 Жетя света е ех святителе Димитрия Ростовскъго, месет септември, четвертий ден. Страдания света го свещен на мученика Вавилой и с ним три ехо Труков. Red for LibreVox.org Номериан цар злочестивъй велици Антиохии прибивая и во един от нея сотвори празник Вели и Бесом и принесев се скверния и долом жертвъй, смесифия с неповинною кровью. Ебо закла са и на царска малъга отрука, е го же име от некоя го варваръска го царяв за лок тверда го и не разорима гумира. Ек да обосцарем тем творяше брайн через некоя время и не возможе един другому одолети, тук да сотворише мир между собою и клятве ми отвердише его и приязан с собою стежаша. В извещение ще не преложне гумире и приязанство да децаря вървърск Номериан усъй на своя го юна детища и вручи по печенео е го, да яко отец воспитайте го и яко естествено е своя чадо себе имеет. Номериан же царска го отрука лесно прием, а би е безчеловечною лютост показа. Ибо разори мир с царемоним, не бряко клятве и през рев приязане го, сам сво е юру, кою закласса и на царска в храме мерзких богов своих. В то време антиохийския церкве пастир без свято и бъгоносни отец във вила, и же божественим прознаменуваниями избран боев на престолър херейски, добре пасяше Христово стадо, образ баива е верним словом, житием, любовио, духом, верою и чистотою. Той, в негда таковъй бесовски празни келюто и убийство совершашеся, собрав верния своя люди в антиохии баившия и в святою церков шечи, приношаше бескровною истинному богу жертво, моля се в словесном своем стаде, да не разхищено бурят от волков души губних и учаше овции своя крепкими бъйти в вере и не отпадат и во време на пасти. Нечестиви изжитарвозвръщая се от скверния и чоловекоубиствения жертви, устремисих к християнстей церкви, потя видите совершая мое божествене таинство, в купе же и оскверните святъни в господния своим нечестиво им входом. Тук даревнитель божи и святъй великий Вавила слышав, яко цар со всем своим синклитом гредет к церкви, устави божествене и отар и изжит противо царя, став дверих церковних и узрев приближаюштася, верегласно к нему в озупи. Не подобаят ти царю идолу поклонни кусу, што входите в святъй ню бога живаго и оскверните ее входом твоим. И сопротиви се Вавила святъй царю зело, оидоли с тим злочести и го облича и укуряя и всячески возбрание му внити в церкови. Ибо и гда приступаше цар ближай к дверям, святъй и Вавила таководерзост показа, деснице свою к персем царским приложив, възпешташе е му и отрееше и го от храма Божия, яко возвратите се царю с великим стодом. А ще бой насилием хотевните и мъй с обою слуги и боя, обаче нека е сила Божия чрез святагова Вавилова збрани и непопостини частива му ниже прага кусноти се церковна го. Ибо славеса Вавилова, яко славеса Ангелова бяху, постраша ища е дерзостною безбожна го душу. Къс е му же и много го ради народа усъмнеся, боя се да никога разприеме тежна него с отвориция. Множество бъл много е верних в то време там особрася. Молчание му бу до съждение претърпев, отъйде с гнева в палата и своя. Наутрия же по велет церковто огнем сожъщи, патриарха же представи в себе, начало коряти от дързнуто мдене глаголюще. О, Кайан не ищи, и паче всех, на когато и опувающе смелес и сопротивите се мой державе и возбранил меси входа церковни, или не веси колико е е зло до седите царю, и которим казнем подлежит дързнови обезчестите лице царское. Света и жива вила небоязнино отвечта. Не смотрю на церя земна го, ни же ста и жду си лица его, но на небесниго церя взираю и опуваю на него, и бою се того, и жеми овцам сво им пасти репустави, и повелеваят ми бодру бъйти к нахождение у волка и не попускат и зверю входите в стадо. Не царю ободоседих, вем, боя ко дързновение той е, же доседите царю недалече ест от неистовство, но одержах того и же входом своим хоте Боже и доседите святъйни усквернитею. Че са ради праведно е сти да благодарени ми воздаеш и засие, како в държах Тебе от такова го злагу начинания, им же последния и себе погибел на не сил бъй си, опечаливши до конца Создателя Своибо, от него же от пасти люте е ест паче всяки е смерти. Номерян же глагола. Подобашите бе овчерашним дързнутом противоназделе, раскаете си и прощени от нас изкати, тъй женини нам досъждаеши. Отвечта във ила. Не подобаят нам христианом ни кое го же от человеку курити или доседите, обунижете бе досъждаем, не подобаят бо безчестите Божие создания, образумегопочтенной. Обачаште, кто на Бога дързайте безчестите святе и ние го наносит, това кова го нето чуе почитат и нест достойно, но и възненавидите и го яко врага праведно е, глаголишто божествено му да ви до, ни ненавидишти или те господи възненавидих и образих твъх и стаях, совершенною ненавистью възненавидих я в враги бъй шеми. Вся свято му глаголишто рече цари, остави многое тат во ясловеса и послушай нас, я ще хочаше избъйти казни за своя прегрещение и получите от нас прощения, то принеси жертво Богом нашим и поклониси им. Отвечта святъй, заврочено е мне стадо вся страдат и душо му и положите готовия съм. Та же по-молчав рече, не мощно ми е отцарю отступите от Бога моего и служител жимините им Богом, их же беззаконна е дала и в вспоминути студиест. Царжа глагола, пак и тебе прежне слово реку, остави много глагола ние твое и пожери Богом, а ще ли ни то злаго тебе злепо губит му я держава? Отвечта във вила, желания м небе избавите от обдержаща готия мрака, да бъе си убежал не кончае мия муки, тъй же и нъх, кто и же му се призива и ще возжигае себе больше и гено. Глаголи обо тебе, како не можеш и избежати рук Бога живаго. Мочители же кротост себе притвори, нача безгнева в опрошати във вила святаго. Можеш и ли, рече, сказати нам, что е Бог? Отвечта във вила. Естества Божия, а ще и много потрудише се опустигнути невозможаше. Бог бъе с неизреченний, непостижимый и по-моисли человечески ми неиспътънный. Начало всем и составление, царь и зиждители Господ всех са и вину, сотвори же ангелъй и архангелъй и и най-евся бесплотния существа. По сих создат человека и бесчислиними его изполни благи ми, постави тога царя на земли, яко же само он е с цар на небесех и дадеемо обитати в ръи. До разумеет, че человек свою честь, колико превосходит проча е животная, приведет та пред него и повелееме на темна решти. Дозда же е му и по мощницу, и удостоя е го наслаждате се божествене и своя беседи. Неблагодарни же человек през рев создателя и заповиде е го пренембрег послуша връгане сотворше го иму никой, кое го же добра никога даже, то, че улесно е слобо принесше го, е му же вероемши, лише сера я, изгнан праведни им судом Божи им. Но не злобива и Бог, аще отгнай го, обаче не преста благодетелиство е му, показуя, яко аще и безчисли не согреща им, нехож те от погибели нашия, но устрояят нам яжък оспасеньо. Но мерянжа тъй е глагол и слыша в неможаше разумети. Дошабо, не вкосивше я благодати, неже разумо причастивше я ся, не наказана от нюти буя сущи, како полезне и у разумети возможе? Обаче стоящих окрест стъидяще ся, да не весьма не разуми и го познано будет, показваше ся, каки бъя вся във вилу и глаголяма разумеет и похвали све таго яко добре глаголюща. Та же пак и в опроси и го глаголя. ЧТО ЕС ЧЕЛОВЕК? Он же отвеща. Человек е стод земли перстен и смертен, паше всех животних смертних честнейши, кротки, друголюбезни, аще и сотворихом сяма и друг на друга паче зверей лютейши. Но мерянжи във вилово им глаголом чудясия, в купе же и сам мудър показує ся, кляняще се богами своими свидетелиствуя мудъра бъйти във вилу и ничто жаложно глаголюща, то чью аще богом пожрет. Глагола ще бъу. Единого то, че и го във виле не достеет, яко да почитет боги нашия, да си се примудри чоловек не безчестит чести богов и не въоружаят на них языка своя го. Возреб же пак и на във вилу глагола. О старче примудриши, принеси богом жертво, и а бие в отцата е буду себе и мете. Видят бози, яко нелгу. Многим и мен ням в държаве мое господин будеши. И прелищашени частиви и цар праведного мужа различними ласканьми, богатств, живелики хи чести и обещаньми. Но истина христофи споведник прибъсня по колебим вере. Противо желесних слов е смочителяве хотвеща. Визна всех благиест благочестие, и го же кроме вся обещаема емнета обои блага и нищета суть и последния досъждение, и тех, я же имею лишение. Нумириан же видя святагово във вилу непреклонна к злочести у их, на ярость подвижа се и повеля Викторина дук со своему да тяшке вери ги железния навою и го и на нози возлуживши, водит посреда и града в позор в всем. Надея ще си обеззаконни, и ако честни той може от всех граждан славимо и почитаемой, такова го безчесте остридевши са изволитни частивей их воли. Возложен им же бъйвшим веригам на святаго, цар ругай си е морече. Тако ми бози във вило, яко лепо ест в тех, тебе веригах ходите, прилични бусу от старости твойей. Отвечта святъй, тъй оцарю на посмех тогла голеши ми, аз же тебе истину реку. Тако ми честни суция вериги, яко же тебе венец твой царски. Истрадание за Христа тако ми суть ли обезне, яко же тебе твой изкиптри. И смерть за бъсмертна го царя тако ми е с желательна, яко же тебе живот твой. Случи се, же там опривавили бъйти трием от руком, родом братием и жебяхо младе и летийно старим одруванием. Их же святъй във вила духовною пищи ово спита и еме их яко чада своя. Ти и бъследствуюш ти учителю своему и у земя его облажена не оставляхо. На тях возре в царь речеко святому. Мню във вило, яко дете си кърдъйни тебе возвъйшают, учителите нарицаюште, и тех ради непременено в сопротивление твоем пребивайше. Отвечта святъй, а ще восхожеше дете и сих в опроси ти, узрише и их разумнейши хпачите бе и познайеш и, како моих словес, този от семена. В опроси же цари, чие и суть дети? Отвечта във вила, мои суть по духо, их же благовествувание ма спородих, поучением в оскормих, наказанием возрастих и суть в малих телесех в илиции може и совершени христиане. И спъйтай и вишт. Повележе цар във вило вести на позор и в народною темницу в речти и го, а от роков призвав пред себе в опроси их первее яшти и ме от матери. Унижелише. И матер, и отец и учитель на мест във вила, е го же па, че матери любим. Уна бе то, че роди нас, той же разум и благочесть и унаучаят ней, их въй суте добро дете ли и возводит, пекушчи се у душах наших. И абия цар повелесе искать и привести материх. Преведен не изжибавше и матери в опросаше цар. Како нарецае ця и ашти уна е с матери дете и тех? Нажи от вешта Глаголя. Имя ми е С. Христо Дула. Дети же си и мое я отроба и плод суть. Их же я, ку начатки боле, зни му их в дар принесох Богу. И опуваю яко примудри във вила в сокровище небес не е тег вложит. Его же по печеню чада му я сия вручих. Исполни все жегнева Номирян. Повеля благочестиво юто и матер бит и поланитъм, Глаголющи. Не вешта и пред царем си цедързновено. Отруци и же видещи матер бие му Глаголаху. Обезуми си царь, биет матер истинно е Глаголющию. Та же царь вопросил имена хилетъх дете и тех. Сказаше, яко первий нарицае ця урован, има и 12 лет. Други при Лидиан има и 9 лет. Третий е Полоний има и 7 лет. Пралищаше же и их мочители Словесъи благими и дары, да поклонят си идулом. Вни же едини ми от Вештаваху стъй. Християни е смъй и не подобаят нам да идулом поклоняемся. Научени бое сма един агознати Бога и женебо и землю сотвори. Тому кланям си, а небе сом. По многих же ласканиях мочител видев их неприклонних. Повелеб бит и их, налагающе на нярана и по число летъх. Первъг оба простърше да ше е моран жестоких 12, 2-9, 3-7. Вни же мужествено терпях в осем то, че усужеляющих, како не имеша множайших лет да ба и множащия за Христа при Алиранъй. И, глаголахо, аж ти объятинъй не поклоним си лъжи въм Богом, но единому Богу поклоняемся Господу нашему Иисусу Христу. От вече же дете особи и мати рих отпустивши, във вил опаки представи себе и глагола. Се ожедети твой и поклонише се Богом нашим, подобая тубо и тебе не медле, тъм же поклоните сия. Отвечта във вилът. От от сила жи дьявола научисти се лгати, вембояко ни пралищени вашими, ни мука ми, възможите их от Христа от торгноти. Добре бо научих е знати единъго истина го Бога и веровати в него. Тога цар повеля във вилу и дете с ним повесивше на древе и огнем же щи. Във вилът же возвечи очи горе, помолися к Богу, да подаст свъйше крепост свою малим отроком к терпеню, да не одолеете мука. Наказиваше жих терпет и мужествено, обеща и им от Христа велико воздаяние. И терпяхо на злобиви отруце и с учителем своим доблествено, укрепляюще и их помощи Божие. Та же мучители с немих здрева, във вилу верига ми обложена в некои ближни и храми не затвори, а дете е ще ласкан ми, покошаше се прелестити, чада ми е своими именуя и добранравними и красними отруками на Рицая, злато же и сребро им подавая. Пониже яко едини ми остай глаголахо, лест челукавай, почтовно го плетено и прелести твой ясет на ней простирайше, яко враби е в хутя нас уловити, веш ти известно, яко ни чтожа успеши, а ще и без числа потрудишися. Имаме ибо храняща го и покриваща го нас Христа, и го же силою сет твоя вскоре сокрушица, а ми и избавлени будем. Та же воздухнувше Рекоша, облагочестие, мати наша, не отвержим се Тебе. О, във вилу любезни учителю наш, не солжем Тебе. Нето че обосе един цар, но аж чеба и бъй бъй ли здесь многие лютейшие цари и мучители, то не един от Бога нашия отторгнут и нас възможед. С яотроком глаголюштим, бавила близ негде в храме, не затворен слъйше глагол, и их радуваше се неизреченно, и благодаряше Бога и зуст таковых дете, и сувършающа го себе хвалу. А бие же и във вилу цар привести повеле и глагола к нему. Неестественни или сути твои дети си и във вилу, е и так умню, како ти и хродили си, зело бу Тебе злонравим своим суть подобни. Отвечта святей, во истинно му и суть чадо, оцарю, обаче по духо, а не по плоти, похотеням бо астелесним до сеговремени ни изкусихся, и супружество не познах. Глагола цар, они покори във вилу, почто до сели жестоко сердце, и нас и себе мучише. Пожери по гом скорей, да има и трудите се престанем, и те издет митво ими, свободивше се мук, чести и да ров от нас подобише сия. Кая бо Тебе поле за доброходна себе и малъя сия отруки с обою на муки и смерд вдавати? Не подобаят ли Тебе? Учителю примудро с ущо, яко же о своем животе, тако и от детех пещесия, да не безвременно погибнут, и в самом цвете юностно, напрасно, овядще скончают сия. Божествен и жива вил рече. О царю, не подобаят ли Тебе по печени о свои и мети державе, и ополчайте се противо врагов, и брань творите с ними, а не нас мучете неповинно. Тъй же все по печени е внешния оставив, на нас остремил си и овразех пленящих землю на бриг, нас воюеш и гонише. Сия же творише не да полису, какво земли Тво е приобряштише, но да огодише ярости Твои изверено и естествено му свирепство. В си мисловеса и разжек си мучител Вавилу и младенци у суди на смерти. Ек даже от войно, в кои осечени объише ведение, Вавилъво спеда видова Словеса, обрати се душемо я в покой Твои, яко господ благодействоват я. И достикше места, и де же имея хоположите своя за Христа главъй, Вавилъв поставив пред собою отруки, их первее под меч привождаше, боя се да някотори от них по-немо ставше се обоице смерти и отступит от господа. Того ради пред посилаше их к небеси пред собою. И утишаше их поочаяне отстрашади се мечного посечения, за неже получат у Христа жизнь вечною. Усечен им же бъйвшим отруком возупи с веселия Вавилъ. Се аз и дети я же ми дали си Боже. Та же и сам под мечу готова свою въю. Заповедаше хотьяшчим погребстие готелу, да с ним вириги окове го в огрове положат. Да буду тръче ся и посмерти моя и утвърт тело моимо. И усечен бъйв в светую свою главу, поиде в въишния селение и предста с дитми своими отцу небесному. Святое же и готело спрятано и погребено бъйст в копи с виригами, ако же сам заповеда умирая и свети и три младенци с ним погребени бъйша. По време ни же не малем, егда цар Константии са инвеликъг царя Константина сутворя общника царство своего Галия, брата Юлиянова, си на дяди своего. Не имае бъл своих чад, да бъй царство е го бъили наследники. Тук дано в опоставлена и царя Гали и в антиухию пришед, принесе мощи света Говавилой и с ним трех от рук, пострадавших, на месту глаголимо е Дафне, на предгради и суще. В месте же том глаголице, ако име име именувание своя от некие дивици, на речения, е же там от Аполина бегаше, якоже фелинских повествуец е басних. Бежето месту зело красно, ки пари сними древеси на съждено и неих въсучайших древес рожтим и ограждено, злачно же и пространно, и муще и сточних водей бъсстро и стекаюшт. Посредеже бе Храм Идольски, в нем же идула полин, художни и зваян, ответе и да яше в опрошающе ми го. Без бов нем сидяше това е людям. Там о схождахо се люди е жируште идуло и всякие игры и скверния дела творяште. Гали и обовише речени християнин сей благочестив, отя от връщати люди езически е от них безбожия, немоги еже тога давни на места и в нем суща го Идольскъг охрама разорити, бояже се бо, да не воздвигнице бран от народа елинскъго. Бяше бо еще множество бесчисленно е тамо Елинов, сущих и умрети за скверния боги своя. Тога ради сооружи тамо церков мало и, ако же речесия, принесе в ню мощи света Говавил и стремия младенци. И положиев ковчези каменном, великум, да собирающе се нато место нечестиви и люди е възмогат по-мало обръщатися ко Христу, видещи чудотворни от мъщей света и бивающие сили. Ек даже Юлиян противник по-обиени и галиевом и по-смерти царя Константия Рисия. Идей на Перси и бе в Антиохии. Придеко Аполину Идолу в храме го поклоняя се с жертвем и въпрушая Идола в победе от долеят ли Персум. Идол же не отвещай ему. От нележево принесе най-бъйша мощи Вавил и света Гу на место Оно, отбежа без и умолча Идол. Не отвещава е никой, дину може в опросу. У чесом велици печали жерцом Аполиновым сущим, без возвести, ако мощи ради Вавилових не може до боких глаголати. Ежи оведах Юлиян по велик Гали Леяном, тако христиан на Рицаше, взяти от от ду мощи святъх с камена и ковчегом. Собравши се жеверни вси, елико можаше их тук-дава Антиохии бъйти от Мала до Велика, с псълма и песни не соша в уград света Гу Вавилу и трех от рукав. Камена и той ковчего цеплен в лекуще с собой и поющте. Де последят се вси клани ищи се истуканим, Валищи и се уидолих своих. По пренесение жемощей святъх, пъде Огън с небесена храма полинов и по-жего соидолом на посърмлени не честивим. Верни жераду въху се хвалищи Бога и може слава в овеки Амини. Конец жетя света Гу священ омученика Вавилой. This recording is in the public domain. Жетя света е их светителя Димитрия Ростовскго. Месет септември Четвертий день В той же ден жетя е света Гу пророка Моисея Буговица Red for LibriVox.org Умерш у Йосифов земли Египетстъй, а род Якова отца е го не во много сотелет толико умножесия, яко вся земля е та напълни се людми Израилскими. Къбранни же мужаше от них бъйти мужей по 600.000. Тога цар египетски е боясия, да некогда согласившеся со врагами и их потребят египтен от земли, повеле представникам своим озлоблятия Люди Израилския всеми види, работи уже и би и ням. От много трудна го боих потъс, дахо, гради, имените не тако потреба и ради, якоже ради Чтеславия, и да до конца омалят род джедовски. Обаче е ли които озлобляху и мучаху, толико они боли е множехо ся. Не можах обусихо малите чоловеци и их же богу множите и возвеличите хоте. Ящи и повелеваше цар баба ме египетски им да всяко е отруча еврейско и ръждающие се мужеска пола обивают, обаче баба и бояща се бога, мужески пол, ще дяхо. Тук да цар даде заповед по всезим ли египетсти и да всяк, и же узрит отруча еврейско мужеска пола и мете, и вреку да ввержит. Товреме бе там у некий муж от колена леви и на имене мюхаведо. Си и преждето го време не родише са и на Аарона и Дещер Мариями. Само и жето люто е время, екда обивае ми бяхо младенци, родише отруча мужеска пола, е же видевше зело красно плагахо си о нем, знающе заповед царево, яко обиват и повелевся отруки рода еврейска. Крише е го о себе три месяци, и понеже не можахо е го кто му крити, взяемо мати е го ковчежец ситово, и помазе е клееми смулою, и вложи отруча в него и положи е го в лучице при реце. И наблюдаше се страй го издалече да оведеет, что будете му. Снидише тук да побожи остроение от Дещер Фараонова измыти се на реку, и рабъйния я прохождахо при реце. И видевше ковчежец в лучице, пославши рабъйния взяи, отверзши же видито труча красно плачуще си в ковчежце, и поще да е Дещер Фараони и рече. От дете и еврейских си е. И хотя ще имете е го себе в сейна, повеле поискати емо дуилицу. Пишет, же йоси в жедовин, яко многие приводи ми бяхо дуилице и гипец тие, и не воскуте отруча от сцефих сатие. Тук да приступи Мариямк Дещер и Фараонове, ежи и служаше и рече. Хочеш ли го споже призову тя саму отручати и го корми лицо от еврей, и воздуит ти и воскормито труча. И рече, и дещер Фараонова, иди и призови. Ще, че же отруковица призва матер отручате. Рече, же кне и дещер Фараонова, соблюди ми отруча си, и воздой ми е, аз жедам тим сду. Взяже отруча на руки жена и абия, кне и яко к матери свои прелепи се любезно, уна же до яше е. Возможавше же отручати, въведе и уко дещер Фараонове, я же возлюбляш е го зело, понеже отрук бе вели ми красен, умолю отца своя го да будите и все на место, и на рече ими е му мой се и глаголющи, отвода и взяхе го. Мои, сбо египетски вода на Рицаеци. Пишеци жо не в древних историях, яко едино ювнесе и го дещер Фараоновък у отцу своему Фараону, с ним же играя Фараон на дължина главу е го Венет Царски на нем же бе мал и до лици зваян. Отруча же похитивше ведет с глава и вержа и го на землю и попрасва ими ногами. Еже виде в цар и сущей тук да принем неки ере языческ и же име извещение от Волх Вов, яко е къде родице вожде людей израилских. Много имат прияти казни и гипет, советува Фараоново да повелито бите отруча то, да некогда возраз, за къде сет некою беду на землю и их. Но Господу, хоть ащо волю свою изполнити по устроение го друзи и глаголохово прики, яко отруча не злобиво сутвори си от неведение. Потяшче же искусите неведение и без злобства и го принесуше к нему углера с жену, е же он зимае влагаше в уста своя и опалие за их свой и тога радикусно е заичен бе. Ек даже прийде во возраст пристави к нему дещер Фараонова избраниших мудрицев египетских, да научен будет в сякои примудрости. И бъй сто трук бъйстру умен в мале времени превъйшай учители своих, любим же царю и всем сущим в палате царстей. Ек даже уведал роде своем, яко е Вреенин бе, нача познавате единаго Бога на небеси суща го всея твари создателя. Его же е Вреич Тяхо, египетским же безбожим, гнушашеся. Пиш от неци, еко ек дай Тиопа и воеваху на египет, тук дамо и сей пришели уже в мужа совершенна, от всех египтен избран бъйст, да вожде во им будит. И же и порази е Тиопов храбрости в своя ю. За его же храбрость цар египетски вместо любве возненавида и го. Неци е Боджерцов, египетски хвълхвующе пророчество въхуяко сей навестимат бедей на египет и советувах у царю да убиете го. Их же слушае цари, умей слюбите му и сей. Обаче не творяше сега скоро нехутя оскорбити чтери своя я, но и скаше вина и на него и време неподобна. Бъйз джеводни Тия и зайдим и сей к братям своим сином Израилевым, разуме вже болезни их, виде чоловека египтенина бьюща некоего евреянина. Обозрев се же семо и овамо, и кога же видя и порази египтенина и сега в ПСЦ. Изше джево в турей ден видя два мужа евреянина бьющия ся и глагола обидещему, че са ради тъй биеш искрен неко. Он же рече, кто ти постави князи и судио над нами, е да обитиме тъй хошчеши им же образо мобили си вчера египтенина? Обояси, же му и сей слъйша, како не отеи се с утворено и убийство. Услъйжаше фарон, глагол сей и скаше обити му и сейа. Утъйдише му и сей от лица фараонова и всили се в земли Мадиямстей. Утроди взеже от пути, седе при Кладязе и седащери 7 жърцама Диямска го и от Тора, пъс уще овци отца своего приидаш е кокладязъю и черплюще воду на ливах у кората напоите овци. Пришече же пастири и неиховец изгнаше я. В оставже му и сей избави их от тех пастирей и налия им воду и напои овци. И ряко же си едащери от су своя му и от Тору, глаголюще. Человек египтенини избави нас от пастирей и напои овци нашия. И от Орже приямо и сей в дом своя и дадея му се в фору дъщер свою в жену, с нею же роди два сайна. Первъг го нарече Гирсама, глаголя, яко пришлеце е съм земличен ждей. Друга го нарече Елиезер, глаголя Бог бъл от само и го помощник мой и избави ме изруки фараонови. Под них же многих тех ум рецар египетски. Иво стенаше си нови Израилеви в Египти от дел и го зупиша. И взейде в опълих к Богу от дел. И услыша Бог стинания и их. И помени Бог завет своя и жеква в раму и саку и яково. И призрев Бог на сина Израилева и го схоте избави тих. Мой сей же бяше паси овци и оторе тесте своя го и наше овци в пустиню. И прийде в гору Божию хорив. Я ви сижемо ангел господин в пламени и огнини скупини. И видит мой сей. Яко купина горит огнем, купина женя сгараше. Прече же, мимоше до виждовидение Велико е съе. Возважи господи скупини. Мой сей е мой сей. Он же рече, што е ест господи. Прече же господи. Не приближай се семо и зуй са по ги от ног твоих. Место бо на нем же те стоиш и земля света ест. И рече емо, Азия съм бок от ца твоего, бокъв рамов, и боки Сааков, и боки Яковль. Видя-видех узлобление людей моих и живоегипте и в опълих услъйшах. Поведех боболезаних и снедохи зятих от рукоегипецко и известие из землито я и ввестие их в землю благо и много, в землю кипящо и млеком и медом. Тъй же греди, да послютя кфараону цариоегипецкому и изведеше люди моя сей не израилива и земли египецкия. И рече емо и сей к Богу. Кто е смази, яко да поеду кфараону и яко да изведу сей не израилива и от земли египецкия. И долго прошаше се обога да не поселайте го худогласен рече Азия но господ обеща се с ним бъйти, обеща же и Аарона брата и го с ним послати. Тога му и сей шедко и оторо проси сей ти вегипец посетити братио. Рече же и оторо. Иди здрав. И идем и сей в путь с войне боя се ничто же. Уже бу цар он и умре и же хотемо и сей убити и вси ищо ще и доши е го изумроша. И зайде же по повеление Божио в зрети не му и сей в усредение му и сейо Аарон Левитин и срече се целова ста ся оба. И поведа му и сей Аарону вся Словеса господня. Пшетше же вегипец собраше вся старци и синов Израилевъх и глаголоше им вся Словеса та, я же от господа слъйшаша и сотворише знамения пред всеми людьми. И веруваше им людия и возрадувашеся, како посети Бог са и на Израилевъй и како призрена их скорбение. И посига вниде му и сей и Аарон к'фараону и реше е му. Сия глаголят господь Бог Израилевъх отпусти люди му яда праздник сотворят мне в пустъйни. Рече же фараон кто ест Бог Израилевъх и гоже послушею гласа невем господа и Израиле не отпушту. Повележе люди е врейския больше и умучите работи налагающе и многие ранни. Празни сутрече си го ради глаголят да идут пожрети Бог у своему. Тога горе е людия узлоблени суще възопишана му и сея и Аарона. Да видит Бог и судит вам како угносисти дух ваш пред фараоном и предръбъя Его дати меч в руки Его убити нас. Му и сей же укреплен от Бога пак и вниде с уароном к'фараону глаголющи. Господь Бог е врейски посламя к'тебе глаголя Отпусти людия му я да разумеят же фараон како от Бога суть послани не чаше творите знамения. Поверже Аарон жезел пред фараоном и предръбъя Его и бъйст змии. Сузва же фараон мудрица египетски вълхвъй и сотворише и вълзвие гипетсти чарованиями своими такожде. И повергоше ки ищ до жезел своя и бъйше змиеве и пожирай жезел Аарон офон и жезлъй и укрепя се сердце фараони и не послушай их како же глагола им господи и не боскоте отпустите людей вожесточи се босерце иго тук да по повеление обожио начаше наводити казни над землю египетскою. Первъя казни бес я взема Аарон жезел свой удари водоречною пред фараоном и предръбъя Его и преложи всио водоречною в крови и рыбъя живрец е изумроша и в осмерде се река и не му жаху египтени пит и води от реки. Вторъя е казни бе жабъй. Прострея Аарон руку наводи египетски и извиде жабъй, я же излезше в недошев доми клети ложниц и на пустели и в доми рабофих и людейих и в тести и в пешти и нацаряй на рыбъя Его и на люди его возлезоши жабъй. И в оскепе земля и их жабъми я же екда по веление в нашия египтени в стоги и стоги и в осмерде се вся земля египетски от жабъй измерших и изгнивших. Третя казни бе ще скнипа и в чоловецъх и в скотехи на фараоне и доми и рыбъх его и весь песок земниста скнипа ми во всеи земля египетстей. Четверта е казни песия мухи. Пято е казни смерта велика зело на вся скотех земля египетскио. Шеста е казни гнойния струпа и горяшти на чоловецъх и на скотех. Седма е казни град и огънь горяшт со градом. По разиже град во всеи земля египетстей от чоловека до скота и всяко траву и вся древа я же на полях сутри град. Осма е казни прузи и гусеници я же поедоша всяк плод земля египетския. Девято е казни бъйст тма по всеи земля египетстей три дни и уже не можаше огън просветити. И не види ни кто же брата своего три дни и не востане кто же отудра своего три дни. Десята е и последния казни бъй в смерт первенци египетских. Ся же сия казни наводи ми бяхо от Бога через муисея и аарона. Ни едина же отречених тех казни е вреди евреев, но то че е египтени. Яко не хотяш ефарон отпустите люди Божия, а ще бои много, ще е обещаваше се отпустите стожив от казни, обаче екда послабляемо ем обе, Аби уже сточаше си и не отпускаше даже до 10-я казни. Прежда же 10-я казни, яко же заповеда им Муисей, изпросише сейно в Израилеви от египтен сосуде и Сребря на Излата и Ризи многоценни, е лико можахо изнести с собою. И сотвори Муисей и Людем Пасхо, научив их како агънца Ясти и Мехо, е го же крови у Мазахо праги дверей своих. Бъйз, че в полунощи и Господь порази всяка го первен са в земля египетстей, от первен са фараонова, сидяща го на престоле, до первен са пленнице Яжеврове и до первен са всяка госкоцка, е в реум же вся цела бяхо. В оста же фараоннощи и вси Рабиего и вси египтени, и бъйз твопъл велик по всъй земля египетстей, ибо не бъйз дом в немже не бе мертвеца. И призвав фараонно и са ярона в нощи рече им, в останите и отъидите от людей мои хивъй и сыновы израилевъй, идите и послужите Господу Богу вашему, якоже глаголете. И овци и говяда ваше поимше идите. И нуждахо египтени а людей с отщани и мизрино тих от земли, рекоша Бо, яко вси мъй измремих ради. И изи доше Израилтени му ку свою преждевски сейния теста своего. И не може ако Бо приуготовате на подибраш на ради наглаго налегане египтен, и же и му ляхо и нуждахо о них да отидут скоро. Изи доше же с Сребром и Златум и богатство многим, и пришельци и мнози сними изи доше, и овци и волей и скотей мнози зело, де аше же пеши и хмужей до 600 тисяч, кроме домучатства, и пришельци в сними грядущих. Взяжем и сей и кости и оцифове с собою. И оциф бо умирай во египте, и духом пророчески им провидя будущея клятвою за клясей на Израилев и глаголя. По сещени, им же посетит вас Бог, совознесите и кости моя отсюда с вами. И дощим же им от земли египетския Бог бяше с ними, и живождаше их в ден обостол по-моблачни им показат им путь, но ще уже стол по-могниным светите им. Кулес стол по-облачни в одни и стол по-огнина и нощио пред всеми людми. И възвещено бъйство фараон от царио-египетскому, яко бежаше люди, и преврати се сердце фараоново и работи го на люди и рекоша, что си е сутворихом, отпустивше сей на Израилева, и да не работи от нам. Преже обу фараон кулесници своя и вся люди своя субра с собою, и поят 600 кулесници избранних, и вся кони египетския и 300 и над семи. И погна су зади сей на Израилевъх и достижа их, ополчившихся при мори, но невозможно напасти на них. Ангел Бубожий, худя и пред полком сей на Израилевъх, поиде са зади их. Взят си же и стол по-облачни отлица их, и ста са зади их. И вниде посреде полка египетска и посреде полка сей на Израилевъх и ста. И бъй стит ма и мрак, и прейде нощ, в нюжа простремо и са и руко с джезлом на море, и возгна господи море ветром южним, силним всю нощ, и сотвори море сушо и растопи си вода. И вниде доша сей на Израилевъх и посреде море по сухо, и вода им стена бъй студесною и стена ошуюю. Погнаше же египтини, и вниде доша вследи х тем же по тем посреде водъй и всяк конь фараонов и колесници и всадники посреде моря. Мо и сей же привед люди и став на презе, пак и простре рук на море, и устроя се вода код ню на месту. Египтини же бежаше под водою и изтресе господи египтина и посреде моря, и обративше се вода по кръй колесници и всадники и всю силу фараонову и неостал от них ни един. Сей нове же Израилевъй пройдош по сухо посреде моря и избави господи Израилев, ден они зруки египецкия, и видише сей нове Израилевъй върших при кръй моря. Их же моря от себе изметаше. И обояше се люди е господи и веруваше Богу и Мо и сей и угоднико е го. Тогаво спемо и сей и сей нове Израилевъй радвие си торжествує опобеда с утворше и сирокою въисоко и на тегиптина и в море, песен си и у господиви. По им господиви славно бопрослависия, коня и всадника върже в море. Пояджи Мо и сей и сей на Израилевъй от моря чермнаго и види их в пустъйния сур и идяхо три дни в пустъйни, ни обратахо вода и пити. Прии доше же в мерро и не можахо пити води от мерри, моркабобе и роптахо люди на Мо и сей и гле волюще, что пием? Воз опижи Мо и сей когосподу и показае Мо господи древо и вложи е в воду и уследи си вода и пиша от нея. И вождаши Мо и сей люди Израилския по различним 40 лет ся блага и имо Бога худатъйствуя екда же воз ропташа обрашни поминающи египетска имеса Оно моли Бога и одожди манно ясти и посла красти ли до сейто стих. Екда воз ропташа опитии, он изведе води и мис камени, порази камени и потекоше води. Екда воевана ня амалик Оно проси имо Бога победу на амалика, въздвизаше боруци свои на молитва и удоливаше Израиль, побеждая амалика его же посечем е чем до конца. И коль крата и прогневаше Бога в пустейни Мо и сей у них умоляше его Рече потребити и хаще не бъй Мо и сей избран не го стал в сокрушение пред ним, возвратите ярости и го да не погубитих. Даде же им и закон на скрижалех камених писъдней, его же взя Мо и сей на горе от Бога пустя си 40 дней и глагола го сподь кнемо лицем к лицу и ако жа аще бъй, ктово сглаголал к своему другу Сотвори же храм свидения от опон красних, от червленици бъгреници и висона и кивот завета окован и златом вонже вложи стамно златую и мушто и манно и жезала ароно в прозябший и скрижали завета. Над кивотом же постави два хировима злата и вся яже в жертве и всесужение устрои. Постави им священники или вети, научив их чинуж реческому. Постави им празники и новомесечия, научив их судьбам и оправданиям. Устрои в жечин духовни по-печесия и учине мирском избра мужи и силни от всего Израиле и сотвори их над ними тисячи начальники, истоначальники и 50 начальники или 10 начальники и письмо водители. И сождаху людям по всяче сей сяко е же слово неудоборешително и доносишък Муисею. Все же сутвори по-совету и отора тестя своего и же с женой его се пфорую и си менем его и с двема сей нами его прийде к нему от земли мадиямския впустъйню, послъща фонем вся, илика сутвори господ с ним. Его же Муисей приемши любезно и угостивши, отпусти смиром во своя. Това е Раб Божий Муисей и сутвори знамени и чудеса, совети же и попечени у людях израилских, уче сон всем пишат се в книгах его. В книзе изхода, в книзе Левитов, в книзе Чисел и в книзе Втораго Закона. В тех книгах описуват се подробно жития его и трудей, я же под яводя и управляя сей на Израилеве. Та же приспевше и кончине его предвозвестие Му госпото представление го оглаголя. Взейде на горо Аварим я же е със в земли Муавли прямо е Рихону. И вижд землю ханааню и жаз даю с ином Израилевен в обдержание и скончай се тамо. Прежде же скончание своего благословимо и сей-сей на Израилеве кое ж доплеми особ благослови пророчество и у будущих. Посеми зайде на горо на нюже взейти повелено им убийсть с неяже показаимо господ всю землю Галадско до Дана и всю землю нефталимлю и всю землю е фремово има на сину и всю землю юдину даже до моря последниго и пустъйню и окрестния села и Рихона град Фиников даже до си гора и речегу сподькму и сей-ю сия земля е и уже клях ся в рамо и сако яко во глаголя семени вашему дамью и показах и очесем твои им и тамо не внидише. Исконча се тамо Муисей раб господин в земли Муавли словом господин и погребаше е го близ дому Фогорува и неоведене кто же погребене е го даже до днес е го. Муисей уже без то и двадесет лет егда сконча сия неотъмне сте очи е го и изтлеста о снега и плакаше се сейнове Израилева и Муисея во работе Муавли у юрдана близи Рихона 30 дней Искончаше се дни е плача сетуване у Муисеи е го же молитваме да избавит нас господ от всяки е печали и да от египта мира се го много бедна го изведше селитни в вечния селение Амина кто е же день памят света ех мученик Теодора Имияна, Юлияна и Киона, отвеси Кандабальския бейвших при Максимяне царе за Христа Страдавших и же в разженний бани затворени Две рицарским перстнем запечатление пройдаше безвреда нерушивши печати та же науда и бъйвше сечени с кончаше се и света е мученика Вавила и другаго е пископа антиохийскаго и с ним Детей мужескаго полай женскаго 1984 Мечною кончину за Христа приемших и света е мученици Ермионии е же бе едина от 4 и света го апостола Филипа крестивши го Кандакей на Каженика Конец джетия пророка Муисея и прочих This recording is in the public domain джетия света е к святите Дмитрия Ростовскаго месец септември 5 ден джетия света го пророка Захарии от Цапред Течева Red for LibriVox.org святей пророк Захария сейн бе в ръхи и свещенника ветхозаконна го има и жену е ли съвет от 4 и ароновых сестру Анна и материя пресвятея Богородицеи святетилствую джо у них евангелия святое яко във всех добродетелях обретаху сия проходяште пути жития непорочне Без търече оба праведна пред Богом ходяште във всех заповедих и оправданих господних безпорочна Их жечесна го жития и известни мявлени и месцвятей плодих честна и славни пророк претечи и крестител господин Иоан Пишете бояко от плодофих познайте их добра древа и плодне зол яко збъйте си реченному аще корен свят, то и ветви свята ветви Иоан от света го возрасте корени Се и обу свете и захаре отец предтече в Иеруселиме в царство и родово священствова си от дневния череда евияни си ест от рода авии и муща го череда усмея седмиции очередаше си циповествовеция цар да вид, видя Ароново племя умноживше си в то ли великое число яко невозможно бе всем в церкви служити в купе разделия на 24 череда и лилики да едини по друзех седмици свои одержащи в церкви вси служат избража от них в коем ж долице честнейше го и постави его им начальника яко кое може долико своего начальнишого священника имети беше жеки ж долики ми священников в боли е пети тъй свящ да не буди дже между ими раз при начальстве который священник сликом свои им имат държати перво и в седмицу которо и другое, которо и третие и даже до 24-е метнуше жребия и по жребио при има хорят свои и държаше се таковъй чин даже до новия благодати, кое го ждоба священника племя череду свою и мееше по жребио правца сво его и заидежо усмеи жреби а ви и священнико от его же племени по том рождение с цвета и захария и се и держаше усмею череду служби и в церкви, начальства и над священниками сво иго племени бъз, че служашето е му в чину череди и своя я пред Богом по обычу и священничество ключи си ему покадите все, чов церков господню собранно бивше множество народа на молитво и сие ви си емо ангел господинство я одиснуя от аряка Дильнаго и го же фиде в захария обоясия но ангел от гна страх от него глаголя не бой се захарие в тежи живозвещая како молитва и го пред Богом благоприятна и та преклони Бога на таково юмилост како посетилест жену и го или савет разрешае еяне плодствия в узи и в летих заматурелих и подая родити саина благодатите заюмините юанна и же рождеством своим неточи родителям но и многим людям сутворит радост манози рече урождество е го возрадиоця возвестижа и си е ангел захарии како си него имат бъди пред господен вели и не тела но духа возрастум воздержник бойпостник таков яко и ние кто же свидетелиствуюшто у нем самому Слово Божио приидею анкрестител ни хлеба йоди, ни вина пия изполнице же духа свята изчрева матери своя я и многих от саинов израелевих обратит ко господо Бог у их и той булит Христу предтеча во или ином души и сили приводя господи ви люди совершенни си я вся слъйша захария удивляше си и невероваше глаголимо им понежели съвет Бенеплодей и обалете и состареста ся и рече ко ангелу по чесому разумею си е аз боя съм стар и жена моя заматуревши в одних своих отвештав ангел рече ему аз я съм Гавриил предстоя и пред Богом и послане съм глаголити к тебе и благовестите бе сия и се будеш и му ча и не моге и проглаголити до него же дне будоц я за нене верували си словесем моим, я же с Будоця во време своя таково и са ангелом беседе медле, што захари и вултаре люди е в церкви ждущи и чудяхо ся к ним же захари и шед по-маваше бе Бонем и разумеша людия, яко видени и виде в церкви Совершивже службо своя захария возврати ся в дом своя и го жи име в горни и стране в хеврони гради иудове той е Боград и Динбе от тех и живжреби и иудином дан и упределени бъйша свещенником к прибаиванию посем с бъйшо си ангелискому възвъщеннию и розчуци от неплодове юанно егда захария име и го на дъщици написа Аби и отверзоше се остави го и язик разрещи сия и глаголаше благословия Бога Исполни се, жедуха, свята и пророчество в глаголя глагословен господи Бог Израилев яко посети и сотвори избавление людям своим и возвижрок спасение нам в домо да ви да отруга своя го, яко же глагола остави свято их сущих от века пророки го и тъй утруча пророг въишниго предишебо пред лицем господни могутоват и по тие го и кда же роди се господ наш Иисус Христос Витлееме и пришечи от Восток Волсви возвестише Иродо оцарено во рожденном тук да Ирод по славши войнов Витлееме да избьют тамо вся дети помяну Иоанна саина Захарина в нем же добре ведише и буслъйше на ему бъйше вся приключея си во време рождества Иоаннова бъйстбо страх на всех живущих окрест и во всъй горне и стране юдеисти и та чудесне дела бяху поведа има и Иродо Возвещена и положише вси слъйшевши и в сердце и своем глаголюще что обо утруча си е будет поминов обо в то време Иоанна Ирод глагол в себе е дали той имат бъйти цари юдейски? и умислив убитие го посла нарочни убийцов в дом Захарин но не обрет оше света го Иоанна послънни не ченшо се бъл безбожному витлееме дете убийство глас и вополю слъжа се в хеврони гради юдове прибаивани и священическом яко не зело далече от стоящим и вина воплета го оведа си я би е света Елисъвет похитивши от руча Иоанна и мевша уже тук да полтора года бежав гори а света И Захария тук да бе в уеросоли ме служащи по-убъичие в церкви чинучреда и своя я в то време прилучие ся креюще се жели Съвет в горних моляше се с лезамик Бога да защитите у соотручатим егда с въйсоте и виде войне и прележно ищо ще е приближающе ся в зопик суща и там горе каменной горо Божия, прийми матер с чадом я би е растопи се гора и прияю внутри себе и отищо щихия убийцов сукры ти же не обрет, че изкома го возвратише се к пославше моих тръщи тук да и рот послак Захарии в церков Глаголя дащ ми сына твоего юанна Светъй же Захария от веща а с ней не служа Господа Богу Израилево о сыне же моем навем, где ест, разгнева все же и рот послакнем авторицию и повеляще Захария не даст сына то и его сама го добиют и и дошли убийци и свире пьяки звери чта ще се повеленно им совершити и Глаголаша с ярости уксвещеннико Божию где скрили си сына твоего дащ на ме го и Буцар повелеваят аще же не да си сынато сама Абия умрещи от веща света Изахария въй обиете тело мое Господже приемето душумою и Абия убийци устримившеся по повеление и родово, убише его между церкови и у тарем пролявшеся же крови го на мраморе седеся и бъи стяко камен в послушество и родо и вечно е го осуждение а или съвет Богом покриваема с уюанном прибиваше в разтупише си горе Божи им по повелением сотвори си им тамо пещера и источник води и стече и возрасте финик над пещерою изполни плодов и егда време би ясти прекланяше се долу древото подаяв снето плод свой по 40-ти жедних от Захар и наубияния света или съвет матер претече в той же пещере пристави си а света июан ангелом би питаем до возрасте и го и храним в пустъйнях даже до дне явление своя го ку Израилю Разделяемой бъйвшей земли пълестинско и по жиреби у племенам Израилевым небъзто особна го жиребя племени ли вийно, очасом пише се в книзи Иисуса на вина с тих 33-й племени ли вийно нададемой са и наследия, понеже сам го споди бок Израилев наследие го есть, как уже глагало ко Аарону, книзи чисел главе осмей на 10, с тих 20 и 21 земли их да не наследиш и наследия и части да не будете бе в них, яко аз част твоя и наследие твоя посреди са инов Израилевъх и са ином ли вийно им и да ах всю десятиново Израили. Екда коя е ж до племени част своя приемляху, предоше начальнище ли вит и в силом коя е ле Азару жирцу и коя Иисусу на вина разделителем земли пълестински и глагалаху. А ще и неповелено племени нашим особния част и земли и мети обаче заповеда господ через Муисея да прочи племена от своя го жиребие да дадут нам града и к прибиванию. Рече Бо господ к Муисею у Юрдана при Рихони Глаголя. Заповеш цином Израилевъм да дадят левито му джеребие в держание своего града и веселити ся и пред градия. Дадите обо нам в своих жиребиях месту и да даде им кое ж до племя в своем одержание особния гради. В то време Ароново племени дадеся в жиребие и юдином нарочите и град Хеврон, к не му же бе от Ярусалима путного шести и осим часов. В тежето и град по-далее витлеема на въисочайше мести и на рецаше се горни и град високих ради гор, пределай же и го на рецахо се горния страна. Якщо же обречисте и богородице пишат се в Евангелии, в оставши Мария миде в горния сочтаним в Град Юдов, сиест в Хеврон и да жебедом за Хариин. Неци жето Евангелие толкующе мнят бъйт Ярусалим Град Юдов, но не е стако. Ярусалимбо, якоже яве показуете от Света Гописания. В книзе Иисуса на Вина в главе 8 на 10, с тих 28 и в книзе судя Израилески в главе 1. Небе причасте Юдово Новение Минуво, аще и недалечи от Юдей отстояше. Горния ебо, Юдейска е страна на рецаше се отстояним от Ярусалим и мощим поти полтора часа. И не на рецаше се Ярусалим Градом Юдовым, Новение Минувым, аще пото ми в Уцарисе и Юдов род Вирусалиме. Витлем же е хеврон от начало Юдова и Града и Бяхо. Откуда Георгий и Кедрин опресвете е Богоронице Глаголет? Мария? Отше чу от нея Архангилу, иде в Горния, си е съм Витлем, обаче не в Витлеме, но в Хевроне бе дом Захарин. Объжете е Града и Бяхо в Горния стране. Един бе кним от на зарета путь через Витлем к Хеврону. Уси е же Глаголю Цице. Причистие Богороници и Пути бе в Горния через Ирусалим. От Ирусалима же идет через Витлем. Из Витлема в Хеврон. Беже от на зарета, коя Ирусалима упутна гошествия три дни. В четверти е жеден прийде в дом Захарин. Яко не далече от Ирусалима сущи и целувай ли съвет. Конец жития света го пророка Захарии от Цапред Течева. В тя света ех святите ле Дмитрия Ростовскаго. Месет септември. Пяти ден. В той же ден страдание святе ех мучени Корована, Теодора, Медимна и и Жесними. Red for LibriVox.org В Царство Злочести в Гуалента. Арияне в Цареграде великое имеехо сило и разпростретое овласт свою и муще пособника Царя. Той уже е резил ослепленнаго. И воздвигше гонени на православни християн изгнаше Евагрия епископъ и много и тя го творях облагочестива им. И на их биюще, и на их же в темнице затворяюще, и на им и мене разграбляюще, и в семи образи узлобляюще. В очесом великое скорби суще верни, собравше се тайно, усоветуваше послати с молени им к Царю, сущто тогдавни комедии, да аштени всячески отърян изметих, тодъто че е послабите велит, не до конца погубляющи люди. Избраше жена сие Дело духовна гочина до 70-ти може изрядних, крепких вери, сильних слове и совершенних в разуме, в них же начальниши и бяху Орван, Теодор и Медимна. Сие емше се пути доедошени комедии, и ставше пред Царем с отворише молени, да помилуй тих и защитит от рука риянских. Возири си, че на них цар зело, обаче не являше гнева своего, но тая послак е парахо модесто, да их все е хемше, смертил погубит. Ядже их е парах, и боя се яве предсеми их погубити, да не будит в людях молва, повеля всех вседиди в корабль, вест пустивши, яко на затучение посилаються. Кораблени ковже научи, да ехда посреде море будут, тук да сами владио изшедше, за жгут корабли с 70 мимужи, ежи и бъйст. В стъкисте и бопочине бъйвше, за жгаша корабли со святей мимученики, а сами кораблиници и все, че владио на то готованною, возвратише с еки пархо окочение о них поведающе. Корабъль же горяш яки свеща, плова и скоро, жену, што е го ветру, и пребиваше горя и плова, и даже до места наречен на Гудакитис, тамо приставше до конца с горе и спускае от сгарающих святих телес, да има ки дъйм къдильник Богу. Тако святи изкончаше сия и с бъйсти на них писано е пройдохом сквозя обни водо и извели си не в покой. На воде бъл огнем сожжени, покой не бъснем обретожа сия, и даже предстояще престоло владични у нас молица, их жамолитвами господи подашти нам живот вечни и получити аминь. В той же день памет света го мученика Авдия или Авия в стране Персидстей при издигерде царе от Вълхвъв жезлием сокуватим бъйеннаго даже до смерти, понеже нехотяше поклонитися солнце и огню, но едином у Христу Богу поклоняже се всея твари Создателю. И света го мученика Тифаилла пилою предтреннаго и се стрея го святия мученице и Тивеи, копием във въю за Христа у изгления и обияння. И святия мученице Раисъй мечем посеченния, и света го мученика Сървила камени и бъйеннаго, и света го Петра и жива Фире, и света их мученики Ювентина и Максима Воинов, и живише при Юлияни отступнике в чинищито носцев. И, когда Юлиян в Антиохию пришед, вся продаема и на торжеще снеди и пи тя и доложертвеними укропи сквернами, хоть а тако христия и честивих жертов своих сутворити. В то време си и два Раби Христови на Неко импирус другими войни сидящи, беседовахо с сетуваньем обеззаконни и царевом, и глаголахо славеса святих трех отруков в Вавилони и Ногдареченния. Предали си нас господи в руки царя неправедна, мерзкъг отступника и лукавния ше, паче всея земли. Та их славеса е един от спирователей наутрия цари овозвести. Цар обопризвал я в опроси, что вчера на пиру глагола сте. Уни же сказаше истину, и та е же славеса повторяющи обличахо и окуряхо и го обеззаконном отступничестве. Тога цар и ярости исполни все первее бие безпочтедения и в темнице вержи. Та же в полунощи послав спекулатора усече им глава и в глубине темничной. Еще бы не яви погобляши христия в начали отступничества своего. О сих свято их днество споминовение в месици словах наших ни в прологах. Свидетелствоюци же от Никифора Калестува в книзе 10-й в главе двойна 10-й и от Теодорита в книзе 3-й в главе 4-й на 10-й. А святею Анзлатус память их словом по хвални почте. И обиение благовернаго князе Росийскъг облеба нареченнаго во святом Криштен и Давида страдание го зримая во вторя и ден, върхата им Борисум. Конец жетя свято их мучени Курвана, Теодора, Медимна и Иже сними. This recording is in the public domain. Жетя свято их святите ле Дмитрия Ростовскъго месец септември 6-й ден. В вспоминание преславного чудесе святаго архистретига Михаила е же бъйст в хонех. Red for LibriVox.org В колоса ех при Гейских близ Ярополя бе храм святаго архистретига Михаила на тисточником воде и чудотворния. От нея же много е изцеление булящи по черпахо. Более не жутко пели Силамския. Там обо е единою в лету с хождаше ангел господин и возмущаше водо. Сдеже же всегда бе благодати чину начальника ангельска го. Там иже первее по возмущени и воде и в купель в хождаше. Той здрав во и ваше. Сдеже же вси, и первее и последни ваше. Там оботребни бяхо притвори в пребивания бъльне и мради нескоро приемли ма го здравия. Еже едва кто через тридесет и осем лет получи. Сдеже во един ден или во един час получаше бъльна и здравия. Уначали же источника того повествоя ЦСИЦЕ. Ек дат мою безбожного многобожие помрачена бе вселенная и покланяхо се чоловец и твария не творцу, в то време во Ярополи почитаема бе от неверних нека яйхидна велика и страшна. Ей же вся страна та прелести обесовскою ослепленна и а покланяха се. Держах уже юнича стиви и люди заключено в храме създанно в честия, и приносяща ей жертви много и различния питах от тую яда исполненою и многих връждающто ю яйхидно. Истинно и жебо кедини, хотья светом познание своего мир просветити и люди заблушчи на путести на и наставити посла святия своя ученики Апостоли во всю землю проповедат и Евангелия все и твари. От них же два. Святий Юан Богослов и Святий Филип. Един ВФС, а другие во Ярополи до Шече, друждахо се в облаговести Христови. Беже тук да в ОФС и храм причудни и прекрасни идул славния богинъй язычески артемидъй. Сеяже служителми и поклонники Богослов святи много духовним Слова Божи, ме чем сутворши брани, победителя показася. Ибо силу и у имени Христова и храма и идула пастися и в прах разсипъти се сутвори, и весь град ко Святия и Я живо Христа вери приведе. По разоре ниже артемидъй прийде от Ефесъво и Ръполь помощи со служителю своему святому Апостолу Филипу прилучу се тук датамо и святому Апостолу Въртолумею и сними вкупе святъй Богослов чоловечо служаше спасеню. Перве живо уржише се на ехидно, ейже безумни и чоловеци приношах у жертвей, имеющти ов бога и тую молитво и обиша. Та же показивах у люди мединъгу истинна го бога небо и землю сутворшего. Стояще же на некоем месте нарицайомом Хиротопа, пророчествуваше яко благодати Божия на Немво сияет и святъй архистратик Михаил воевода сил небесних, то местото имат посещатие и чудеса там усовершати се будат. Ейже избъйсце вскоре. Отше чобо святому иоанно Богослово войнея града и на проповедь, а святому Филипо пострадавше от нечастивих, також дъй Въртолумею и Мариямии войнея стърани разшечимся и скипена месте том водачо-дотворная по прореченю святъй Апостол яко сбъйти се писаню. Протороже се вода в пустъйни и добър в земли жаждущъй и безводна е буди двоизера и на жаждуща из земли източник водна и будет. Там обудед веселия птицъм и селит вътрост и лузи и там обудед путь чист и путь святна речетсия. Начашаше приходите кой источник от умомнози не ток му верни, но и неверни. Баивающа е по чудеса, аки трубавели гласна к себе их през Иваху и вси от источни като го пиющи и мъющи си изцеляху си от недугов своих и приемлюща здравия криштаху се мнози во святою тройцу. Бъйст же некий Елин от Лоди Киии и може тщери динородни ебен има одрождение свояго, в очесом зело скорбяши отеция и многое у разрешение языка и отщания преложив и ничто же успев бъйст в печали. Въедино жено, што сну на одре и видев видение представшемо слава Божия, яко сонце сияюшта, неяко видите е го бе достойна, но да тем видение в познание естина и приидет и нея с собою к Богу приведет. Ангела убо узрев трепетен бъйст и слъйше го глаголюште к нему. А ще хоштеше да бъй разрешил се я за их дъщери твоя я, веди и укооному источнику моему и жебли си раполев хиротопе и напои от водито я и узрещи слава Божию. В оставжи от сна чоловек той удивляше се виден ному и верував реченни мимословесем Абие по МД-4 и резпешно кваличо-дотворней и я же дошед обрете множество людей черплющих от водито я и крещающих севней и приемлющих исцеление от болезни и своих и въпроси и их. Кога призивайте мою ще се той водою? Уни же реша. Призиваем и ме отца и сейна и света го духа призиваем же в помощи света го архистретига Михаила. Тога чоловек той возведочи свои горе и руце возде в рече отче и сейна и света и душа Божи християнски и помилуйны света и Михаиле слого Божи помози и исцелит штермою и почерп от води в лява остат штери своя и сверою и Абие связане и немотою язейки а разреши се на словия Божие и проглагола ясно в опиющи Божи християнски и помилуйна света и Михаиле помози ми вси же приключи се там одивляхо се си или Божи и славехо светою тройцу и помощ света го архистретига Михаила Величаху. Елинже той видя исцеление да штере своя я радуваше се зело и не отлагае ни мало крести ся Абие с от 4 и со всеми домашними своими с ним пришечими. В знамени е же благодарение созда на тисточником тем церков прекрасно во имя света го архистретига Михаила воевода и сил небесних и всяким благолепимо красивши и довольно в ней помолившися возврати се в своя си. В 90-е жалето от создание церквето я прииди от Ярополя Отрог Мал има и 10 лет от рождение своего имене Мархип и на ча жити при той света го архистретига Михаила церкви по Номарско етворя служение. Начало уже своему житию положи си цево. От не ли же на ча жити при церкви той работа е Богу ни вкуси ни чтожи от мирских снеде и пити. Ни мяса, ни вина, ни же хлеба е дяши, но тощо зелия пустъйной е же собирающи и варящи едино и в седмице в кушаше и то без соли. Питие же е го бе мала мера водей. Таково им воздържание момертви тело свое, в таково е добродетели оправи себе в юности своей и даже до старости непременно в них прибъйст вес соединяя се с Богом и подоби се безплотних житил са и в теле. В одежда же е го бе немногоценна, но тощо два вретища. Едино обо вретище на шаши на теле, другим же и же бе острим камени им постлан. Покриваше же вретищ им тога ради до от входящих в храмено и го не видя на будят камена и острост. Возглавие же и го бе вретище мало напълнено терни им. Такова бе постели блаженна го тога подвижника и таков покой и го. Екда естественна го сна бе потребно, полагаше много трудно е тело своя на камени и терни и остром и бе и го сон бодрости опаче нежесном и покой го бе мочени им паче неже поко им. Кая бе от рада тело возлещи на твердих камениях и каковъй сон главе почити на остром терни. Изменяше же одежда своя на всяко лето. Вретищ им тем, е же име на теле покриваше одра своя, а в то другое е ежено одре бе оди ваше сия и полете пак и вретищата е применяше. И не име покоя денено, што мерштвляе тело своя и соблюдае душа от вражих сетей. Теснижа е прескорбни и проходя путь, моляше сега Бога у глаголя. Не попости ми господи суетною радости и упорадовати се на земли, ни давни додблага е мирът сега пред очи мои, не будим не веселите се у кои-либо вешти временно и всем животе моем. Но изполни господи очи мои след с духовних и серед се мои сокруши и справи поти моя и даш ми до конца умертвити себе и поработити духо плодь мою. Щобо ми пользует плодь сия отбрения създана, е жаней не ест, а вскора не будет, и ако цвет утре, цветет, квече рожи и сиха е. Дашни обо господи прележат и тем, я же душо пользую, тиходатъйствую от живот вечни. Всих блажени архип получа е си и прележною Богу собеседу е молитвою, бъесть яко ангел, боже и на земли небесно е веда и житие. Нето че уже в своем спасение печаташе се, но и у многих, неверния обръща яко Христу Кришташе. Ежи видеш те безбожни елини, подвигаше се на зависть, не тряпяш те зрети преславних чудес, бояващих святою водою, и света гумужа онъг от тамо живушта го ненавидяхо. На него же частто нападающе до съждахо, завлъсай и брато трязающе, и на землю пометающе влачахо, ногами попирахо, и различне го мучаще от ту до изгоняхо. Крепки жедушею, адамант, блажени и архип, ся си аути долопоклонников тряпяше доблествено, и не отступи от храма света го, служа богов при подоби и не злоби и сердца своего, и пеки се оспасени и дошчеловеческих. Едино и уже собравше се нечастиви и реша к себе, аще не засиплям землею водето я и вретишник, тога ще не убием, то вси бози наши до концауни чужени будот от изцеляющих се тамо. И и доша во множестве собраня своего, е же засипъти землею чудотворною воду и неповинна го человека блъжен на го архипа убити. Дошече же тога света го места разделише се на двои. Едини устримише се к церкви и к источнику, друзи, иже подшташе се к храми не боже и раба, яко да убиют и го. Но господи, не да я изжезла грешних на жреби и праведних, сухрани раба своя го от тех убиц, в незапобо омертвеше и мруци, и не може ахо воздвигнете и их непреподобнаго. Показажи от води странно и чудо, ибо в негдани частиви и приближише се ко источнико, аби и зейде от води пламен огненный, устримившеся на них прогнае от себе далечи и тако беззаконни от источника чудотворна го и от преподобна го архипа от бегошът щетни и сустудом. Не присташе же скрижеще ще зуби своими и хварище се погубите источник той церков и служители церковного. Беже на месте Томрека ошу и от церквите куштая, пейже ими Хрисус. Всю умъйслише беззаконни и постити на то светое месту, да источник с водою речною смешен погубит силу чудотворения своего. Як да злое намерение на чаша производите в делу, воспештающе речное течение да обратит се вода и покреет источник, а бия река по веленям Божи им сутвори струям своими наи путь и потече одесною церкве. Пунижа пак и сполнивше се студа возвратише се в своя. Бъйше же тамо и неят две реки от востоката Куштия и приближающе се к месту ономо свето му разтояние мяко трех стадий. Ими реце е единой Лико Капер, а другой Куфус. Вси обе реки, приразившеся к краю покопише се во едино и устремляюще се надесно течахо в страноликиискою. В село Кавиже Диабол вложи злим чоловеком сердца таков совет, да обе они е реки на чудотворно ето место пустят яко да разурят храм света го архистретига Михаила и покри от вода ми света и источник и да потопят при подобна го архипа. Бебо место удобно ку устремление о водно му тамо, яко свъйсоте и великия реки те е схожда в церков на нижайшем беместе. И согласивше се нечестиви, при доше от всех градов странето я множество бесчисленно е и в лаудики и веси совокупивше се по и доше к церкви. Близже от аря церковна губе камени ме и широту и воисото безмерно, глубинуже в земли бесконечно. От того обо камени наченше копа шаров глубок и широк даже до горыто я, под нею же реки совокупише се. Копавше же с великим трудом и пуци им же бе пустити вода и на церково готовише, зряше реки те я, яко да соберет се вода много и трудише се в том суетном своем деле 10 дни. При подобни же архип видя таково и их дело, пъде на землю в церк мимуля се богу со слезами и призивая в помощ теплого представителя света го архистратига Михаила да сохранит место своя от потопа водного и да не порадується в рази, хотья ще и погубите святайния господню и глаголъше. Не отбегно от света го места сега ни же изъйду из церкве, но с деда умро я а ще попустит господь потоплено бъйти месту сему. Ек даже с кончаше се 10 дни и вода и умножише се зело, разкопаше ни части в елинито само е месту, им же бъй устримите се вода в аготованна и путь и пустише реки на света и храм ангелски в перви част нощи. Саме же текше сташа високо от левия страны, видите хотьяште потопление света го места и възшумеша вода и ако гром, бежаще великим устремлением. Преподобни же ерхипса и в церкви на молитве, услышавши водно и гремени, в узопи прилежне к Богу и к святому архистре тиго Михаилу, милости и помощи прося, да не потоплено будет святое место и да не возвеселят се в рази, да сраме циничестиви, да прослави се жи ими господни и да возвеличи ця ангелския сила и заступление. Воспежеда видов псалом Глаголя, воздвигаше реки Господи, воздвигаше реки глас и своя, возму треки сутреня своя от гласо в вод многих, дивни и высутей морския, дивен высоких Господь, дому твоему подобаят святъй ня господи в долгуту дни. Ек да си я блажени архип Глаголяше, ослъйша глас повелевающе му из церкви и зайти. Из шеджа святъй из церкви узрех хранителя рода християнска го, и теплого предстателя света го архистратига Михаила во образе Человечестъм, зело пречудно и пресветла, якоже иногда пророко Данилу являшеся. На него же не могуще зрети паде от страха на землю. Он же рече к нему, дързай и не бойся, восстани и прийди ком не сему, и узреши Божию силу в водах тех. В остав же блажени архип приступи со страхом кво и вода сил небесних и ста ошуюю по повеление го, и виде стол погнен от земли даже до небес. Ек да же вода и приближише се воздвиж архистратиг десницу свою и знамена кресним знаменем лице водноя Глаголя, станите тамо. Ябия вуспетише се вода, како сбъйти се Глаголу пророджискому. Видеше те вода и обояше сия. Сташа реки яко стена камена, и вознесоша се в висото якоже гора права и сока. И обрашци архистратиг великому оному каменю и жебе близо от аря, ударив него же злом, и го же е меф руце своя и начертавая на ням знамение кресноя. Ябия бъйст гром велик и потресесе земля, и камен той разпъдеси надвое, и сотвори се в камени пропаст велика. И рече свято и Михаил. Сде да сутред се всяка е противная сила, да изейде джа избавлени от всяких зол всем претекающим с верою. Сия реки повеле блаженном орхипо прийти на десною страну. Ставши же преподобно на стране деснои, свято и Михаил велегласно рече гвудам, внидите в тесното си ю. И абия по такоша води фраселину каменно ю шумяште, и от толе всегда сутвори се рекам тем путь в той камень. А в рази от левия, страна и стояшти и потопление храма света го видите хотьяшти от страха у камениша. Святъй же архистратик Михаил так у храм своя преподобного орхипо от потопа в однагу сухранивши цела, взъйде на небо. Облаженни архип богу благодарение в усила шо чудеси въздавахом преславном и величаше заступление хранители великого. Исполнише се же стодав си супротивни и бъйст Великарадост верним, и же притекаюште ку храму ангелскому и коисточнику чудесному вълу богово сдавахо с преподобним архипом. И от тогавреме не оставиша праздновати День ОН, вонже преславно ето сутвори сия ангелским явлением чудо. Поживеже преподобни архип в этом месте, прележне и работа я богу лета довольна, и с миром представи се к Богу има и 70 лет утраждение своя го. И погребен бъйст верними на том же светом месте е же от прежди по минута го чудесе, наречено бъйст хони, всиест погружение, еко тамо погрязно ще води в камень. Достоидже в си и ден в вспоминути и най-е чудеса света го архистратига Михаила, я же сутвори благодетели своя християнскому роду. Между море Мадриатским и горою нарицай мою горган изград Сипонд отстоя от гори за 12.000 стоп. В том граде бе неки чоловек богат, его же стъда па сяху се подону и горою, и случи се е едином оволу от стада отлучившио се заблодити, его же господи нищощи сръбъй своими надолзе, обрета его наверху горито я стояща пред верих некия пещеръй, и изполнив се гнева како отроди си ища его взял луки стрелу напоено ядом и стрели на вола своя го, хотя его убити, и внезапо стрела, обрътивше се в спят, у язви стреливше го. Сущи, и же с ним видевшето обуяш се и не дрзаху приближити сег пещерът той, но возврътивше се воград възвестише людям бъй вше. Поведавшето епискоб града туго помоли сег бого, како да е видимо и е висиемо видение свято ерхи стратиг Михаил Возвещая, яко он то место избра се бе и храните, и хоштет там от частто посещати и помогати людям претекающим смолитвою. Епискоб же видение то възвести людям и по три дневном пусте, е го же заповеда всему граду, поиде склиром своими всем народом когоре той. И възшече на ню, обретоша в камени пещеру, обе вход тесен и недързнуше внутрвните, но пред двери ми совершише мольбъй. И от то ли част от тамо прихождахо люди и творяште молитва и слуя к бого, и ко святому архи стратигу Михаилу. Едино и уже нея полета неневерни суще собравше воя своя, приидаше нечая, но коградо си понто, хотяште и го взяти и разорити. И бъйша граждане в стра се велицием. Епискоб же заповеда пост людям, да три дни не вкусят пищи и да молят се прилежно, ежи от обстоящих их врагов и сбавите се им. Прежда жеднето го, вон же хотьяхо врази всеми своими силами взяти град и ви се воевода силни бесни хепископов, видени и глаголя. Утро в четвертий час да не повели своим гражданом вооружите ся и зайти изграда против врагов, и аз прийду помощи вам. В оставжа епископ от сна сказа видение всем и возрадувашеся люди е зело обещанно и на враги победе и окрепише се благою надеждою. Приходяшто ще четвертому дне че са бъйст гром велик и возвече люди очеса своя видеше на горо Гарган Великий облък сходящий. И бъйстяко же иногда на сина и огън и дым, блестания и громъй, няко все горе той трястисия и облаком покриватися. Видевше жето са противни, обояше се зело и на чаша бежати. Граждане, же познавше, якоблаги и хранители скор и заступник прийде с небесними своими вои помощи им, отверзоша врата града и гнаша вслед враги своя се куще якоже стебли. Вни обусо зади ех се чахо, святъй ж архистретик Михил с въйсотъй громом и молнием и их поръжаше, яко бъйти число мертвих 600 можей патчих от грома и молний. Гнавшеше даже до Неаполя и до конца помощи и в небесних сил вои води враги своя, победивше, возвратише се торжествующе въград своя. От того време на Неаполитане крепко и всесильна го бога, руко познавше, прияша святою веро, а граждане си понтисти и собравше се вси се писко по мисклиром и дошък го ред той на неи, же безстрашно и явление, там охотяштево сдати благодарение богу и помощнико своему свято архистретику Михаилу за небесними силам. Ек даже приближише се к дверем тоя пещеръй, обретоше нам раморе след малия ступа и чоловеческия. Добре, аки бъй на блатно и земли изображен и глаголах у к себе. Все воистино, свято архистретик Михаил знамен и остави своя го зде посещение, яко сам зде бъйст, избавляя наи от враг наших. И поклонше се целова ше ступа и тъя, и молебно и совершивше пение веселяхо се ухранители и за ступники своем благодаряште Бога. Оставише же создати на месте том церково во имя святаг архистретика Михаила. Ек дак дело приоготовляхо ся, пак и е ви се свято архистретики писко по глаголя. Не подобаят вам пещи се оздани и церковном, азба без вашего труда оготовах себе тамо храм, то че и внирите в него. Тъй же утро сутвори в нем святою и литургию и причастни ки люди сутвори божествен ех тайна. Повидението ми писко повелев всем людям готово им бъйтико причащени у свято ех тайна и поиде с ним и молебнето рящи пения. Ек даже приидаше на святоето место и деже святое ступи на мрамори изображени, обретоша в камени естественно и у церков мало, не пообъйче и у дел Рубчуло веческих сутворено, но яго пештеру негладке, стена и мущо върх, жива и сутея различния, яко инде главо и у мощно бе досящи, инде же и рукой невозможно. И се известно творяше се чоловеком, яко бъг не камени украшени на го в церкви, но сердца чиста хоштит. Беже престол покровен по кривалом червлени им, и совершина не им е писко б святою ли тургию и причасти люди причи стих тайна. Волта реже от полунощния страна е висе сверху каплюща е вода чиста, слът каже и зело светлай чудотворна, и уже пиюще оболящи и здравие получаху, пияху же люди е вода тую по причащения свято ех тайн и бесчисленна е чудеса с одевахо се в церкви той, и всякие недоги из целевахо се молитвами свята върхи Стретига Михаила. Создаже еписко пкели и при церкви, и устрои жити священники и дьякони, певци и чтици, да повсядни совершаеце правило цирковне славо Божио и в чест святом архи Стретига Михаилу. Еште живо с помяне Мисия чудо е живоатонство и горе с отвори сия. В одни благочестивих царей болгарских, бе некие и нарочите и муж богати славен, зовом и духияр, от палата и царевъй. Все е некога да пришед в страх Божио и восхоте бъйти инок, и взема множество злата от сокровищ своих, поиди в освятую горо посетити монастири, и поискайте себе места такова, в немже към облагоугодно бъйло вселите сия. Вообщето бъл многие монастири и много юмилостен юдав идяш от лаври Блъженна гоатанасия по бре Гумория ежи от Солуния, и обрете месту зело красно, вода и сладки и муще и овощи е много зело, но не бе никога же там живуште го. Возлюбив обото месту, умъйсли вселите сия на неми монастир создати, и приложи в тщания вскоре желаямо и соверши. Това е церков прекрасно во имя света го архиерия Николая Воздвиже, таже монастири сте нами камена и ми угради вся по чину, якоже подобаято строив, и сам в днем воиночски облича е се образ. Но много го ради строение, издивено бъивше всему сокровищо е го, недоста злата въеже окрасите церков подобаяш тим благолепим, обаче и ме надежда на Бога Глаголя. А ще возхожте, да Бог прославите месту сия, къс цвет ба ми промислито украшейни церковном, и го воле да будит. Ес дже остров противо света е горе и луги мено и мъи, кне му же через море путиди нагодне, там у пъстохи живяхо со скотъй, и ако злачно место то, и пажицко том добра. Беже во остров е том стол камен на и на местия пуст, е зело висок, на стол пеже и дол, и написание е лиско си циво. Сяк и жодарит ми вверх обряште дзлата множество. Того ради мнози по кошахо си оведати, а ще истина е ест вешт и бяхо в главу идула, но ничто же обретахо. Случи се же в то време некоему отруку пастивола и близ толпата го бежа отрук разумен и умея и чисти книги. Той прочит написано е на стол песло веса, ударяше идула в главу, якоже и прочи да обряште дзлата, обаче ничто же обрете. Та же по мысли бъйти сокровища в земли сокровено и заходяшто солнце смотряше и дежестен столпата го скончаваше си, и тамо вверху глава и идула в истенио изобразуемо е копаше земли ища сокровища и не обрете. Та же в осиявшо солнце пак и смотряше и дежестен столпат го скончаваше си, и тамо копати нача. Копающе е му ослъжа се звук неки на месте Томи и поразумев, яко тамо е сокровища, нача прележне е копати и обрете камен жерно в велики, ако не му щие му подвигнути его. Простерже руко сквозе скважния камен и обрете злата много, и не домееше, че са творите. Глагола бъв себе, а ще повем, кому сокровища си е, то бою се да не обиедме злата ради. Бог же послушае молитви предречен на го старца и промышляе оокращени и света го храма, влуживао мотруко да идед горо кои едином от монастирей и повести гумено обретенном сокровище, ежи и сутвори. Земнеколико злътницне извещение обретенного сокровище прииде в село близ море Лежащи и неят чоловека да привезете го к света и горе. По Боже ужи смотренио пристав пристанище преди поминута го новосозданного монастиря, нарицая се, че монастир той именим строителе своего духияр. Человек обо привезе и отрука в озврати се к село своему, а отрук поиде к монастирю и виде фигумена поведа емо вся подробно о обретенном сокровище. Игумен же разумев, яко Божие е с дело, призват трех инуков и сказав им поведанно и от отрука вешт, посла их с ним да принесут в монастир обретенно е злато. Внижа скоро шед, че се доше владио и приставши к острову тумодости, гоше столпа онаго и сокровища и отваливше жернова и камени, обретошък отел изспълнен злата и возрадуваше се о нем зело. Ненавиди же добра враг се е в сердце мысль неприязнино единому отиноку в тех и рече той к другому иноку. Брате, ка е ест нужда да несем кои гумено обретенно е злато? Бог нам посла сие, яко да сами се бе сотворим жилища и монастир в сдвигнем. Он же рече, как обо възможем отейти си е злато? Отвечта той, в нашии воли е с цие можем ба отрука в врещи в море и не будете никога же свидетеля ствоюща на нас. И си се совещавше се сказаше совет своя третий му иноку. Он же имея в себе страх боже и рече к ним. Ни, братие, не дрзайте се го сотворите и не погубляйте отрука, купи же и души и своя злата ради. В ниже не послушающе и го нудиша много да пристанет к совету их. Наконец реша. А ще не будеш и с нами за едино, той тебе с отруком погубим. Виде, вжебрат не преложно и их злое намерение обояся, да ни и он погублен будит от них, то го ради рече им. А ще вам си ця изволися, творите и же хоштите, въй узрите, аз же кляну се именем Божи им, яко никому же от том повем и ни злата требую. И тако клятвою слова му чаши. В ниже вземше злато и камен той, им же злато покровено бев, не соша в лъдию. Та же все, че с у отруком начашък му на стирио плъйтие. Байфриже посреди поцина и нападълша на отрука и начаш у обешати камен навою и го. Он же видя е, че хотят им отворите на час плачим и рейданем молитих, да ни погубляюте го, обаче ни чтожил спе. Нененно и му ще сердце излатолюбиваю душу, не обояше се Бога ни умилише се зряште отруческия слези и не послушаше прележна го его моление, но вземше его с каменем Въргоша в море, и аби е погрезе в поцине. Бежено ще гда таково изладияни от безбожних тех чоловеков совершаше ся. Милосерде и жебок с войсотъй смотрева и нагорко е рейдание отрука и неповинно е го потопление видя и посла хранителя рода чоловеческа го света го архистретига Михаила, да отдам море вземше потоплене го, принесете го жива в церков, и бъй ст тако. В незапубо обрете се отрук в церкви близ святе трепези, с обещаним, навою его каменем. Приспевшо же, че са утрени, вниди еклисияръх в церков яко да возжет свища и и клеплет на утренни епени е. И услеща глас в алтере, яко глас чолове къс теняща и обоя се зело. Тега же возвести егумену и гумен же страшлива и молодушна его на рек, паки от слав церкови. Он же вшед в Ториции от той же глас слыши и паките чеку егумену. Тога егумен иде с ним в церков и слыша глас отруч. Вниди в алтерию зре отрук лежаща близ святе трепези и камен на въй его, и вода морска е течаше от одежда его. И познаве го в опроси, что случи си тебе чадо и какво сде пришели си? Он же яко от снаво сбоди вси рече. Лукави и они иноци и их же послали си со мною пообретенно е злато, ти и привезавше камен са и на въю мою вергошиме в море. И погряз ще аз в оглуби не на дно, узрев два человека светоносна, яко солнце и слыших их беседущих к себе. Рече же един к другому. Архангеле Михаиле принеси сега отрука в монастери до Хьяр Глаголема и с я слъй шефабия на чах не чувствуват и себе и не съвем, како сде обрет Охся. Игумен же послуша е Глаголема и хото отрука одивляжи се зело и прославляше Бога, дивна я и преславна е чудеса творяща го. Та же рече ко отруку. Прибуди чадо на мести съм до утрия, дон деже обличена будит злоба. И изшед затвори церкови и Клисиарху запрети да никомужи, что поведает, а утреню повеле пети в притвори. Иклисиарх же Глагола а ще кто речет, что се ново, почто не в церкви, но в притвори утреня поеция, отвещай, како отец си цеповеле. Тако заповедавше Иклисиарху и Гумен, самото иде на столб в Върховрат с трещи прихода скверних тех убийцов. Бъй вшо же утро, се грядяхо к монастири обици, товато негде во ином мести скреща. Виде, вжи и Гумени зайде с прочими братием и в осредени е им, и в оброси иха Глаголя. Что се е? Четыре вчера от идостия, не и не триво звертистися. Где обоест четверти? Унижа и како гнева, и уж че се рекоша. Отче и тебе и нас прелести отрук поведава, и, како обрете сокровище, не показабо нам ни чтоже ибо и сам ни чтоже вест. Тога ради усърми все нас, крися мъй же искавше и го необрето хум, и един и возверти хум се к тебе. Игумен же рече, воля Божия да будет, и тако вниноше в монастири. Приведе их в церкови, дежи юноша, а он лежаше, и ще водете куште от одежда и го, и показа име Гогла Голя. Кто е с цей? Унижа ужъснувше се, како изумлени стояхо, не могу ще ни чесо же отвещати на много час. Последи жених отяшти споведаше своя злое дело, и обретено е злато, где скрише, сказаше. Игумен же вернишо и обрати упуслав принесее в монастири. И слъйшено бъйсце е преславно и чудо во все и горе святое, и стякоше се вси иноци от всех монастирей, навидението го чуде се, и собор составише и приемено ваше церков туи во имя святагу архистратига Михаила, а во имя святагу чудотворца Никола и нуи церков Создаша. Лукавък же тех двох обицов прокляша и лица их на чертавше от обители изгнаша. А третия го, и же потопление отручо не са изволи, излодияния от вратисия не повинна с отвориша. Отрук же той, избавлени от моря, воиночийски одея вси образ, добра бъйст подвижник и искусени ног. Игумен же тем обретеним златом церковне все благолепие сооружи и всякими добротами церкова краси и притвор зело красни отоснования и возвижи. И камено не изсним же юноша в моря във вържен бъйст в стену в одрузи къв едини и овсем. Представляшо се Игумено тумо, вместо его поставлен бъйст избавлени от моря. Боголгодно же и той пожив, прейде кога го сподоносима и руками святагу архистратига Михаила, им же первее от моря в церков пренесен бъйст. В всех же сих славим отца и съйна и святага Духа и святаг архистратига Михаила величаем вовеки. Конец повествувания и очудер архистратига Михаила. This recording is in the public domain. Житя святях светители Димитрия Рустовска го месец септември, 6-й день. В той же ден страдание святах мучени кромила и евдуксия и ежесними. Read for LibreVox.org Ромил святъй е бевцарство Траяна Кесаря начальни в царствен доме. Ек даже Траян бяше со множество в воинство своегло в странах восточних, примиряе себе иверъй, савроматъй, оздроенъй, аравъй и иенее народъй. Тук да изчитае вои своя, обрете в полцех единонадесет тисяч христа изповедающих поклонени жидолум от метающихся. Всих всех в Орменио с безчестием посла, надея сяко безчестия ради сега отвергуци христа и пожироти долум, да пакива свои сан воински учинени будот и по-чтуци от него. Ромил же начальник са и прийде пред царя и укурия го обезбожие и у нерезумном деле, яко изшед набраен сам своевоинство у малягет. Исповеда же себе християни набъйти и готова умрети за имя Разгнева все жена него цар, повелени щадно битие го, та же осудина смерть, и усечена бъй с честная глава е го. Послани и жена заточени и християни различно по-гублени смертио, от них же 10.000 разпяти бъйша в постоянни гори Ара-Радския в Ормени. Останки же и най-ми мук ми умроша. Евдоксии же святъй бев царство Диоклетияна, гуняшта го зело церков Божио, от него же екда безбожно е повеление заидя во вселенною, не поклоняти се единому истинному Богу, но не ме ими бездушними долом чест, и Богу подобаю, што е воздаватие. Тук да мнози от верних и зволиша паче в пустъйни хигурах с узверми жити, неже с людми беззаконними воградех. Множиш и живи от сановитих и славних людей, уставляюще своя сана и доми, по незнайма им краях уси местам. Такова в бейвдоксии верни и рапи Иисус Христов, саном комит, и же сан своя оставив, крееше се с женой и чада и своими от злочестивих, бега е гнева царска. Сегово клевета, на кои гемо на Мелетинскому, сюду исках у войни с прилежаниям, он же простей ме одежда ми одеян среди их на пути и живопрошен бе от них, не слежели къде комита е в доксия. Он же видя себе искома намочение рече, а ще совратите се, ком не изнести хлеб в дому моем и почити от пути, то скажуваме го. Вембук, де креет се с домом своим. Уни же, слише все, совратише се к нему и приемих у череди довольне. Та же обяви себе им, яко той ести го живищот. Уни же, удивляше се реша, твое го ради благодияни не поймемте с собою, пославше му жена с речем, яко много поискавше, не обретохом, къй же окрей се, да ни инкто оведав в озвестито тебе. И хоча ще мимо те и ти, удержа их глаголя. Пожди ти ме, братие, иду я с вами. Не подобаят боми, боли е крейти се, зовущо ме самому бого на подвиг мученически, да изповедники свидетел имена и го света го буду. А ще бухотел ба и боки мети ме неявлена, не ба и обрели ме на поти, и жеба и последни ба или вайна ме ни ме ба и включило се среди вас. Все же все е знаменем такова го благоволение Божия, да стану за него до крови. Призвав же супругу свою именем Василису и чада своя, домашни же и други речей им. Време ме било крити ся, не и неже време се би явити, и дати се в руце му читали само извольне, за Христа и Иисуса и же сам да десе за ней настраст вольною. Иду обо и ако же Господь мое хошчето ме да устроит и поможет ми Вас же Бог уставляю. Заповеда же и устрои вся яжо доме, учади хи оръбех, научи фих, како дължни будут по ням жити добродетельно страсти и любви Божие. Наконец за веща супрузе своя и да не плачет и да сетует ек да ослъщито смерти е го, но па че да проводи дентой в радости и веселие и благодаря Бога, како сподобил вен с амученича ска горъба своя го. Та же приемна ся прилично е сан у своимо одеяние, уружи и пояс воински, одея се тако и ако же подобаят комито, и остави дом своя, жено и чада, ръбъи же и други, и вся именния. Вся сия поверже любви ради Господа своя го. Кое там обе разлучение ек да жена мужа, чада от ца, друзи любима го другали шахо сия. Плакахо се всиво нем зело, разлучающе се друг от друга и ведуще, и ако живемо к ним не возвратите сия. Сия то, че е един обе им на облегчение печали, и ако за Христа чтиця страдат и по-бедоносен мученик хоштит бъйти, и в Евенце мученическом Христу господу своимо имат предстати. Тако разлучивше се от всех, блаженни е в Докси и Асипоти с войны. Василисъж е супруга и го последуваше ему издалеча, хотя ще видите под век и го. И дяхо же с нею и два любими е го друзи, Зинони Макари, им же тако уж Девенец мученичество готовишеся. Ставшо же блаженному е в Доксию преди Гемоном, приветствова Его и Гемон Словеса и Благими Глаголя. Радуй се, комите е в Доксии. Мучених же отвеча. Радуй се и те, и Гемоне. Пак и Гемон рече. Призвахом твою честност, дъцарско е повеление изполнише и Богом, якоже подобаят принесеше жертва, не пача же от со всех Богов великому дию и солнцеобразному аполину и возлюблени и девициер темиде. Отвечта святъй, а с единомо в трех лицах прославляемо Мо Боговем приносите жертва, создавшимо вселенною и подавающим животи спасения. Тому пожуру жертва хвали. А их жатъй Богами нарецаеше тие суть древеса и камени, и ничто же разънство от от коя е либо бездушния вещи. Глаголъй Гемон Асти повелеваю да должно и возда си Богом чест, тъй же, якоже вижду, нето че у Боги презираеше, но и сама го царя вменяеше ни во чтоже. Слишо же, како ново и некою в водя веро, пралищаеше то и многих. Ся и Гемон, Глаголя, возрина множество предстоящих таму войнов и с огневом рече. Сяк не творя и повеление царско го, да собличе цири с воинских, недостоин бои хест, и да вест себе бъйти нага и отпадча такови ечести. Ся же, Глаголъй, беззаконни, и хоча постоидите святаго ефдуксия. Надееше се, бояко ни кто же обряшче се не повиное и се безбожна му царя и их повеление, един то, че уявит се не покорив ефдуксии, и осемство да изполнивше се со изволитни честиво и их воли, да не отпадете честна го са на своего. Но сам постоиде си мочител, е ще боим от то, Глаголъй, што аби е святаго ефдуксии, пояс, и же беззнамени им началиства комицкъго. Себес не е мши, на лице е му поверже. Еже видевше воени, числом тъй сешто и четыре, иже по тейни християни бяхо, разжегоше се тук-дат духом и сутворише то, че е же и комити ефдуксии. Совлекоше се знамени и воинских, и дързновенно вергоша тана и гемона, готови и самия соблищи се плоти, полагающе души и своя засвидетелство и Иисус Христово. Усомне, взеже мочител, видя нечая на толико е множество исповедников имени Христова, и оставив изпъйтоват ех посла аби, екцериодио-клетияно от том, Бозвещая, и что има творите и наставление бруся. Сърже вскоре прислаемо таковъй ответ, да начальнище то, че ужестокими къзнит муками, менше е же да оставит. Тук дейки е монсе, че на судишки представи ефдуксия, кой мите яко начальнише и глагола имо. Советовите бе ефдуксия, остави непотребно е любопрени и безумно е прикусловие, и волио принеси Богом жертво. Аще жени, то и не волио пожрещи, убежденбо будеш и острими муками. И начай с читати и узе и страшни е темници, ранежи строгания и огнено изжжение, и вся жестока е мочения я же и самому слышен и страшна бъйша. Моченик жутвища гломише ся ой Гемони, поведае мисия, я же аз мня бейти детска и страшилища, взираю Бог будущимово сдайаню, оповая на щедро и деснице подвигоположника моего Христа. Бою се, же не тога огня, в немже воспоминули си, но она го и жени кога даже огасает, искрежета зубна го и всех лютих мук, уготованих не послушаи ищи миси на го Бога от Мещо, чтим сега. Та е же твоя мочени и гралища суть, и огън им же ми претиши, студениши и води, ест противо огня Генскъго. Медже твой будет ми яко ключ двери и к желаемому краю, и дежа вместо сега видима го скоро заходяща го Солнца, взирю светни заходи ми и лучи не мерцаюштою, и вместо времених вече имам наследство въти благая. Веж дубо известно, яко Богом ваше мни поклонюся. Ест босия безумие велие, аки Бога почитат и древо, камени, злато и сребро, рукойо художника с отвореное. Глаголъж и гемон. Кротус му я виновна ест си му безумие отвоимо, яко си цедерзновенно безчестише и укуряеш и Боги и царя имене. Но аз безчести е мое тръплю. Безчестие живогов и безчестие царска го боле е терпите ми невъзможно. И по велия света го е в доксия протежена на четверо бити сорово им ремением без помилувания. Та же повеша на строгат и поребром железними острими оруди, посем в темницо ввержи го. По неколиких жедних паки извете го на изпитание, обретен е поколебимо в вере, яко же столпа не рушима и града тверда. И по велия железними шелигами ввоио и го бити, кога уди от сустава в вилу мати е желютея и е спача всякие смерти. Посем намечно и усуди посечени. Веден же святей на место осечени е тако моляше сия. Боже, при зреве и наавилява и аврамове жертви, приема и многих мученик терпения, при зри благосердим твои моком на сиуму и у жертво и не при зри кровимо и я, южети аз в теплоте духа моего от любве сердечния приношу. В сягла голя, возре супругу свою последую, че е сплачим и въпросию, а ще все суто строя на тако, как уже он заповеда ей. И по велия и да по осечени и возмет тело и го и по гребетна мести на рецаемом Амимна. Конечно и уже заповед да дей не плакат и оего изходе, но паче почтите дено и сведлими резами, и и не им себе окрасите окрашения. Та же, возре в любезна го запикнемо. Возлюблена е Зиноне, не плачи, а Бог боем уже служим неразлучитни, но яко же в единой леди припливем в живодвечни вкупе. Симесло ви се и подвиже се Зинон и вели гласно взиват и нача. Кристияни не съм, Криста е споведою и за негово мретих оштух. Я би от злочестивих слугиати и Гемоново звещен бъйст. И Гемон же по велия вкупе соевдоксия мусиш тие го. Перве у обузено насечение под я, молящо се онеме в доксию. Та же е в докси предпусти в друга своя гокни беси преклони главу под меч и приябла женною кончину. Посечени же бъйша тук дай и ни свете и мученици Христа Дерзновенно изповедавши и без погребени оставлени. В Василиса же жина е в доксия в небоязнино вземши тело муже своего погребена ореченном Месте славно. Чесо радията, и кои Гемоно приведена бъйвши ясно изповеда Бога и укури идолъй и идолочетсов, хотя йти скоро вслед мужа мученичество по тем кога господу. Но мучителе рече ей, Вемяко хотела бъй пойти за твоим мужем, да имаше похвалу у Галилеянов. Наш тей смерти е си достойна, не сотворю сега. У наши рече, Господь мой Иисус Христос видит мое желание, е же он приемлед вместо дела, а ще не буду от тебе обиена, обаче част и с мужем моим пред Господем Богом не лишуся и изгнаю от себе Гемон. По седмих шедних е висе и святея в Доксиево Снегла Голя. Връцей Макарио друго и домоблюстителю нашему да идет в претор и да тем же за нами по тем поспешит. Себо ж демего. Той кда Василисово звести Макарио он абие под штав си иди, кои Гемоно и изповеда, како христия ненести и ученики в Доксиев. Его же видим учители слыша да разновенно е споведание, повелеме чем главу има усещи. И тако поида за Евдоксия Мизиноном к доброму подвигоположнику Христу Господу нашему и мужа и Василисо огодивши с кончасе в добром изповедании и представ лице святих престолу слави Божия, славеще от саи, сайна и святаго Духа Вовеки Амин. Конец жития святих мучени Кромила и Евдоксия и ежесними. this recording is in the public domain