 Наталья Орина Альхаджатварова. Вы видите, к нам уже идёт полиция. Мы обращаемся к Кемрану Алиеву. Кемрану Алиев, генеральный прокурор, мы хотим вам сказать, что на сегодняшний день Вазербайджане закон о прокуратуре мертв. Посмотрите внимательно. Мы протестуем против фальшивых расследований, фальшивых следствий, против фальшивых свидетелей, против фальшивых результатов экспертиз. Мы устали от этого. В Хатаинской районной прокуратуре шло следствие по факту доведения меня до самоубийства в течение года. Я получила три отказа о возбуждении от уголовного дела. Не было принятости, не было дана юридическая оценка, видео и звукозаписи, которые я предоставила. И не было принятости, не было дана юридическая оценка, видео и звукозаписи, которые я предоставила. Мы не хотим обращаться к кемрану Алиеву. Мы хотим обращаться к кемрану Алиеву. Я принесла вам документы. Я прошу сегодня оценку, действиям сегодня не просто преступников, а действиям ваших сотрудников, сотрудников прокуратуры. Перестаньте играть в футбол, перестаньте прокрывать преступники, которые находятся на условном сроке, у которых имеются предыдущие уголовные дела. Мы протестуем против этого. Мы хотим, чтобы кимрану Алиев знал о том, что происходит, чтобы люди, которые приходят сюда без надежды, рвут на себе волосы в этих комнатах, знали о том, что творится. Часто не они, а люди, которые panefsen'evhe'a'a'y'ut'a'y'ut'e'y'ut'e'u'y'ut'e'u'er'o'e'o'oe'o'o'o'o'o'o'o'o'o'o'. Vi''a'a'a'a'a'o'o'o'o'o'o'o'o'o'o'o'o'o'o'o'. Мы хотим, чтобы кемрана Алиев знал о том, что происходит, о том, что творится. Ты уже так нельзя, вы видите, это уже соответствует этой вазе, нарушают наши конституционные права, ведут себя как бандиты, посмотрите, только бандиты и воры имеют право отнимать. Вы видите, как они себя ведут. Вы видите, как они себя ведут, кто дал право полицейским вырывать у нас из рук документы, это во-первых, незаконно гражданам, мы в Базарбаже. Они не хотят, их кормят. Я хотел войти в Базарб skating. Я снялся в하지 heroin. Они insistят, чтобы участие не было, чтобы участие не было. Это у тебя проблема, что это. Закон, так отмечен. Мы с Афр�AS agitation. Я в Семакуре, в Америке, в Торпах. Торпах тоже, они говорят, огромный. Но это всё для прода, для прода, для прода. Там есть витамина, а то все по-другому, по-другому. И они не понимают, что это. Они хотят, что у них есть витамина. В båедке с моим поединком. и на blend с итальянскими краями Thank you, thank you и в том числе, что нужно, чтобы такого иначе. Это не когда-то можно было снять. Но, если мы подчеркнемся, в данном случае, мы можем подчеркнуть и снять. Вы знаете, что это происходит? Это не нужно, потому что это немецкая цена. Это стоп. Это не то, что можно сделать. Это не то, что нельзя. Если мы подчеркнемся, мы можем подчеркнуть, что это не как украшение. У них есть и коррупция, и коррупция в СССР. Поэтому, когда мы вместе с Киомраной с неизменным делом, мы можем сказать, что он сам. Киомрана Ливов, потому что рыба гниёт с головы. Киомрана Ливов должен знать, что происходит в районе прокуратуры в Шимахинской, в Хатаинской, как издевается, здесь есть сотрудник Айдын, молодой парень, который издевается на А теми людьми, которые приходят на приём, разговаривать с нами на ты, разговаривать с нами в хамской грубой манере, отказывается нормально говорить, как Кемран-Алиф позволяет таким людям работать в генеральной прокуратуре заниматься приёмом. Почему генеральный прокурор не принимает граждан Азербайджана? Почему? Вот вопрос я хочу задать. Мы имеем полное право раз месяц прийти на приём генерального прокурора. Вот посмотрите, когда я приняла попытку покончить жизнь самоубийством, уважаемый полковник Орхан, это было на его глазах, уважаемый сотрудник 9-го отделения, это было на его глазах, они меня спасали, но за один год ни один из сотрудников прокуратуры их не допросил. Вопрос к Кемран-Алифу, где видеокадры с происшествием, где показания сотрудников полиции, где справки, две скорые помощи приезжало, это называется не следствие, не араш-стерма, это называется фальсификация, фальсификация и защита преступников. Мухаммадом, 5-4 часа. Мы потом дадим, развалим всем бажцарам, расскажем результаты и еженедельно будем рассказывать о том, как проходит расследование. Мы были так же у него на приеме, так же рассказывали о том, какие у нас проблемы, но результат до сих пор никакого результата нет. Добро пожаловать. Нужно прекратить практику издеватель снат гражданами Азербайджана. Существует закон, существует разумные сроки, которые должны быть рассмотрены наше заявление. Это мы требуем от генеральной прокуратуры. Дорогие канал-близиеджи, Алла Зырда, Ната Ханам, Азербайджан Фатякс, Фатякс Носиарсу Фаула. Наталья Юрина, Альха Чафарова, вы видите, к нам уже идет полиция. Мы обращаемся к Кемрану Алифу. Кемрану Алифу, генеральный прокурор, мы хотим вам сказать, что на сегодняшний день в Азербайджане закон о прокуратуре мертв. Посмотрите внимательно. Мы протестуем против фальшивых расследований, фальшивых следствий, против фальшивых свидетелей, против фальшивых результатов экспертиз. Мы устали от этого. В Хатаинской районе прокуратуры шло следствие по факту доведения меня до самоубийства в течение года. Я получила три отказа о возбуждении от уголовного дела. Не было принято. Не было дана юридическая оценка и звукозаписом, который я предоставила. Я прошу сегодня оценку, действием сегодня не просто преступников, а действия ваших сотрудников, прокуратуры. Перестаньте играть в футбол. Перестаньте прокрывать преступников, которые находятся на условном сроке, у которых имеются предыдущие уголовные дела. Мы протестуем против этого. Мы хотим, чтобы Камрама Алиев знал о том, что происходит, чтобы люди, которые приходят сюда без надежды, рвут на себе волосы в этих комнатах, знали о том, что творится. Нельзя, вы видите, это уже сотрудники на это и вазва. Нарусают наши конститационные права, ведут себя как бандиты. Посмотрите, только бандиты и воры имеют право отнимать. Вы видите, как они себя ведут. Вы видите, как они себя ведут. Кто дал право полицейским вырывать у нас из рук документы. Это, во-первых, незаконно. Это раз. Я имею полное право прийти сюда, написать, о каких у меня проблемах есть. Показать то, что было в голове, что на хриланской телефоне, унижая руки. Наши winners и шантажные кейки. Кем можно Faith-Aid-панhmm? в районной прокуратуре, в Шимахинской, в Хатаинской. Как издеваются, здесь есть сотрудник Айдин, молодой парень, который издевается над теми людьми, которые приходят на приём, разговаривает с нами на ты, разговаривает с нами в хамской, грубой манере, отказывается нормально говорить. Как Кемронолив позволяет таким людям работать в генеральной прокуратуре заниматься приёмом? Я не знаю, как это происходит с Кемрономоливом. Почему генеральный прокурор не принимает граждан Азербайджана? Почему? Вот вопрос я хочу задать. Мы имеем полное право раз в месяц прийти на приём генеральному прокурору. Ветнендачь, например, один раз в месяц, ветнендачь говорит, что генеральный прокурор тренирировал Гаебалу. Когда я предприняла попытку покончить жидство, уважаемый полковник Орхан, это было на его глазах. Уважаемый сотрудник 9-го отделения был. Это было на его глазах. Они меня спасали. Но за один год ни один из сотрудников прокуратуры их не допросил. Вопроски омранали его. Где видеокадры с происшествия, где показания сотрудников в полиции, где справки скорой помощи, две скорой помощи приезжала. Это называется ни следствия, ни вращения. Это называется фальсификация. Фальсификация и защита преступников. Мы говорили о том, как проходят расследование. Ух ты, господин Эльдар Шутанов. Мы были так же у него на приеме. Также рассказывали о том, какие у нас проблемы. Но результат до сих пор никакого результата нет. Нужно прекратить практику издевательств над гражданами Азербайджана. Существует закон, существуют разумные сроки, которые должны быть рассмотрены наше заявление. Это мы требуем от генеральной прокуратуры.