 Дамы и господа, товарищи. Приветствую вас в Московском Кремле. Здесь на протяжении пяти столетий отмечались события, составляющие вихи в жизни нашего государства. Здесь принимались судьбоносные для страны решения, все вокруг взывает к ответственности перед временем и современниками перед нынешним и грядущим. Диспекты важны к фейтам нашей страны. Примечательность вокруг нас – это звон for responsibility to our times and contemporaries, to the present and to the future. It is here that we wish to emphasize the importance of the newly discovered truth, that it is no longer possible to settle international disputes by force of arms. Our awareness of the realities of the present-day world has led us to that conclusion. Мне нравится понятие реализм, и нравится то, что в последнее время оно все чаще звучит ваших, господин президент, устах. Вне категории реализма немыслим и нормальные, тем более прочные советско-американские отношения, так сильно влияющие на мировой политический климат. Благодаря реализму, при всех разногласиях, мы все же сумели прийти к очень простому, но имеющему историческое значение совместному выводу. В ядерной войне нельзя победить и ее нельзя вести, а из этого с неумолимой логикой следовали и другие выводы. В частности, нужно ли оружие, которое невозможно применить, не кончаясь самим собой, да и со всем человечеством? Думаю, что понимание этой мысли стала стержневой идеей рекьявика. На этой позиции твердо стоят и наши союзники по варшавскому договору, и это служит для нас мощной опорой во всех делах, связанных с ядерным разоружением. Они дали советскому руководству ясный мандат добиваться у переговора США решительного ограничения и сокращения ядерного оружия. Из моих бесед с руководителями социалистических государств, с авторитетными представителями других стран, вижу, что преодоление военного противостояния и гонки, как ядерных и обычных вооружений, является общим стремлением. К этому следует добавить, что реалистический подход пробивает себе дорогу по всем направлениям, на всех континентах, и все авторитет не становится идея именно политическое решение современных проблем. Все шире стремление самых различных политических и общественных сил к диалогу, к обменам, к лучшему знанию друг о друге взаимопонимания. Ну а раз так, раз такова воля народа, то следует позаботиться о том, чтобы запас эфирмента религий, реалистической политики, росли, они истощались. Ну а раз так, раз такова воля народа, то следует позаботиться о том, чтобы запас эфирмента реалистической политики росли, они истощались. Для этого необходимо лучше понимать друг друга, учитывать специфику жизни страны, исторические условия формирования, выбор сделанных их народами. Я припоминаю сказанные однажды вами, господин президент, слова. Единственный способ устранить расхождение – это сперва понять их суть. Это верная мысль. Добавлю только, что стремление к устранению расхождения не должно предполагать устранению различий. Многообразие мира – сильнейший источник взаимобогащения духовного и материального. Господа, товарищи, даже в этих древних стенах не звучит анахронизмом слова перестройка. Ибо всегда и везде обновление общества, гуманизации жизни, возвышение идеалов в интересах народа и каждого человека. И когда это происходит, особенно в Великой стране, можно понять суть того, что она, важно понять суть того, что она переживает. Именно такое желание мы сейчас наблюдаем за рубежом в отношении СССР. И мы видим в этом хороший признак, потому что мы действительно хотим быть правильно понятыми. Это важно и для цивилизованных международных отношений. И всем, кто хочет иметь с нами дело, полезно знать, каким видит себя советский народ. Мы видим себя еще более убежденными в правильности социалистического выбора и немыслим развития своей страны вне социализма на каких-то других принципиальных ценностях. Наша программа больше демократии, гласности, больше социальной справедливости, в условиях полного достатка и высокой духовности. Наша цель максимум свободы для человека, личности, общества. В международном плане мы видим себя как часть целостной цивилизации, где каждый имеет право на социальный и политический выбор, на достойное и равноправное место в сообществе нации. В вопросах мира и прогресса мы исходим из приоритета ощечеловеческих ценностей и считаем сохранение мира высшим приоритетом. Вот почему мы, сторонники создания всеобъемлющей системы международной безопасности, как условия выживания человечества. С этим связано и наше стремление возродить и поднять роль организации обненных наций, на основе тех первоначальных целей, которые СССР США и их союзники закладали в устав этой организации. Само ее название символично, объединенные нации, объединенные в решимости не допустить новых трагедий войны и жить войну из международных отношений, утвердить в них справедливые принципы, оберегающие достойную жизнь любой страны большой или малой, сильной и слабой, бедной и богатой. Мы хотим расширить контакты между людьми во всех формах, множить объем и улучшать качество информации, развивать связи в сфере науки, культуры и образования, Relations and to affirm just principles securing a worthy life for any nation, whether large or small, strong or weak, rich or poor. Хотим расширить контакты между людьми во всех формах, множить объем и улучшать качество информации, развивать связи в сфере науки, культуры, образования, спорта в любом виде человеческой деятельности. Но без вмешательства о внутренней дела, без поучений и навязывания своих взглядов и порядков, без превращения семейных и личностных проблем в предлог для конфронтации между государствами. Словом, большую программу выдвигает наше время в гуманитарной облах, в том числе в том числе. Но это должно быть done without interfering in domestic affairs, without sermonizing, or imposing one's views and ways without turning family or personal problems into a pretext for confrontation between states. Словом, большую программу выдвигает наше время в гуманитарной области. Народы должны лучше понимать друг друга, знать друг о друге правду, освобождаться от предубеждений и предрассудков. Наше время выдвигает наше время в гуманитарной области. Наши народы должны понимать друг друга лучше, знать правду друг друга и освобождаться от предрассудков. можно только сообщать. Все острее выдвигается в повестку дня поистине глобальная проблема экономического состояния мира. На севере и юге, западе и востоки планеты. Экономический фундамент цивилизации разрушится, если не будет положен конец расточительству средств и ресурсов нацелий войны и уничтожения. Если не будет урегулирована проблема задолженности, стабилизированы мировые финансы. Если мировой рынок не станет подлинно мировым за счет полноправного включения всех государств и народов. Вот диапазон, с которым мы подходим к своим международным связям и, конечно, Соединенными Штатами Америки. Нам движет понимание реальностей и императивов ядерно-космического века, века накатывающейся волнами технологической революции, когда человеческий рот оказался и всесильным, и смертным. Именно это понимание родило новое мышление, благодаря которому стал возможен концептуальный и практический прорыв также и в наших с вами отношениях. Господин президент, нынешние встречи подводя определенный итог принципиально важному периоду в советско-американских отношениях призвано закрепить достигнутая и дать новые импульсы на будущее. Никогда раньше не уничтожались ядерные ракеты, теперь мы имеем беспрецедентный договор, и нашим странам предстоит впервые исполнить эту увертюру ядерного разоружения, исполнение должно быть безупречным. СССР США выступает гарантами афганского политического регулирования. Это тоже председент огромного значения. Впереди у стран гаранта очень ответственный период, и мы надеемся, что оба пройдут его достойно. Весь мир смотрит, как мы с вами будем действовать в этой ситуации. Главным нашим делом продолжает оставаться выработка соглашения и оба проживания, и мы надеемся, что мы будем действовать в этой ситуации. Мы надеемся, что мы с вами будем действовать в этой ситуации, и мы надеемся, что мы с вами будем действовать в этой ситуации. Главным нашим делом продолжает оставаться выработка соглашения о 50% сокращениях стратегических наступательных вооружений в условиях соблюдения договора по ПрО. В сегодняшней нашей с вами бесъеде мы много внимания и заслуженно уделили обсуждению всего комплекса этих проблем. Косподин президент, от нас ждут, что московская встреча откроет новые перспективы в советско-американском диалоге, в отношениях между СРСШ, на пользу нашим народом и всему миру. Для этого стоит не пожалеть сил и доброй воли. За сотрудничество Советского Союза и Соединенных Штатов Америки, за их лучшее взаимопонимание и взаимопознание. Желаю здоровья и счастья господину президенту, госпожен Энси Рейген, всем нашим уважаемым гостям. Добро пожаловать на сегодняшний вечер и на каждом вершине, когда мы уезжаем в Москва. Мы очень рады за то, что вы, мrs. Горбачев и все ваши социады, вы вывели на нашу судьбу. Сегодня был очень тяжелый день. Я хочу спасибо вам за возможность встретить с такими депрессивными 멤�ерами СССР. Как вы знаете, я путешествовал с Даниловом и встретил с Клергием в таком античном монастыре, и позже в день было самое интересное, что с другими 멤�ерами СССР и СПАСОВССР. Эти встречи только подтверждают, мrs. генерал-секретарь, эти ощущения от обозначения и отморожения, что американцы проработают между людьми СССР. Как вооруженные вооруженные, мы пришли узнать вас в специальный sposób. Но в широком смысле, американские люди, как в остальном мире, admirают ссагу от людей в Советской Союзе. Порядка с форестом, страдания строить социальный, эволюциирование в современном стране, и страдания против хиттерской армии. Есть еще другие 방법ы, которые мы знаем вас. Счастье или сад, мой любимый, ты красивый, говорит один из твоих фокусов. Как красиво как русская песня, как красиво как русская песня. Как express in the great music, architecture, art, we need only look about us this evening. И литература, что в многих сетях, как ты, given the world, we have beheld the beauty and majesty of your people's national experience. And without belittling the serious business before us, or the fundamental issues that separate our governments, I hope you'll permit me tonight to say that in the eyes of the American people, your people truly are as the song, the folk song suggests, a people of heart and mind. A people to use our vernacular with soul. And that's why we believe there's common ground between our two peoples and why it is our duty to find common ground for our two governments. Over the next three days, General Secretary Gorbachev and I will review what has been accomplished over the past three years, and what our two nations might accomplish together in the months to come. We have a great deal to discuss on both accounts. What we have achieved is a good beginning. We have taken the first step toward deep reductions of our nuclear arsenals. We have taken the first step toward dealing with the reality that much of the tension and mistrust between our two countries arises from very different concepts of the fundamental rights and role of the individual in society. We have taken the first step to build that network of personal relationships and understanding between societies, between people that are crucial to dispelling dangerous misconceptions and stereotypes. These are good first steps, Mr. General Secretary, and we can both take pride in them. But as I said, they are just a start. Nuclear arsenals remain too large. The fighting continues needlessly, tragically in too many regions of the globe. The vision of freedom and cooperation enshrined in the Helsinki Final Act remains unrealized. The American and Soviet peoples are getting to know each other better, but not well enough. Mr. General Secretary, you and I are meeting now for the fourth time in three years, a good deal more often than our predecessors, and this has allowed our relationship to differ from theirs in more than a quantitative state or sense. We have established the kind of working relationship I think we both had in mind when we first met in Geneva. We've been candid about our differences, but sincere in sharing a common objective and working hard together to draw closer to it. It's easy to disagree and much harder to find areas where we can agree. We and our two governments have both gotten into the habit of looking for those areas. We found more than we expected. I intend to pursue the search for common ground during the months left to me as president. When I pass the job on to my successor, I intend to tell him it is a search that must be continued. Based on the achievements of the last few years, I will also tell him it is a search that can succeed. Once again, Mr. General Secretary, I want to extend my thanks for your hospitality. I also hope you'll permit me to mention that as you have been a gracious host, we've tried to be gracious guests by bringing along some small expressions of our gratitude. There's one gift in particular that I wanted to mention not only in view of my own former profession, but because it has, I think, something important to say to us about what is underway this week in Moscow. It is a film, not as well known as some, but an American classic. It is a powerfully acted and directed story of family and romantic love, of devotion to the land and dedication to higher principle. It is also fun. It has humor. There's a renegade goose, a mischievous young boy, a noisy neighbor, a love-struck teenager in love with a gallant soldier, an adolescent struggling for manhood, a loving, highly principled wife and a gentle but strong father. It's about the good and sometimes difficult things that happen between man and wife and parent and child. The film also has sweep and majesty and power and pathos. For you see, it takes place against the backdrop of our American epic, the Civil War. And because the family is of the Quaker religion and renounces violence, each of its characters must in his or her own way face this war and the moral dilemma it poses. The film shows not just the tragedy of war, but the problems of pacifism, patriotism, as well as the love of peace. I promise not to spoil its outcome for you, but I hope you'll permit me to describe one scene. Just as the invading armies come into southern Indiana, one of our states, the Quaker farmer is approached by two of his neighbors. One is also a Quaker who earlier in the story, when times are peaceful, denounces never to lift his hand in anger. But now that the enemy has burned his barn, he's on his way to battle and criticizes his fellow Quaker for not joining him in renouncing his religious beliefs. The other visitor, also on his way to battle, is the intruding but friendly neighbor. Yet it is this neighbor, although a non-believer, who says he's proud of the Quaker farmer's decision that he's grateful in the face of the tragedy of war, that somebody's holding out for a better way of settling things. It seems to me, Mr. General Secretary, that in pursuing these summit meetings, we too have been holding out for a better way of settling things. And by the way, the film's title is more than a little appropriate, it's called Friendly Persuasion. Итак, господин pública, allow me to raise a glass to the work that has been done, the work that remains to be done, and let us also toast the art of friendly persuasion, the hope of peace with freedom, the hope of holding out for a better way of settling things. Thank you and God bless you.