 Жития святех, святители Дмитрия Ростовскъго. Месяце декемврия, в 9 на 10 ден. В той же ден, житие и живо святех от са нашата Григория, архиписку по-умирицкъго, redfliprevox.org. Медиоланскии град перве и мев себе сега Божественного святельника, на свещнице церковного в чини Диаконском служение, чрез Божи откровения поставлена, та же и и нея гради и веси имени Христово проповедника, лести же идолски и скоренителе тога и мея хо. Съинбе родители и благочестивих, агапия и теодотии, воспитан в благочести и стра си Божи, от юности благодати господни е сполнен, че дотворец и целебник бъйст. Готовеше жего Бог на архиерейски сан, во часом прозорлива и ми отцы и откровени и му извещаше. Медиолане прише, чу Григория к некоему очельнику, сказаемо той все бъйти и мущая, прозорлив Бобяше и же и пришествие к себе Григория воза 30 попрещ провиде и слузе своимо возвести. Други и некий отец знаменоносец в горе живяше в Божи во единен, в нем же Григория уведав, поиде к тому, приближаю, што се живе му кога горе и пребаиване от са того, узрест толпогнен на воздусе и страхом обят бъив, пъде на землю. Та же укрепи в севоста и идея ще видете, что е стивлени и огненое. Показуваше се живе му издалеча пламен, екде же близ бъйзть, узрет чоловека Божия, грядуща к нему и же и приступли целова его, именем Григория Зовущи, с ним же никога даже знаеше сия. И обита от уго велика гостарца Григория и два дни, иде же и видение преславних сподоби сия. Полунощи виде бъгоносна гоа на гумужа на молитва и длани простерша, и от земли подемше сей на воздусе стояща. В очесом Григория удивляю, што се призвае го к себе старец, бъйвшо утро, тих им же и кротким гласом глагола. Греди от дружа и брате, причастим сия общия польза и от мира Божия. Насиябоком негрешно му пришелеси, ако довеси откровен, не е мне яжо отебе. Тъй обои маше видите римски играт и помолите се в церкви света гумученика Ванифатия и Аглидия. Оттуда подобайте ти от плити в Олександрию. Потом же в Етиопия проповедате слово истины и прийтива у мирите и в оград на Гран, до нааном жедовином царем у мирицките по-воеванной и трябва ищи апостольскъг учения. И даже велика е и преславна е изправив, почиеши и прейдеши кубителям праведних. Обаче имаше подят и многие труди от живущих в умирите не покоривах и иудей, и многие обратиши к Богу, того и мушти благагу поспешника, преумудряюща и наставляюща тя. Примиши же санърхи и пискупство рукоположение им преподобнишата астерия Патриарха Лександрийскаго. Съясливше в Григории Блъженни глаголаше себе недостойна бъйти тех, я же оним от старца глаголюция, и изволеше паче прибиват и со старците. Знаменоносни же прозорливи и муш, сказаемо и то, е же сам Григории ви деявление. Виде боверховния посту Лея Петра и Павла, омофор на рамена е го возложившия, прознаменоюще и мушто и дати сей му благодат архиерейства. И много е Блъженни Григории одиви се прозорливство старцево, яко и то не отиси от него, е же сам видена единия рече, слава Бог отакова е действующе му в любящих и го, воля господния да будит. Подвух же днех отпустие го старец от себе, любезното го целував, и отиде Григории скоробяв разлучени такова го божествена го мужа, любве пламенем к нимогоря и пресно и го поминая. Придеже от ту до перве е в картеген и там удовольно е време прибысть, слава Боже е проповедая, и всяки е болезни и сцеляя. Аже Боже им смотрени им време отиде, и в храме света гумученика в унифатия и аглаиде и приметаше сия. Когробу же света го апостола Петра пришед и на землю се безуслезами поверг бъйств в видение. Двери небесни отверсти изряко сия и светни изречени сияюшт. И се света е апостол Петър има и в деснице ключ, исхождаше издверей небесних и грядаше к нему слава и умного и усияваема и лицем светящ сия, и же и глагола к нему светли ми смотря очесъй. Ней не приедох, ча до Григория с господнию милост и узде, прежде же сега Бехом спрочим и апостола, и в награни гради Омиретстем, предстояште страждущим за Господа нашата Иисуса Христалто Донаа на Жедовина, укрепляюща едина го когодж до и в облагочестии. И помощи у господнию вси супротивише се воли законопреступного еврейна, и облагочести и подвизаше се добре, и по-страдаше за истину, и не и не суть на небесех су от си, и же от века бе смертния честь изподобляеми. А субозде приедох посетити град, Павел же брат и же по вселенния Церковъм поборник, от Ярусалима мене отлучив си в Персидов Зайде. Тъй же от Чадо, добре и подшествоя, подшчи се благоугодите господу, поучае се всегда в законе го, видеш ти, как у Мире се го житие и красота подобием сна и сени приходит. И блажен будеш и аще си, ция, коже начали си совершише течение твое, и в воли господни худив, многих приведеш и в страх Божи. Се уже готови цити престол на небеси от самого владейки и получиш и блага я с нами. Сия апостол Рекотиди изконча се видение. Григориже в себе бъив, пак и на землю пометаше сия, окаянна и грешна себе нарецая. Подовольно и жемолитве отиде в своя обитание, и в ту ночь в сонна им видение, видяяваше го симо святаго апостола Павла. Со суд Елея изполнини му подъющта е жебе прознаменуваним свещенство и архиерейство благодати. Григориже прием видение от рука апостольски хто е Леи, аби е возбоди се и возрадова се сердцем, пояше. Отръгну сердце мое Слово Благо, яко помазаме Бокелем Радувания. По семис шедо трима, поиде в Олександрию полагая повсядни восхождения в сердце к Богу и от сила и в сила успевая, изполняя се божественя премудрости и разума и божествених привеликих дърований. В талета царствоюшто в Греци Хиостину, а в Етиопии Елезвою, благочестива им царем, донан, жедовин царствоюшти и фомиритех, воздвигши гонени на християна и тщаше се истребите от царство своего имя Христово и преславни град Награн, в Христа веро и щелести овзя и погуби бесчисленное множество верних. Ових огнем сужже и них же мечем посече и чесненше го князя Арето со старейшими граждане и оби. В очесом слишевше благочестиви цари, Йостин и Елезвои, сожалеше зело не повинни излянно и крови християнской, и писа Йостин кое Елезвою подвизае го на бран противо скверна донана, да отомстит кров неповинною. Прехвърни же цар Елезвои изполни всеревности и всю силу свою собрав, поида на донана жедовина скверна го. И бъйвше е брани велици, Христовим пособием Елезвои по разипълки донановы и всю силу е го до конца сутре и сама го донана сосродни кега мечем посече. И прием царство, очищаше от скверна жедовски и языческих, слава же имени Господа нашого и Иисуса Христа разширяше. И мнози от еврей и от иных в умирите хобитавших языков кръстите се изкаху, но не бе тук да е пискупа ни священ ни Канидиакона и ни едина го от Клирик. Везбочин духовни от умиритска го царство скверни донани стребил. Тога ради блъжени е Лезво и послако святейшимо патриархо-александрийско мастерио, во всем подробно, какво има Бог поспеши, възвещая и моля да избрав може премудра словесни и добродетелина, ветхей и нови и завет добре знающа, и хиротонисафего е пискупом к ним в умирите и со всею потребо и церковною пришлед. В таково описание в Олександрию Душеччо возрадова се патриарх со всеми християною помощи Божие, христианом свъйшена нечастивих данно и скаше, че прележно такова го чоловека е го жеба е пискупом посвятити и кое Лезво и ускоро послаке. И приводим и бяхо мнози к облаженише мастерио, обаче ни един нато дело обрети се преднимо годен. Обрети се обо патриарх к молитве и всеночному гденю, да сам го споди зберете и покажете го живест бъйти достойна на таково и служение. Сема же так обаиваюшто, и ви се патриарх обвидени святе апостол Марк, повелевая взискати Григория и Диакона недавно въград при Шеча и у некои го Леонтия странствуюшта и тога посвятити и кое Лезво и у послати архия пискупа. В яборади рече потреба и бок от далече приведе его въград сей. Зуотреже патриарх скоро послав взиска Дома Леонтия въ, и обрет призвал тудък себе Григория, и изпайта кто и откуда е. Та же открифимо ежо не мявление и церковное употребо сказав, но и деше и го светительски сан приятие. Григории же, възпоминув глаголъй она го знаменоносна гостърце и жаблис Медиолана, како и му прорече, яко приимеше глагола сан архия пискупство рукоположеним преподобнише го астерия патриарха Александрийска го, и изполнив се слез рече. Воля господния да бъдет, твори владейко, е же хоштиши по господния повеленьо. Я би е патриарх по святи Григория в презвитера, та же в архия пискупа. Бъйст че чудо ужасно. Во време служба и посвещение лице Григория, въизменящася, являше се световидно, како же огън, светлеюще е си благодатиов се света го духа, в отриз же е го исхождаше дъим благовонна гумира и аромат многоценних и всю церковът благоохани им изполни. Съеже бъйст через всю божествену службу, и всех очи зряху на святаго Григория, удивляюще се преславному чудеси туму. Видеше же то и послъй царя Елизвоя, и чудяхо се и царю своимото послежде възвъзвъзтише. По посвещение, и же и довольном, с патриархом отишен и духовном, отпущен бъйст Света и Григории с послъй Елизвоя въйми, и мъй с собою подобающе и само своимо клир, и вся церковния потреба. И в малъди дни достигоше до Етиопии, та же до умиридския странъй, и возрадува се радости у Велио Зело Благочестив и цар Елизвоя в пришествия архиепископа Григория, а не па чек да уведа, како божествене им явление на той са нисбранъй ест, и како чудесни във време Хиротонисания знаменем живъща е в нем духа святаго Благодати Звестисия и Среда е гочестно, приялю безно и всю свою област на него преложи. И обхождаше с ним цар, я живо умиридстя и области градъй, созидае святая храмъй и украшая гроба и святаях мучеников от нечестива го Донгана за Христа обиенних и приводяне верния ку Крещению. В награни градъй са и на святаго мученика Рете е князе поставиша и создаше церков добрейшую святаго Христово воскресенье, другою во имя пречистие Богородицей, третио святаго мученика Рете и иже с ним, близ его дому. И во иных градъх многие церкви создаше се вскоре, я же Григория и святъй само свещаше, през витари же и дяко не е поставляше, веряе им славесни ховец Христових бодрою паство. Блажени жецар Елизвой довольно е време яко до 36 месецей по обиени и Донана в земли Умириците и у Медлев и вся добре устроив и оправив восхотена своя престол в Етиопио Возвратите сия. Дозвав обусо святим Григори им всевель може своя, князи и буляри и советники, советуваше с ними, кога оба избрати и помазати на царство Умириц кое, мужа благоверна и разумна, кроткаже и бояща се Бога. Всем же советником к царю глаголиш тим, е го же вест твоя держава, е го же тебе бокот креет, тога постави. У нас бонестни едина го тебе в разуме подобна и царска го венца достойна. Цар Возревко, архиписку по рече, сие дело твое очестно и отчи и учителю наш, се предлицем твоим вси суть и князи и вельможи и войни, мали и велиции, е го же хощеше призвав во имя Господа наше го Иисуса Христа, помажи на царство. Мейбо вси, и жо от эти опии, Бог облаговоляшто, да йти во своя хощем. Святи жерхи е писко прече. Добре усмотрелеси облагочистиви царю, якожебо серце тво е ест в ръце Божие и вси ци глаго твой от Бога Дарова сия. Добро обои ест всегда овсяком деле перве и в упрошати отца нашего и же ест на небесех, и, ако же той повелит, тако делат е. Сярък блъженни и отместа своя го восстав мало отступи от них, и к въстоко колена на молитво преклонив, очи же и ум на небо возвед и руце свои воздев, моляше се прилежно и доволено да сам Бог веди, кое го ж до житие и мысль, и вид им може на царство достойна. Молящо се же, архипископо, в незапуни видим мая сила господни, восхитина воздух, некои го мужа, имене маврамия, нато дело достойна и принесше пред царем или звоем постави. Вси же са ужасом, господи, помилуй на много час взивахо. Архипископ же рече. Все го же трябва сте помазати на царство. Сего оставите с децаря и будем с ним един вкупе, якоже господь благопоспешит нам, бъйз, че радост велия всему си цевом смотрени и божи. По съм цар Елизвои, по им богом явленна го мужа в рамия, веде в Соборною церков пресвитея тройци и аже в царствоющим граде Афари и обличее го в порфиру царскою и дея Диму возложи на главо е го. И совърши се свято им Григорий Мархипископом царское помазание и принесе се безкровно и от царех и овсех людей жертва и бъйша оба цари от рук архипископових причастници и божествених тайн. По совършени же всегово зупише людей Елизвою святейшему царио етиопскому много лета, таже Аврамио Христолюбивому цариоумиридскому много лета, и пак и обо им вкупе. Елизвою и Аврамио благочестива им и боголюбивим царем много лета, уяхо же много лета по трижди. Таже возгласише, Григорио святейшим архипископо нашему наставникою и учителю мирния и здравая и все целая лета. По съм всему воинство християнскому и всъм людям верни много лета. И тако ше, че в царске палати Ликовахо убедающи и пирующи, и веселящи се о господе Бозе спасе своем и облагочестивих царех своих. Прибъйз че Елизвои е ще 30 дни в омирицата и земли, поучая и наставляе нового царя благочесно и право строити и управляти царство. И послушате во всем святейшим архипископо Григория, духовна готца своего. Избравже от воинство етиопска, го може и храбри их 15 000, остави их новому царю в пособи и соблюдение царство. И тако в етиопио возвратисе и даже по малъх днех царство своя земно и бога радиоставивши, отъйде в пустъйнио и близнеко и го монастиряв темне и затвори се келии. И не изейде из ня до блаженния кончини своя я, вижто же приимаше оконцим от таможивших инуков. И тако по царских сладостях жестоко и житът е довольна лета по-жив к небесному царствию прейде. Толико славни и богатий цар се цевъи смирени и волни нищите и образ всемо стави. По его же представление поведа е мабе от оних инуков вешци цевъ. Брат Некий и Юн поселаема из монастиря на послушание, вхождаше в курчемницо и опиваше се вином и падаше в грех плодски и нечисти. И бъйст во един от дней, сотвораше обычни грех и по пустъйник монастирю, возвращаящися, вниде в некои дебр и се зми велики устрими се на него, хотяште и го поразити. Я ця же бегу инук и уклоняше се семо и овамо, хотя избавити се от змия, но той гоняше и го скорим течение. Утеснившо се же брат от всюду и към обежати не могущо, постиже зми и сне стие го. Воспоминов же черноризец блаженна го елезвоя царя, обрати си и глаголък у змию. Тако мимо лета в святейше го и праведна го елезвоя отступи от мене. Зми же Акио стейде все, го спомянуто го имене елезвоя свята госта, и Боже им повеление им прием глас чоловечески глаголък монаху. Какой имам тебе пощадетие? Ибо ангел Боже и пришед повелени сне стите нечестоте ради и скверни твое я. Яко обещал се си работат и господи ви в чистоте, а не и не прибивайш и скверня тело твое и прогневляш и духа свята го. Иногже слышав змия чоловечески глаголюща и дала и го обличающа, прибъист безответен и трепещи, моляш и склятва и у змия да пощадите го. Глагола жемо змии. Що мя си се заклинаеш и? Но тъй сам первее кляни си ми, яко к тому не соверши скверна го желание плодска го и оставлютия. Брат джеклят се глаголя. Таком и на небесех живушта го бога и молито в чесна го царя е лезвоя, яко не к тому прогневаю господа моего, е го жени не зле прогневах ни чистотото и тълесною. С я и на ко изрекшо, огън пъде с небесе е поеде пред иноком змия. Он же страхом и трепет у мобията баив. Отъйде в своя монастир и не преложи к тому согрешат е блудним грехом пред господим, изконча се в покаяни и добром. Царство, юшто живоумириците и земли благочестиво му цири Аврамио, в лъжени архейпископ Григорий поставив по градом епископъй, може славеснише и искусния, советува има да всем по добластю и го суштим и одеем же елином, повелителе крестите ся или смертно и подлежати казни. Изщечу же таково му царскому повеленьо, бе видите множество много и жи дофи поганов с женами и чадъй, аще и не волею смерт и боящеся, предущих кубожествен и крещения бани. Изряднише и же и в законни и искуснише евреи, сушече се от всех градов и тайни собор сутворше, щобъй и мели творите, советувах оглаголюще. Аще не крестим ся, то по повеленьо царево избиение будем мъй и жена и нашия и чада. И овие от них глаголаху, сутворим волю царево да не угрем зле без времену и смертю, а в тайни държим веро нашо. Друзи и советувах унилицемерно, но яве своего держати с еврейска го закона, да не како глаголаху избег ширук человеческих, въдем в руки от мстителя бога и горе е погибним. И ние глаголаху, видим како к тому не требует нас бок наш, благочестна го по царя нашия годонана и вся воя и го предаде в руце или звоевай на смерть, и что хочем сутворите невемо и. А и ние глаголаху, а ще хочем соблюсти закон наш вкупе и здравия цело, той зайдем тайно от предел всих един по единому, ки ищо своя вземше, да не стелесе и души нашия погубима. Друзи и жереша, а ще вас хочем бежать и оведя ция христия, не и всячески погубят нас, и недоумевахо се всичто оба и сутворите. Веже в них един премудриш и законучител именем Ирван, веди и ве святхи закон и внештему любо мудри от добре научен, той глагола к ним. В сива и глаголите суетния, и аж и ничто же пользуят, таз, де предлагайте. А ще обохочете послушете мене, то приидите вси сомною и глаголем царию и грегорию епископу да дадут нам от своих учителей, их же хочут стязати се в закони и вери с нами. Я ще удолеют нам, то благословною виною будем християне. А ще ли же не удолеют, то сами оведят, како по сили не праведно нудят нас отступите от закона нашого. Обаче, что будет, изкусим и хи овема и какова и их е вера. А ще истина е ест, то да вероем. Чтоб овема и екда уже приидем и сия, ама и не оведахом. А ще жело жно обрящат се их вера, то извесни будем, яко Бога радиумираем и со сердим лобизаем смерти. Сия Ирвано рекшо обояше се вси решему. Видим, како християном помогайше, не весили, како вера наша истинна ест и како оставим ее. Ирван рече, ни единуслово лукаво глаголах пред вами, брати, но ведите, како или сице или инако понождение от них будем крестити се. А ще обо не послушайте мене, не повинене съм от кое го ж до вас. Ибо а ще ни искусите пренем веро их, обаче и без искуса приятел имате, и сотворите, яко же они велиат. А ще же не приимете их веро и, то всячески убьют въи. Сия слишавше, си повинуше се Ирвано и сотворше писание мулебно и просителное и доше и в даша царю. Царже Прочет разери се на него, ихо тяше их всех смерти предатие. Но мало одержа себе, да не без совет архиепископовето сотворит, е може ек давда да писание, оно е прочте блаженни и глаголък царю. Изрядно и добре глаголи от Юдеи, яко верувате от произволение больше ест неже поножде. Остави обоих от царю да первее прят се с нами, по том же, яко же възхождеше и сотворише с ними. И со изволи цар Совето Святителево, и дано бъи стъжедом к приуготовлению на прене 40 дни, в няже да поищут от своих учителей. Их же хотят и прийдут безбоязни и прятсия. По изполнение жетех дни, собрасе множество Юдеи бесчисленное и муште с собой немало от мудрейших ръвинов, добре закон ведущих и к пренео приуготовли шехси и получившихся. И бъйст Соборно е прене в столичном градеатаре, царю со всем синклитом своими святейшем архипископу, со всем освещеним Собором Сетшим, и множество многомо християнска гонарода на служение прене с още чуся, предста и Соборе Врейски, с книжники и законоучителми своими, славесех ссильними. Оставише же ерва на пред архипископом, яко князи ветия ми начальника Слово, закон и пророческия книги добре ведуща го и във нещний философии искусна го. И повелено бъйвшо молчаниео нача се между святейшим архипископом и рваном беседе и пренее, кое го пренее особне в читиях обретаятся книга, я же с дене вписа се за множество Словес в опрошение же сопределни хи ответствувани и за величество чтения. Обаче от многих нека е соция. Бъйвшо молчаниео многому и всем отверсти ми остав немлющим беседе, святей архипископ Григорий, коя ервано, примудрише му законоучителя еврейскому, яко всему их соборищу нача глагола тисице. Но ще ми муше, че и Солнце правда и в осиявшо, почта припирайте се свето и го противяще ся и невероюще в него? Ерван глагола. А ще Солнце правда и в осия, и ма и противим ся, яко жете и глаголеш и свето и го, вероюще в Бог законно го, токоли ми паче в язици и суще, чужда и держащи, противите се свето правда и укуряюще божествен и закон нам от Бога данной. Архипископ рече. Мъй от язик сущи, че е смей создание и творение? Ерван, Божие яве создание сте и творение. Архипископ. А ще и мъй, яко живе и Божие смей твари, токото е уже въй предпочтение бълше, паче нас стежасти. Ерван, то е же и мехом паче египтин. Архипископ. Добре въспоминоле си, египтин, покажи обо предпочтение своя паче о них. Ерван. Не си лечел велика е чудеса, е же в земли египет сте и в чермнем море и в постей ни Бог чрез мой сея в уисходи Израиле вече додействва, потопи египтина и она го спасе? Архипископ. Ни едино е стразенствоя ваше от египтин, он е бе потопи Бог в море, а Вас за злоба ваше зле погуби на земли и преше, че чермно е море, яко посуко в пристанищи потопосте, люте в постей ни скончавше си. По неже бъл от 600 тисяч людей вяш, че Халеф и Иисус на вин си и то, че от Вас подобише си видите земли обето вънною. Вижто бъл, како Вас почте Бог паче египтин. Ерван. И кому манно дожди в пустейни? Израилю ли или роду египецкому? Архипископ. Тебе же, что мници бъйти честнее? Снедна или я же е досте в египти или манна я же в пустейни? Ерван. Я ви е стяко манна честнее? Архипископ. Почтовобо обратисти се мыслю в спят, вожделевше свиних мяс в котлех и чесновит елук и всяко египецкою пищо манно живознен видести. Осемна час е прение о пресвите и тройце. Ерван глаголаше. Яко християне трех богов вводят отца и сына и духа, а бог глагола в синаи. Слъйше израилю господи бог наш, господ единиест, и паче е го нестин бог. Обопротивно законо Божи отворят християне, не единаго бога, но три боги чтущи. Архипископ же возражаше глаголя. Яко единаго чтем бога творца всех, обаче в трех лицах, отца и сына и святаго духа, в едином же божество. И привождаше речение да ви довусие. Словом господним небеса утвердишеся и духом устиго вся сила их. Кой го речение разумение глагола бъйти си цивое. Господ ест бог утец. Слово его ест бог сын. Дух устиго ест бог дух святъй. Си си изявляюци три лица божественея, божество же едино. Съин бой дух от суест, суестественея, субезначальния, супресносушния и супрестолния. Та же окрестея и смерти господния привождахо се противоевреев в витхозаконнея писания, пророчества же и синовнея гадания, яко же съе. И будете живот твой висещ предучима тво има. Приидите и вложим древо в хлебе го. Яко ковчегно е в образ крестабяше и сад са веков в немжовени саака от заклания премени и жезъл Йосифов, на его же конец яко в поклонисия и пременение рук старцевых в облагословение двук синов Йосифових, и жезъл Моисеев, разделивай море и простертия рук навъй сутов по бъждения малика. Изми висещ в пустъйни и древо оследившея води в мери и проче обретающе си в законе таинственная прописания. И простре се прейне до вечера, от обоих стран крепко сопротивляюш тим сия, един друга го въпроси и возражаюш тим, обаче във всех славесех архиепископ победителя вляша ся, и бъв нем вешташе святъй дух пописанно Мо. Не въйбо будете глаголющи, на дух от са ваша глаголия в вас. Настапшу же вечеру, а прейнию е ще несовершившо ся, в остат цар от престола своего, тако же и архиепископ, и разъиди се собор от лоше прейни до утра. Объйдовши же иудеи и Ирва на своего радующе ся, обемлюще же иго и целующе, и похваламе тук облажающе, како доволен ест стати противохристиян. Ирван же глаголе им. Молите се да поможат нам Бог законный, по неже видите епископа, яко много кознен ест чоловек и неудобно победите его. Унижа укрепляхуто го дрзати и не бояти се и могла глаголюще. Но отриже пак и собравшо се собору, царюжи и архиепископ оседшо, и жедом со Ирваном представшим, бъйзть пак и прейния. Но ниже в той ден скончали прейни, ниже в третий, даже до четвертъго и пятъго. Во всъх жед тех ден ех преседяше цар со всем синклитум, всладост послушае глаголемъг, и утешае се обгодан не при мудрости и разуме святейшегър хиепископа своего. Бебо в истину, че са послушате и что памятствуват и многим реченям пророческим тулко им им и многим тайнствам изявляем им, како же в особно и опрени том пишете книзе, и уже и чести сладко е ест и внимати полезно. О воплощениже Христово ми опречисте и дебе бе седе и бъйвши, привождахо си архиепископом славеса и саи и пророка, се дебе в учребе за чнете родицина. Припираю, что се же е рвано, яко Мария чоловека то, че роди проста, не бога, возражаше архиепископ си ми славесъи, и наречеш и имеему Емануил е же ест, сказаему, с нами бог. Рван глагола и како женско е чрево вмести страшное божество величество, архиепископ отвечта, си се яко же обителя в рамо в вмести бога под дубом Мамрийским, ек да сниде с ним ястие. Рван, како оба огън божества не позже женска готела? Архиепископ, яко же не позже огън, копи неи в синаи, тако и девическия божество не вреди утробай, де в роди и де вою прибъести. Рван, проче е привидение му от нея роди ся наистиною, невозможно бов рождени не вредите си отробе и всем си е неверно весма. Архиепископ, в то време, кога внидая въкум в Даниилу Врофлевск, двери мрва и озаместягнутим и печатми отвержденим, скажи ми, како он вниде и изейде, неже двери отверз, ни поколеба в печати. По прении третия годни и скаше Рван бежати, но проче, и дей е го не оставлях, оглаголюще, како аще оставише насто все погибнем, пребуди оба всяко боряся, негли поспешит нам Бог. Аще же и побеждени будем в оглаголих, то имаме и другия образ и сопротивление, в них же нас не возмогат победити. Повинувсе оба е Рван молени у их, на четвертое прение получашеся. На нем же е гда начал корят и христия на иконах святъях, и ако поклоняються ими на рецаше свято и икони и долами, а поклоняющих се ими долопоклонниками и закону Божию противними глагола, яко заповеда Бог не сотворите комирани в сякъго подобие, тук да архиерей попроси е го. Потопо бъйвше в одни ноевъй, которо им образом он спа сесия. Рван, ковчегом от древа сотворен им. Архипискуп. Можаше ли е го боки без древа ковчежного избавите от потопа, или не можаше, како мнише? Рван. Мню яко можаше, пишет себе, како вся възможна суть Бога. Архипискуп. А ще то бок можаше, то почто трябваше ковчега войши да спасти праведного. Всяко обу прилично е, да нои за спасение своя ковчега, а не Бог воздаят благодарение. Рван. Не буди то, но Господи ви подобаят воздават и хвалу яко создателю, а не бездушни и вешти. Архипискуп. Обаче изповедуяше, како бездушно и вештию ковчегом устроим обок спасение. Вси се и нам видим аимесими иконами творит, а ще е бездушни суть, обаче надлежат к нашему спасению. На их бовзирающе возводим ум наш к первообразному и вземлим се в Божествено и желание и богугодно и ревност. Написуем же неидоле, но Господа наше го Иисуса Христа по Человечество, а не по Божество е жеест неописано. И, ако же ною ковчези и спасение своем принесе Бог облагодарение, созда в жертвиник, тако и мъй благодарим Христа Бога, пишуще образ и го, яко плод с кимто го осмотреним и сбавихом се мысли на го потопа. И, ако же други и ковчег Человечеството го вменяем, им же понесете готей нашия, взя грех от средъй и нас своим божеством обожив, вознесе на небо. Сегом мы, и же зри ма и бяше тълесними очесъй, шарами написуем, Человечество е го причисто и изобразующе подобие. А всени тълесни го подобия покланяем се в купе и божество е го, и чтем в нем подобающим поклонение мравно ца и света го духа. Ирван же е ще хули святея и кон и глаголъше, чужду си абаснем вашим християнским глаголющим, яко подаед Бог благодать свою иконам, на стенах и на дъзках написанным, ниже, кога ходившим, ни вештавшим. Върх епископ сопротивно в опроси. Повештме, Ирване, по что Бог даде милоти или ино и благодать свою, е я же не даде елисею, и предпочте милот мертвою паче пророка жива. Их жебовоти орданских пророк у себе прийти невозможе, тъй я милоти ураздели, и прейде по сухо, и которъг от чуда се жива и елисеи не судела, то судела мертве милоти. Но и му и сею чудеса деющиму, в земля е гипетстей, во что не е му ноже злое го влия Бог чудотворение силу, и тем води в кров притвори, море пресече и и на ужасна я и преславне судела. Еште же и сен свидения, и ковчег завета, и стамна злата, и му ще е манно, и скрижали, и жезал аронов, и трапеза, и кадильница и свещник. Ся та не име е холи великие Божие и благодати, а ще е мертва бяхо, и отвидима и хи осезателни хвеща и руками чоловечески ми сутворена. Обаче слава и господния бяхо усияваема, облаком исполняема и окружаема. И кроме свещен ников или витов не входна, ни же е прикасаема, яко Божествена и Съята бяше. А ще обусия ветхом, то по-что чудише се в новом завете подаваемо и суща и света и микона господни и благодати. Пакирван. Пишете въпсал мех, и доли язык с ребро и злато, дела рук чоловеческих, и икони обоваше и доли суть, яко дела рук чоловеческих. Архипискуп. Ни аси само пререкаю, якой доли язык неведущих Бога суть и доли. Подобяво суть тех, и же безбожни во всяких скверных пожиша, волхвъй и черодей и убийци и любодей, и зле от жизни сия погибоша. Вих же паметнеци са делаше и доли. Последни же род са танои пралищени и ослеплени в Боги себе вминита и поклониси им. И ви тоже сутвористи поклонши сей стуканни им и пожръзте сини и своя и дъщери своя без собом. Пролия сте кров неповинною, кров синов ваших и дъщери, их же пожръзте и стуканни им ханаанским. То суть и доли. А их же ми ни не написуем подобия святых божих, та не суть и доли, но икони честния. Написуем ба подобия тех, и же ведех у Бога и верова говниго, и угодиша йому впреподоби и правди, и бъйша честни и святи, и Богово злюблени мужи, и сутвориша благодатию Божия и у чудеса при много. Мертви е воскресиша, болящи и сцелиша, слепа им очи просвитиша, хрома им хождени, ухим слъйшения подаша, расслаблена естегнуша, прокаженни очистиша, беси от чоловек от гнаша, их же кончина честна и памет хвальна и вечна. Честнабо пред Господем смерт преподобних и го, и памет праведна го спохвала ми, и в памет вечно и обудет праведник. Пак и рвано бледуслове, што яко ни чим же разнаствует ико не отидел в архипис хуб глегола. В одежда твоя рвани и сен свидения обоя от вълни или насущия, равно или има цило? Жезел твой и жезел аронов прозябши и мут ли чест ръвно? Скодельники, же вдуму твоем и стамна в ней жеманна, равна ли суть у тебе обоя? Ковчег твой, в нем же потребо теле твоего полагайши и ковчег завета господня, равно ли има цлаво? Огани е лея го, же вдуму твоем просвещение ради възжеши, сръвнишили со свещником злътым седмосветлим. Дом в нем же прибаивайши и церкови уже соломонсозда, равни ли уподобише? Никакоже, но почитайше та несървненно, понеже теми благодати Божи иногда прихождаше. Такова има образуми нашо овешти, яко иноест иду, образ лица пагобна го и вуаде погроженна го, а иноест ико на света голгодника Божия, якото туя излива и ця нам благодати господня, молитвам и на неизображенна го. Глаголъже и Ирван о ангелах, яко суть безплотни по-писанному, творя и ангел и своя духи, обаче христиане не сръмляю цена икона хеписатии и духов плодски образуватия на себе архипискуп. Лимаше, что глаголите, от вас бу самих ангел и Божие писати на учихум ся. Ирван, никак уже от нас бъй стедело си и никогдаже. Архипискуп. Прошел ли си весь закон ветхи и сеголи не оведали си? Ирван, жив господ, яко не знаю, дабъй когда у нас ангелския образа и бъили написоеми и почитаеми. Архипискуп. Воистина въйто дело на части. Екдабо созда Суламон Храм Боговъщниму, не сутворили Върху очистилища хировимов Славой, осеняющи хултари. Також же и над первыми двери ми светилища, и над вторими, не остроили хировимов. Но и в скинии свидения му и сейом соделанно и не бяхали подобия хировимов над Кевотом Завета. Також же и на завесъхни хировимов Лилица бях ушвением изображена. И вся та ангелска е подобия и бяхали от вас в купе с скиния и храмом почитайма. А ще обове бестелесни естества, изобразивше почто сте, то почто нас у Коряете изображающих и почитающих лица тъх святъй мужей и живоплоти Богу благовгодиша. Такова е и тем подобне, при много я, яко же пиша це в книзи особно и глаголюще, сократише ден четверти и бъисти вечер. В оставши же царио и ерхиепискупа разъиди се собор, чаяште утру конец преню и победителе в уторжество в зрете. Евреи оборадующе се оерване, како доволен беше к въпросуми ответом против орхиепискупа, дерзо с него творяко глаголюще. Добре подвязайше ся, небойсено и еще стой крепце, видим бояко Бокест с тобою да не устраши це сердце твое, зрим же яко и царо боих в слад се послушет. Братие, му, што яко живиш до разумом и глаголи много превосходит мя, и невозможно победите го. Слъйшете бояко вся глаголюст моих разрешив и уплевав прост и сотвори? Вутри же, зело рано прише, чим пак и кирвано мудрейшим и одеям глаголи им той. Свидетелиствую, не и не вам, братие, неложно, яко победите си имам от орхиепискупа. Видех бувно щи са и в видение му, и са е пророка нашого, и Иисуса у нем же посреде нас прение. Видех же их стоящих накриле некои го светелища и беседующих, и зрех му, и са е поклоняюща си Иисусу, и руце свои кперсъм согбени и аки связани муща, и с боязния предстояща е му, яко Господу, Богу своему. Чудих си, ше асо, веште той, и отверсшим си о стом му им рех. Господи му и се, добре любов с ясо тя же творище. Он же в брашция за предим и глаголя. Престани, не согрешаю асо поклоняя се владице му, ибо не съм от подобних тебе, познаваю бе отворца мой го и господа. Почтоже ти, да еш и трудей праведно му орхиеписку поисти не противеш ти сия. Може, в приходящий ден побежден будеш и от него, и поклонише се яко же я с Господу и су Сухристу. Сия видих братие, и что са ти не вим, но обаче нямам ослабеватие стоя по законе нашим, дон дежи устроит Бог и же хоштит. Сия унисливишъвше мнози осумнеше сия и в недолумени бъйша. Настапшо жетнию и соборо уготовано бъйшо, царюже с осин клитом и ерхиеписку по склиром, чим и множество народа стекшо сия, ста е рван спомогающи мимо многими законоучителми, и на час е прение, якоже вчера и четверта годни. Схоластик же не е кино тарияр хиепискупов, е го же привел в собою от Александрия Скорописет Съй, там уж дестоя, и саше вся глагол и обоих, и я же от архиепискупових, и я же от рванови хостиско ждаху. Но поможти в духа света Говостах светителевих действуюште го побеждаше се страна супротивних, наши живозмогаше го господи. Архиепискуп по-победителя во всек славесех е вляше сия, а ерван изнемогаше, изнемогах уже и по-собствуюштие му законоучители мнози. Обаче ослепи их, злоба их, и уж има тяшко слишеша, и очи свои противоистини смежиша. И потребно бе, да славесем светителев им последствует сила вери, и чудесно е дело, им же бъи ужесточенних, злобо и обличите, и неверие их пустидети. Ежи бъй сто образум си цивым. Изнемогше уже ирван се конечне во зва глаголя, с кою изноряем време в долгих речених и гаданиях, аз да разрешу по-рисию, а ще хоще ще е о архиепископе, да безлокавства верою и Иисусу твоему, яко той ест бог истинен. То покажи мие го жива, яко да виж до иго, и во зглаголя с ним, и тук да изповем, якова и християне одолести нас и победисти. Вся ирван урекшу, сон миште иудейско е возупинен иго, молим те учителю наш да не прелестише ся и християнин да не будеш ино, па че можа и се е крепи се у истине. Весибо, яко ничто же е сти стинен ише па че суща го иди на губога отец наших. Ирван же к ним рече с огневом. Чо ви бледусловите? Слъйшите же, а ще уверитме, яко той ест, о нем же предвозвестише пророци, чо проче ожи дати хоштете? Виде в жерхи епископ, яко истино и глаголята не лести и рече к нему. Велико изкушение вносише о ирване и бъйше сила и прошение, не человеком приража е сено богу, обаче уверение ради твоего и сущих с тобою да е верних же срца отвердят си, с еленест господ и си е сотворите. Ръцей обо конечне, како хоште ще доверите. Ирван рече, омоли владейко твоего, а ще да не беше ест, яко же глаголеши, да сниде цемо и евицеми и да беседую с ним и жив господ, како Аби е веруев него и Криштусия. Вся я, Ирван, орекшо, возопи все множество ежидовское глаголюще, во истину о архи епископе. Извести нам делом твоих глаголов хитрость, покажи нам Христа твоего, да ни имуще что проче отвещати со страхом веруев него. И налегахо в опиюще на света Гуригория да покажете им Христа чувствено, а ще жив ест по разпятие и смертие. Посем глаголахо особе в рей между собою. А ще оба покажете нам архи епископ Христа своего, то что бъдет? Въй нами нехотя, ще имаме и християни бъйти. Розише глаголахо, а ще покажете го нам, то по что не хоштем вероватив него. И ни же глаголахо, како възможно показате того и же, яко чоловек обие нумри и толика прии доше лета до днес от належи скончасия. Где оба обряшче се тело и духи го, разсъпавшем се давно костем и жилам в огроби. Архи епископ же разуждае дела величество и противник зельное налегание видя, весь умом своим на Господа возлагаше си и мисляше в себе, каква ще не помоли този м владейко Христа е же в таковом сопротивление и потребя изполнити прощени и их. То въльми имат торжествоват и страна сопротивних, явят се евреи яко победители, христиане же и яки побеждени, и имат в разиругате се и поносите християном. Рече же са упъванием кжедовскому сонмищо. А ще изволит Христос мой, всяко имам показатия го въм. Но въизвестно верите, ако аще покажае го въм и не возхождете в него веровати, то аби е меч всех вас пояс. Аще же не достоинство ради моего, не возмога въм Господа моего показати, то идите проче и поволи ваше. Всия унислышавше печальни и радусни бъйша. Печальни сомняща се е да, како покажете им Христа и им от в него вероват и неху тяште. Радусни же надеюще се, како не покажат и будут в свои прелести пребъйвате свободно. Огодна же бях орхиепископа в Словеса и Ирвано и с ужтим с ним мудрежим законоочителем и глагалахо к себе. Сячески невозможноест да бъй чоловек от отец наших обиенни, умери же и отвреждени в угробе, и украдени от своих учеников по пети стех, летех и мел жив бъйти. Святъй же отец наш Григорий веди Словеса Господни в Евангелия Реченная, аж те имате веро яко зерно-горушно, речете горе се и прейде от си до там и прейдет, и ничто же невозможно бъде двам. Та Господни Словеса вълуме обнося, веро же несумненно к Богу имея и крепко на него оповая, восстал от престола своя го и отступи мало от них на место удобно и к молитве. Търже со всем верним народом чудяше си и удивляше се велико Мой Гог Бог одерзновение и вере, яко и нас е страшно е дело дързаят, и со уже сум смо тряхо, что проче бъйти имат. Святъй же малоподали собора от шед и знаменим крестим себе знаменъв на молитве ста. Смиренно же и благоумилно колено приклони, и вес горе себе в перив, моляше се долго в услъйшение при ним бъй вшим. Воспоминаше же в молитве вся таинство в оплощение Богослова и все Христово с чоловеки пожите от рождества даже довольна го страдания, крестажа и смерти и тридневна го воскресения и на небеса сплоти у възшествия. Наконец глагола. Еви себе владико, чувствено си му камененними ослепленни му злобою, Еви себе слава и ради святаго имени твоиго. Дателесни ме учеса и узред животворно и твое чоловечество в нежен аз ради смиренних облекл си и с ним же на небо вознесал си, яко да видевши тя веруют в тебе истинна го Бога и в пославши го те истинна го отца и в святаго твоиго духа. Кончашто живемо молитво и всем на него прележно смотряштим в незапуба ист трус велик и гром страшен от востока, яко и земли поколебатися и вси падоша от страха. Помалеже в оставшим и квостоко очеса возведшим. Узрещи и се отверзе се небо и облак светел с пламени могни на ими лучами солничними отто досхождаше на землю. Посредежа облака зряше се муж, краснейший доброто и пачесен овчеловеческих. Господи наши Иисус Христос, лицем неизреченност яюшт и одежда мимолни езрачними святяшция, приезрадни м неким движением по облакам стопая и гряде и приближаше се долним, иста горе против орхиеписко поверху облака, превлачая всех очеса и срцак себе доброто и своею. Това же язик и зрещи не може. Но от страха слава и го е я же не трепяхо зрети, якоже иногда на таворе ученици, пъдоше вси ниц на землю, цар и вель може, и вес народ от мала до велика. А юдеи трепетом вели им одържими, всему и овамо обращающе се бежати из каху, опаляше боих божественния светлост и озарение и слава господня, е я же зрети не можахо, страхом вели им колебашия. Но не бе мощно обежати им, ни же отместа в спяти поступети, не видимо юбосилу и држим и бяху. Архиеписко бже укрепив се вели им гласом, кое Ирвано возва, «Все е о Ирване, той, о нем же много словес сказания слышали си, виште го и уверя се, яко един свят, един господ и Иисус Христос, во слава бога отца Аминь». Рванжио Мертвеф не можаше что провещати, и прииде глас от велелепния слава и господни глаголей, «Моление, радия епископово, изцеляят вас, разпне се от отец ваших». От гласа же тога паче потрясоше се и падахо на землю, боязни и одержими. Яко же иногда савъл, къде маско гря да й, свето е го снебе се облиставшо и гласо свъйше прише, че на землю пъде и отверсти ме учима ни единого видеше, тако и си и ослепоша, а ще и отверсти ме е хуачи, обаче никога же видехо, скорбяхо оба и редахо горце. В си и мси се совершившим ся, бъйст пред лицем господним шум неки божественни ищи, и облък светил, и же под ним, сокрае го от всеки зрения и сугибаше се от всюду вслете го, входящо има в горния, дон дъже вся слава господни в небесния вместисия и проче е вся видена и отучес сокреше ся. Царжа и все множество християн приемше да разновени, крепки ми в опъли ми в ослед господа на много час, звахо глаголюще, господи по милой. Честнижър хейпископ бе лежа лицем на земли, у людях господо моление принося со слезами. Посем вси собранни и на собор, царжа, и же с ним Синглит, и народ святейшого хейпископ Григория са многим благоговеними боязни в предпочитахо, чудяште се великото го святъйни и молитов и го сили. И где и же един друг агъв опрошахо, видиш ли что брате и отвеща ваше друг друга, како ни мало видит. Возпиши же кое Рвану, горе нам учителю наш, что сутворим? Рван же глагола. Ма или единия слепохом, видевше Бога християнска го, или и християне си е по-стръдаша? Християне же слише все реша. Ма и благодати у господа нашия го добре видим, и здравише сутьо, че са наше паче неже прежде. Въй же единия сте слепи за неверствие ваше. Бог Бо отмщени и господь, Бог отмщени не обинулся ест, отсече зрение яромо вашему юдейскому оку, како недостойни суще видести его. Тук да е Рван со всем множество мевреев моляш ерхейпископа со слезами, доотверсето слепление очи и подастим святое крещени. Върхейпископ живо прошаше их, аще вероят истинно в господа нашия гоисуса Христа. И известно въхов си, яко вероят несумненно, огласив обоих сами с ним бъйвши епископи и пресвитири, служах окрещение света готайнство. Бъйз, че входящим евреям во святою купель, Аби отпадаш и от очесих яко чешо я, и прозирах отелесними в купи и душевними очесъй, серцем вероюще вправду, остейже своими господа нашия гоисуса Христа и споведающе в своя спасение, и крещае ми бяхо во ими отца, и сына, и света го духа. Наченше от Рвана и може сам цар откопели в восприемник бъйзть. И наречено бъйз, тървано в освятом крещени и имя лев, и причите е го цар Синклито и Совето своему, сотворифя го патрикия, яко чоловека благоразумна и чести достойна. И каеше се Рван Зело в своем первом заблуждени и удивляше се со ужасом и меят всегда в умия явления господни. Како рече, живест господи Иисус Христос на небеси, е го же от цей наше, разпяше и погребоше, им нехо ме го бъйти мертва, и глаголаше со слезами. Господи Иисус е Христе, Съйне Бога живаго, простими или косу греших Тебе в моем неведени. Съм святейшата го ж архея епископа почиташе яко ангела Божия, нехотяват не го отлучите ся. И тако у мирицка е страна вся, просвети се святъм святея вери, криштеним бъйвшим повсем градом и весем не то, че и уедеем, но е елином. И бъйст радост велика повсей земли той, но и ангели на небеси радовахо ся отоликом душ обращени и покаяни. И славим бяше Бог, хотя и всем спастисе чоловеком. По всем святейшата архея епископ Григории Советова Царио да повелит не бъйти домовом и жилищом юдейским вкупе, но между христианами да вселяця яко да не творят тайних с обой и соборищи советов. Повележа и закон царски написати си цевъи. Да ни кто же от еврей приводи да чтери свои и мужи от рода еврейска, но от христианских сейно взяти себе да возьмет. И сейно еврейско да не вземлет невести от чтери еврейских, а ще же кто бъй дързнул закон сей приступити, той да подлежит мечному тумлению. Съеже сутвори архея епископ да роди еврейски с ухристия наи смесився, забудет по многих летех древния витхозаконно и веро юбайчаи. Бъйвши житише не измирени оглубоко и благочестио по всю до святяшто ся, цар со святейшим архея епископом Григорием на Ленос, но Бого работахо, се ношне славословие владъйце Христово силающе оспасени и дошчеловеческих пекуштесия и управляюще царство милостио и истинною. Приживже той благочестивъй цара в рами на царстви у мирицтим 30 лет, успел господе, ден с кончане своего имея предвозвещено цвета Григория и погребен бъйст славно в царство ющим гради Афаре. Та же по представление царевом в малом време и иже во святих отец наш Григорий добре стадо опасши и утвердивше веро на основания постол и пророк, много же сотворше знамени и чудесаво славо Божио прейде от жития сега месяца декемврия в 9 на 10 день и положен бъйст чесно в том же гради, вместо погребания великие церкве. Ридающе онем в сей земли у мирицтей, а не паче крещени миодеум. Сембояко отец благбъй стимилостив, любезен чоловеком и благоприятен Бого, и може и представ лици святъй Хирархов сними славещи отца и саина и святаго духа във веки Аминь. В той же день памет святъх мучени Килии, Прова и Ариса, египтинов родом киликейстей странево скалони гради за Христа пострадавших. И святаго мученика Тимотея в Мавритании огнем с кончавшесия. И святаго мученика Полиевкта е сожженна го. Конец жетия святаго Григория в архиепископо Мирицкъго. This recording is in a public domain. Жетия святъх святители Дмитрия Ростовскъго. Месяця декемврия в 20 ден. Страдания святаго свище на мученика и гнатия Богоносца redfliprevox.org Траяно скипят Рейцарства Римска го приемшо Бевън Тио Хийстей церкви епископ и гнатии, проименуванием и вещио Богоносец, и жеприя престол по святом и воде бъйвшим по святом апостоле Петре. Повествуете же осем Божествено и гнатии Богоносце, яко егда бееш те младенец, а Христос Господь, то време на земли с чоловеки живъй, народа и у царстви и Божи у чаши. Тук да е родителем тогом ладенца в народи близ там остоящим и послуша и уж тим Словес Божественъх, спасители и сходящих, и меюш тим, што с обою сие Сво е чадо, возрек ним Господь и призвав от них к себе отруча и гнатия, поставие посреди их и обемие и наруце взем речи. Аж те не обретите се и будете яко дети, не внидете в царство небесное. И, и же аж те приемето труча таково во имя мое, мене приемлед. И тога ради света и гнатии Богоносец и пълнист, яко носим бъй с руками Бога в оплоштемна. Не мене же и сега ради, яко и он ношаше Бога в срце своем и в устах, сосуд са и подобен сосудо избранному Павлу, пронести имя Боже и предъзейки цари. Беже перве ученик света Гоюанна Богослова, вкупе со святим поликарпом епискупом Смиренским, посем Советом всех апостолов святех епискуп Антиохи и постависия, и деже перве на часия и имя христианское. И прием церковноя правление Многими трудаи и поти се еще проповед благочестия являе во всем ревност епостольскою. Цей света иерарху стави в церкви на два лика пети божествения песни, подобища селиком ангелским, бъй в шубойму во възхищении и божествена говод кровени и видения сподоблюще ся, виде ангелския лик и поющти е в времено, поющто един умулико молчаше други, поющто же другому послушаше перви. Екде той, кой отчаше свою песен, начинаше ов. И так оаки подавающе лик-лико песнопение прославляху святою тройцу. Това света игнати в откровени и видев предъде таковъй чин в начален тихи сте и своя церкви, а от тудо и во всех церквах красни той чин приясия. И бъй сте бъгоносни и сей архирей добри церковних чинов правител и совершен служителя Христових таинств, а послежда и мученик зверемна снеди данни учесом предлежащия е вид слово. Екдабо тряян цар имея много бран суските и получи над ними победу и в оскоте за то воздате благодарени и нечестиво им богом своим жертвами по всему своему царство, мняшти, како он их помощи в бъйств врагов победител, молящи же их, да их предгрядуща и на благополучно строяюте го воинствование и царствование. Тукда воздвижи се гонени на Християна и немало. Оведабо царя, како Християне, нето че обогомих преднести жертвени и изволяют, но и хулетя, обличающе тех прелест. Того ради повелепо всюду Християн веление го не повинующихся обиватие. Грядущу же тому царю на иною брань противоперсов прилучи се бъйти в антиухии, и оклеветан к нему света Игнатии Богоносец, како Христа, от пилата на смерта сужденна го и на крест разпята го почитает. И, како Бога, и оставляет закона и охранение и девство, и опрезерение и богатство, и всех тех я же суть и житию сладкая. Сия слыши в тряян, призва святаго, сяде со всем своим синклитум и глагола. Тъй лес и нарицай се Богоносец противляя се нашим повелением и развръща ей все антиухию. Ведуш ти вслед Христа Твоего Божествене и Жигнатия от Веща, а зъсъм глагола царь и что е с цие именувание Богоносец глагола святъй но ся и Христа Бога в души своей, Богоносец е. глагола царь, тъй убо носиш ли Христа Твоего в Тебе самом от Веща святъй во истину ношу писано боест, целио се в них глагола царь что же мы не мним сели Тебе носити нам всегда Богов наших в памяти нашей и техи мети навръги пособников от Веща Богоносец във им не, яко идолу в язык Бога ми именуеш и един боест Бог истинен, неба и земли и моря и всего я живних Создател един е господ Иисус Христос Съин Боже Единородни Его же царствия не будет конца Его же аще бъйтей познали си о царио и порфира Твоя и Венеци престол царски бъл бъйт крепчайший глагола царь остави тая же глаголеше о Игнатия в Немлиже Словесем Моим аще изволяеш и угодно им и сутворите и хоштеш и в Чинен бъйти в число другов моих то с нами принеси Богом жертвъй и аби е у нас будиш архирей велика годия и отец с инклито наречеш и ся кая потреба бъйтим архирея М.Д. екде архирей е Съм Христов и може повся дни приношу жертва хвълъй и все целъгумя тумуд, что си пожрети и бъйти подобник вольния его смерти глагола цар кумо хоштеш и тебе пожрети тумули и же от пунтийска гопилата ку кресту при гвужден бъйзть глагола святъй тому да буду жертва иже при гвозди накрестя грех и греховна го изобретателя Дьявола Сокруши и с отре крестом всъю его силу рече царе Мни цеми оигнатие яко не имаше здрава гоома и права го разуждения не бъ пръльстили са бъй си си це христианските писани, а ще бе разумел добре коль благо ест повиновати са царским веленям и приносите богом жертва и со всеми Богоносец же множейше е прием дързновение глагола а ще ме зверем да си в снеди а ще накрестеме разпнеше а ще ме чул а ще огню преда семя никога даже по жрубе сом ни же бою се смерти ни же настоящих времен и хищо благ но един их вечних желаю и всячески пеку си да прииду ко Христу Богом и му умрете за мя изволившему тук да си инклит ути аигнатия аки байо заблъждени обличите глаголахо всета и глаголиши бога твоя го бъйти мертва какво бом можето по-мощикому умери е щеже поносно и у смерти умери Бози же наши бе смертни сути глаголюция глагола Богоносец Господь мой и Боки Иисус Христос нас ради чоловек бъйст и наше го ради спасение крест и смерт и погребение воли и уприяти изволи та же воскресе в третий день вражив ни зверки не злужи в силу и взъйде на небеса от ню доже сниде нас от падение воставляя и пак и во водя в рай от нега же злъй бъйхом извержени и дървана множишея благая паче прежде бъйвших а отпочитаям и хвами богов не един что сутвори всему подобно бъйвша чоловеци и злъй и беззаконни и много я пагубна е сутворше мало е ток му некое божество мнение оставише безумним чоловеком от ято же потом бъйвшо покривало прелести показаше се что бъйша како зле от житя сега от и доша смертни и предаше се погибели ради многих ди первейши ваш бог крите погребен бъйзть а с клипи и жемония е упоръжен по гибе гроб венери показвам и бъйваят в пафе и и ракли огнем су жембъйзть злибо суште таково и окончено улучише и аж бъйша достойни си му от света гуигнати изреченим бъйвшим цар с инклитом бояще по срамяция повелеше и го отвести в тъмницу сам же цар вси уноште не спа мъйслищи,которо юбай смертъй и гнатия лишите се я жизни и умъйсли осодите го на снедение зверем,мняше бутто смерть бъйти лютейшо вудриже възвести то с инклито и вси тако советуваше но да не в антиохии предаше зверем да не сотвори се славнише и в своих гражданих моченичо с кою заверу своё и да не друзи на него смотряште в християнство и утверждати се будот по го ради глаголаху подобайте му време отведено бъйти связано и тамо зверем предатися тако бо и дълготою пъти трудимо и тяжчайшо указан приимет и утримлен,кто бъй бъйлни увесция но я коедина му от злодеев и му погипшу ни малейше и по нему станете память угоден же бъй с цовет са и царю и да ден на света го игнати от твет смертни да въриме во време празника на позорище пред собором всего народа зверем в дан будет тако от нечестивих у суди се святъй мяко да будет позор ангелом и человеком приемже на сяд той ответ богоносни игнати вели гласно благодарение в оздаваше Богу и со многою сладости уприемляше налагаема и на него вириги цар обо и дизвоинством на брань а божествен и страдалец тяшки ми желези облужен и десети войном жестокими немилости в им в дан ведяше се време исходя же из антиухи много оцеркви и помолився и стадо своя Богу вручив и плакаху онем верни и рейда ху горко а и ние с ним в пути дяху ножейшею к нему привязани бъй вше любовию прише, че войни со святым в сели в Кию се дошав корабль и от тудо плъйвше присташе в смирни тамо целова света го поликарпа божествена го апостола смиринскъго епискупа своего соученика и с ним отеже се бъгодохновенно и обеседою радуя се в своих узах и красуя се виригами чтобо е молучим, можаше бъйти украшеним, яко те е вириги и меже облужен бъйст за господа своего та же изпрочимия епискупа и през витери и Диакона и подобни целувасия стеках у себе к нему мнози от церкви асийских и градов видете го хотяште и отусти го исходяште божествена есловеса слишете желающе и моляше их святъй да помоля цио ням е, че бъй е му скоро зубе и звере и разрешите се от плодска го союза и явите се лицу желаема го господа видя же их зело смуштенних и нетерпяштих разлучения и гоисмерти бояши се да не идти и же суть време верни и подобне смотивше се не стерпят и затворят некою припону и да не како возлужат руце на тех им же повелено бяше вдате го на снедение зверем и затворят има отверстою двер мученичество и вожделение смерти помисли оба послати к ним и ако да идти и помоля цио ням е, че бъй не пресещи си теченио и го страдали ческому, но скоро зверми разрешено бъйти и прийти к возлюбленому владици своему писал Босице Игнатии, Иже и Богоносец епискуп Святия Божие Церкви Я жива в антиухии Милусердия сподобляшеся в Величестве Въщниго Боготца и Иисуса Христа Единородна Гойго Съйна Церкви освещенни и просвещенни и воли у Бога с отворшаговся я же суть квери и любви Иисуса Христа Бога и спаса нашого Суще и вместо римския страна и Йужей целую у имени от Цавси Държителя и Иисуса Христа Съйна и го радоватися Моля Бога получих да увижду честная Ваше лица их же попремного желах и у Зниго Бог Христа и Иисуси уповаю целовати Вас аще воля Божие Будет да сподоблю се даже до конца намерение мое совершити начало Бо благо и угодно миесть аще то, че благодать получу да жреби и Мой без предкновение в конец само и вусприемо бою се, бо любви Вашия да тами не обидит Вам удобно е ест сотворите, еже хоштете неже неудобно ест к Богу прийти а ще въйм не послабите и Зветом плодскием любве нехощо же Вас чоловеку могу ждати на Богу, яко живи и угощайте Ему не жеба аз возвоз му, кога имете тако во време к Богу прийти не жеба и аще умолчите лучше дело и вити можете аще бъл не умолчите аз Боже и судею сия а ще ли тело мое возлюбите паките, ки и далеча е буду лучше же дадите ми да пожерт буду Богу екда жертвени ки е ст готова да любови уликсо ставляше възпоете отцу Христа и Иисусе яко еписко по-сирскому благоволил обрести се от Востока на Запад Послана свидетеля и го Христових страсти и призвава и да отмира запад и му ще мог Богу Восток в осия и в Бози Николи же завидести кому и не их не завидите очисти аз же хошту да и такрепка будут е же очаще за поведасти усем токмо молите сия да подадуть се ми от Господа сила и внутр и вне уду да не токмо възглаголено и възхошту и не токмо на реку ся Христия но и обряшто ся наш те бе обряшто ся той нарешти си в узмогу и тук да узрю ся бъйти верен екда миро уже не явлю ся ибо ничто же зрима и вечно есть видимо е по време на не видимо е же вечна не советувание се е дело е сной великодушия християнин екда ненавидимест от мира любим ясто Бога а ще бъръче от мира бъй сте бъй ли мир обусво е любил бъй как уж от мира не сте но аз избрахвай от мира се го ради ненавидит вас мир пребудите во мне а спешу всем церквам ако доброволене за Христа омираю а ще тук му невозбраните ми молю вас да не безвременно и у любови ми одержите оставите мне снедба и тизверем и меже к Богу достигнути в узмогу Пшеница Божия е съм зубам и зверей да сомлен буду яко да чист хлеб Бога обряшто ся пълштайте паче зверей да ми гроб будут и ничто же телесемо е го оставят да ни тя го стен кому умери обряшто ся тук да буду истинен Христов ученик е к да ни теле мое го проче и узрит мир молите господа омне да теми орудиями зубам и зверей Богу чиста сутворю се жертва неяко Петери Павел ся заповедаю вам уния постоли Иисуса Христа суди и мира а с осужденни уни свободни а с жена и не раб но аще по стражду свобод буду Иисус Христов и воскресно в ням свобод на и не в ням связан учу се ничто же желати мирское и суетное у цирии даже дори масу звери Борюся на земли и на море в одни и в нощи связан 10 мили опар дъй и же суть войни стрегущи им же аще благосотворище горши баивают обаче аз во убеждение от них паче получаю ся но не осем оправдихся ово да бъй усладил се зверми и време оготоване ми мне их же и желаю скорих ми бъйти кои с тремленио да абием и снедят, а неяко же няки хубавше се не коснуше ся аще же уни само изволени восхутят а с насилием раздражае при ношду и их простите ми аз вем что ми ест на пользу на и не начинаю бъйти учених Христов екде ничто же от видимых или невидимых желаю да Христа постигну огън, крест, зверей стечени раздирание, костей сокрушени удов раздробление сега тела сотрени и вся дьявольска емучение на мя да прийдут то че да и Иисуса Христа получу ничто же ми пользую от мирска и отешение ни же царствия века сега Лучше ми ест умрети за Христа и Иисуса не же царствуват и до конец земли ка е бъл польза человеку аще мир весь приобрящет душу же свою отщетит Господа желаю са и наистина го Бога и отча Иисуса Христа того ищо иже за нас умре и воскресе простите ми, братие не возбраняйте ми к животу прийти Иисус боест живот верних ни же желайте м не умрети смерти в боест живот без Христа потяште ми Божи им бъйти не угождайте миру оставите ми чистий свет зрети аще тамо прийду Божи и человек буду попустите ми бъйти продъжателем страдания Христа Бога Мойго аще кто е го сде имат да разумеет, че са го хошту и да милосерцтво ето мне веди чим обдержиме съм княз века сега хоштите ми растерзат и душу же мою и изволение е, че имам к Богу растлите някто же оба от здесущих да помогаете му, па че же со мною будете Божи да не нарицаете Иисуса Христа мирже предпочитайте завиства вас да не обретайте неже мен е послушайте аще бъй с вами са и молилуином е же изхитите ми от смерти но сим па, че верою ще повините ся я же не и не вам пишу живбо са и пишу вам любовью содержим и умрети за Христа Моя любов е стко креступригвождена и не ство мне огня любеща го вешт мирскою но вода живата, коще е во мне внутръм не глаголед не услаждаю се питаниям тлеема им нежесла стми са я жизни хлеба Божия хушту хлеба небесного, хлеба живота и же ест плод Христа си на Божия рожден на го послежде от семени да видува я в рамля и пи тя Божия желаю крове того и же ест любов не гибнуща е и живот вечни ни хушту прочее чоловечески жити сия же будет аще въй в восхождите Христови с разпяхся живужен екто моас но живет в умне Христос кратки ми письми на имолювай не возграняйте ми веруйте ми, и ако Иисуса люблю и же мене ради преданбъйст что воздам Господи ви у всех я живоздадеми сам Боки отеци господи Иисус Христос и видвам сия, и ако истинна е глаголю въй же купно со мно и умолите сия да намерено е получу духом святъйм не поплоти въм написах но по Божию изволению аще по стръжду возлюбистимя аще ли отвержен буду възненавидестимя поминайте в молитвах ваших церков сирскою и аже пача мен е Христа имет пастири рекшего аз е съм пастир добре и сам той посетитею и оне и по печетсия и ваша я же к нему любов аз же истъйш до си един от пастири на решти сия и жебо достойне съм последни и изверкнеки на помилуваним Божи им получих да буду кто-либо аще к Богу прийду целуят вас мой дух и любов церквей во имя и Иисуса Христа приемших мен неяко мимо ходяща аще и нямо и бъйша и доведших до врат градских и шо же вам сия отсмирней чрез FSN достойно блъженниших ес дже со мною и кроко звъжделенни мои с уйнайми многими от сирии че ще ми славе ради Божия Написах вам сия в 9 календ септемврия сиест 24 годни месяца августта здравствуйте всегда брати в терпение Иисус Христовом Аминь Сие послание в рим пред собою посла, по-немнозен же време ние сами зайде отсмирни воинъм и ведомъй и приплъв в Троадо и Неаполь прейде пеш Филипополь и Македонию посещая я же на поти церкви уча в них и наказуя и отверждая не мощнейшо и братио всем же бодрим и трезвен им бъйти повелевая. Ек даже прейде е пир и приплъй моря Дриатийскоя и Тирейскоя пристав По Теоле и прият бъй слюбезно с воинъй от сущих тамоверних. А от тудо прийде в рим и вдъде се с царским писанием Градскому е парху. Тъй же Богоност се виде в писание царскоя прочет по веле оготоват и звери. Приспешъй ден празнични и веден бъй с Цветъй на позорище. Собрасе же е вез Град на позор той. Пройде бъс слух всюдол нем, яко е пископсирски и со зверми имат брати ся. Цветъй же на позорище поставлен бъйф обраш цек народу мужественною душею и лицем светлим хвалясия и благоволява безчестно и той смерти Христаради приемлемой, велегласно возва глаголя. Муж е римстии, смотряшти и на настояшти и мой подвиг. Ведите, яко не злодея ни е ради какова го казн приемлю, ни без закони е ради некоя го наси у смерто суждение съм, но един аго ради Бога моего, его же обятие съм любовъю, его же несъитно жалаю. Есъм боего пшеница и зубъи звери наим измаливаюся, да чисти ему хлеб буду. С я свято му изрекшу изпочтени бехо на него львъй, и аби е устремивше се растерзаше свято аго изнедоша, да бе ли е то, че остава ли ше го кости. И изполни се желание свято аго хотевше го да звери тело е го будот гробом. Бог у тако попускаю, што по желание огодника своего. Можаше бо пред ним заградите усталевом, яко же пред Даниилом Врове и пред Теклою такожде на позорище слава и ради имени свято аго своего. Обаче не сутвори се го, голя е паче желание и прошени ръба своего изполните, неже всимогуштою свою прославите силу. Таково без кончание свято аго Богонос цигнатия, таков е го подвиг, такова е го к Богу любов. Разшечу се же позорище, верни и време бъйвше, к ним же писа от смирной, и от пришечих с ним неци, собраша оставше се го кости, редающе по-немне отешно, и положише я чесно на месте знамените тази рода, такем вие месяца в 20 ден. Многие жедни верни плачущи моего разлучени, и неотходно гроба и го осъбсълме и песни приседящим явисянощи освятъй, и кои го ж доих обемлюще от оляше рейдание, и ки отешаше скорби сердце их. И неимже паке виден бъйст стоящим оляшция огради и постящ cия, аки внозем са и подвизи и труде. Обедав же тряян цар окончение и гнатия свято го, мужественом великодуши, како небоязнено и радусно и дяши умрети за Бога своя го, са жалеоним. И слешав у християнах, яко человеки суть блази, кроци, воздержно живущи и чистото любящи, всяких же злих дел от гребающи и сей непорочно житие и мущи, а царство и го нивчем же противни, разветочи, како многих богов не изволяют и мети, но един аго чтуд Христа. По веление искате их более на обиение, но остави их мирно житие. По съм честния света го Игнатия Богоносца Кости принесе най-бъйше славно в антиухию на защищение градо и на изцеление болящим на веселие же всему его стадо, або слабо бога в тройце единого от всех славима го вовеки Аминья. По съм свято Мигнатия Богоносца, неци и повествуюте сие, како е к дана Снедение зверем видяше сей непрестанно имя Иисус Христово в Остех имя е ше, въпросише и го нечестиви, по что имя то непрестанно осте и воспоминает. Отвечта святъй. Како имат в серце своем имя Иисуса Христа написано, остею бутого изповедует, его же в серце всегда носит. По съм Снедено бъивше святомо от зверей, при оставшихся его костех Божи и Мизволением соблюде се серце цело звермини Снедено, е же неверни обретче и славеса свята Го Игнатия, възпоминовше, разрезаше серцето посреденът двоех, отяште оведат и истинно ли ест глаголано и от него, и обретоше внутрено обоих странах разрезанъго серце златей ми, писмена и написано, Иисус Христос. Тако святе Игнатия именем и вещею бъйст Богоносец, но ся в серце своем всегда Христа Бога, Богомыслиним умом Аки Тростъю написанъго. В той же ден и живо святех от са нашегу филогония епискупа, его же златуст святе и похвалами по чте. Конец житие святих месеца декемврия в 20 ден. This recording is in a public domain. Жития святех святители Дмитрия Рустовска го. Месеца декемврия в 21 ден. Страдания святея мученици, юлияни и дивици и ижеснею, redfliprevox.org. Ни комидия преславни вивитени и град и долско муслужение прележаше за ловта лета е къде оклетян на Западе, Максимяжа на Востоци, оба нечастиви и цари царство въша. В том граде тук да бе человек богат и честен, имен е мафрикан, нечестия Елинска го крепко держащи ся, у него же бе дъщер именем юлияния. Я же е кда нача приходити в возраст и процветати кръсотою, разум же и добро нравия являти, обручию себе прежде време и неих женихов предваряя негто от царска госинклите именем Елефсии. Отложено же бъйвшо брак у долета на то преличних, в то време девица слижавши у Христа Евангельскою проповед верував него тайно. Виде бо небо, землю, воздух, море, огън и скаше создавше го та и от создания научися знати создателя, яко же глаголят святъй Павел. Не видима я его от создания мира, творен ми помишляема, видима суть. И глагола же в себе благоразумна е та девъ. Единест Бокистинен и може кланети се подобаят, и доли же бездушни и не суть бози, но жилища Бесовская. И прележаше молитви и чтени описаний божествених, получающе се в законе господни ден и нощ, отъй от ца своего и жебе велики и друг Бесом, врък же христианом. Матър же и я, аще и бе також да е линайня, но ниже християнска го благочести игношаше ся, обаче о обоих нерадяше, ниже идоло му середно служащи, ниже Христа благочесно почитающи, и не бриже о том, какова е вери, държи цет 4 я. Удобно объблъжен не е дева отъйти предоцем, можаше свояво Христа веруване, в молитви и чтени упражняти ся, нерадяще о том я матери. И, муще же, сердце своя любве Боже е исполено и в благочести отверждено, мисляше, как оба избейте обручника своего и избегнути брачна го с нечастивим сопрежение, де вства же своя цело соблюстивоти долопоклонника и тело чисто сухраните от слуги Бесовскъго. Приходяшто обобрачному време ни послако Елевси и обручнико своимо юлияния глаголющи, не готови се всуек брако, весно бутибуди, еко не изволю пойти затя, а ще не първе е парх странеса и будеш е. Съеже света е с утвори мняшти, ако невозможно е сте Левси и е паршеска го са наполучити, и той у виною избудит сопрежение го. Елевси и желюбовио е я пленен на чав сяким тщания моя паршеском са не пештися, ово моленим прележним, ово великими дарами, ово многомощними ходата и просява Максимия на царя да почитете го тем саном. Едва многим временем и многим именим получи желаемое, помогаю, что им обесо. Дявол Бухотя добро е святое дивици и разорите намерени, пособствова е Левси и е, че е парх с утворен бъйф, аби е ко обручници послагла голющи. Радуй си, Юлени, ако имаше ме жениха Светла Славою, е парх боест съм, буди обук брако готова. Уна же видиш ти, како тему мъйшленям не избъй с цете и го, открит то яве. Е же долго в сердце таяши и чрез посланих отвеща е мусици. Благо е стяко е паршество сподоблени си, но ще Богу моему не поклонише ся и е му же аз служу го, аз су Христу, аз ще и те не послужи си, и ще те бе и не е в съжитие, аз те не изволяю, нехо, што ба му же не единоверна мне имети. Ся Елев си и слышав, удиви си изменени обручници своя я, и разгнева се зело, и призвав от сая Африкана, попрошаше е го. Почтодъщер твоя и Боги наши отмещат и мною гнушаятся, и сказае му всесловеса я, чрез посланих принесенна я. Африкан же ся слышав, бъйств недоумени, чудя се вешти нечаянно и не мнея, якоже е парх, гневом на Юления Возжесия, са и також де побозих своих скверних велики ревнител. Я би е возвратив си в дом, первее кротко и отече ски начатъж търсво и в упрушат и глаголющи, ръцей митшти возлюбления и сладки и свете очес моих, кое я ради вина и отвръщаше се брака и отмещаше е парха. Унажени слъйшите си го терпяшти от веща. Остави отче, кляну се, бу надеждаю му я и господи му ими Иисус Христом, яко Елевси, а ще не первее веру му и приимет, причастник брака му и го не будет. Щобо си е ест, телом бъйти соединену, духом же разънствоват и връждоват и друг на друга. Испълни все же отец не стърпимия и ярост и глагола. Безумиш или се окаянна я и любиш ли муки? Отвечта девица, му ки люблю за Христа, глагола отец, тако ми великих богов Аполина и Артемидъй, яко звери ми псом дам тело твое на снедение. Отвечта света я, почта обои медлище, да прийдат пси, да прийдат звери и многие ми смерти, а ще ву змогат бъйти за едино да будат. Возрадую се бут частто за Христа умирая и приемли от него много е воздаяния. И пак и отец хитре яловя, остави ярост и любезно бъседоваше к ней му ля и овеща ею, да не ослушае цей го. Уна же веща ше и ная, уповайния добре го изполнен ная, свободния глас обрекущи. Едали и тъй подобен е си глухим богом твоим, уши и мущи неслишещи. Не съели первъй тъбе изрекох с клятвою, яко нест ми причастие со е ли всием, а ще не первее овещае ця Христу му поклонити ся. У отец же си яслише в затвори и в клети. Та же пак и извет слови са и благими ласкателними, с чедолюбними слезами, приклоняши святою к почитаню богов и люблению елевсия. Мужественна ежидева пак и возва, не пожиру богом, не поклоню се и стуканним, не возлюблю елевсия нечестива го. Христу единумо кланяю ся, Христа чту, Христа люблю. Тук да отец возири всия ятью и беяше безпочтадения, на землю пометающи, завлъсей влачащи, ногами попирающи, неяко родително и ако мочител, милосерди отече с къго ни мало являя, естествено и кът 4 забъйф любов в лютой своя рости и неодържанном гневе. Беяше живе до толе, до не ли же самиз не може и блаженна е дева и два остаси жива. По съм послаю, кое ли всио е парха обручнико е я, да е же хоштец нею творит. Он же презираем си от нея, око ли я ряша ся гневом дъйша и зубъй скрежеш тъненю, в бъзчестия себе не мало то вменяя, яко возгнуша ся он и милюбве е го отвержа ся. Радуваше се же зело, яко впъде в руце и го и получи власт над нею. Я би е судите и уяве, и парха са и умъйсли, аки за непочитание богов, само и уживещи отмещения творя за своя отния презрение, и седна судище повеле привести на изпитания огници Христобо. Бъйз че, когда света е дева Юлияния, предали вси обручника своя го насуд приведесия и красотою лица, яко заряво сия, и вси учеса своя на нею братиша, чудяще се благолепио зра кая. Тогда е ли вси, яко возрефнаню, аби укроти сега ярость и гнев на любов преложи сия. И не можаше в начале ни единъго кней жестока го словесе изрещи, но мирно и любезно беседова, связан бъй в желаниям доброта и дивичиския. Глаголъже, веруми и ми окраснейшей девице, яко е кда избережи ми себе в мужа от всех тяшких мук бъйтите бе и мущих свободише сия, а ще и богом принести жертви невосхожнише, не имаме и те преднуждатие то, че ио су изволи браку моему. На сия отвеща Христова невеста. Ни един ме глагол, ни же мука, ни само е смерто, веща, я цупрещи сете ве первее, прежде даже тъй не сутворище се христия, ни святое крещение приимеши. Глагола е ли вси, но и си е сутворил бъй олюбезнише, а ще не бъй боялся царска гугнева, ек дабо царо вест, то не то, чо велики са и сан, но с саном и живот ми отимет. Глагола святая, а ще тъй царя свояго смертного, временного, над телом токмо, а не нато душею власт и мушта го си ця боишся, аз же и мушти царя бе смертного, все ми царя ми обладаюш тъго, и всякъм да и ханем и душею владичествоюш тъго, не имам ли бояти си и соврагом и го, како супружески имам, соедините си союзом, а ще бъй кто от твоих рабов са одружил се соврагом твоим, благоволил ли бъй е си и не разгневал се ли бъй е си на раба твой го? Не пръщай се обо ни жебъсно слови, надея се обещат и мя, а ще хоште ши, приступи и тъй к богу моему, а ще ж ни, оби ми обо, в огън в верзи, рана ми уязви, зверем предажд и я же изволиш и наложена мя муки, а с жете бе не повину ся, тъй бо ми е си мерзостен и супружесто твое мие си, како збес и дружба, и брак твой, како гроб смердяшт, положен предо, че са и му ими. Ся, екде ослъйше ли вси, а бие в нямко огню любви преложи ся огън гнева, и весь огнен лицем зряши ся и ярости упилаше, такова бое с любов, екде обиваят презреден и возгнушана. Повележу и обнажите и протягнути четверочасни, за руце и но за вервия ми оцепивше, и битие сухими жилами и протием жестоко, и бие на бъз цвета е от шести войнов на много час, до не леже у трудише си биющи, унажаща и немощен са судъстеством сущи мужествено терпяше, повелевже е парх престат и войном отбия ние глаголък ней. Все о Юлияния начатки суть мук твоих. Бъль ще е же несървнен нуждуття, аж те не принесеше жертви велиция артемиде. Мученица же лучше и могучти терпети налага и ранъй, нежели вси ослъщат и глаголък ще гу и чаю, ще гу е ще преклоните йук воли своей отвешта. Обезумни воистино и несмъйсленни, почто более не мучиш и мя, често е ще чайши, готовеше е сама смук и терпети, неже тъйме мучите. И повеша на бъз цвета е за влъсъй, и висеше дне част немало, яко и кожи главно от тела от стати, и лицо от места своя го подвигнути се горе, и бровям више чела оттигнути се. Еле всъй же е ще нещо от любве в немк неисущи и мея надежди, увеща ваши услови са и благи ми да пощади цебе. И много е ласкателная и молителна изрек, екде не оспени чтоже, множе е разири си повележелезними, да с камера с женними зело опъляти бука и я, и поджигати пахия я, и от среди лядви и жещи укрепко. Тъжъс нем ще смучилища связароцея опъко и некий мострим железом пронзея я бедра, и в темницов вържа е ли живо сущо. Лежащи же света е в темнице на земли повържена, за вашък бог оглаголющи, господи боже мой всемогощи, непреодоленни в сили и крепки вделех, отими от мен е скорби сия, гото бъйше чих ме болезни избави, яко же да ни е лу от львов, теклото гня и зверей. Отец мой и мати моя остави стъмя, тъй же господи не отступи от мене, но яко же иногда израеля чрез море бежаща сухранили си, връги же их в море потопили си. Такой мене на и не сухрани. Воздвигше го жена мя брани левсия, а с ним и сатанут, чта ще го се припятие ми сутворите, сокруши царю непобедимии. Вси ця е и вяшта, ища и к Богу, и е ще молитва во остах сущей, врък не видим и видим окней, претворившися в ангела светло прийде и глагола. Търпише о Юлия ние тяшки муки, тяшчаше, же множе и в истину не стърпи мие, ще оготова тебе или вси. Тъй же, ек да изведена будеш и пожири Абие, не можеш ибо зельния мук лютост и боле е терпетие. Святая живопроси, е кто е си тъй? Дявъл же от вишта. Ангел е съм Божий, и понеже много печет си отебе Бог, то го ради посламя к тебе, изволяя да повинежи се е парко и не погибнят тело твое многими муками сотренное. Благоотробен боест Господи, и простите бето многие ради не можти уязвлени е плоди твоя я. Послышавши мученица уже сеси и смутися, видяше, боява лише го се образу мангела, в советом же врага явна, и воздухнувши изглубине и сердечния слезами, же очаса изполнивши, Господи мои глаголаше, Создателю всяческих, е го же едина го хвалят небесния сили, трепеште дже множество бесовское, не презри ме тебе ради страж доштою, да некога вместо сладости раствори ти подаст ми горе стврак мой, но явим не кто е, кто е ме избиращ глаголи сия, кто е скажуя, если бъй ти рапт твой. Такова зва святая и Абия услежа на бъйст, прейде бусни безвас глаголей, дрза и ли ания, аз е съм с тобою, пришетжега джек тебе и ми да юбу тебе на него власт и силу, и от него сам оговещ кто он е и по чток те бе прейде. вси цимулитви глас, глас уже в оследствова чудо, ибо Абия разрешише с ей яузи и железо от бедр и спъде, и во ста святай от земли здрава и крепка телум, де я вълже силу и божи и удържими стояшени избежен, связан с ини видимайми уземи. Ядъж е го мученица якурабани ключима и в опрушаше Акина судеи стезуя, кто е сте от кудо и от кога прислан. Он же аще изполнен си и лъжи, обаче приножден мучащи и у его крепости у всех создателя, и нехотя на час казват я истину. Аз рече я съм дьявол, един от первъйших князей тьмъй, послан от сасата наи изкусите и прелестите, яко вели у прияком я зву от молите в твоих и цело мудри дъвича скълго и от терпение мужественного. Аз е съм той, и же е вейнок да пагубно советувах в ръи заповед божи у приступите. Аз нау стих Кайна да убият брата своя главиля. Аз научих на вуходу Носора да тело златое на поли де и репоставит. Аз е съм той, и же е иудея в прелестих покленяти се и долом. Аз, примудрегу Соломона обезумих, сотворифе го женонистова. Аз и родо советувах дете избиение, иуде же учителя продание и себе удавление. Аз подвигал Хевреев да Стефана камени им побиют, не рона же да Петра стрем глав разпнет и мечем да посечет Павла. Съяснишевше юлиния света е сотвори ино чудо. Другие Бук, кроме ни видимых, и меже от Бога све заседявол, наложиемо узи и ранни, све завши же е го бяше. И что дивно, яко безплотна го и невеществена го духа, веществена имя узи и света е вязатие и бити возможе. Ек да Божия сила, неизбежними е го держаща е узъми и неложними къзняща е невидимо ранними, да де е го возлюблени и свъй невесте в област. И терпяше безболезен от рук дивичиских, якоже и от рук Божи их. Звеществен и мбобичем невеществена има налагашеся язвата е и уже воистина от Бога Род Бесовския узлобляецът. Тога дявол начаво пити рейдати, овъйм не глаголющи, что нъи не сутворю и како избегно, многих прелестихи в беде и въргох, нъи не же сам прелестив се в бедов падох. Многие е узъми и ранними облужих, нъи не же сам дивичискими руками связа ня са ми ранними уязвляема. Многие мне поработих, нъи не же сам я кораб и пленник држимесъм. О, отчемой са тана, по чтоме се има послали си, како не ведали си, чтоме има бъйтия, како не знали си, како ничто же е с цилинея девства и ничто же крепча е мученических молитв. Како святей Юлени и чрез всю ночь дявола мучивши, повелее парх в утре известию, аще е с джива и стемниция. Святая же грядущи влечаше за собою дявола и поверже е го вприключим се на поти мести гнойном и ста пределив си им первою святящи се красотой Юлица и добротою. Всем телом здрава, аки никога даже коя е моки приемшея. И удиви вси мучител глаголък ней, ръцей ми о Юлия ние, когда и како научила си си сега вълхвувания, и кои и у хитрости уси цискоро отрани с цилила си си, яко ни же следу язв в тебе обрести си. Отвечта святая, нест во мнение единие волшебния хитрости, но божествена е и неизреченна е и всемогуща е изцелиме сила, я же не точи у тебе, но и отца твое го са тъну студа изполни. Мене же пача обоих вас сутвори сильнейшо, и тъй и господин твой диявъл уменее сте под ногами, связях бе твой го е му же работеш и владейко, и твоя му ки нибудь тоже в мених. Тако Христос мой сутре с де ваши сили, а там от тебе и отцу твой му, и вашим служителям уготва огънвечни и страшни тартър и тму кромешнию и червени усипающе е го же на следище вскоре. Мочител же слиша фото с цвета е огънвечни, аби е противото го повеле оготовате огън временни велик и разжена бъйствель ми пещ и вържена вния святая. Уна же в огни пламенном стоящене връждена моляше се кога господ у своему и изпустил от очез своих слезей и внезапомалия капли слезния бъйша, яко дверики велики и весь огън угасиша. Вес же народни комедийски велики мобят бъйство дивлением и веруваше во Христа мъже, яко 500, женже 130, и и возваше вси едини ми остави глаголюще, единист Бог, единист той, и го же мученица Юления е прославляят, и мы в него веруем, Елинска го же и долу поклонени отметаемся. Кристияния смъй да прийдат на най-меч, да прийдат огън и кая ли болютейше е смерта да прийдат, готовие смъй с Юления и умрети за едина гоистина го Бога. Той им вели гласно глаголющим, Аби е парх повели извести въоруженния войнъй и всех верувавших отлучивши от позорища посещи до едина го и бъйст тако. Всиче с веселия им подмечва и своя прекланяхо и умирахо за Христа, Кристия ще се в своя истой крови. Мочителе же неукрутимо и у ярости умятуштися повели светую в котел зело кипящи в Ръщинаго, як и некою снедь върити на долзе. На святей котел той бъйст, як обаня тепла, по многих трудех немало тела и очиста го връждающта я, то че у Аки изрядния купель и умайвающта я. Сниде бокней господин ангил и соблюдею невредно. Остреми се же огън на окраст стоящих и сутвори то, е же иногда опешти хълдейстей, всех, их же да си же, суже в пепел. Та же и котел разсяде ся и изъиде мученица цела и уже народ одивляюще се укружаше якоже високое здание, бейбово истину въише всех възрастом святая. Сия вся види мучитель, не домееше, что боле и творите, всему уже мучителство е го изнемокшу. И зря себе бъйти от девица и посмена и посрамлена, нача терзатия власа и своя и лице драти и терзатия на себе одежди. Многое же и хульна и досъдителна е на богов своих от ярост и глаголати, як услужа им единия девица и победите невозможи. Та же святою мученица Юлия Нью на мечноя усуди посечени. Придеже пак и дявол той, и жаят без святою в темнице и издалеча, е ще ба бояше си и рано е помнише, стоя очевидно, и, ако человек, утешаше се оея на смерта суждени и спекуляторов на ущаше да скорее поймути и убьют. Святая жедева е кда на него грозним возре оком, аби е дявол в устрепета и воскрича, увъймне, хочет ме та не милостива е пак и руками яти. И това услъщени е всем глаголющи, изчезе пред всеми. Войни же поемше мученицу на усечения ведоша, и дяше святая, акина брак ведома, и к чертогу спешаща я, радюще си и веселяще си, и помоливше си, или коху тяше, преклони под меч святую свою главу и усечена бъйсть. Сочета си же в узлюблено мужениху своему Христу Господу, за него же пострадав сердно. Жена Женека е именем София Римляниня, за няки им свои моруди им тук давни комедии бъйвшия, и в спят време възвръща ища е ся, взяс в собою тело мученици Христов и Юлия Нии. И в дом своя внесший, по време ни создава имея я церков красною, таковая мученици достойною, и положив в ней мощия я святая славно. Скоръж е ли всия постежеказен Божия? Ибо плову, што има по морю, восста буря и разби корабль, и и стопоше в корабли бъйвши. Еле вси, ше намножиш уйо свои обидо и мучени, избави си от потопление, и на некия остров приплъй, и дежи от псов Снеден бъйст, и погиби окаянненни частивей, достойною приеммест подалом своим за неповинноя святия дева Юлия Нии обьяния. Таков бе подвиг невести Христови Юлия Нии такова е яко Христу любов, таковъй страдальческия конец. Обручена бъйст е ли всио в девятое лето от рождение своя го, в 8 на 10 е же крови у невестивши си жениху бессмертному, положи за него душо свою, и най-не веселит се в небесним чертози с у Христом Господем, от всего создания хвалима им в бесконечния веки Амин. Той же ден житие и живо святех от са нашега Петра, митрополита Киевска, го и всия Росии. Са и блъженни Петр роди си от христиански, родители и верних, от земли Волинския, еще е му суще в отробе матерни, святай ужто дню недельному, виде видение матер и го. Меня ще се агнт са держати на руках своих, посреди же Ругов е го древо благолиствено и зрасте, многие цвета и плоди имея, и посреди ветви е го много свеща и святяштия, и благоохани и спущаивштия. Родившо си же святому, и в седми летех в дано в научение святъм книгам бъйвшо, косма учаше се от рук блъженни, очесом немала печаля бяшия родителем его. Съеже бъйзть да от Бога паче, неже от чоловек приемет книжно и премудрусть, юже и при асице. Виде въснен неко е го в освитителски худежда хпришедше и рекша к нему. Отверзи чадо остатво я. Оно може отверзшо, являше се прикосну се десною рукою езико его и благословито го и сладости на полни гортани го. И возбуди все от рук никога же виде, то, че и у ужто ти серце своя сладости весели исполнено. Отто ли же е лико предаваше учителямо, скоро нова и каше, и в малом време не извъйче всему писанию. Бъйвже двадесите летите в монастир е прияна ся и ночистки чин, и бе послушлив в делих монастирских, в поварния водо и дровано ся и братим измаивая влъсеници, в зимеже и лете правила свои го не мало оставляше, ибо перве е всех обраташе се на церковном пени и последи исхождаше, а в церкви со страхом стояше послушея божествених писаний со всяким прилежаниям, николи же къс тенево склоняйся. Наставнико своимо всегда послушлив бе и брати и беззлености служаше в смирение и смолчание. Изволение мже на стоятел е поставлен бъй стяканом, таже и пресвителом. Научи се же и писати икони святъя, и с их воображение пиша, всему моми мъсли у отземних отводяшеся и весь богомъслин баивая, бълъшим желаниям к добродетелно можето и обзимашеся. Та же прием благословени от на стоятеля отейде в месту безмолвное и водрузи жилище себе на рецерата, на и неречен на и монастир дворцей, и постави церков во имя спаса нашого и Иисуса Христа и в малое време собра се к нему немалое число брати и бяше же святъя и благонравени не злобив и последни всех творяшеся, стихости уже и кротостю всех поучая и милости не прилежа, николи же нища просяща и странно отпусти чта, яко и до князе прийде вслух добродетелно и го жидие. И сега ради всеми почита им бяше и вси слова учени от него при Махо. Прийде же тук да в страну Оно и архиерей Максим от Константиня градъ, поучае люди преданному Божию оставо. Кнеможе Петра со своя и брати и пришед благословение прияти, иконо пресветея владичец и нашея богоролице и уже сам написа принесе ему. Святител же Божие и благословие го и брати, иконо святую прием в велици и чести име еше о себе. Та же непомнози святителю Максиму приставлюш уся геронти и негто и гумендързнов, взя святителскою одежда и утвари жезел пастирски, ещежито иконо, от Петра написанною и святителю Ономо принесенною и поиде к царю граду, хоть а бъйти митрополит русийски. Вък да княз страна и волинския понождаше блаженна го Петра, овъгда Самуля, овъгда чрез боляр подвяза и го, дъйтет к царю граду посвещение ради на престол кеевския митрополии. Геронти обу нигто же благоволяше дерзостия го ради, яко без совета и избраните, че в узхитите сан не входят дверми, но прелази инудо. Влаженни же Петър долго не хутяше и отрицаше сия, последи же омоленба и фуд князия и от Вельмонщи от свещенна го Собора, поиде князия онем моление пославшо к святейшему патриарху и ко всему и го Собору, про сяшто видите Петра на престоле святителско. Геронти уже на море прише, чо зло плава ния случисья, бури велика и сопротивни ветри и волнение в усташе, яко медлите е му негде време немало, облаженному Петру тих ветри пособен бъйст и аки в осне той море приплъй. Геронти уже е висе в видение икона пресвятея владичици, у ней же предречеся глаголющи е му, су е труждаеше се остърче, не взаидит бу на тя святителски и сан и го же ищи, но и же мене написа Петри Гуменратски, служители с сына моя го и Бога и мой, то и возведен будет на престол святителски и люди добре опасет, у них же сын мое Христос господь кров свою пролия, от мене заимуванною и вет и в старости добре ко всех владици прейдит радвия ся. Геронти же скоро возбудився в ужаси бъйст и всем виден на и изповеда. Ек даже при подобни отец наш Петър к царю градо прийде, бе тук дабо святом храме премудрост и Божия патриарха Танас и Дивни, добродетелми своими украша и престол вселенски. И всечу блъженному Петру к патриарху, благоохани и сполни ся храм той, и разумей духом патриарх, яко прихода ради Петрова бъйст благоохани и благословия и го радостно. Та же вино пришество и го уведав собра священни собор и размотрение по-убъйчею сутвориша, и ви се же Петра достойен святителство, пред знамена си прежди рождение своя го. Патриар хубо, Божествено и служба, совершае посвяти чудного Петра сега, его же чесноя лице во време посвящение сице просвятися, яко всем девити сей глаголати. В истино сей чоловек повеленям Божи им прийде к нам и бъйст всем веселее духовно и. По неколиких жедних прийде геронти и аж те нехутя, ся приключивше се ему сказа. Приемше от него Патриар Хризи, светителския с чесною и коною и пастирски жезел и церковния сановники, ся в руце предъда истинному пастирю Петру. И тако святейший Патриарх, поучив довольност святаго и блаженного Петра многие дни и благословив, славно отпусти от Константиня Града. Святъй же пришедва свою митрополию, мир и благословение всем подъде и учаше Богом поручено и му стадо с прилежаниям, приходя от места на месту. Сим тако добре, деющи им си не претерпе лукава и враг, но спонос отвори святому. Но сти неких нехутете и го пришествия, обаче потом покаяше ся и светителя прияша и може покоривше се проштени от него, сподобише ся. По време ни же пак и враг завистия подвиже Андрея е писко Петверскагу, и же поустрив язик своя глаголонаправедного беззаконие и много ложная и хульне Словеса написав послаг святейшимо Патриарху Атанасию. Патриарх ще одивляся, невероятно та в мене, но много бъйвшо навъжденьо посла единого отклирик церковних в русийскою землю и собрасе собор в огради Переяславле. Бъйвшо там е писко Порустовскому Симеону и при подобному Прохору и Гумина Печерскому и князем, и въльможем и священником и чернористцем и множество много. Призван уже бъйвшо и Андрею е писко Патверскому, боист изпитание име теж велик, лъжи клеветником, представшим на Петра Святагу. Тук даделетели злане отъися, но всем във явление прийде. Андреева бъзлоба и облгане обличисия, и пред всеми клеветник той ложни и посрамлен и уничижен боист. Святъй же Петър ничто же сотвори е му зла, но и прощения сподоби и го, и довольне всех поучив, отпусти их во своя. Сам же трудъй ку трудом прилагаши, данно и ему талант восто умножае и сиротам отъц являясия. В то време е ви си некий ретик си ид, не покаряеш це учени у Святагу, тога проклятие свитител Божи и предъде и погибе злън равни. По съм прийде огодник Божи в славния град Москва, владеишто в ням тук да благоверному великому князю Иону Даниловичу, всякими добре ми делаю крашено, милост и ву книшними свещенником и церквам любочестиво, святъх писани и послушетелю. И зело го злюбие го, святител, иначе, больше и нехмест в том граде жите. Советова же благоверному князю поставите церков каменно во имие пресвятея владичице наше, Богородице, Приснодева и Марии, Рексице. Яко аще ми не послушаеш и храм през святъй Богородице воздвигнише, то и сам прославише се пача и них князей, и град твой славен будет. И святителе поживод в ням и взей до труки е го на плещи враке го, и Бог в ням прославица, е ще же и му и кости, с де положено и будут. Княз же послушав Совета святаго, приложит штани и у церкви, основан ниже бъй в шей дената днево с Двизашеся и сам святъй прилежаше, да на всяк ден дело спешица. Провидев же свой исход Божием откровеним, сотвори себе своими руками гроб близ жертвиника. И по совершенни гроба бъйстим опаки извещени от Бога о представление го, и вес радости исполнився и дефцерков, и Божественою Совершислужбу, помолився о всех православних церехи князех и о своем вдосесейни, благочестивом князе Иоани, и о всем благочестивом християнском множестве всея росийске земли и о представлящих се сотвори воспоминания и святъх тайн причастисия. Пришет же от церкви, призва весь причет, и получив по-убъй, че и отпусти их. Товремя многие милости нитворяше нищи ми обоги. Церком же има настирем и ереом и изнемогаше телом. При спевшу жедни отшествия го, призва протасия старейшена града князът, кога в огради неприлучившо си и рече е му, чадо. Се аз отхожду от жетия сега, оставляю жесеном и му возлюбленому князъю Иоанно милост и мир и благословени от Бога и семени е годовека, и иная изрег завещания бруче има влагалище и стощите на церковное совършение. И всем вкупе мир дав, нача вечерния пети, е ще му литве суща и бъл стех и го, душа и го отиде кога господу, само мое му руцик богово здебшо. Князъжи о приставлени и святаго слъйшав, с поспешением в оград прииде печален со всеми вельможеми и вси люди и о приставлени и святаго плакахо и тужахо, положивше жена одречесно и го тело к церкви понесоша, яко же е стубъйчай. В то време чоловек няки не верием одържими, к святому прииде посреде народа Онаго и в помисли своем поношаше глаголющи. Хто е с цей и може сам князъй толико народа предходят и последуют единому мертвецу сущу и толикът чест да е цей му. Тя помишляющи абие святаго зря на одреседяща и с обоих стран народ благословляюща. Ду нележе, когробо принесен бе и уверя се чоловек той о святинъгодника Божия и видена е народа повествова. Святие же е го мощ и принесше, положише во гробе, е го же само готова себе и да е же и не и не лежит, чуде са различне и творяще сверо и приходящим. Юноша неки от рождение своя го име руци разслаблени и от нют недвижимой, яко нико из том мощно бе принести их. Той, когробо сега святаго прийде му ля се со слезами, и абия укрепише се руци и го издрава и бъиша. Та же слячано му восклонение е просто и глухому слух да рова. Едино може от многих лет слепо прише, чуи му ли твътворяшто, внезаполъче съем за иници отверзе. И на много сверо и приходящим к Божествените го рад се благодеяния чудодействене и до нейни източаюция в чести славо в троеци слабимо му богово веки Амина. В той же ден памят святаго мученикът Темисто Клея, от Мир Ликийских пастер и овцам бъивша, в царство Жедекиевото с клип и князи за Христа ята и по-чрево бъиена, до нележе проседя се. И на древе повешана и по-острим железъм влачима и с удроблена скончавшася. Конец жити и святъх месяца декемврия в 21 ден. This recording is in a public domain.