обоги и бължия первъх, и проходяще всякие добродетели усърдно паче перва го их добръго жития. Не по многих жедних, бого попустившо, в недоша болезни и смерт в доме го, на чоловеки же искоти, и разболеше се вси живущи и во дворе, и по малом време не изомроша мало не вси ръби, и искоти и всяко е животно. Покрадоша же и тати и мене и их, но ще входяще в сокровища я же не бяхо уже стрегома. Наще, жекотори от работи живе, то болезни одержима и не одрележаше. И в малем време ни славни он и богат и воевода обнища, и не опечали се осемни по скорбе, во всех сих приключивших се не погрещи в стати, но благодаря бога, аки други и в глагола. Господи даде, Господ от яд, яко Господи ви изволи се тако бъзть, буди ими господни благословено в веки. И отишаше супругу свою, да не скорбито байваме их. Уна же пак и го отишаше, и оба с облагодарениям терпяхо, возложче се на волю Господа своя го, и отишахо се надежди о милост и Божия. Видеже в стати и себе обнищавша, умисли отъйтися от всех знаемых, и в далекой стране посреде просто народа скривши благородство своя и сан великий, снищете и смирение жити, да тако без всякъго припятие и молвъй работето обнищавшему и смирившему се спасение ради нашого Христу Господу. И, советувавши о том с своим подружием, оставише време изшествия своеговнощи и сутворише тако. В отаивши се домашних своих, и их же зело мало Остасия и то больних, появяше двох своих отручат, и изменивше одежди многоценния, облекоше се в рубишта. Вземше малу отимения е лико взяти мужаху изъедоша ношти у издому своего, оставляюще вся Бога ради, славо и чести богатства, их же аще лише се е встати, и обаче мужаше удобно пакионе е стежати, сущи великородни са новен, и любимий царио, и от всех почитаймой. Но вся сия умет и в мене бъйти да приобрещат Бога помощника себе. И хождаше по незнайма и местам, кре си от познание чоловеческъго, удаляше се бега и в удворяше се посреди при простих и невежти. Тако изше, че из пресветлих палат своих, странствуваше Христов подражательни и ми, где глава и подклонити. Скоръж изотвори се ведомо царио и всем вель можем, еко любими и их во и вода плъки, да не ведомо камо скрися, и дивляхо се, что имо приключися, погубил ли кто е го от врагов домашних, или сам неким погибе случаем, и недоумевахо се о нема. Печалехо се живе льми, и взаискания творяхо, но не възмогоше оведете тайни божия, не встати и деющиеся. Хто буръзуме ум господин, или кто советник им объйзть, прибаиващо же е встати и в некоем не знаемом месте, речеем уже на и го. Доколе господи, мой, зде живем, поидем от седов, страни далеки, е да некогдя познаят нас, кто и будем в поношение, знающим нас. И в оставше с дитми поедоша в египетскою страну. Ще че же неколик однии прии дошек моря и обрече в пристанищи корабль, и же хотяши ки гипта от плъйти в недоше в него и плъйти на чаша. Господин же корабля Тугобе Варвар, Свиреп Зело. Той видев жену е встатие в окрасно, уязвися на ню и мисляши лукаво в сердце своем, хотя и себе отяти уонаго у бога гочеловека. Припливши же е кбрего, на нем же подобаше е встатие из корабля и ити в путь своя. Господин же корабля она го взя за превоз жену е встатиево. Е встати же противише себе му и не хотяше дати, но ничто же возможе. Ибо Свиреп е он и безчеловечни Варвар обнажив меч, хотяше е го убити и в връщи в море. Не бъй ст, джеда кто поможете встатие, и на час сплачем припадете к ногам злагу того человека муля, да не разлучайте го с любима им подружим. Но не тако, что успе конечнибо изрече от вет глаголя. Или отиди молча, а ще хоште ще жив бъйти или аби е зде умри от меча сега и море си е гробти будет. Тога е встатие из двумя чадам и зайди из корабля ри дайа, навклирича он и отпустив корабъль от брега, воздвиж ветрила и я ся плаваню. Ко е там обера злочение бъг угодному человеку с цело мудренною и чесною супругою своєю. Един друга го провождаше слезними очесъй и ридающим серцем. Ридаше е встатие из чад и стоя на брезе, ридаше жена е го в корабли от мужа от темлема и в неведомо страну от водима. И кто изречет жаление и плачи ри дани и их. Стояв же е встатие на брезе, смотря за кораблем до нележе можаше очесе и озрети, та же я се поти плачущи и ведей с собою недорослих своих мъденцев към муж уже не, чадъж е плаках у матери своей. Сим то, че облажена е та душа от ишаше себе, яко такова е приемлит от руки господни, без его же воли ни, что же творите се над ним можето. И яко насие в веро, светую позван бъйсть, да терпеним течет к небесному отечество. Но не уко нет с печали моним, ибо больше е паче первих на хождахо. Еще не забъй первия печали, а уже другия при спеваху. Еще недавно разлучи се супруги, а уже и чадъли шеня незадолго. Случи се бо напути река наводнена и бъй стръзело, ненеже ни привоза ни моста не бе, но тако он е уподобаше приходити и невозможно бе да оба чада вкупе принесет на он пол рекито я. Посадив обоедино от руча на Брезе, другое же взем на плещи, чрез реку понесе, и принес на он и брек посадие, и возвръщаше се по другое от руча, да и той е тако же принесет. Бъй вши же е му посреди реки воскрича от рук, и возвето, че е в стати и озре льва притекша, и же похитив от рук по бежев по стъйню, и стояше в стати и зря и жалостни бопия, да ненеже не бе видeti звери с похищенни от ручата и мобигающа. Возврати се же в спят, имея надежда на другое от руча, но ище не оплака единого от ручата, а уже и по-другом плакати при спе. Возвръщаю, че се боиму к другому, се в незапопрете, че волк и в восхитие тога от рука, и понесе в лес. Тако бе человек, он е от всюду обят печальми посреди реки стоя в мори слез своих утопаше, и кто изповест болезни серца и го, рейдания и плач много. Лише се супруги цело мудренния, единоверни и святия, в печалех и го отешаше. Лише се чад на них же взирая в скорбих своих отраду и меже. И чудово истинно, яко человек, он живо стася, яко не пъде посреди води изнемокши от печали. Крепка я въишния годисница укрепляше его в терпение, и жебо попусти на него таково изкушение, все и по дъде и терпение. Из шеджи изреки плака на месте том довольно, и иде в путь сетоя. Единим то, че отешаше се отешителен богом, в него же верова и его же ради вся сия носит. Не поруптажа на бога и не рече, нато ли ме господи призвали си в твое познание, да и супруги и чадли шусия. Таковали вери и польза, да всех человек бедниши и буду. Таколи верних своих любиши да разточени друг от друга погибнут. Ничесо же такова го рече праведни и они тръпеливи муж, но преклонива и усмиренно кланише се богу благодаря о его таково посещение, яко рабов своих не в благополучи мирско мислюет на и отехи, но вскорбих и бедахи ме ти хоштит, да в будущи и век вечною радостю и веселия ми ху тешит. Бог же вся на полюз отворя и попуска и беда и на праведна го, не къзня, но изкушая веро и мужество его и не в печали, но в терпение е го добре благоволя и благодарение го послуша яй, яко же сухрани и оново чреве кито ве неврежденна, тако и обача да и го зверми похищен на и в остах звери на их цели и здрави соблюде. И более въише приплъй в реку са отручатим, ни маловреди е го. Ек дабо не сяше го в пустъйню, пъсто си узреща и начаше гонити за ним кричаще, он же поверг отруча здраво, сам бежа. Також да и волка не сушта отруча живо зреща рата и пъкно ше и побегаше за ним. Он же остави им отруча цело. Пъсто си же и рата и изъдиния веси беше, и же поимше отручата боспиташе их. Евстати же сега не веди и дяше по-пути и ово благодаря бога в терпение, ово от естества побеждаема и плакаше и глаголя. Увъймне, иногда богато бъйвшо, ней не же нищо и обнажено. Увъймне, иногда славою цветушто, ней не же безчесно. Увъймне, иногда домовито, ней не же странно. Бех иногда яко древо много листвено и благоплодовито, ней не же аки ветви сохшея. Бех окружаем в дому другами, настогнах слугами, вбранех воеми, ней не же остах се един в пустом месте. Но не остави ме тъй господи, не презри ме тъй все вече. Не забуди тъй все благи. Господи, не остави ме до конца. Помянух господи, славеса твоя на месте, и дежи е вил си си неречен ная, прияти имаше напасти яко иовъ. Но се боле иовъ на мне бъйсть. Он буа ще лише се своя го имени и частину на своем смети, ще се дяше. Аз, жена чужей страна, не вим, към обръщуся. Они ме утишающе и го други. Мой же отишение, чада му я возлюблена я, де ви извери в пустъйни си, отем шест не доша. Внаште и чад своих лишен бъйсть, но можаше от супружница имете некое отехо и послужение. Блага е,же моя сужителница в руки беззаконна Говарваръв П.D. Аз, жяко трост в пустъйни бори и у горких моих печали и колеблюся. Но не прогневайся на мя господи от горести сердца глаголюща го. Глаголюбояко чоловек, но от тебе промисленники моем и строители поти моего отверждаюся и на тебе надеюся и твоею любовио якоже хладно и русою и да и хаюш тим ветру молгань печалимоя я прохлаждаю и твоим желание маки сладости у горест бед моих ослаждаю. Тако е му с воздиханиями слезами глаголющу дойде до некие веси на рица мая Вадисис и вшеед в ню нача работат и наемлющи се у обитающих тамо да от труда своего питаяця. И работаше дело, наише прежде и трождаше се в том, к че сому не объикъл ест. По себе му моли можето я веси да булит страх жито мих. Унижа е му зато да дают зело малъй некий наем и тако живяше в той веси 15 лет в велици и нищите измирени, в трудех же многих от пота болица своего хлебя дяше. Добродетели же его и подвиги, кто изповест? Рассудите всяки можето, нивче сомжи и ном тако упражняше се якоже в молитвъх, постех, слезах, бденях и воздиханиях сердечних, возносяк Бог у очи, руце же и сердце, и отего благо отробия, милост и ожидая. Чада же е го недалече войно и веси воспита на бъйша, у них же он не ведяше, но не у них знаех о собою, ведено и живуще веси. Жена же е го яко другая, иногда сар бъйств хранима Богом ничистоти Она Говарвара и же тога же часа, екде от я и у праведного мужа поръжен бъйс некоя и облезния и душет в свою страну умре остави в чистопленицу свою неприкоснувсе ей. Тако Богу соблюда ищо верно и рабу свою, яко посреде сети сущо не уловлена бъйсть, но яко птици избави се от сети ловящих. Сет сукруши сия, а она избавлена бъйст помощи у въишниго. Това вижа Она Говарвара бъйст свободна честна ета жена и живяше в мире своем безнапасно пища от труда рук своих и мужти. В то време воеваши иноплеменници на Рим и много пъкостиша. Побравше некия града и пленивше страны, тук дат Риян цар в велици и бъйст печали и помянув храбрагу своего воеводу плаки до глаголоши, а ще бъй бъй был наш плаки да, не бъй в рази наши посмеяли се нам. Бъйшен Бон врагом бяше и имена его бояхо се супостат и грабр бои благополучен бе вбранех. И удивляше се цар со всеми боляри своими чудни и сей вешти, како неведомо камо скръй се плаки да с женойо и чадами, и советував послати на взыскание его по всему своему царство речек предстоящим. А ще кто обращит ми плаки до моего, велико ю честио почтуто го и дара и многие дамимо. И седва добри войни Антиохия Какий, и же бяхо и ногда верни и друзи плакиде, и живяхо во дворе его реша. Самодержавни царю нам повели поискати тога чоловека и же всему римскому царство е зело благопотребен. А ще бъй нам и в концег земли искати его, то почтим се всячески. И обрадува все царо их таково мтштани, послата е Абие. Унижи изшече, пройдоше немало стран, по градом и веси мишто ще любима го своего воевода и всяка го приключа, ще го се вопроша, не видели ли где такова го чоловека. Та же приближише се квеси той, внеже е встатие житие и ме. Евстатие тук да стрежаше жита в поли. И виде в грядущия вес воинъй, присмотреваше се и им и познай ех издалеча, яко суть знаем и его. И возрадува се и от радости плакаше, и в тайне сердце своя го к Богу взаиваше изглубини и воздыхания и стояше при пути и дежи воините и минути хутяху. Унижи дошече до евстатия и приведствуваше се обично вопрошаху, кая е ствес и кто е и го сподствует. Та же начаша вопрошатие, не сли зде странна го какова го чоловека, и го же возраст таков и лице сице вое, нарицая цеплакида. Евстатие жи рече, кое е е ради ви не ещете его? Унижи реша, друг на мести много е време не видих у мего и не веме и где обретая се с женою и двема чадами. Я ще бъй, кто нем возвестил нам, то много дали бъй злата тому чоловеко. Евстатие жи рече, не веме го, ни же слейшах, когда плакиду, обаче го споди и му и му люве и приидите в вес и почите в моих и жине. Виж дубова си кони ваше отрудившея се впути, почите оба у мене, мощно же буде двам и уискомен в опрошати кога от ведущих. Унижи послушавше его и доше с ним вес, не познаше же его, но он добре позна их и слези от очес его исходи тихо тяхо, обаче одържаваше их, да не познан будет. Бъз, же веси той некий чоловек добр, у него же е встатие и пристанище своя име. К тому чоловеко ведете е война и моляе го да припокойте их и да представите им учреждение. Аз рече имамте вуздати работа и моею все, е же на угощение и хиждивеши, суть бомири че знайми и. Чоловек же они от благонравия своего подвизайма и от евстатие в опрошения и же име то и му работа и вуздати, учреждаше странния те е довольно. Евстатие же служаше им ноша и ставе предними брашна и прихождаше ему на мысль перво е го житие и гда тако е му служа хути и мже он на и не служит. И побеждаше се естеством к слезам, обаче креише се да не познан будет. И сшечи в не храмено и мало поплагав и отер своя слези, аби е в хождаше служа аки раб и поселенин припрости. Войни житие смотряште частто на лице, го начаше по-мало познавати и тиху глаголоти в себе. Подобен е с чоловек сей плакиде или в истину сам он е. И глаголоше помним о плакиде и язво наши и глубоко и уже прияна брани, а ще обоясненем та язва, то в истину он е с плакида. И овидевше ту и у язво, аби е вскочише от трапези и припадошък ногами го и в оставше обяше во и у его и плагахо се много от радости глаголюще. Тъй е си плакида и го жема ищим. Тъй е си царев любимец. О нем же цар толико е време печалиция. Тъй е си римски и воевода, о нем же вси воени сетуют. Тук да е встат и разумев, яко прииде време то, в неже обеща е го господь в первия го са ни чест в чините, рече. Азия съм братие и го живе ищете. Азия съм плакида, с ним живе и многое време вкупе воевасте. Азия съми же иногда римо славен и наплъмен ником страшен, вам благоприятен, и ни же нищи непотребен и незнаймай. И бъз между ими радост велика и от радости слези. Облекоже же го во одежди многоценни, яко же воеводу, и вдаше е му царева послания, и прележно е го му ляхо да не медле, гредет к царю рекше, се вознеса широк своя супостатъй, и не с ци се храбръго, яко же ти, да победите разженец опротивния. Господин ше дом от того и вси е го домашни и слишеще сияди в ляхоси и пройде вест по вси и веси глаголющи. Велик чоловек обрети се в веси на шеи. И течахо вси яко на великое чудо, и чудяхо се зряште в стати оболчена воеводски и почитаем от войнов. Антиохши и акакие поведаше людям деяни и храбрости мужа и славо и благородство. Унижа слишеще яко е в стати и таков е с чоловек, воевода римски и дивляхо се глаголюще. Ако муж сей великий и наемник нам бъйзть, и припадахо к нему и покланяхо се глаголюще, отщо нам не поведали си господине великородство и са на твое го. Припадаше же к нему и господине го, у него же прибайваниями е в стати и муляда не прогневаеться на него яко не почиташе и го. И вси му же е стей дяхо се осем, яко такова чоловека за наемника у себе яко раба и меяхо. Съдиша же войни е го на коня, и дяхо возврещающе се Кримо, всичи же люди е весито я проводиша их далече с честь и многое. Идиша же по теми, беседующе по Прошахо уже не е го чадех. Он же вся случивше е съемо и споведа им порядо, и плакахо слише ще такова е го злоключение. Також да и уни поведахо, како цар бъйст в скорби е го ради. Нето че уж е цар глаголахо, но и веси инклетиво и скорбиахо твое го ради применения. И тако беседующе по многих днех дой доше в Рим и возвестише войните и царио яко обретоша плъки до и како е го обретоша. Цар же прия го честно со всеми въльможени своими и радостен бъй в облобо и заего и в упрошаше. Како изъйде из дому своего и что бъйстимо? Он же изповеда вся прелучившея съю жене и очадех, и вси послуша юще у Миляхо сия. Тук да цар поставя в статия в первия го чин че и му и мене е бъльше е первъх и обогъти е го зело и весь Рим возрадова си о е в статия в епришествии. Та же му ли е го цар да идет на бран против оварвъров и первую своя и ухрабростия заштити трим от тих нашествия и отмстит пленение градов неяких. Ев статий же собрав всех воев и видев яко недовольност к таковой брани глагола царю. Де послед писания во вся предел и своя и соберут от градов же и весия угодния юношей и послед тих време на учинение воинское и бъйст тако. Посла цар писания и собрано бъйст време множество людей младих и крепких к брани благопотребних. Между и неими приведени бъйше таможде и два сей на и го Агапи и Теопист уже бъв изможали и лицем бъйше краснъй и телом велики и силою крепки. Си егда приведени бъйше време възрефих воевода возлюби зело. Само бъйстество отече с коя кчадом своим приклоняшися и любови у к ним побеждашися. И не ведие в статии якути и сутега естественна е чада, обаче якут чада своя любяши тъя и всегда ему предстояша и трапезий своя участники с собой творяши ония угодни бъйму бъйша. Пойде же е в статии на брань и воевав с варвара и силою Христово и победи их. И нето че уграда и страна и пленение свободи, но и вървързкою землю всъю по воева и плени и воевих до конца порази и о господе своим показах рабрости и победо большую, паче первих побед е же показаваше прежде. Скончавши се же брани и уже мирно возвръщаюш до се в статияво своя, случи съемо бъйти в некои веси и муще е положение своя на мести краснен при реце. Тамо обо, яко место би огодно клоупокоеню и по че е в статия извои своими три дни, Бого тако изволяю, што да верна граба своя го в познание с женой и чада ми приведет и разточенния с оберед воедино. Ибо жена е го в той веси живяша и муще вертоград и от него пишва себе со многим трудом стежавающи. И по бължи осмотрение Агапиите описне, что же ведоще о матери своей поставиша кушто свою привертограде и я. От единия бусуще веси, кушто, едино сожитие, единолюбов, яко единотробни и братия. Не ведех уже, яко братия суть себе и не ведоще братство своего братскою любов храниша. Купе обо при вертогради родивше и их возле гоша почити и даже недалечи воевода и их стан бяши. В един журт не и тех делающе нещо материх вертогради своем в час полуденни, слише беседо близпочивающих вкушти своих войнов. Беседа же их беси цевая. В опрушаше друг друга, кое го кто рода е. И рече сте рейши. Аз мало помню, яко отец мое воевода бе фриме и не вем, че са ради и зайде изрима с материю, поемше мене и друга го брата моего юнейшего, два бу нас у них бъйша. И дохом до моря и внедохом в корабъль, в мори же плававше, екда пристахом кобрегу и зайде отец из корабля с братом моим. Матер же не вем почтовку в корабли у Стасия. Сие то, че упомню, яко зело отец мой плакаше о ней и мой плакахо ми поиде по тем плача сия. Екда же прии дохом на реку отец посадиме на Брезе, юнейшего же брата взем на раму, понесена он пол реки. Екда принесе го по мене и дяше, лев при тек похитиме и не се впустиню, в той веси, в неже тъй веси. Тук дай юнейши в устав скоро напъде навою и го с радости и плачем глаголя, в истину тъй мой брат е си, ибо аз всето помню, еже глаголеши и видех у часъй, екда похитил тя лев, и мене тога же часа похити волк, но земледяльци ми отяша. И познавше се оба брата с собою, радовахо се зело, обемлюще и лобайзающе друг друга и плакахо довольно от радости. Матър же их слышащи, бе се до и ходи вляшася и очи с воздыхание, мисле замик небеси возвъждаши. Познаво, како истинна е суть чада и я, и срце я от горки х печали и прохлъждаша сия, обаче мудра же на сущени сме без достовернишого известия и мевите сия. Ништа бобе и худе и мири за ми одеяна, у неже войни изрядни и честнии. И у мисли и тик воеводе прусящи да при его воех виждат време възвратите сия и там лучше са ином своим в познание прийти и умуже своем извести сия естли негде жив или ни. Ще чежеста предвоеводаю и поклони си е могла голющи. Молюсь и господи ни, повели ми при своем полко в рим довести. Аз боя съм рибля на иня и пленена бъих варвара и в землю сио се уже 60-е лету и на ини свободна сущи скитаю се на чужде и стране сито велико. Евстати же благосерден съй аби е преклони си кия амоленио и повели е и безбоязденок своему възвращайте си отечество. Тук даже настоящи и смотрящи на воеводу познат добре, еко муше я есть и одивляше се стояше, аки забъйся. Евстати же непознажена и своя я. Внажени чайно обрячи радост по радости, яко иногда печали бе попечали, внутри к Богу с воздихание му пияше и бояше се решти мужу своему, яко жена и го ест. Видяше, боя го в славе вилицей и лицем страшна и предстоящих има множество. Вона же яко едино от бедниших сирот бе и отиде от очет, сега тук даму лящи се владит се Богу своему, да само оно строит то, да бъй познана била от мужа и чат своих. Усмотреше благополучнише време, пак и в ните иста пред воеводаю. Он же изрев меню рече. Що е ще просише у мене старице? Вона же поклонше себе му до земли рече. Молю сите господи немой, не прогневайся на мя работвою, яко имамо некои вешти в опросити твоя благородие. Тъй же господи немой буди терпелив по слуша и работвою. Он же рече ей. Добре, глаголи. Вона же начак глагола тип. Не те или е си плаки, да в святом крещени на речени в статии. Не те или видели си Христа на кресте посреди ругов еленних. Не те или Бога ради изшелеси изрима с женою и двема чада мия гапи и митеопистом. И от я отебе варвар в кораближено твую, я же асия съм в истинно. Свидетель ми на небеси верен сам Христос господь. Его же ради многие подях на пасти, яко жена твоя е съм и сухранена благодати у Христово и от скверни. Варвар, боони, того же часа боже им казнен гневом погибе, аз же чиста от него остахся и ней не в бедах с китая сия. Сия слише в статия как и от сна в возбоди си, и познав Абие жену свою, в остак ней, и обемше се оба плакаше довольно от радости великия. И глагола е в статии. Хвалим и благодарим Христа спаса нашего, и жене отстави от нас милости своя я, но яко же обеща по скорбе хотешите нас тако и сутвори. И много радующе си е плачуще благодарише Бога. По семях да приставе в статия от плача в опроси его жена. Где же суть чада наша? Он же воздухнов изглуби не сердечни рече. Звери с не доше их. Жена же рече, не скорби господи не мой, яко же деде Бог нам не чайно обрести друг друга, тако да сту брести нами чада наша. Он же рече, не рехлите яко зверми къде ни суть. У наше нача поведете им овся, я же вчера в вертогради своем работа ющи слъйш от двуих войнов и го с собою беседу ющих и познай, како си на их суть. Е в статий же Абия призва фоних в опроси, кое го роде сте, где рождени, где живо спитани. И нача ста реши и поведете. Мы и владей ку наш мали и зело остахом се от родители наших и мало что помним, обаче помним сие, како отец наш бе воевода римски и како же и твое величество и не вема и что бъйстут со нашему. И како изъйде изриманощи с матери унашею и с нами двоими, екде при плъхом в корабли море остат ся там у матери наши и не вема и по что. Отец же наш плачуще си у нея прийде с нами гръце некое и через нюже нас по единому приносящи, екде сам среде реки бяше зверия нас похитиша, мен е Лев, сега же Волк и оба от снедения звери на сухранение Смъй. Мен е Бупъстуси, сега же земледелци отем ще в ускормиша. То слище ще е встат и с женою свояю познаше чада своя и нападше на въй и их плакаше на долзи. И бъй стратост велика встану воеводском, како же и ногда во египте, екде познаваше се и оси взбратиею свояю. Пройде же слух по всем полкамо и чадво е вода и их, и стякоше се вси радующе ся и бъй стлекувание много е всим овоинство. Не тако бо радовахо се опобеде, како же осе и радости. Тако Бог утешил верния рабъ и своя. Он бомер твит и живит, обожит и богатит, низводит вскорби и возводит к радости и веселью. И можаше тук да е встат и с да видом глаголати, приедите услището и повем вам си боящие се Бога и лика с утвори по минус отворит и мило с цумною, десница господния възнесемя, десница господния с утвори силу. Екдаше е встат и возвръща, че се отбране и радо и се отвою и опобеде и обрети ни жена и чада, тога прежде пришествия и гофримо умре тряян цар, а вместо е го наста Адриян и же безол зело и не видя и добре и гоня и благочестивия. Ще е чуже е встат и ово град с торжеством великим, како же обично е върши римским воеводам и ведошто с обою много пленников и без числа драгих кораистей, прият бъйство церя и от всех римлян чесно и прослави се храбрости го паче первия и боли от всех бяше почитаема и на же прежде. Обаче Бог и же не хоште да раби е го в мире съм превратно ми непостоянно почитаем и славим и до конца будут суетними временим почитаниям, им же уготова вечною или непременною на небесех чести славо, то е встат и оприведеним в перво и оега чест то че и от радо печалем и го сутвори подже е мук небесимученически прознамено въше ибо незадолго пак и обрети на безчести и скорб е же он слад се Христа ради претърпе. Злочести вие бъдряем в ускоте с утворите жертва без сом, хлание си им за победо над врагами и входяште е му в храм Идольски извельможе своими, е встат и не внедено остан се в не. В оброси же е го цари, не хошче ще с нами в храм в нити и богом поклоните сия. Тебе рече прежде подобаят благодарение богом воздати, яко нето че вбрани сухранишете цела и здрава и победо на враги тебе подаша, но и жену твою и чада твоя тебе е виша. Отвеча е встат и христия ни не съм, единаго бога моего и Иисуса Христа знаю и того чту и благодарю и поклоняю си е му. Он бъв ся сия и здравия и победо и супруга мою и чада мнедърова. Идолум же глухим, не ме им недействен им не имам поклоните сия. И отейде в дом своя в статии. Царж е разгневав се на него мыслише, коим ба е образум отмститие му безчестия богов своих. И первее по мален време не отява от него са него. Яко просто человеку повеле предстоят и себе, та же с жену и чада и представивши увещаваше их словесъй да пожрут идолум, не возмокши же их отвратите от Христа осуди на снедение зверем. Идяше свято е в статии славни и храбри войн на позоришное место со своими усужденна смерд. И нестейдяше се такова го безчестия, не бояше се смерти Христа ради, е му же яко нача верно работати, тако изкончаваше верно усъртно и благоугодное служение своя, и споведуя име его свето е предвсем ясно. Отверждаше се супругу свою чесною и любимая чада да не устраша се смерти за всих жизнодавца господа, тако же да и унимиш до собою един друг аго укрепляюще словеса и надежди у будуща го воздаяния и дяхо аки напирана смерть. И спочтениже бъйша на них звери и невредише их, которибо звер к ним притече Абия поклонше се в спят безвръща шесия. Зверия яроств свою укручаху, царжем ножа и аряше се и повелее их ветше козоришта во връщи в темницу. Наутриже повеля разжъщи вола медяна го и во връщи вона и света го е встатие с женою и двоими си нами. И бъйз цветем мучеником разжени, той воляко утроком пешт хълдейска и русою прохлъжденна я, и в том воле помоливше се святи и мученици, души своя свято е в руце Бого предашея и предоше к небесному царствию. В третий же ден прийде Адриан к Волутому, потя видeti прах с жених мучеников, и отверзше двери обретошите лиса е их святая целъй невръждена, и ни един влаз с глави их не сгоре, но яко жива и спяща лица их являху сия, изполнена пача естества красотей предивния, и вес народ сущи и тама в узопи, велик бог христианский. Царже с остодом возврати се в палату свою и вси люди окуряхо царяло и го злоби, яко такова всему римо благопотребна го въй водо в суя по губи. Кристиане же вземше честнайте леса мученическа е подобающе му предаша по гребенъю, славеще бога дивна го в святих своих, отца и сына и свята го духа, и може чест, слава и поклонени от всех нас боди най-ни и пресно и в овеки веков, аминни. Конец жития свята го велико мученика е в статия Плакидай. This recording is in a public domain. Жития святях светителе Дмитрия Ростовскъго. Месет септември. Двадесяти ден. Той же ден страдания святях новоявленних мученик Михаила Князе Черниговска го и Теодора Болярина и го от нечестива го бътъя пострадавших redfullyprevox.org Сяко е смоштени и брани, или и неяки е пагубъй, екде аузрише кога ням ни, ако просто са обращениям непостоянна гумира или от некоя го случая боявают. Но вежд, яко вся си я изволеням всемогуща го бога за грехи нашея попуштаюция, да бъй согрещающи и приходили в чувство изправление. Исперва об обог мало ими наказани и нас грешних наказуят, екде аж не изправляем се, тук да велика е наводит, якоже древли на Израил Тянов. На невосходевших бот верви и бича Христова изправите се что попусти? Опасещия, рече, жезлом железним, си ест римлянами по пророчество Данилово. Мали е же казни, е же изперва господь попуштает суть, ме тежи, глади, напрасния смерти, между особния брани и тем подобния, аж те же тем грешни не уцелумудряюция наводит не милостивно и тежчайший наплемених нашествие, да поне тако прийдут в чувство человеки и обратяци от путей своих лукавих по пророку, екде обивашия, тук да в зисках у его. Всицебъйство насио все и наше иземли русийскои. Екдабо ме и благост в семилостива го бога злонравием своим пробневахом и благоутробия го попремного у горчихом, в чувство же прийти и уклонше се от зла благо и творити никакоже в азхотехом, тук да разгнева се ярости и на нас господ зело и в азхотелю тежи и наказати нашия беззакония казнио. Попустил бу на нас прийти безбожними зловечними варваром и же нарицаятся татары, с нечестивешими беззаконнишим царемих бътъем. Иже в безчислено множество сила и своя япогански на росийскою нашу землю на Шече в летобайтия миръж 6.746 в оплощение, живо гъслова в лето 1238 всю силу християнских царей и князей сокрушише и потопташе. Сяград и разорише и всю землю мечем и огнем попленише и пусто сутворише никому же могуще противо безбожния тех сила и стати. Ей же грех ради наших предедена с Бог глаголи в пророчестви. Аж те хоштете и послушайте мене Благае земли снести. Аж те же не послушайте мене мечва и пояст. В то време избъйвши от меча и пленени христия не креехо се по горами непроходимо им пустиням и бе видете умиленое видение. Селение Человеческая града и веси пустъй. Айде же диви и звери е живяко там у Человеци во дворяхо си креюще се от варвар. В то време бе благочестиви и преснопамят най-велики княз, киевски и черниговски Михаил, сейн всеволо да червнаго, внокольгов, измлада добродетелному житию навъй кши. Пристабово злюбив, тому от сеядуще служаше и светяше се в нем душевно и не злобие, бяше Бокроток и Смирен ковсем и книщим зело милостив. Молитвам и же и говеням всегда огождаше Богу и всеми добре ми дел и окрашаше свою душу, како бъйте и красном усиление Бога Творца Своего. Имееше, ше сей благочестиви и княз любима го себе Болярина во всех добродетелех има подобна именем теодора, с ним же и душо свою за Христа полужи, пострадав от скверного бътея, како же предлежаще е явит Слово. С ужтото му благоверному и христо любивому князъю на Великом Княжени и Киевском, прислъзла злочестиви и бътей Татаров в Своих Соглядат и Киев. Ти, же видевше Величество и красото е го одивише сей, возвращше се поведаше бътей во Прославном Гради Киеве. Пак и же бътей послак князъю Михайлов Киев, прельща е го да поклони цие му. Великий же княз Михайл разумев прелестих, яко лукавствам бътей го. Слъщаше бъл безбожий тех вървър, яко всъх, а ще и волео предающих си и поклоняющих си им немилостивно избивают. Повелел бът послов тех погуби ти. Та же оведав находящие Великой татарской силе, я же во много множестве. Бебо воинство 600.000, яко Прузи, на всю землю росийскою найде и взимаше крепкия гради. И разумев како невозможно Киева от приближающих севрагов на село, бежав Оугрей с бълярином своим теодором. И бяше пришлец в земли чужде и с Китая се и крея се от Божия гнева послушае глаголюща го. Укрейте се мало и Лико и Лико, донде же мим уйдет гнев господин. По отшествия, и же е го из Киева и ние князи Русиисти и Киевска гокнижение Касахося, обаче не възмогоше защитите Киева от нечестива губатия и же со всею силою своею пришед в Зя Киев, якоже и Чернигов, и прочие велики и крепки Русиския град и княжения. И въсма опустоши тога огне ми мечем. В Лето бъйтиямира 6.748 въплощение же Богослова в Лето 1240. Тук да преславни и при Велики и престолни Великого княжение Русийска го град разорен бъйст в конец Христу ненависних поганов рукою. Съща сильни отмеча Агарянска людие, ови избиени, друзи же в плен от ведени бъйша. Боже е прекрасния церкви осквернени и пожени, како изполняти се словесем да видувам, Боже приедаше е за ици в достояние твое, оскверниша храм святъй твой, положише трупия раб твоих брашно птицъм небесним, плоти преподобних твоих зверем земным. Пролияше кров и хяко водо и небе погребаяй. Тя в росийскоя земли сбайвающа е се княз Михаил Встранствован и са и слышев, ридаше неотешно по единоверно и свои брати, и по опустени и земли своя я. Та же сутвори съемовесно, како оставшим се по градом людям, их же немногу би избивших отмеча и пленения, повелени частиви и цар безбоязни на наместих своих жити, дани наложив неня. И мнози росисти и князи бежавши в далекия страна и в чуждея земли, слышевше то, возвращахо се в Росию и кланиюще се царю нечестивамо приемлихо своя княжение и дани е му да юще живяхо в разурених своих градех. Обой благочестиви и княз Михаил с боляреном своим теодром и со всеми людми своими возврати се отстранствувания, изволяющи дани да яти царю нечестивамо и в отечество и своимоаште опустелом жити, паче не же пришлец бъйти в земли чуждей. И прииде первее в Киев и видев места света Япуста и небеси подобною церков печерскою до полуразуренну плака се горко. Та же иде в Чернигов. Едва малу отдохнувшо е му отпути, слышевше татарио возвращение го приидаше от бътия и начаша звати и го, якоже и прочих князей русийских к царю своимо бътию, глаголюще. Невозможно е с вам жити на земли бътия во и непоклонившим се е му. Грядите обой дадите е му поклон и данни ке е му будете и тако в жилищах своих пребивайте. Бъз, че таково нечестива готого царя остроение, аще котори от князей русийских кланите се му при хождаху, то вълхвъй и жерецей татарски е их взимахо и видяхо сквозе огън. Яще, что не сяхо в дар царю, от всъгото го помалой некои части вземлюще в огън в метахо. Прошеча же огън, но ждахо поклоняти се идолом, Кану и Кусто и Сонцу и тако царю е их представляхо. И мнози от князей русийских страха ради царева и восприятия ради княжения свойгото сутворише сквозе огън пройдоша и идолом поклонишеся и по лучахо царя е же требувахо. Слише в житоблагочестиви княз Михаил, яко мнози от князей русийских прелестившеся славу и умира сего, поклонише се идолом, сужале зело и возривнува по Господе Бозе своем умъйсли и тик царю не праведно и лука в нещо паче всея земли и дързновенно пред ним изповести Христа и кров свою за Господа пролияти. Сия умъйслив и духом безгоревся призва вернаго своя госоветника Теодора Болярина и сказаем умъйсли свою. Он же благо разуми ни верен сей, похвали тако воен амерение господина своего и обеща Ваше се не отступите от него до кончина и на вкупе с ним за Христа положите свою душу. И тако совещавше ся оба отвердише слово е же непременно и непреложно идти и умрети за изповедение Иисус Христово. В оставше же и дошък у отцу своему духовному имене Мюанно, потяште йому возвестите сувет своя. И пришече к нему рече князь, вощо от че идти к царю якоже и в сиро си истие князи. Туховник же тяшце сие слово слышев и изглуби и воздухнув рече. Мнози там и доше и души своя погубиша сотворивше волю царева и поклонивше се огню и солнце и прочим и долум. И тъй убаште хоште си и дисмиром, но ток му молюте да неривнуеш и им ни да сотворише тога и живни сотворише време на Горади Книжения. Да ни идеш изквози огънни частивих и мерзким богомих да не поклонишеся. Един боест Бог наши Иисус Христос. И ничто жив нидет от скверних и доложертвених брашен в остатвоя, да не погубише души твоя ия. Князж е сболярено мреша. Мой хоштим за Христа пролият и кров свою и положите за него души нашия, да благоприятнемо жертва будем. То слейше Фюан возрадува си духом и весел и ми очеси на няво зре в рече. А ще си ясотворите, блажени будете и всем последним роде новоявленними мучениками вършите си. Поучив же их довольно от Евангелия и от и на их книг, причасти их божествених тайн, тела и крови владични, и благословив их отпусти с миром глаголя. Господ Бог да укрепит вас и да послед вам дар света го духа, воеже бъйти вам крепким, вере и дерзновеним воисповедение имени Христова и мужественни мстрадания и да причтет вас цар небесни и тако от и доша в дом и своя. Приоготовалише се жена путь, мир даше домашним своим и по и доша спешно молящеся к Богу и распаляюще се сердечною к нему любов'ю и желающе венцам ученича с кългоя коже желаятелен на источники водния. Дошечим жим к безбожному царю бътию, възвещено бъйсти му пришестви и их. И призвав цар Волхвъи и жрецей своя, повеля им да черниговска го князе по-убъйчею ведут сквозе огън и идолом кланите се да принудят и тако да представете го пред ним. Ще че же Вълхвъи ко князъю рекоши е му, зоветите велики цар. И поемше е го видоша, последуваше жиму, яко го сподину своимо буляри нега теодур. Ек даже до и доша места идеже би огън по обоим странам в Озгнещенни, посредеже путь уготовлен, им же сквозех уж да хумнози. Тем же по теми князи Михаила вестих у тяхо. Тук да княз рече не подобаят христианом сквозе той огън и тти, яко же нечестиви и меют в Бога. Аз же христиани не съм. Не иду обоз сквозе огън ниже поклонювся твари, но твърцу покланяюся отцу и саин и святому духу, и же е сте един в тройце Бог, неба и земли создател. Свяслове Савълх выжиреце и слъжавше исполнише се студа и ярости и оставивше его текоше възвестити царио. То време ку святому князъю Михаилу приступише и ни и росистии князи с ним на поклонение к царио пришечи, от них же бе княз Борис Ростовски. Ти, желеюще его и снедающе се отробою о нем, вкупи же и на себе гнева царска бояще се советувахо Михаилу да сутворит волю царево, да не погибнем рекоше и ме изто бою. Можеш и болести усотворити повелеваямое и поклоните огню и солнце, тук му да избавише се ярости цареви и лютия смерти. Ек даже смиром возвратише се в усвоя си сутворише, якоже хоштише. Не изтяжат, бо Бок ниже поргнева и ця засия на тя. Вест, бояко не воли, уси е сутворище. Аще же и в грех от духовника поставлено будет тебе сие, то ма и вси покаяният воена ся возьмем. То, че упослушай нас и шед сквозе Огън поклонися Богом татарски, да и себе и нас отгнева царска и от горкия смерти свободише и много добра землитво и исходатъйствоище. Ся они святома глаголаху са многими слезами. Блъжени жебулярин теодур послуша и их словес Бъйст в печали велицией. Боя се да никако пристанят княз и го ксовето и ихи от падет от вери. И приступив к нему начава вспоминать обещания и го и словеса духовникова глаголя, помни и благочистиви и княжи, как обещал си си Христу положити за него душу свою. В вспоминислове са Евангельска ими жена с духовни отец учаше. Иже хоште триче душу свою спасти погубитъю, а иже погубит душу свою мене ради Евангелия той спасетъю. И паки, ка е полза человеку аще приобрящет мир вес и отщетит душу свою? Или что да са человеки змену на души своя и? И паки, иже изповестме пред человеки изповеме го я спредоце му и меже есне небесех, а иже отвержеце мене пред человеки, отверку се и го я спредоце му и меже на небесех. Княжи Михаил Сих словес от боляри на своегов сладост послушаше и паилаше ревности опубози и с веселия мж даше мучения готов са и умрети за Жизнодавце Христа. Княжи Борисе го же прежде по-минухом спрочим и моляше его прилежно да сутвори дволю царево. Он же к ним рече, нехущу словом христия ни не минуватися, а дала поганих творити, и отрешив от себе меч своя и вержие го к ним глаголя, приимите слабо мире сега, аз же е я нехущу. По съм прийде от царя послана и некий въльможе чином столник, имене Мелдега, той святому князи Михаилу царския возвестислове са глаголя, цар великий глаголе тисице. Почто повеление Мои го не послушаеш и Богом Моим не поклоняешеся, си нъй не двоя предлежат Тебе, живот и смерт и сбери себе от обоих едино. Аз те повеление Мои сутворише и сквози огън пройдеше и Богом Моим поклонишесято жив-будеше и велико у мене благодать убрящеше и княжение отвоимо господин будеше. Аз те же не послушаеш и мене и Богом Моим не поклонишеся, то злою смертию умрещи. Святиже княз Михаил Тех, словес царских отелдеги глаголених слушая, не устраши се ни мало, но дързновенно отвеща глаголя. В рци царио тако глаголят Тебе, Михаил княз, раб Христов, понеже Тебе царио вручено ест от Бога царство и слава мира сего, и нас грех ради наших десница въишниго Твоей власти покорила. Ободължня смей Тебе, како царио кланите си и подобаю, што и чест Твоему царство воздавати. А е же Христа от врещи сия, и Богом Твоим поклоните сия да не будет. Не сутьбо Бози на создание, у нас же писание пророческа е глаголи от сице. Бози и женебесей земли не сутворише да погибнот. Що Боест безумне е паче сего е же оставити создателя и поклонити се созданию, елдега же рече. Пралиштаеше се Михаил и нарицае Солнце с созданиям, рцибуми, кто взейде на безмерною оновъйсото небесною и сутвори таково великое светило, е же освещает всю вселенною. Святижи отвеща. А ще хоште ще послушате я, скажу Тебе, кто сутвори Солнце и вся видимая и невидимая. Бог безначальни и невидимой, Его единородний сын Господи наши Иисус Христос, и той також да не создан, ни начало, ни конца и ми. Равно же и дух света, и трисоставное божество, един же Бог, той сутвори небо и землю и Солнце и може въй кланяетеся. И Луну и звезди, також да и моря и сушу и первъйшъго человека Адама и да деемо вся на службу. Закон же человеком положи да не кланиються ни което може с здания, ни я же на земли долу, ни я же на небеси горе. Но единому Богу вся сутворшимо да покланяються. Тому и аз кланиюся. А е же обещаваят ми цар Княжение и слава Мирсего, то осем не брягу, ибо и сам цар времененест и временно е деть ми господствие, и го жасне требую. Надяю си, бо на Бога моя го в него же верую, како да стми царствия вечно е, ни иму ще и конца никога дъже. Елдега же рече, а ще всем не покорени твоим Михаиле пребудеши и цареве и воли не сутвориши, то Аби е умрещи. Светъй же отвеща. Не бою се то я, Смерти, я же миест приобретение и худатъйство вечного с Богом пребоевания, и что много глаголю, християни несъм и творца неба се и земли споведаю, и в него несумненно верую, и умру за него радуєся. Видев же елдега, яко ни ласканим ни прищеням возможете го кволе царствия приклонити, в тъй декцари уповедати вся слъйшане и от князи Михаила. Слъйше в жецар Словеса Михаилова, чрез елдега и му глаголи мая, возбеси си от ярости, и, како пламенен прищеням дъйша, повелепред стоящим да Аби уби от Михаила княза Черниговска го. И устримише се слуги мучителева и аки пси на лов, или аки волци на овците кушти. Светъй же Христов Мученик стояше на едином месте с теодором, не радяште о Смерти, но поющте псълмъй и моляште се к Богу прилежно. Вник даже узрешех себе ти кушти хубийци в начаша Петъй. Мученици твой господи, многие муки претърпеша и любови отвоя и у души и соединише Светии. Доспевше же обийци и местата го идеже стояше Светъй, яша е го яко зверие и растягжа на земли за руци и за нозе немилостивно бияхо по всему телу, яко и земли крови объгрите сия, и биен бъй с надолзе нещадно. Он же терпя доблествено ничто же глаголъще то, че и усие. Християни несъм. Един же отслуг царева и хименем Доман, и же первее Християнин бе, потом отверг си Христа прияне чести е татарское. Той законопреступник видя святаго доблествено муки терпяшта угорчися на него, и, ако враг християнски извлече нош своя и простера руко яд святаго за главу и отрезаю, и отторжа от тела, неща и мущо в успех и споведническое слово и глаголъщето Християни несъм. О, чудо предивно! Глава от тела нужди и от ята и отвержа на Вещаше и Христа осте и споведаше. Потом же начашени чести ви и глаголъти к Блъженному Теодору. Сотвори понед тъй волю царево и поклони ся Богом нашим, и не ток му жив, будиш иною велику често царя приимеш и княжение господина твоего на следише. Святъй же Теодор от Веща. Княжение господина моего ни хущо, ни же чести от царя вашего требую, но желаю тем же по тем по ити ку Христу Богу, им же по иде святъй мученик Михил Княз, господин мой. И бояко же е он, тако я, с воединаго Христа творца небесе и земли верую, и за него хущо пострадат и даже до крови и смерти. Обийцей же видевше непреклонна Теодора святаго, яша и го им му чехо немилостивно, яко же и святаго Михаила. Последи же и чесную и му главу от Секоша Рекше, и же невосходеше поклоните се през светло му Сонцу, тие недостойни сутьи на Сонце зрети. Тако добре пострадавше святино воявление и мученици Михаил и Теодор, предаше души своя в руце господу септембрия в 20 ден. В лето бъйтия Мира 6.753. В оплощение живо га слова в лето 1245. В святая жи их телеса повержа на бяхо на снедение псом и через многи дни лежахо цела. Ничто же боим прикоснуся. Тако благодатию Христово и невръждена прибъйша. Являше се же стол, погненъй над телесами, и хсияюш при светлими зарями, и свяште и горяште по вся ношти зряхо ся. Те, чесното, и по вся ношти зряхо ся. Еже видеше, верни, и прилучивши, и се там в то време, взяше отъй святая телеса и хипогребошие чесно. По обиени же святих мучеников безбожни бътъй, воздвигше се еще, прийде со всеми ордами на вечерния и западния государство, си ес на Польшо и Угръй. И обиен бъйств прокляте от угорска го короля Владислава и приязлъй конец зломожите и у своему. По юбу наследствова адъ, а святи мученици наследствуют Царство Небесное, славеще от Цаи Съйне и Святаго Духа Вовеки Аминь. Можти святаго Благоверного Князи Михаила Черниговска го принесена изурдив Чернигов, таже полетех мнозих из Чернигова в Москву бъйше принесена и февруария в четверти и на десет ден. Прологи полагае се в сей ден памет святих отец Ипатия и Андрея, но тех зри утро. Конец жития святих мученик Михаила и Теодора Черниговски. This recording is in a public domain. Жития святих Святители Дмитрия Рустовска го месец септември 21 ден. Памет святаго Апостола Кудрата redfullyprevox.org Святия Апостол Кудрат бев числе 70 апостолов. Проповеда Слово Божие Фатинех и в Магни Сии и дежи е пискупом Би и многих учени и свето Богоразумие приведе. И бъйзть по глаголо Си Рахово яко звезда утренне посреди облъков, облъц и бутемни елинска е без Божие Бяху, чужда и света благочестия и седяхо люди е Ти в отмей и сени смертни. Святия Апостол Кудрат Слово Божин в усия им яко свет вели просветих тму не злужи жертва и скверния, сокруши идулъй и разори Бесовския храма и молитвою. И яко же иногда звезда восточним церем тако он людям ку Христу путь показа. И яко утренне звезда ведет по себе Солнце, тако он введе в мир великое светило вери и освити мрачния души чоловеческия. Но тма всегда ненавидит света. Без Божния и Боелени видеш ти идулъй своя от света Гокудрата попираемой Беси прогонимой и злочестие и хискореняемо воздвигоша гонение на апостола и яко друга го Стефана Каминем Кудрата света го побиваху. На метън жебъй в Каминем жив соблюдеся благодати в Христовою. Та живу за хпосъжден и гладом дручим бъйс на долзе. Окаянни и бойдолу поклонници утяше телесною пищо симу и же их насища ще души не брашном гиблющим, прибаивающим в животе вечном. И гладом моряште света го сами погибаху от гладата го в немже писание не глад хлеба, но глад слищения Слова Господня. Не возмокше же уморите гладом сего и же присно свъйше божествено и укрепляше се пищею сами вечно и умроше смертию. Код радже света яща и умре по многих муках, обаче душа е го в руце Божие и живет и неприкоснице е и мука. Скунча подвиг мучение при царе Адрияне на чаше вечни живот при царе Слава и Иисуси Христе. С ним страда, с ним и прославляйце в царствия е го. Святое же е го тело положено в магнисии и изтучае многое изцеление недужним. Конец жития света го апостола кудрата. This recording is in a public domain. Жития света е их светители Дм. Ростовска го. Месяц септември 21 ден. Той же день памет святих свещеномучени кипатия и Андрея redfullyprevox.org Сии святи от ледийския страна и беше оба в купе сущи дедми книг, учише се в некои убители и всяко и добродетели у себе окрашающе и доше от сила и в сила. Возрастъж е мужиска го доспевше и патия и ноческо е на ся при ажите е да прибаиваед в безмолви и работа е Богу. Андрея же отлучи се на полюза душам чоловеческим и клирих бъй в прележаше Слово Божио, уча Люди Христова и в Церкви Божией. Объже воздържание ме е ховелико и смирену мудрие и любовко всем не лицемерно. У их же добродетелном жити уведав FFS-ки архиепископ призваих к себе и полюзува всио тих бесед и возлюбих зело и постави нуждею и патия и епископа ма сиянстей церкви. Не достой тречетъковом светильнико под спудом пустъй на им бъйти, но на свещнице светителство е просвещает церков Божио учением. Андрея же свещен ником учени. И бъйше си и два светильника пресветлия в Церкви Божии, просвещающею при мудрими учени и чистим житием. Потом же, екдалев и савренин цар греческий воздвиж холи на свято и и кони, и по всему царство своему дъде заповедь, да изметаем и будут и кони от храмов Божих, и да никто же им покленяется, тук да си и святие учители и пати Андрей против уйкуноборците в много глаголаху учащи люди пастви и своя я, да царева не послушаи от безбожного повеление. Слъйше в жео них цар, привести их к себе повели и много нудих отвръщися по читания святъх и кон. И припираше их мудрици и своими, но невозможе по колебат и крепких столпов церковних. Их же затворивши в темници, надолзи держаше и всячески чташе се привести к своему единомыслию. Та же бит и их нещадно повеле, посем с глави и их кожу сувлъси удра, и бре де и их смало и помазавши за пали, и святея и кони и многоценни на главах их сужже. Унижа всясия доблествено терпяху и живи бях усилую Божию. Посем посреди града влъчити и их повеле зверонравни лев, по имени и житие имеющи, якоже боимя, такой нрава и го бях у зверинъй. И влъчи ми беше святея и по градов по смех всем. Неконец заклаше их, яко агницев и тако души своя вруце Божий предаша, за святия пострадавши и кони. Телесажи их честная повергоша псом в снед, но верни тайно их вземше по гребоша сподобающе и умучеником честию. Конец жития святеях свещено мученики Патия и Андрея. This recording is in a public domain. Жития святеях святите ле Дмитрия Ростовскъго. Месед септември 21 ден. В той же ден памят святеях мученики в Севия и Приска изповедников redfullyprevox.org. В Севии святеи бе в стране феникистей и потеенни християнин. Як даже наста гонение християна и от Елинов и же иде же мужахо християни наяти мучахо различне и мнози верни и бегающи от рука елинских креях осипо не знаемо им местам. Тога е в Севия и размысли в Словеса Христова сия, всяки же изповестме пред чоловеки изповеме го я спредоце моим и жена небесех изполни се божествен нееревности и шед ста пред князим града того и рече. Що безумствуєш е Богобор, не паство Христово? Князжи воззрев на него рече, те и кто е си? Он же отвеща. Христов рапи е съм, е го жът тъй врак е си. Князжи разгнева все рече. Откуда Тебе окаян не прийде си циво и дързновение, яко предстал ми е си безчестите мя князи суща? Е все виже отвеща. Ревност по господе Моим и Иисусе Христе подвижемя да обличу слепото вашо, обезуми сте себо поклоняюще си безсо, а не Бого. Тога князж повеле обнажите и повесивше строгати тело е го. Строган же бъйсто стрим железом на долзе, яко и костем е го являти си. Та же отстом с соли у поливахо и потирах урана е го. Сяже сия доблествено терпе Христов и споведник, аки в чуждемтелеси стражда. И радуваше се в остраданиях своих, исполняя лишение скорбей Христових в оплоти своей. По претърпение и тех мук глаголо хумучители, пожри по гоми жив-будеши, аще же не пожереш и то погобимте до конца. Он же отвеща, въиме погобите но Христов смоя обряштет мя, за него жаз до конца хощо терпети, претърпеви и бе до конца той изпасетсия. Видевше, ше е го непреклонна суща, ме чем главуема от цикоша. И тако взъйде на небеса приятивенец доброт и утруки господни. При скжа святей во Фрегии споведа ими Христово и многих отелин ко Христу приведе. Та жият бъсни частива ми и повешен и строган по ребром глубоко и аки землю тело е го ногтми железними изураша, да се е ця кров мученическа е в возращение и умножение Христово и церкве. Неци же от нечастивих там стоящей на таково елюто естрогание и мученическою кров изливаемо и взирающе, и ояко зверия е разфирепеша яростю и извлекше своя мечи прободахо святаго. Его же повсемутели се избод, че наконец главуемо ося коша. Тако пострада за свидетелство и Иисус Христово добр и споведник, Его женини Христо си споведоят предоцем своим и жена небесех и може слава в овеки веков Аминь. В той же день памет святаго священ омученика и сакия епископък и пръскъго. И святаго епископъм Елетия. Прологи е в сей же день полагаец е преподобни иона Бресвитер, отец с святайми споведником Теодору и Теофану на чертанни, но в месецусловъх памете го утре полужена. В сей же день памете живо святех от са нашата Димитрия, митрополита Ростовска, го нова го чудотворцата. Конец жетия святей хмученик е в севия и приска изповедников. This recording is in a public domain. Жетия святех святите ли Димитрия Ростовска го месец септември 22-й ден. Страдание святаго свещено мученика фоки е епископъс и напискъго redfullyprevox.org В ограде си напискъм Б. чоловек Панфил и М. е и подружие Марию. Си родиша сега облаженна го фоко и же измлада изполнен бяше благодати духа святаго, якобы си от чоловек прогуняти е му и недуги целити. Пришеджев му же совершенна, добродетъльна го ради жетия своего избранба и с неепископство градатого и сидя на престоле своем пасяше добре, словесния овци и словом и делом, приложив к подвигу своему большие трудей. И явлена бъйша всемега добрая дела, их же ради прославляше се отец Небесни. Обратибо много людей от заблъждение и их отвертия еленово титело поклонение и кединъго Бога по знание приведе. Ек даже в ускоте господ сподобите еговенца Мученича Скаго возвестирабо своимото своех отени и введени и си цевъй му образум. Голуб с въисоти прилете име и в остах своих венец цветни, егоже на главе Блъженна го положивши чоловеческим провеща гласом Глаголя. Уже чаша твоя напълнися и уже Тебе подобайте спити. От сего видение святъй познай Муще и му бъйти за Христа Муки. Ми же от сю до познаваем великое го благоугождение Богу, еко сподоби се е ще в телес небесе венчан бъйти. Тако приблаги и Бог праведни и хогодников своих любит, славо и чести уих венчает и полагает на главах их венци. Бе той фокс святъй чистотою своя и душевною и телесною жених небесни, с ним же небо сочетате си хотьяшти венец на негово злужи. Новенец стоя бе прознаменува ням венца лучшого в чертози с пасовум, им же вечно име венчан бъйти и веселите се на браце Аганчем. По преславном том знамени и яд бъй с намочение в Царство Траяново от Африка на князия, и жена долзе нуди святаго да пожерете идулум, но он сам себе хоте принести жертво Богу. Як дани повину се князъю ни даде дело рук чоловеческих тоя чести, че имамо Богу на хировимих сидящимо подобайт, тук да княз по велик древо привязавши святаго терзати члени и го. И бе тело и го рана ми раздробляемо и на част и терзаемо. Як уж е хищния птица и гладни сушти нападают на труп и едуща и го терзают, тако терзах умочители чисто е Христова страдалца тело, но он претерпе доблиственни и слиша глас от въисоти, укрепляюще го. И тако уукрепляюще мя го и Иисус се победи муки, страждущи, як и в чуждем телеси. Нища дяше боплоти своя я за изповедението го и же души своя я не пощаде, но о нас на красте положио и страдания, а керайскою прохладо в меняше за пострадавше го нас ради Христа господа. Щобо верно мора Богу сподню, Божественния ради господа своя го любве, неудоби стерпимо бъйти и мееше. А ще бъют всегоми добрани бълени го мочители и вся муки, то он готова безъвся возлюблена го своя го терпет и глаголез да видум. Готово серце, мое Боже, готово серце мое. Та же на сковраду огнем разжено возложише го мочители и Абие сковрада у студе. Побеждаше по духовни и пилающе го к Богу серце, го оган сила огня чувственна го. И во всех муках е лико их нанисти на сегоможаху, победител показася. Воинство Бо-ангелес кое и свет Божий безмерни окрести го являшеся. И бе в темницах светом небесним просвещаймай, возъх надеждию небесния свободи увеселяемай, скорбех ангелеми утешаймай, вранах и Иисусом укрепляемай. По многих же и различних муках вържен бъйств разжено и обаню и там опомолився, предъде дух свой вруце Божий, и венча се венцем видителним в церкви торжествующих. Тело же го свято е верним и погребено бе чесно, и много е при гробе его чудеса Совершахо сия. Конец жетия света го свеще намучени к'фоки. This recording is in a public domain. Жетия света е их светителя Дмитрия Ростовскъго. Месят септември 22-й ден. В той же ден жетия и страдание друга гофоки света го нарицайма го вертоградаря redfullyprevox.org В том же синопистем града бе во иное време други фока и же вертоград себе близ море устрои и в нем различния насаждайе зелия и продая от сега и сам пищо себе и ме и нищих питаше. И най-же от вертограда своя го зелия полагаше при пути на взимание мимоходящим. Зело по-друголюбив и странно любив бе и более в души своя и вертоград духовни, неже веществене и устрояше насаждайе чистих мысли и цветъй и принося добродетели и плодъй, яко мужчи свете и той душе вертоградом от духа света го нарещися. Вертоград рече заключен сестра му я, вертоград, яко много плоден. Плод духовни ест любъй, радост, мир, долготерпение, благость, милосердие, вера, кротость, воздержание. Заключен же якотът ходен. Не може бъзде в нити, ветхи и тать, окраде и в райско вертограде пра матери нашу дявол. Неже окраде добродетели и света го фоки иже со страхом своя спасение са делуваше, послушая апостолъг, лъголюшта го. Трезвите ся, бодрствуйте за несопостата ваш дявол, яко левро и кая ходит и ски, кога поглотите. Жив уж то же святому тако, пройде слухо добродетелно ме го жити и меж до чоловеки. Добродетел бой го яко свеща го ряшта и отъйти се не може, но и в темно и нощи от далече сияет. Сице и святей фока, аки посредет ме и посреде рода неверни, развръщен на благочестием сияше, къс свето познание многих наставляя. Дойде же слухо неми до нечестива го князе страна и тоя. Извещено бъзтему, яко фока в разпята го верует и другия вслед себе обръщает. Княз жяби е посла слуги да убиют Тръба Христова и шет, че слуги скаху фоки на смерть. Он же срете и хи попроси. Кого ищете? Они жереша. Поки ищем. Фока же рече. Совратите се ко мне господи и му и я звам повемо нем и прияих в дом своя очереди довольно, тако бо врагом своим творите подобаят по-писанному, аще алчед враг твою хлебе го, аще лежа ждет на поего. Ягда слуги добре вином возвеселише се в опроси и хфока, коя е и ради ви на ищете чоловеката го. Они же поведаше е му тайно глаголюще. На мочение ищем. Послабо нас княз да убиеме го, яко не чтет богов, но разпятому поклоняйца. Фока же рече. Молюва и господи и му и, потерпите до утра в доме моем едуще и пиющте, и утро нигто же боя го сице знаят яко же аз, и недалечи от мене обитаят, на и не женека му отиде, прииде джене медля и я сам в руце ваши приведу его. Они же послушавше го ли Кувахов доме са ма го фоки и го же ищут. Он же в то време устрои себе гроб в вертограде своем и всяк по гребен и употребна и уготова. Е же, что и ме все раздаде обогем и прибъйст ту нощ всио в молитве приуготовляе с ексмерти. Екда же ба и с утро и слуги послани от князе в оставше глаголъхо к нему ест ли фока и го же обещали си предати в руце наши? Он же с веселием рече ест господие му и творите сни меже хощете. Реша же слуги, и где он ест покажи отвеща. Аз я съм фока и го жива и обите ищете. Аз я съм Иисуса Христа Раб Мерских ваших богов отметаюся мене обумерите. Унижа слышавше дивляхо си и стейдяхо си и хотяште рук своих у кровавите крови от такова го добра го человека и го же угощеним и благодияним довольно очередиша си и хотяхо отъйти глаголюще. Повема и князио, яко искавше всю дофоки не обретохо. Он же кланише си им ем ли се за нози и химоля да творят повеленно им. Ничим рече не воздадите за мое вам благодияния, яко си им егда ми у туз плоти, разрешивше к желаемому Христу послете. Тако фока свято и желаше разрешите ся и с у Христом жити. Тако усердно хотяше за Христа господа своего кров пролияти. Таково име любов к Богу. Лучше ми рече милост твоя пача живота сеговремен наго. И тако умолив слуг приявене цмучения. Мечем Боглово его от цикоша и прейде от земнаговерта града к небесному. Свято е же го мощи погребен и бъйше вълготованом от нега гробе, над ними же послежде, босявшо благочестию создана бъй с церково им е го. И многие от святих мущей Христова страдальца, аки от источника, неоскудния чудес води, источающа го, верни и по черпахо благодати, ови и бов болезни исцеление, друзи в печалих утехо, аини и в бедах помощ молитвам и святагомучени къв оки приемляхо. Нето че уже в том града си напи стемно и по вселенни, на землижа и на море всем сверою и ме го призиваюш тим и вручаюш тим се го помощ и молитвам велики в нуждах благодетели помощник скори и показася. Того ради и по море плаваюш тим обычно бе фокус святаго призивати в помощ. Множи ци обоим е бляже се яве, иногда пълношти и уволнени объйтиху тяшто навклира при кормили спяшта го возбуждаше и иногда сам ветрила разпростират и зряшася иногда показуваше се наносе корабля стоя и Мелину море усмотревая и иногда же ходя и по море являшеся. И величаем обе имя святаго фоки в кораблях мнозих по червному морю и по адрядскому и по океяно плаваюш тих. И песни тъй е их же объично кораблени компетии преложиша на похвална епения фоце святому, яко на всяк час имени е го бъйти в остих людей сходящих на море в кораблях и творящих делени в водах многих. Нето че уж и в нуждах, но и в отрадах своих там усуштего имея хуфоко святаго. Остав боим бе таков. Екда на трапези или на което учреждение си дяхо от телях у част пищи или питья святому фоце. Но понеже не можашето бъйти да бъй сними яви святъй на трапези си дел и я ли пил сними бъстелесен са и невидимъй. Ниже трябва е пищи или питья, то го ради един от них купваше той святаго фокий част и полагаема пеценаво особни ковчежец. Съеже творяхо повся дни част трапези своя святому отделяюще и един по-другом той част купующе. Днес един от них аутро други, поза утра третий, наченше по-перва го даже до последниго. Част тук по ваху и особно собирахо цено и я. Ек даже кбрего, где присташа ценото от продаваема их святаго фоки частей собранно и раздавахо обогим, недужним, сиротам же и странним. И храняще се той обычни в них остав много лет, даже до того време не в неже в рази креста святаго Божием за грехи нашия побуштением, вся страна и ония вземше, веро святую до зела сирише и христия неумалиша. Обаче и нени святай фока общи и всех заступник не престаят нам на мор и мира сего в корабли маловремен нагужетия нашия го плава ющим помогати и к небесному плава ние наши управляти пристаништо, теплими своими заней к Богу молитвами и меж от всяка го потопление, волнение, же и бури да избавимся, нени и присно и в веки веков, а мини. Конец джетия святаго мученика фонки вертоградаря This recording is in a public domain. Жетия святей х святители Дмитрия Ростовскаго Месет септември 22-й ден В той же ден жетие святаго пророка Ионой redfullyprevox.org Святей пророка Иона Сын Беа Матин Сего Ионой и пророка Матиров довевши живяше в срете си донстей и тавдова припитай ли и у пророка во време глада па че жа уна припитана бъйст от него яко водонос муки не оскуде и чване целее не умали се вдума и я пришествия пророчим. Иона же сушти малъл от рук, разболеси и умре и рече в довица кои или и что мне и Тебе чоловече Божий вшел ли си комнево споминути неправдие му я и уморите саи на моего и рече е ли як жене дашт ми саи на твоего и взяте го от недре и я и вознесе го в горницу и деже сам почи ваше и положи го на одре своем и возупили яко господ и рече увъймне господи свидетелю в дови у нея же ас ней не прибиваю тъй узлобили с ежа уморите саи на и я и дону на отручишта триждай и призва господ и рече господи Боже мой да возврати си обудуша отручишта сеговонни и бъйст тако воскресе ба отрук и ме и бъйти про образителе воскресение Христова в кито вечереве пришече же возраст живяше добродетельно ходя в всех заповедях господних безпорочно благоугоди же бого толико, яко сподоби се пророческа го дара и пророчесва в аустрасти господний и у запустени Яроселима и у кончине В негдари че узряд камен в опьюшт тонким гласуми жало с ним и отдрева вештания к богу тук да приближице спасение и поедат вси язийци во Яросолим на поклонение господни Будед же Яросолима у мерзети в запустение зверей и тук да приидет кончина всякому дъханю Ксиму и они бъйстиногда слово господни глаголя в останни и идифни невию гра велики и проповещ в нем яко взаиде в опъль злоба и го комне Йона же размишляя в себе глаголаше екда не уверят словесем моим неневидене и начнут ме мучити обоя се обои бежавши бежав Тарсис от лица господни укрейте се хотья но не стежа укреци от него господни боест земля и исполнение ея кто укреци от того и же вездеест и вся исполняет бежаще же Йона прииде в опию корабъль и душ в Тарсис и даде на ем и в ниде в него плейте хотья к стране намеренной господже хотья наказати раба своя го и изправите его молодушие в остави ветър велик в море и бъйсти буря велика корабъль же посреди волна страждаше от буря разбивайма и и уже хотьяше сокрушите сия и обояше се корабельнице и возопиша киш до к Богу своему и изметания сотворише сосудов и всего време кура бля в море, е же облекчити се корабли от них Йона же сниде в одно корабля и спаше тамо и храпляше и прийде к нему корм, че и возбуди его глаголя что ти храпляши не слише ли бедейна шечия яко погибаем в остани и моли Бога твоя го да спасетна и да не погибнем и рече киш до кои искренимо своимо приидите вержем жребия и разумеем кога радиест злосия на нас от Бога, кто от нас е грешниши иметнуше жребия и падежи ребия на Йону и реши к нему возвести нам кога ради злосия на нас и что твое деление е и откуда грядеше и ка му и деши и откое е страна и отки их людей си тъй и рече к ним Йона раб господиня са Маси Господа Бога Небесна Глаз чту и же сотворим море и сушо и су греши впред ним обояхся и не и не бега и отлица е го и обояше се мужи е страхом великим слише ще си я и реше к нему что тъй бе сотворим и отолице море от нас за не море восхождаше и воздвижаше паче волнение и рече к ним Йона Возмитим я и вверзите в море и отолице море от вас понеже познаха с яко мен ради волнение си е велико и на въезд и взяше Йону и ввергоше е го в море и приста море от волнение своя го и обояше се мужи е страхом великим господа и пожроша жертва господи ви и помулише се молитвами и повели господ Киту великому пожрет Йону и бе Йона в очреве Киту в три дни и три нощи стоя и моляся простера своя длани во образ Креста и в опияше ко господа впечали своя ей милусерда и наказуя наказа его смертиже не предаде его ибо повеле Киту ви и изверже Йону на сушу он же обрете се на земли и озрев света дне и небо и землю и море кланише се Богу избавляше му отистление живот и го посемже ба изцлово господнико Йоне в Туриции у Глаголя в останни и едифни невии у град Велики и проповешт в ням по проповеди прежне и уже аз Глаголах Тебе и вста Йона и е идифни невия неневия живяше град Велик Бого екошествия по титрех дней и начати Йона входити в град екошествия по тит дне едина го и проповеда и рече еще тридни и неневия превратиция и веруваше муже и неневисти и Богови и заповедаше пост и облекоша се воврети,що от Велика и их даже до Мала и их и доида слово к царю неневискому и вста с престола своего и свержа рези своя с себе и облеча се воврети,що и седе на пепели и даде заповед во всим граде да сухранят пост тридни неточи у чоловец и ноискоти и води дени пиют и облеча се весь град воврети,що и пост прия и возупи прилежно к Богу и возврати си кижда от пути своего лукава го и кайшеся видя вжебоко браштение и их помилова и ненавиденених зла я же хотяше навести и сотвори сними по неизречено и своя милости и она же по третим дни заиде изграда и възшет на гору сотвори себе кощо и седяше под нею прямо града да не же увидит,що будет градо и видев,яко ничто же зла градо боеваят опечали се печали великою и речеку Господу но господи не сияли обуслове само я че суще ми на земли моей се горади предварих бежати в търси за неразумех,яко милости в тези ищедър долго терпелив и много милостив и нейни владейко господи прими душуму и от мене како уними умрети нежели житие и повели Господи Бог тъйкве нощи увозрасти над главою ионии да будите мусени е же покритие го от вара солничнаго и возрадува си ионо ве радости овеликою и почи под нею день той в грядущую жаношт повеле Бог червио под ясти тъйкву утру же суще изше тъйква и бъй с цонце паля зело варом на главу ионино и малодушествуваше иони отрицаше се души своя я и рече уними умрети нежели житие и рече Господь Бог кой иони зело ли опечали он се е си тъйкве и рече иона зело опечали хся аз даже до смерти и рече Господь тъй ускорбил се си отъйкве и они же не трудил се си и не воскорбил се я я же роди си обнощ и обнощ погибе аз же не пощаждули ни ни ви града великого в нем же живут множеще и неже 12 тем чоловек и же обратише се ко мне и покаеше си а възвратив се жи ионо от ни ни ви и не прибъйств в земли своей семьи и изталrudил страну и наплеменников глагола�бу отимосице по ношенимое еко солгах temporalчество и разсъйпане ни ни ви тото градо и даже умре матерего погребею оливана де Ворина си ли все,же в землия сиристи и умре тамо и погребен бъйст в Вертепе кенезеове предвари в Христову Рождество за 800 лет наинеже Христу Господу на същая ся, славит ту го с пророки и апостоли и со всеми святей ми вовеки Аминь. Конец жития святагу пророка и оней, this recording is in a public domain. Жития святих светители Дмитрия Рустовскъго. Месяц септември, 22-й ден. Той жеден житие Петра святагу иже прежде Майтар Б. redfullyprevox.org В Африке сте и стране Б. Майтар именем Петър, не милости взело иже николи же помилова нища го, ни имееше памете о смерти, ни жек церквам Божи им хождаше и уклоняше уши своя от просящих милостейни. Благи же человеку любят сбокни, хотя и смерти грешнигов, но пеки се оспасейни всех и им же весц от бами, кое го ж доспасаяй, той и с Петром си им сутвори по благости своя и спасая го си се въимо образум. В едно време нищи и обози на улице сидящи, на чаше хвалите дома и милостивих и бога за них молите, а не милостивих у коряхо. Дойде же слово и до сега Петра, како от нютни милостивест и попрошах от друг друга. Взяли кто когда от дому Петрова, како волибо милостивнио, и всем рекшим, яко ни кто же, что взял от него, восстай динобоги и рече, что ми дадите я си до ней не и изпрошува него милостивнио и сутворише залог между собою. Шето Боништи став врат дому Петрова. Исходящо же Петро из дома и носящо на ослеб време хлебо в когнязъю на обед, поклони си ему нищи и сутвори ви залог с други своими и нача просите милостей неприлежно крича. Он же не обрет камене, похити хлеб и вержа на нища го и поразие го в лице и отиде. Нища же похватив хлеб, прийде к дружине своя глаголя, како от самих рук и го взях хлеб той. И похвали бога, како Петър мейтар милостивест. По двух же дних разболесе мейтар и даже до смерти приближа си. Изред себе в видени на некои мсудищи и стезуема и дала и го намерила полагайма. На единой же стране мерила стояхо Мурини зело смратни и злообразни. На другой же стране мерила стояхо мужи светли зело и благообразни. Мурини обопринесше вся зла и дала, я же Петър мейтар от юност и във всем житие своем сутвори полагахо та намерили. Светоносни женичесожи благо обретахо от Петрових дел, я же бъй положите на другой стране мерила, противозлъих е го дел от бесов приносимых и стояхо онили и недоумеюще се друг ку другу глаголаху. Май уму ничесожи имаме изде. Тук да отвешта един от них. Вуистено нямаме ничесожи, то че и один хлеб, и го же даде Христу прежде двук дней, и то не волею. Вложише же хлеб той на другую страну мерила, и аби е претягнуве, спаче первия. Тук дареше к Майтарио благообразни и они и мужи. Иди обоги и Петра и приложи к Хлебусему, да не поймут те темнообразни мурини и введуть те в Муку вечною. Пришеджи в себе Петра размещаше, я же виде, и уразуме яко непривидени, но истина бе виденое. Узребо вся от юности судеянея грехи, их же уже и забъй, вся та собирающе мурини намерила полагахо. И глагола в себе одивляюще се Петър. Аж те един хлеб, и го же ввергох на лице обога го си, се поможем и, яко не пояшеме беси, кой ми паче многое милостъйния скротости и ойосердием творимая помогает тем, и же нещадно свое богатство раздают обоги им. И от то ли бъйст по-премного милостив, яко ни сам аго себе пощадети в охоте. Некогде иду, што е му в свою мътницу, среда и го некий корабельник Нагъ, обничтави от истопление корабельна го, и же при пачек нога ме го просяше да подасти му одежду, и же покрити на гото тела своя го. Петър же совлек себе върхнию одежду добру многоценно, даде е му. Корабельник же стидя се в таковой одежди ходити, некоим окупцу продаят и дадею. Случи се, же Петру возвращающе му се отмъйтните своя яозрете одежду, а ону виси, што наторжиш ти продаему, то го ради оскурби се зело. И пришед в дом с войне, в куси пищи отпечали, но затвори двери клети своя я и сидяше плача и рейдая, и помишля я в себе глаголаше. Не приябал к милост и ни му е я, не бъих достойна да памят му и мъти обоги. Тако оскурбя и воздеха е усну мало, и се зрит некоя го благообразна и паче Сонца сияюща, крести му щъг на главе своя и в то одежду одеянна го, и уже он даде Корабельнико обништавшему и следшите го глаголюща к нему. Чо плачаше и скурбя брати Петре? Он же отвечта, како нямам плакът и владейко мой, яко я жедаю обоги муд тех, я жедал меси, та уни пак и продают на торжиштих. Тук да глаголе и му явлеся. Познаваше ли одежду си и уже оснушу? Майтар же отвечта, е и владейко, знаю, како му я е, е и уже одеях на гаго. Рече е му явлеся. Не скурби чадо. Все от нележа дали си и униште му аз прияхи и ношу, яко же видиш и хвали у добро е твое преложение, яко от зима и мя гибноща одеяли си. Возпринуваше от сна Майтар у дивисия и нача облажите обоги, и рече в себе. А ще обози и суд Христос, жив го спод, яко не умру, дон дъже буду я сяко един от них. А бие же раздаде вся и менее своя нищим и рабъй свободи, един агото чо раба остави в рече е му. Тайно хо, што поведете Тебе, южи сухрани и послушай мя. А ще бо не послушаяш и мя и не сухранише завета мое го, то вешт яко в язийки продам Тебе. Рече е же е му рабъй. Вся я же велиш и ми го споди не должа, не е съм сотворите. И глагола има Петър. Пойдем во света играта да поклоним се животворяште му гробу Христово. И тамо продашт мене некоим от Християн и ценомо и дашто богим, и сам свободен будеш и. Рабъж е оно дивли се от таковом странном начинане и господина своя го, нехоте послушате и го и рече. И тисто боя во света иград должа не съм яко раб твой, а е же продатите господина моя го, не буди то, не сотворю се го никак ужи. Глагола же има пак и Петър. А ще не продаши мене то, аз продам те в язейки, якоже прежде рех тебе. И доше во Иерусалим. Поклонивше се же света и местам рече пак е кръбу. Продашт мене. А ще не продаши мене тъй, то аз те продам варваром в работа тяшко. Рабъж е виден е времен и намерен, и господина своя го послуша и го и нехотя. И обрет некоя го знаема себе мужа, бог боязнива, сребро кознеца художеством именем Зуила, рече е му. Послушай мене, брате Зуиле. Копил мене Раба добра. Сребро продавец же Глагола е му. Брате, и ми ми веру, яко обнищах и не имам, че са дати за него. Глагола е му пак и ма и тареф Рабъ. Возми взе е му кога злато и копи е го. Зело боест добр и благословит тя бок и го ради. Вярува вжесловесеме го Зуил, взе е некоя го друга тридесет злътников и копи за ония Петрао Раба е го. Не веде и тайнито я, яко Петра господина е стръбу своему. Раб же он и взем цену за господина своего, отиде в Константинград никому не поведа я, я же сутвори, и цену ту раздаде обогим. А Петро Зуил работаше дело и дело е му же ненавъйче прежде. Ово гда поварни служба творя, ово гда же гнои от дому Зуил е в очищая. Иногда же в винограде землю копая и най-ми работай ми и стръдан ми му чателу свое, смиряе се безмерно. Зуил же виде, яко дом и го благословен бъ из Петра Ради, яко же иногда дом Пентефриев и Осиф Ради и богатство умножися, возлюби Петра и стейдяше се зря безмерно е го смирение. Едино и уже глагола е му. Брате Петре, кощо проче е свободитите и кто му яко брата ти име ти. Он же нехоте свободен бъ и ти норабски служите е му извуляше. И бе множеце и увидите е го от и най-храбов порогаема, иногда же и биема и различни оскорбляема. Он же вся с я терпяше му уча. Въодину же нощ Петр зрит в оснеонъго солнцеобразна го, и живи си и му в Африкии, но сяю деждо и го. Той держаше 30 злътник в руце своя и речех нему. Нескорби брате Петре, азбо приях цену твою, но терпи до времени, донде же познан буде ши. По лете же некоя им приедоша от страна и Африкийския неци и сребропродавци, и в освятая места поглоните си, и призва их зоил господин Петро в дом с война обед. И в негде обедат и им начаше гости познават и Петра и друг другу глаголаху. Колико человек са и подобен ест Петру Митарюх? Петър же разумев то, краеш лице своя от них да не весьма познан будет. Обаче они познаше и го добре и начаше глаголати к звавшим у их. Господина Зоиле, още им решите бе веш некою, да веси яко велика человека имаш и в дом отвоем служаща тебе. В истинобо Петре с цей и же велик бе властелин в Африкии и много и рабъй своя свободи. Новоставши и мемего, Зелобо княсо скорби са и го ради и печало е цио нем. Петър же внество ящи слъйша си я их глаголи, и положив на землю блю до ежено шаше, тече ковратом двора избежат и хотя. Вратър же она го двора бе нем и глух от рождение своего и же точео по маанем, отверзаше и затворяше врата. Ща ще си же изейти, раб, пожи и Петър, глагола кнемому. Тебе глаголю именем Господа нашего и Иисуса Христа. Отверзи двери вскоре. Немъй же проглагола. Ей господи, вскоре отверзу. Я би отверзи и му и изейде. Пришеджа немъй когусподину своему пред всеми проглагола, и вси и жив дума е го одивише се, яко услышаше его проглаголъвше. В оставше же поискаше Петра и Необретоша. И глагола немъй. Блюдите е да какво бежа, ибо вели краб Божи есть. Ек дабо ковратом прииде глагола мисице, во имя Господа и Иисуса Христа, Тебе глаголю отверзи. И аби е видех от устиго пламени сходяшт, и же косну се остом моим и проглаголах. В оставше же вси гнаше вслете го и непостигоша, и всюду прилежно поискаше Необретоша. Тога плач велико не им сутворише, яко не ведех от такова бъйтия раба Божия, и прославише Бога и муща го многие сокровения раба и своя. Он же бега е чоловеческия слава и края ще се понезнаема им местам, даже до представления своего к Богу и му же слава вовеки Аминь. В той же ден памят преподобна Гуйон и пресвитера от цата Офану Канону в Творцу и теодру на чертанному. Конец жития Петра света го Бъйвшого Майтеря. This recording is in a public domain.