 Жития святей ех святители Дмитрия Ростовска го. Месет септемри, 6-й день. В той же ден жития приподобна го отца нашата года вида и же прежде бе разбойник. Red for LibriVox.org Сей святей и приподобни отец наш да вид бе прежде разбойник, пустъйни ермополисти и живъи, много златворя и много и убивая, тако зол и соров, яко инник тожи. И мебо под собою дружина и более 30, разбой с ним творящих. Едино и уж е си дясними в горе помысли своя житие и убоя се велими бога, яко таково е зло судея и остави вся я же бяхо с ним и де в монастир. Ударив шужея му врата и зайде вратър и речея му, че хоште ши, да виджи речея му, черноризиско, што бъйти. И шед вратър поведал неми Гумену. Пришеджи Гумен, видя его, яко стариест, може и речея му, не можеш и здебъйти, яко много троти ме от братия и великое воздражание, тъй же инако нрава е си и заповиди монастирския не можеш и храните. Он же моляше се глаголя, вся я же повелите и мисотворите имам, тук му приимите мя и Гумен же отрицаше глаголя, не можеш и тъй жити с нами. Тук да рече, кой Гумену, вешто, че яко Азия съм да вид старейши на разбойников, придължи квам да плачу се в гресех му их, а ще ли ме не хоште ши прияти, то извещаю вам склятвою, яко иду на перво е мое дело и приведу с собою, я же имам разбойники и всявай и збию и разорю монастир ваш. Си яслише, фигумен, пояте го в монастир и пострижете го в ангельски образ. На чаше да вид подвязати се воздержаниям и обучати се бе смиреню и в мале време ни всех и жив в монастире чернористси в предзайде добрудетельми и беше всем на пользу житие ми словом. Едино и уже съдяшто е му в Келли, ста пред ним Гавриил Архангел, глаголи е му, да виде, да виде, простил Господь грехи твой я и будеш и от ней ни чудеса творяй, да виджи от вишта ку ангело. Не могу се му вера и оти, а ще простил ми Господи в мале време ни грехи му я, я же тяшки суд зело и умножени па че песка морска го. Архангел же рече к нему, аз е съм Гавриил Архангел и же и Захарио не пощадех не верував шисловесем му им, но свезах язъйки го в наказание да веруват глаголи му и му от мене. Тебе жили имам пощадети, оба от ней не да будеш и ням. Да виджи поклони се и рече ку ангелу, егда бе хвързбой и неподобна е дела творях и многие крови пролиях, тога не связал ми с язъйка, не приносяща слава и Бога. Егда же хуще работат и Господи, вие хвалуемо приносите, то нъи ни язъйк мой вяжеш и яко не беседуват и ми. Глаголъжи е му ангел, буди глаголя, егда Бога славише и молише се е му в канони, кромежето го маучи. И тако наказав е го ангел отиде. Помже благодарение воздаде и Бога у прощени и согрещени и своих. Потом чудеса много сотвори благодати у Божие и у слепъя просвети, кромея ходити сотвори, бесни и сцели и пояше песен в церкви на молитве, и нагоже Словесе не можаше изрещи, яко други и захария. И поживе лета довольна всем бъй в насозидание, прейде ко Господу, и на и не предстояште има не му уча молит се о нас, и го же молитвам и буди нам получите Господню милост, Амин. В той же день памят святаго священ на му ченика Кирилла, епископа Гуртинска го в Кридстем острове, и живцарство Максимяново от Агрепина и Гемона за Христа по Страда, и Майлет 95. Зрюанем в пролуги. В сей же святъй Кирилл и вторицио в пролози въспоминаят се юния в 4 на 10-й ден. Еще е стеин Кирилл епископ Гуртинский, и го же памят и страдания месец и юлия в 9-й ден. В сей же септем в решеста и ден памят святаго му ченик Фавста, пресвитера и авива Диакона, и сними 13 му ченик в Олександрия и граде Египетстим в декия во Царство за Христа мя чем посечен них, и святаго му ченика Кириака и живцарство того же декия от Валерия князи за Христа по Страда. Конец жетия преподобно го от са наше го да вида. This recording is in the public domain. Жетия святъх и святители Дмитрия Ростовска го. Месец септември, 7-й ден. Страдания святаго му ченика Созонта Red for LibreVox.org Екдамък семьяни гемон Келикейскии, по повелени от царско му идолско е безбожно и много боже разширяя, внеде в Помпеополь град и в днем бъйвши му идолу златомо празник творя, многие принесе жертваи, тогдабе неки и уноши родом от Ликаонии, именем Созонт, пристиянен верою, добра нравом, исполнен благих дел. В законе Бо Господни получаше се ден и нощ. Той пасущи бе словесния овце и словесния наставляше на доброю пажить. Иде же босо овце и бяше, тамо собирах усекнем от други и пастери, и уноши и же и мужи, и учаше их знати единаго Бога и многие приведе ко святому Криштению. Духа бо святаго благодати бевнем. Едино и уже пасе и овце, и при некоя мисточнице, при нем же бе стояшта дуб велик, у сну сном сладким, и видя некоя божественно евидение к подвигому чиническому и го завуще и возвещающе, якото место имать бъйти многим полезно. В святице бо свише сходяще и облагодатио, и мнози обряштут на нем спасение, и прославят святою тройцу. В оставше же от сна добре и оней пастир, овце и наим вручи, и остави на месетето млук своя и три стрелъй на памят свою, а сам в недево град Помпеополь, и видя в нем умножившея си нечестие, веру же святую попрано, по-боле сердцем своим усем. И вшед в храм Идольски и му щи в себе и дола злата, отяв от него руко, и раздроби фью раздадеништим. Бъй вшо же велико сметенио вграде ов отят и овце е златой от идула, и многим истезуемым и мучимым, святей сезонтни хутя да инкто страждат за его дело, сам прийде кой гемоно Максимяно и споведа себе тому делу бъйти виновна. Азия съм рече взява и руко Бога вашего, и уже раздробих и злато трябва и ужтим раздах. И стязан же бъйв, по-что дързну се цево е дело сотворити и ненести без честие Бого их, отемля и сокруша и руко его. Отвечта, тога ради си е сотворих, да овем Бога вашего немощною силу. Ек дабо отемля и руко от него, он не супротиви съм не, ниже глагало что, ни по-боле, ни во стена. Какобой супротивите се можаше нем се и бездушен, и бааште въй Бог би лист и не жив, супротивостал би и ми, и не дал би узлобите себе. Аз же, уразумеве го бъйт и идула не Бога, раздробих руко е го, но и всегох у тех раздробите да не покланяете се дело рук чоловеческих, ниже аще и очи имат, и уши и уста, и руце и нозе, обаче ниже видит, ниже слышит, ни глаголит, ни осезает, ни ходит, ниже може да поможете себе что, ек дабиюте го или на части раздробляют. Сие слыши фигеман по велемучите и го без помилувания. Перве оба повеше ни железними ногтми по ребром строган бисть, та же в сапоги железния и муще острое в себе гвозди и обовен и по граду го ням бе. В них же ходя святъй, славяше Христа Бога. По съм пак и повешен бъйст на древе и железними же злеи велими биен, яко не точи от тело, но и костеме го раздробите сия. В тех муках святъй прадеде дух сво и в руце Божии. Видеще, же мучител е го же омерша, с немше здрева по повеление гемоново огън, наложише велик, воеже сожищи тело е го того ради, да не будете верними почитаймо. Екда вергошава огън многострадалено ето тело, в незапубише блистани и громъй, и дощ с градом спъде велик, яко аби е огни угасноти. Люди же бъйвши и там обижаше от страха и оста се тело света го цело. Нощи же прише, че и възхутише верни и взяти святъй е го мощи, и не мужахо, тме великой належащи. Искорб дъми им сущим усем зело се в полунощи свет с небе се облиста над мощми, я же вземше верни и погребоша чесно. Отгроба же е го много е творяго си чудеса, и неточи отгроба на и от источника она го иже под дубом, и де же света и спя видение виде, такоже различна изцеления болящим подавахо се благодати у Христовою и молитваме света гострадальца. Тога ради послежде Церков во имя е го там обесоздана, кхвалени от неи истина го Бога, в тройця едина го и може слава вовеки Амин. Конец жития света гумученика Созонта This recording is in the public domain. Жития света е их светителе Дмитрия Ростовска го. Месяц септември, седма и ден. Той же ден памет святех апостол от седмиде сети е вода и уни сифора. Read for LibriVox.org Евод святъй Б.170 епостол в Велиция Антиохия по святом апостоле Петре I Бъйсти Пискуп. Велики и Словесия Божие проповедник е го же святъй Игнатии Богоносец в послани своем контиохияном поминает, Глаголя. Поминайте Блъжен на го е вода отца ваша го, ише перво и вамото апостол в пастере поставлен бъйст. Обуда не постедит ся вас ради отец, истинни бодите сейнове, а не прелюбодей чища. Се изфитъй е водо пречисти и деви написа яко в пятнадесятое лето жетя своя го отрождество Роди Спаса Миру. Трех речелетъг введена бъйст в церков господню и деже прибъйсти дина на 10 лет. Та же двенадесятому наставшо лето священическому рукам и Осифо в сохранение дана бъйст. В него же прибаивающе четыре месяца от Ангела радусно е прияблаговещени и по роди света Миру Христа, пятнадесятое лето провождае житя своя го. И и на много писве на святе и водна пользу остави, но лютая времена в няже гонима бе церков не попостише последнему нашему веку видете и их. Написабо някою книгу и мышто и надписание святило е я же то, чове в вспоминание у Никифора древнего историографа обретаяця. Пишът се женем времстем мученик условии, еко пролия кров своя христа ради и мучения венец прием с кончасия. Повествую джинеци, еко тогда пострада святъй екдави спъсян в антиохии бъйст. В то обо време сотворше се смуштение в огради неки им антиохом и одеянином и же остави в свой закон по жре идулом, нози от иодея убиени бъйше ради непокунение идулом. Тога же множише и одея уже христианскою прияша веру и имея хо святителя свояго евода. Обосними и евод святъй, яко начальники хипасти робием бъйст. У Нисивору же святъй також, дебе от 70-ти апостол, е го жа Павел в послани к темотею поминаен глаголя. Дадаст милост госпото Нисивору в дому, яко много ж да име опокои и вериг моих непостидесия, но прешед време точно е взаискамя и обрете. Дадаст емо госпото брасти милост от господа в День Он. Елико в ОФ се послужими добрето и веси, сей в Кулофония и в Киринии е писко бъйст и даже до крови по страда за веро. Свидетелиство е дбонем мучени кусловие, яко по многих ранах кон ми диви и мирастерзан, дух сво и в Руце Бого предъде, и в лице и споведнику в Суеводом вудворяят се в Небесних селених. Той же день памец святага мученика е в психия. В психии святей рожден бейво спитан в Кисарии Кападукистей. Царство же Адриана оклеветан бъйст, яко не почитайте елинских богов, но Христа чтет. Ято бобе Кападукистъм князем и протежен, поребром стружен и в темницов вържен, и даже ели живо и молежащо и молящо ся, ангел господине Вися и прикосновеним своими с целия го отран. Та же пуштен бейст темници на свободо. С ежа и го пуштения посмотрени обожи объйст, то го ради да име ние го же множество и мене останете в руках безбожних, но да добре разточите на потребу нищих ежи и бъйст. Цябо стежания е ще отправат е цего собранна и раздадел богин. Нека е же дърва врагом своим тем и живо оклеветажа и го с их почте дърами, ако благодетели и своих виновних страданий и го. Та же е като обладаше кисария и усъпреки и княз пакия отбъй в святое в психии и повешани велими стругън и по съм приямечния кончину. Глаголюдже, яко вместо крове млекой вода и стича от язвъй тела и го. Конец жети святое хапостол и вода и уни сифора и света гумоченика е в психия. This recording is in the public domain. Жетия свято е х святители Дмитрия Ростовска го. Месяц септември, седма и ден. В той же ден жете и живо святех от са нашата Йоанна, архиепископа Новгородска го. Red for LibriVox.org Новичо дотворец росийски, святе Йоан, роди се в велицем нове гради от благоверних родители, от са именем Николая, матережи Христини Межи и брата по плоти именем Гавриила, с ним же воспитан бъйст в добром наказани и страху Божио научен, отюности в добродетели себе оправи. В возраз, че совершени е му пришечу, поставлен бъйст пресвителям к церкви святагу священом ученика влазия. И работаше господа со всему сердим, ходя без порока во всех и го заповедих. Любяше безмолвно и безметежное житие и ме желание в иночески облежчи се образ. Того ради монастирно, в отимения по родителих, оставши го се создати умысли. В том, совещавше се с братом своим Гавриилум, первее церков древяно во име причестия Богоматери, памет чеснага и я, благовещение, создаше, и монастири собрадиша и вся потребна е монастирю промыслиша. Таже, почиташе се каменно и церков са родити. Се об облагомото модело и добре зиждущей се каменни церкви и уже до рамен да спевшее, оскоде сребро на совърешение, че са ради блаженния, а не брате го Гавриил, велиция печали бъйша. И му ще же великою веру и о сердия к причестия Богородице, кне и в печали своей, якок скоро и помощници и скоробни хутежителнице, со слезами претекоше муляще се и глаголюще. Та и владичице веси веру нашу любов, юже имаме и к сину твой му и Богу нашему, и к тебе го споже наше и всему сердия ми верую на созидание и прича снагу твоего храма подвигохом сия, и на твою помощни Богомати возложихам надежду нашу. Помузи обо нам, совершите храм твой, после помощ твою владичице и не посреми нас рабов твой их. Себо на чахом сдати и не можем совершити без твоя я помощни. Тако им мулящим си и сетующим, и ви си причистае Богомайтер Небесния Царица, нощио в сонном видение и глаголе им. Чо в толико печали сетуване вдали себе у создани и храма моего, любими и мною, Божи и раби, не презри у моление вашего и вери и любве, но вскоре послювам яжик с овершеньо, яко и на иною потребо приизбудет. Ток му почтите се к делу и не оскудавайте в вере. То видение оба брата видеша и боспранувше изполнише се радости многия. По утренем жепени и друг другу поведаше и надежда и укрепиша сия. И тога же дне рано по Божи остроение изщет, че в нему настиря, узреша коня вельми чудна предврата и стояшта, обуздана по злаштевною оздою и седло на немо ковано златум, ездеща гужана Нем Небе. Стояша же конь кроц и недвижимо. Унижа дивяще се красоте и величество коня ждаше на долзе и приидет ли от ку до езде и на коне том. Ек да Небе никога же приходяште го, а конь на едином месте стояше недвижимо, приступише к нему и озреша два мешца по обе страна и седла с фисищея. Полни сущи. Разумевше же, яко от богато им послано, сняша с коня мешцей и она я, и абия конь не видим бъйстото, че сих. Разреша же мешцей, обратоше един полн злата, други же сребра, и одивилише се таково му у них промо и слубожио и его пречистия богоматери, великое благодарение в усилахо, и вскоре суверишише церкови всяким и облаголепим у красиша. Також да и сел множество монастирио купиша, а останок злата и сребра и гумено и брати отдаше. И сами та може облекоше се во иночески образ, и пременован бъй с Юан Илиею, Гавриел Григорием, и жише в монастире том, богоугодно в пусте и молитвъх и во всех иноческих подвизих и трудех. Умерше же при освещенному архиепископу Новгородскому Аркадио, взят бъз сплъжени и ли я из монастиря своего, и на архиепископский престол нужди овозведен, отрицаше се, бо недостойна себе творя такова го сана, но бог достойна и го суттвори. Княз жи и вси началници, и духовни, и жи мирсти, и вси люди е града туго единогласно избраше его, возлюблен бо бъйст богу и чоловеком, и моление му обидеше его въсприятий престол архиепископски. И нехотя обоповинуси е поставлен бъйст архиепископом Новгородским от Святейша Гойоан на Митрополита Киевска във сия Росии. И добре пъсяше стадо Христових овец живущи в преподоби и правди. В то време княз суждъльски Роман и инии то яжде земли Росийския княз и мнози, числом 72 во сташа на Великий Нов Град, потяште разорити его и с родних себе людей единовердних пленити и напрасно измерити предати. Того ради с великим множеством воинства своего приедошъкоградо и обсечше Велия насилие три дни творяхо е му. Граждане же, велико и усопротивних силу видеше, изнемога ище от брани бъйше вскорбив недоумени и велицем, ни откуда помощи ненадеюще ся ток му от Бога просях у милости на молитва и святаго пастера своегово повахо. Добр иже пастер видя волков наше, че хистадо и го разхитите ищо ще их стана стражи, не усъйпающе моком к Бога взирая и молитва ми своими якостинами граду граждая. В третий уже нощ стояшто и му поубичаю на молитве предиконую и Иисус Христовою и со слезами о избавлени и града в опиюшто ковладице, слыша глас глаголюще и к нему. Иди в церков господа нашего Иисуса Христа, яжена или не улице и тамо вземше образ причистия Богородица и вознеси на стен и града противо супостатов, и абия узрещи спасение граду. Он же яко слыша си цива и глас, незреченния радости исполнися и прибъз бъсна всю нощтотою. Утру же бъйвшо, с вас оборвес и поведа им бъйвши и к нему глас. Люди е жето слъйшевше прославляхо Бога и причистою и го Богоматир, и якоже некои възприемлюще силу Дерзахо. Архипискоб же посла Протодяку на свега склиром, повелев чесную оно иконо на собор принести. Сам же с освещеним собором велиция церкви при мудрости Божия, начам Олеб не е совершати пения. Дошече же послани до церкве спасова и в ней же чудотворна е икона пресвятее Богородице стояшея и поклонше ся, якоже бе лепо, е кдахо тяхо взятие не възмогоше ни жел от места двигноти. Елико по кошахо се дързающе толико никакоже възмогоша и възвративше се възвестише святому. Он же поем весь собор иде с отчтаням и пришет в церков пъде пред иконо и владичица и нашия молящи си и глаголющи. Опре милостива е госпожее Дева Богородице. Те е си оповани и надежда и заступница граду нашему. Стена же е по кров и прибежище всем христианом. Тем има и грешни на тяна Демсия. Моли се госпоже саину своему и Богу нашему за град наш и не предаш нас врагом нашим грех ради наших, но услежи плачи во здихание людей твоих и пощади, ако же иногда ни не видя на и саин твоя и пощаде покаяния ради. Також да издей милоствою покажи владичице. Си си святе и помоли все нача пети молебен. Екдак Лирице и в успеша кондак по шестой песни, предстателество христианни постъидное. В незапочест ная пречистие Богородице икона сама у себе подвижа ся. Люди е же видевше странно ето чудо. Вси яко е динамиостъй в Зивахо. Господи помилой. В святей же жи архипискоб чесную он и икона в руце прием, любезно лобеза и шед с народом молебно е совершающе пеня. Вознесею на стену градско и постави противоратних. И бъй стяко час ще стъй, на чаша с опротивни и крепча е налегат и на град и постиша стрел и на него яко дощ много. Ябия честна е пресветия Богородице икона от вращи лице своя от сопротивних, обратия на град, е же бе известним знаменем привелика го владичица и нашея милосердия, являема го людям в обстияни и бедствующим. Възре в жархипискоб на святу икону, възре слези от очесе я, яко некие демски источники стекающия и взем фелон свой, собираше ония в него, каплющи от икони и глагола. От чудо преславно, како от суха древа слези истекают, все царице являеше нам известное знамение, яко со слезами молеше се са инотво и му и Богу нашему в избавление и града. И весна род, видев иконо пресвятие Богородице и плачу, штою, возопик Богу со слезами и воздиханиям. И в незапу паде страх на сопротивния и покри их тма, и гнев в Боже и смете их, и начаше един друга го убиватие. Граждане, живидевше таково и их сметение, отверзоша врата града, изше, че въоружение устремише се на врагов, ово е си куште, ово е жижива и пленяющте, и тако побъдише вся полки и их помощи у пресвятие Богородице. От туговремене, светител Божий и Лия остави праздник Светел праздноват и предивное знамение пресвятие Богородице и в великом нове гради. И нарече Ден той, Ден избавления и Ден наказания. Ибо молитваме пресвятие Богородице и послабок избавления гражданом, наказания жетем и жена сродних себе и единоверних брат и в оставше, между особною брани сутворише. И от туговремене великий нов град бе в мир и тишине глубо се правлением доброго пастиля Своего. Сидяже на престоле Свое мблъжение и лета довольна, в умножение хвълъй Божия созда Церкви Светия на Рочите и како бъйти всем от него созданим Церквъм числом 7. Первъя церковь, юже прежде иночество Своего созда, бе благовещение пресвятие Богородице. Вторая и же вовреме светителство Своего созда, памят Богоявление Господня. Третия, вовреме света го пророка Елии. Четвертая, преподобного теодора и гумина студийска го. Пятая, света их трех от рукава Нани, Азари и Мисеила и света го денила пророка. Шестая, света го праведна го лазер е четверодневна го. Седьмая, света го че дотворца Николая. Милости в жебе света и Вельмиков Семи, кротост Велио и Мейъй и любовни лицемердною, тибяше, яко Солнце в Церкви Христово и святя добри мидели и прогоняят му злодияния и сокрушая глава князетма и диявола, връждуящо го всегда и завидящо го с пасение у чоловеческому. Ти маяше, бо света е власт над духи не чистими, яко связвате их словом, учесом дивною предложим повест. Стоящо иногда святомо поубичаю своими мономолитви в кели и свои в полунощи, прийде безхотя мечтан ми устръшите света го и вниди в рукомойнице у стояшто и в ложнице и го, иначаво змаща ищи водотрепетати. Святижо разумею в Бесовскоя мечтание, приступи к сосуду и угради его крестом и запрещением связава у Майвалнице Беса, яко не изейте има на много час. Не моги же терпети без силу и укресною палимия и нача, аки чоловек бъпити. О, лютем не, яко палимия съм и не мога терпети. Скоро отпустимя свят че Божий. Святижо рече, кто е си тъй? И како само вшели си? Отвеща дьявол, аз е съм без лукава и при дох смудите тя, в нехбо, яко устрашише си, як и чоловек и от молитви упразнише си. Тъй же ме заключили си в сосуде сем и мучо се въльми. Горъм не, яко прелестих си е вни дох Семо. Пустиме, рабе Божий, и от сели нямам Семо приходите. Тако в опию, што Бесо надолсе святъй рече. Се за твое бесстудно и дерзо сповелеваю ти, да ноште ся не сешиме во Иерусалим и поставише ми от церкве и даже гроб господин. Из Иерусалима же пак и Семо в Келлиуму и усе яжедношти да принесеши, я спочтутия. Безже всячески обеща се сотворите волю святаго, тук му да изпущен будете сосуда. Святъй же запретив Бесо и спустие го рек. Буди Аки кону готовлен стоя и пред Келлиуму ею, яко да вседна тя сувершу желание Мое. Безже изъидя Аки тма и сосуда изстапа по повеление у святаго Аки конь. Святъй же изщеди с Келли и вооружи себе крестом и вседа на Беса, и обрети се туя нощи во святъм гради Иерусалиме близ церкве святаго Въскрясение и даже гроб господин. Безже запрети да не отидят от места тога и стояше бесни могини, како же подвигнути се с места, донеже святъй сотвори поклонение гроб господнию чесному креста святаго Древо. Шедбо, к церкви, преклони колена пред дверми и помолисия и Аби отверзоша се двери церковния сами осебе и свеще и лампаде у гроба господния вожгоша сия. Святъй же благодарствен е моля бога пролия слези и поклони се гроба господния и облоба иза и го, такожде и животворящимо Древо и всем святъй и миконами местами, аже в церкви, и совершив желаемо и изъйде, и пак и двери церковния себе затвориша сия. И обрет Беса на том месте, и да е же ему повелел стояшта Аки конья уготовлена, седена него и обрети сято яжде нощи в великом нове граде в Келли и своя ей. Отходя же Бес от света Гомолия и го да не поведаят никому, я же о нем, яко связан бъй в запрещением служаше Яки пленник. А ще же рече кому изповеси, яко на мне е ездили си, то не по чие утворя пак ости тебе, дондежа на виду на тя изкушение Велия. Сия Бес обледо слове, што, сотвори свята и знамения кресло и на себе, и аби е изчезе Бес, яко же дъйм от него. Некогде же святомо с честними мужи, с уигумени и ереи, избогобоязнивам и граждани в духовно и без седи упражняюшто ся, и святи и жития сказуюшто, и много е на пользу вештаюшто, прилучи се сказат и му и ту вешть, о не е же поведахом. Сказу е же, Аки о ином некоем глаголаше. Аз же рече, вем такова гочеловека, и же единия нощи из велика нова града Бева Иерусалиме, и поклонив се гробо господнио и животворящимо креста святагу древо, пак и возврати сято яжде нощи велики и нов град, ездя на Бесе, и го же за прищенем связал Аки пленника. Слъйши, и же одивляхо се осем зело, а дявол по скрежета зуба и на святаго глаголя, понеже сказали си тайно сию, на веду обонятята ково изкушение, да осуждем будаши от всех граждан Аки блудник. И от того време на попущение Боже им нача без изкушение наводите на святаго си цевое. Приходящим ко святому многим людям благословение Ради показуваше дявол в Келли и го различнея привидения, овокда обов женскою, овокда мониста, овокда ж и нея утвари и одежди, и меже жени укрешаються. Приходящи, и же люди ето видяште соблъжняко се излело святом помишляхо, меняште яко блудницо в Келли и своя держит, и смъщахо се онем зело, и собето ище с собою глаголахо. Неправедно е с таковому светителю на апостолистен престоле бъйти блуднику сушту. Едино и уже собравшим се людям и в Келли и святаго грядущим, преобрази се без в девицу и потече пред народу Маки и с Келли и святаго бежащи. Люди е же видевше в оскликнуша и начаша гонити, хотяште яти девицу тую. Без же обеже за Келли и святаго и не видим бъйст. Вслише в же святъй Мулву народа и заиди из Келли и речех людям, что е с чада, по что Мулва е с вас. Унижево зопивше на него Аки на блудника, досъждающи и укуряющи яша и го, и начаше рогати си ему. Не домеющи же, что е му боле и творите решък себе. Ведеме го на реку и посадим на плот, да выплувете изграда нашата вни с по-реце. И вече святаго и целумудренаго архея Божия на Великий мост и же е с на реце Волхове, не извесише е го на плот и с бъйст ця лукава го диявала Слово и жеречех Валясия, наведу глаголъше на тя таково искушение, да осужден будеш и от всех Аки блудник. И радуваше се лукава и зря святаго по-рогайма. Но неповинност праведна го, поспешествующе и благодати Боже и преможе и посреми врага. И по святому на плот посъждено бившо, по плове плот той вверх реки, противо Великия бъйстрена и водния, я же е сто Велика го мосто, никим же влекомой, то че и усилою, Божияю, и пловяше к Мунастирио святаго георгио, стоящемо от града за три поприща. Люди е же видеще таково и чудо уже сахо си, и пременше се от злоба и растърза хори за изсвоя, и рядахо глаголъще, согрещихом и неправедно е судеяхом, овци и суште пастирио судихом. И течахо по-брего моляще святаго да простите им грехи, и да возвратите си на престол свой. Прости днамо от че, глаголъхо, в неведени и согрещихом к тебе, не помини злоба и нашия, и не оставляй нас чадо своих. Такожде и Клир весь, предваряюще святаго и прекленяюще глави своя до земли, сослезаме Муляхо да возвратите си на престол свой. Он же, аки други, Стефан, первомученик, моляше се к Богу за обидевшея глаголя. Господи, не поставим греха сего. И пристако Брего близ предречен наго монастиря, якопъл попришта, и в остав сплота и зайде на Брего. Народи же сплачим, припадающе к нему прощения про сяко и радовахо се, яко молише святаго, и яко открей го спод неповинно и често изжитие е го. Он же, не злоби все и всем прощения по да я, сказуваше, како езде на беси бъйство Иерусалиме, и како дявол похвали се на него. Всиж же слышавше и то про славляхо Бога. И тако возврати се святъй на престол с великою честью и славою и учаше люди глаголя, чада са изпитания в сякое дело творите, да не прелищени будете дяволом, и да не когда здобрудете ли узлобо при плетену обрящете, и судо Божио повинни будете. Посем мало по живе святъй, и, уведав отшествие своя к Богу, където изпитаваше в оции и пострижа се в схиму. Наречено же имо бъйст в схиме первое име его Иоан, и представи се смиром когосподу. Тел уже е го положено бъйст в велице и церкви, монашеском образе, а по-немво зведен бъйст на престол Брата Иго Григорий, и пъсяше добре славесно е стадо. Богу нашему слава, на инии пресно и в овеки веков Амин. Той же ден сувършаят се памят успения света Голуки изжи от Ликаонския пархии бъйвшого, третьего и гуми на обители спасува и глаголи мая глубоки реки. Всъй же ден в прологи положена памят света Гумученика Стефана Папа Римскаго, но това бъде от август месец е во вторъй день. Конец жития света Гую Анна Новгородскаго. This recording is in the public domain. Жития света е к светителя Димитрия Рустовскаго. Месец септември, 8 день. Слово на Рождество пресвятие Богородице. Red for LibriVox.org Живъй на небеси Господь, потяна землия вити се из чоловеки по-жити, уготова первъй на ней месту селения слава и своя я, пречистою матери свою. Объично боест церем, в который играт свой прийти хотяштим, предугутовляти себе в нем палату к прибаиванию. А яко палата и земних церей созидаются при мудрищими делетелими от вече и дръжайших, на месте въисучайшим, красни и пространни, е паче и неих жилищ чоловеческих, тако и на бъсна гоцаря слава и палата име создатися. В Ветхом Завете, екде в Осхоте Бог жити в Иерусалиме, создаемо Суломон Храм при мудрищим делетелем Хирамом, и же бе изполни художества и разума и ведения, е же делети всяко дело. Создаже от вече и дръжайших, изрядних, от древес благовонних, кедри и кипариса, приносима их от Ливана и от злата чиста, на местни въисучайшим, на горея мория. Красни, ибо извая хировим и на стенах, дръвеса же различны и цветъй, и меже и пространство храм той, яко не тесно вмещатисе в нем множество люди израилских, и прийде в него слава господни в огни и облаци. Обаче недоволен бе храм той, соломон создаемо храм, но въишни нефрокутворенних церквах живет. Ки храм созиждите ми, глаголят господ, или кое место по-кощо моему? Благу изволю обув начале новия благодати ни рукутворенному создатисе храму, причисти и преблагословенни и деви Марии, котори меже делителям храм той создася. В истину примудришим, ибо самою, примудрости и обожиею, глаголишто писаню, вся же примудрости и обожие отворима я суть добра и совершенна. А по неже палату слова удушевленно и обожие созда примудрость, тога ради совершенному богу совершенни храм, пресветлому царю пресветла я палата, причистому и нескверному жениху, причисти и нескверни чертог, непорочному аганцу непорочна е созда се селение. Че сумо е свидетелен, и би си верен глаголи и кней. Вся добра е си ближния му я, и порока нести в тебе. И да ма скин света и глаголит, вся чертог духа, вся град божи и благодати и море, вся добра, вся близ Бога, от коих же веще и си я созда се палата, от дръжайших во истину. Ибо, аки от камени честна от рода царска, от Давида и же каменем Христа каменя, прообразувавшим, пращо вложенним поведи голията, и, аки от тревез благовонних кедри Кипариса, от рода архиерейска, приносяща го благовонния Бого жертва и дева Богородица Родися. Отец я света и праведния, и оки м сейн бе вър пафира, ведощо го племе своя от натана сейна да видва. Матер же и я света е праведная Анна, дещер бе матана, и рея от рода Ааронова. И бе пречиста е дева по отце рода царска, по матер и же рода архиерейска. И от дръжайших вещей, от пречеснейших глаголи родов, удушевленна е цариуслава и устроя се палата. Аяко в Соломоновом храме каменная и древяне здание множишею честь имея хо от чистъго злата, им же бъйше позлаштена. Тако в Рождество при светея Богородице и благородство царское и архиерейское множия по-чтеся целомудрием святих и родители, е же пача тисяч злата и сербра е с дръжайшея, и чеснейше е с камени многоценных. Всяко же чесно е недостойно и е-е-е-ест. От целомудрия Бо родители е же въише в сякъго ест благородство, пресвета е деба родися. В чесом свидетелиствуете да ма скин святъй, кои святим праведни Богоцем беседуя сице. Облажение супруги и оки ми янно, воистина от плода чрева вашега непорочни познасти се пословеси господню. От плоди их познайте их. Яко же Бого бъйст благоугодно, и рождение от вас достойно, управи сте своя житие. Целомудренно бо и приподобно живуще дебства сокровище произнесости, дебо-глаголю, прежде рождества дебо, в рождестве дебо, по рождестве дебо и всегда дебо. Едино у моми душею и телом приснодевствуюштою. Под обаше бо да дебство, от целомудрия рождено е самому единородному свето плодски принесетсия. Чистейших, словесних горлиц, и оки ме янно. Въестества за концело мудрено соблюдче, паче естествених божествене сподобистися, дебо-бобожио матер миру породисти. Въй благочесно и приподобно в Человечи сте ме сте сте споживше, въйшваю ангел и ангела, и най-не обладающе и дъщер произведости. Окраснейше е и следчайшея дъщи. Окрине посреде териния от благородния вещество свещенство обогатисия. Вси мисловесъй да маскин свято и яви показуят, от каковъй родители божие матер рождена, от колико дръжайших вещей палата царя небесного устроена. На коем же ме сте сия удушевлен на и устроя се палата? В истину на въисучайшим, дейтабо свидетелство на и церков сицевои. Истину въище всех и си де в очистая, обаче на ме сте на добродетели и боже их дарувание и висотою. Иде же приблагословенна идева родисия бе мал град в земли галилейстей, на лицайма и на зарет. Капернауму граду великому подлежащи, не славен и нечестен, и жителе го бяхо призираеми, якоже и у Христе речено бе. От на заретъм може ли что добро бъйти? Господже, в високих живъй и насмиренния призираяй, не в капернаум и курдиния до небез вознесшим, ако изволи рожденнии бъйти причисти и свои матери, являя яко все е же ест в чоловецъх високо, мерсости ест пред Богом. Еж от них призираемо и уничижаемо е, то у него високо и честно. Все може да от самого именем тога на зарет, покажет висото добродетели и причисти е девой. Якоже бъв своем рождествоя витлеемом, и же сказует се дом хлеба, тайно образуват то, како он ест хлеб, сшеди с небесено оживление и укрепление чоловеков. Всици и в рождествоя матери своя причистия на заретом висока изявляет. На заретбо сказует се цветна и свещенна, и отлученно от земних и венчанна из тригома. Вся жета в причисти и деви изявляют се ясно. Она боест цвет, от суха годрева неплодни и заматурели от роба и прозябши, и обновиви и сохше естество наше. Святни уведаймъй, девством присноцветушти, свет благовонни, родящи благовухани и динагоцаря, свет приносящи плода Христа Господа, едина прозябшея и яблоко благовонное, она ест свещенна благодатию наше, че го на нью и усенивши го, и свята го духа, ест всех святих святейшея, яко рожче е всех святих святейшее слово. Она отлучена от земних грешних, ибо греха бъв всей и жизни свойни е динаго же позна, вси сда видом глаголит, беззаконие мое я знаю и грех мое предо мною ест войно, та едина глаголет без беззаконие те кохи изправих, ест боисправление чоловеков не то, че у сама греха не сутворши, но и грешни го в отдел греховних отводящи, яко же глаголит кне и церкови. Радуя се скверних и займающа едел. Чтобо сега честне е ежи и порождестве, девою бъйти. Венчанна славою, славнише е серафим, яко серафимски бога возлюбившея. Венчанна честию, честнейше е хировим, яко хировимов, мудростил и познанием божества привозшечея. Слава же и чест, и мир в сяко модело ющимо благое глаголета постол. И кто от земна и хобрете се благих делетель лучи, яко причиста е дева. Все заповеди господни сухрани, всю волю е го сотвори, вся глагола е го соблюде, вся славеса е го в серце своем сокры, вся милосердна е дела ближним и зеви. Достойна обовенчанна, яко всех благ делетельница. Еснче и стрегома. Сокрови щебо целу мудрия своя годивича ска го сице опасно стрежаше, яко ни же е ангело хутеоно и в верити. Видивши по ангела, смете се в славеси и го, и помищаше, каково буде целувание. Всия вся в причисте и деве бъйти на заре тименуваним своими зеви. И кто наречет, яко висока е та палата Христова добродетельми и боже ими даруване и зело возвъйшена? Висока, ибо от небесе дарува сия, аще и на земли от земнородних родисия. От небесе, ибо, яко же от Богомыслених не цигла голют, архангел Гавриел благовестива и Захария Иоаннову, кой же благовестива, ким и Анне пресветея Богородице и Зачатие, той и имя е преблагословено от небесе принесе благоляк неплодни матери Анно Анно, родише дъщери преблагословеною, наречете же имя е Мария. Несомненно обу наречти се може градом святъм Ярусалимом новым, с небесе от Бога Сходящим, и скини е и обожие из чоловеки. Висока боже е скиния, ибо паче се рафим в узвъйси сироще царя Христа. О, висото нелдобово сходимея чоловечески ми помислъй. Кая же красота мысленния тоя Христовъй палатъй, слище того ж, де сладкоглаголива Гоюанна Дамаскина, вещающе гола не и си цие. Принесе ся Богу всех царю, яко же ризую златою добродетелей благолепие модеяна, и украше на духа святаго благодатью, ая же слава внутри. Яко же боже не всяко и слава муж, одвне приходяй, тако Богородице слава внутри, сиест, плод, чарева и я. Епак и той же, о, дебо Богу благодатная, церков Божия святая, и уже он и миру начальни Суламон Духовне съвзда и в неи поживе. Не златумни бездушни камени е мукрашена, но вместо злата духом сияя, вместо же камени и чесних многоценни бисир Христа и мея. Си цево окрашението я палатъй, много краснейше е пачи бъйвши го в Суламоново и церкви, внеже подоби хирувимов, древезжи и цветов изображенна зряхо сия. Но и все удушевленно и церкви, причи стей деве, хирувимски и яве зреция образ. Хирувимским по своим жития не точу хирувимом с уравни сия, но и при взъйде. А ще и неих света и хубайче церков нарицат и хирувимой, поющ ти, что вас наречем святи? Хирувимой, яко на вас почили ест Христос, кольми паче дева Богородица Хирувимъст, внеже почи Христос телесни и на причисти хия руках Бок седе, яко на престоле. Престол хирувимских девица изобрази же в себе и древез благоплодовитих подобия, сотвораше се духовно и масленно и плодовитою в Домобожи и фи неком цветущим, че са ради садом, живоносним си цепующи и церкви. От неплодна го корени са дживоносин израсти на матер свою и же чудес Бог. Ся же вся глаголица о красоте и я духовний. Но и талесния не лише на Б, извествающе многим учителям церковним, яко във все и под сонично и на Б, и не будят таковы едева и красния, яко же Бедева Богородица. Южо зре в света и диони сири опъгит Богом нарещих от яше, аще не бъй ведел Бог рожден на годния. Божествене ебо благодать, е я же полна бе внутри, си я же от присветла голица и я. Таково себе палато цар не бъсни на земли предоготова, душею и телом красно, яко невесто окрашено може своему. Ештежи и пространно. Чрево я пространна и небес судела, и вмести ся в нея не вместиме и Христос Бог. Объчно палато и зиждуци пространно избранни. Могуще не точу царяно и множество предстоящих слуг и от всия земли приходящих к царю людей в себе вместити. Просранно е селение Слово. Причисто е дева не точу Бого Слово, яко царю, но и нам, рабом к Богу, в нея вселяющим осе, претикающим ест Просранно. Бога в отроби. Нас же в своем благоотроби и вмещает. Избранни с усу цвете епостол Павел, глибол шек своим возлюбленим. Сердце наше разпространни ся, не тесно вмещайте се в нас. Но че от святих ко вмещеню всех сице Просранно е благоотроби обрести се може, яко же по Бози Марийно, вмещайте се с децело мудренъй и грешно му здеже не тесно. Той имать кающе си своя месту и отчаянно му снекающим ся, яко кно е вуковчего не точу чистимно и не чистим животним прибежище невозбранно. Вия благоотроби и вси скорбящи, обидими, алчущи, странни, обореваеми и больни и не тесно вмещают ся. Невест Ботая не благоотробно бъйти, а я же отроба блага го нам роди Бога. Палат царе изимна и хмноги стрегот стражи в уоруженни и не всякому вония в нити хоть аще му попускают, но одерживают, опасно же от кудо и почто грядети спъйтуют. Палата же Христова удушевленная, а ще обстоима и сткировима и сирафима и бесчисленними ангелов же и всех святых лики, обаче в двери благоотробного ямило-сердие в нити, хоть аще му никто же возбраняет. Не отрева от стражи, не прогоняю двои и же почто грядети спъйтуют, но невозбранно с молением входит и приемлят дар к полезному прошеню. Не претекаем обук благоотроби от неплодни отроби рожденния, да юще ей целование си цевои. Радуй се в сенепорочная палата всех царя. Радуй се селение Бога и Слова. Ему же са от семи святе им духом и тебе чтери отчи, матери са иновни, невесте света го духа, от нас бренних, буди чести слава вовеки, амини. Сижедень в пролуги въспоминается некий потенни угодник Божий Никита Глаголема и Хартулари, положенни в повести ои ереи и мевшим връжду с Созонтом Диаконум. Меже настояще го ради праздника наутри от Ложихом. Конец Слова на Рождество Пре света е Богородице. This recording is in the public domain. Жития света е ексфетители Дмитри Ростовска го. Месет септември, 9 ден. Житие света е их праведних Богоотец и Оким Майанной. Read for LibriVox.org Святей праведни и Оким бе от Колена и Юдова, и своя от дому да ви да царясите въимо образум. От натанова Колена съйна да видва роди си Леви. Леви же роди Мелхи и Панфира. Панфир ще роди Върпафира. Върпафир же роди и Окима от Сабо Городице. Той живяш е в Назарете Галилейстим и ме и женуанно от Колена Левийна, от рода Ааронова, дъщер Маттана и Рея, свещенствовавше го водник Леопатри и Касопара, царство Перскаго. Прежде царствия и родува са и на Антипатрова. Маттан же той и межену Марию от Колена и Юдова от Витлеема, и роди с нею три дещери, Марию, Совию и Анно. Посягнуже перва е Витлеем Мария и роди Салумию. Посягнуже и втора е також, да Витлеем Совия и роди Елисавето матер и Анна предтечи. Третия же святая Анна, матер пресветия Богородице, яко же рехом дана бъйст за и Окима в землю Галилейскою, воград на заред. Сию обовелика Города Супрузия и Окима Анна по законо живуще праведна беста пред Богом. Изобило юще же в богатство веществено на Лишахо се и богатство духовно го. Всяко и добродетели украшах у себе, ходяште во всех заповед и господник безпорочна. На всях же праздник от своего имени е две части от Лучахо и едину част да яху Богу на церковно е потребай, друго и уже ништи. Толико же Бога угодиша, кога бих родителми бъйти пред непорочния дева и в материмо предизбранния. От сега обознаемо е, жития и их свято е Богугодно и чесно, како да деси им штира всех свято и их свято и шея, и паше всех Бог угодниша и ровимо в чеснейша. И небе в то време на земли между чоловеки благоприятниших Богу паше всих двох и Окима и Анна, непорочна го ради жития и их. А ще им много зиможахо обрасти се тогда праведно живущи и Бога угождающи, но та двойца всех своими добродетелми превосхождаши и пред Богом достойниша, е же родитим матерь Божио обреташе се. Таков бодар не бъй им дарувался, а ще бъй не превосходила правда и святиня и их пач и на их. Но якоже сам господ от пресвети и при чистие матери и ме воплотите се, тако подобаш и да и матерь Господни от святих и чистих родителей произойдет. Такой цар е порфир и своя не от простаго постава, но от златотканна го составля ние имеют. Такой цар не бъсни и матерь свою причистою, вие аж е плод яков порфир у царско облещи си и ме, не от невоздержних супругов, а ки от простаго поставано, от целумудрених и святих, а ки от златотканна го в восхода и ме ти. Е же про образуваше се древли в святей скини, и уже повели Бог мой се и усотворите от бъгреници, червленици и висона. Скиния, обознамено въдево Марию, внюжев селище си Бог и мес чоловеки по-жити по-писанному, се скиния Божие с чоловеки и вселите с ними. Бъгреници же, червленици и висон, от них же состави си скиния образувах у родители и Божие матери, я же от целумудрии и воздержания, а ки от бъгреници и червленици, от совершенна го же во всех управданиях жития их, а ки от висона состави си роди сия. Но всик святых супруг Божие изволение первее безчарни химена долг за времени, да взачате и рождение такове и дъщери, и сила благодати Божия и чест рождение и достоинство родящих евиция. Родите бо неплодни и заматуревши отроби, ест си е благодати сила. Неестество, обоздено Бо, ки стество побеждая и неплодио узи разрешаят. Родите си от неплодних и заматурелих си е честе с рождение, когато такових родители произъйде, которые бъй дея ням прележали плодским, но от воздержних и уже в старости сущих, пятидесят болет в супружество прижише не имуще чада. Являйце же и родители достоинство, яко по долгом неплодстви и родише всему миру радост, че съм сравнише се святому патриарху Авраму и супру за его чесно и саре, в старости рожчи мисака по обетованию. Но май несумненно речем, како боест больше е дея в Мария Пача и Сака, толико больше е достоинствоест и оки майяни пача Аврама и саръй. К си може достоинство не перве и приидаше даже многим постом и молитвами, в горе сте души своя я и вскор би сердце умолише Бога. Предходит бо скор братости и чести предтечео е безчестие, и доброму получению вожче спрошели и молитва ходатъй. Скор бя ще мим на мнозе и сето ющимо безчади и своем, принесе и оки м даре и Господа Богов Церкви Иерусалимско и в праздник Велики, вонже вси са инове Израилева и дари своя Бого Принушахо. Из Сахаржа архерей са и тук дани хоте и оки мових приятей даров и поноси приносящемо, укоряя его неплодстви. Не достоит рече прияте от рук твоих даров, яко безчади не си, някога не си, някога не си, някога не си, някога не си, някога не си, някога не си, някога не си, някога не си, някога не си, някога не си, някога не си, някога не си, някога не си, някога не си, някога не си, някога не си, някога не си, някога не си, някога не си, някога не си, някога не си, някога не си, някога не си, някога не си, някога не си, някога не си, някога и отиди от храма господния скорбен зело, посрамлени и уничижен, обратися ема празник той в плач и радост, тога празника в сетувани. Не возврати се же в дом своя от скорби великия, но иде в пустъйния к пастерим стат своих, ито плака се отвою, обесчади и обесчествам по ношени у корени. Поминовже света го прав от са в рама и може лете уже со старевшо се даде Бог сына, неча молите се прилежно кога господу, дайон таковага уже сподобица благословения, да услышени по милован будет, да отиметь се поношение го в человецъх, да да са плоте го супружество в старости, якоже иногда в рамо, да возможете отец нарещи се чадо, а неяко без плодини от риновен от Бога терпит от людей у корени и преложи к молитве пост, четыридесет дней нехотя в косите хлеба. Не вложу рече в остамо я пищи, ни в дом мой възвъзвъръщу сия, но слези му я пищи и уми да будут и пустъйня сия домом, дон дъже услышите посетит мя господи Бог Израилев. Також да и жена е го Анна в дому своем седяшти и уведавше яко архиерей нехоте прияти да рофих, у коряя у неплодстви и яко муше я от скорби оставив ю и да в пустъйню, плакаше се неотешними слезами. Най не рече е съм от всехо каянниша, от Бога отвержена, от чоловек поносима и от мужа оставлена. У чесо мубо первее го сплачу, овдовствели моем или без чади, осиротствели моем или яко не сподобих се нарицат и ся матер, и ридаше горко в ся дни тая. Ръбъйни же е я именем и юдит, утешашею на ничтожил спе, кто обоможаше отеши титую, е я же печал, яко море возвеличеся. Едино и ужесето ющи, вниде всад своя и сет, че под древом давни новым воздухну изглуби наи сердечния, и возведчи со слезами очи слуи на небо, узрена древя гнездо птиче, мало я и му щептен саи. И отсюда приемше вино больше е болезни сердечния на чаво пити. Въмне лишенни, яко оседина е съм грешнише в одештери и израилевъх, оседина паче всех уничижена в женах, вси плод отроба и своя е на руках своих носят, всича да и своими отешают ся, аз же едина чужда е съм тоя от ехи. Въмне, яко вси в церкова Божия усдаре и приемлю се, и че дороди и ради своего честимот, аз же едина от церкве Бога Мой го отриновена. Въмне, кому е съм подобна, ни же птицам небесни му подобихся, ни же зверем земни им, унибо плодовите и пред тобой у господи Боже, аз же неплодно обретаю ся, ни же землю уподобихся, и бута е прозебаят и растит семена своя и плодъй принося благословит тя отца небесна го, аз же едина безчадна е съм на земли. Въмне господи, господи, аз греш на едина обнищах плодотворения. Тъй, и же сарре да вейнук да в старости глобучайше и сейна и сака. Тъй, и же разверзали си утробо Анна и матеря самоила пророка твоего, призрина и нинамя, и услинише молитва и муя, а до неи са въод, безчадия, веси поношение, само в оболезен сердце моего разрещи и хляби утробния разверзи, и неплодно и плодоносно покажи, яко да ръждаемо е вдар, ти приведем благословяшти, поющти и единомудрено славещи твоя благоутробии. Сицевая сплачим и рейданем, вещающти, се ангел, господи, невиси и глаголя. Анно, Анно, услышана ест молитва твоя и воздихание твоя пройдоша облъки. Слезай же твоя предбога внедоша и се зачнеш и родиши дещери предблагословенною, у неживо с благословят се вся колена земная и той удастся спасение всему миру, на речет се же и имея и Мария. Слъщаща сия глагола и ангельския Анна поклонеси Бог в рече, жив господи Бог, яко аще ръжду от руча, даме в службу ему, да бъде служа и хваля имя и го свято и ден и нож във ся лета живота своя го. Исполнивше се жени изглаголенния радости свято и Анна, тече во Иерусалим сочтаним, да там облъгодарени и молитва и своя воздаст Бога о милостивно мега посещение. Того жде, че са той же ангел и виси и окима в пустъйни, глаголя, и окиме и окиме, послъща Бог молитва твоето и изволи дати тебе благодать свою. Себо жена твоя Анна, зачнете породит тебе чтър, о я же рождестве всему миру бъде радост. Все же тебе знамене и истинна го благовещение моего. Идиво Иерусалим к церкви господни, там обряштише от златых врат супруг отвою Анну, и же то жде е ест възвещено. Удивляше се жи и окима съм благовещени и ангелском, и славословяше и благодаря Бога се рецим и остею таково мега милосерди, и тече скоро радо е си и веселя се в церков господнио. Яко же рече Ангел, обрете Анну от златых врат, моляшто и се Бога, и же о ангелском възвести и благовещени. Такожде и у най-мо поведа, яко види и слъйше от Ангела у зачати и дещери възвещающа, и прославише Бога, с отворше го сними таково и милост, и може поклонивше се в краме святом, възвратише се в дом своя. Изача Анна света е в девяти и ден декемвре месеца. В септемвре же осмагодня роди дъщер пречистою и предблагословенною Дево Марио спасение нашего начало и ходатъйцу, у аяже рождество небо и земля возрадува ся, и принесею, аки м дара и Бога великия, жертви жив се сожжения и бъйст благословен архием и свещенники, левитами и всеми людми, яко сподоби се благословени и Божия. Сотвори же и оки мочръждение велия в домо своем, и вси веселяхо се хвалиште Бога. Ръстушто и жедея в Марио соблюдахо родители, яко зеница ока, ведоште Божи им откровеним, яко имат бъйти свет всемумиро, е сте ства человеческа губновление. Възпитова хужею в таковом опасном хранение, каково подобаше той, и же име бъйти матери спасителя нашого, нето че улюбиште и уяко дъщер, от многих лет въжделеною, но и почитающе, яко го спожу свою, помнях обоангелска е славесао нейреченоя и провидехо духом в неи бъйтих отяштея. Табо благодати Божия полна сущих, той, и жди благодатию и родители своя тайно багаж, че неинако, но яко же Сонце лучами своими звезди небесния просвещает, уделяя им светлости своя ия. Тако Мария, избранна яко Сонце и въки маяно лучами благодати данния себе озаряше, яко бъйти им изполнена им духа Божия и известно веруват избъйти услови с ангельских. Екдаже трилетство ваше Бог от рукавица в ведошею славно в церков господню, со свещами, провождающи и дашею в дар Бого, яко же обещаше ся. По веден и же я, пришет, чим неколиким летом святея, оки им представи, си има и лет 80, а на же святая в довою сущи остави на заред и прийде во Ярусалим, и тамо прибайваше близде штере своя пресвятея, молящи се в церкви Божии. Приживше живо Ярусалиме два лета по чео господе, имеюшти всех лет своих 79. Около оба благословени е сте святи родители, оки ме и Анно, ради приблагословена и д. 4 Вашия. Согубо же е сте благословени ради внука Вашего, господъжа нашего и Иисуса Христа, у немже благословят се вси язици и вся племена. Праведно Ва с церков святая Бого от са ми именова, Бога бе от пресвятея Вашея дештере Рожчего се знаем, и, може ныне в небеснем предстояние и ближними сущи, молите се да и ми не будемо отдалени от радости Ваше, прибивающе в овеки Амин. Неци и глаголю таки бе Матан, отец святая Анна и деджи по материя пресвятея Богородици, родил Якова от са Иосифа в Древоделетелева. Но ест си е погрешение, е жемни от тудо произъйде, яко в Евангелите Матеи, в главе перво и воспоминая се Матан отец Яков Лесице. Елеазар роди Матана, Матан же роди Якова и Яков же роди Иосифа, мужа Марина. И негто мне фяко той, жде е един ест Матан отец Яковъль и отец трех дъщерей, Марии, Сови и Анни, написай, како Матан роди Якова и три дъщери. Но и нест сей, а и той. Сейбо бе от колена Левиина, оцинофа Ароновъх свещенник, а и той и живе Вангелии. Бе бо той от колена Юдова от дому, да ви да царя. Двадисет трети от рода, да видова и Соломонова, в немже свято е пифани в Словен рождество пресвятея Богородици и свято е Иоанда Маскин, книзе четверто е увери в главе пятнадесетвий, пише Цице. От колена Соломоновъх сейна да видова, роди се Матан, сей роди Якова отца Иосифова и умре, и пояджено е го матери Яковълю Мелхи, от колена Натанова, сейна да видова, сейн Леви, брат Панфиров, и же бе отец Върв Пафиров, деджей и Окимов, а прадет пресвятея Богородици и роди Мелхи от матери Яковли и Лия. И бе Яковът колена Соломоновъх, или же бе от колена Натановъх, или и оба пояджено и умре без чаде на Панем Яковът и же бе брат е го от един ия матери, но не от един аго отца, пояджено е го, по неже закон Веляши, аще кто умрет не има и чад да поймят брат е го жену е го и воскресит семя брата своя го. По тому обозаконо поят и Яковът женобратния и роди Йосифа Древоделя, обручника пресвятея Богородици, и бе Йосиф святея и сейно боих и яко бле по естество, или иже по законо. Чесорът и святея Евангелисло, ка описува Христов Род, положи Йосифа от са Илия Глаголя у Христе, са и яком ням са и Несифов Илиев, Маттатов, или е Глаголят вместо Якова. А яко Маттан и Ерея родиви и три дъщери не той бе, е го же Евангелист в роди Христовъм воспоминает от сега являяци известно. Пише святея Евангелис Лука у Захарио, цепред тече висице. Бъйстводни и рода царя Юдейска и Рейн некий именем Захария, и жена е го дъщерия Ароновех, имя е Елисавет. А Елисавет роди Совио, дъщер Маттан и Ерея и бе Маттан, Елисавет и дед по матери. Пашти боюбо сей Маттан бъил той же един, и же в книзе родства Христова, то не бъй рекъл Евангелист, жена е го дъщерия Ароновех, но всяко бъй рекъл, жена е го дъщерия и да видовех. Понеже Маттан и же в книзе родства положени не от Аронова, но от да видова бе дому от Колена Соломонова. Но понеже сей Маттан и Ерей ин Бео Тонаго, и же в книзе родства не от да вида, но от Арона вида и своя племя. Тогъради Евангелисло, кая овнуце е го Светей Елисавет и жени Захари, но и написа, жена е го дъщерия Ароновех. Отсюда обояве показуя се, како и не с Маттан и же в книзе родства Родиви и Яково отца Иосифова, а и не с Маттан се и свещени Господин Родиви и Тридчетери, Марию, Собио и Анно, матер Пресвета и Богородице. Тоже извещая се и от Света Гумученика и Полита, го жени Кифор в книзе Свои и Второй, в глава е Третий, приводит в освидетелство. Той описува се родство Пресвета и Богородице и воспоминает Маттана свещеника, где да поматери Пресвета и Богородице и родивше го Тридчетери. Не воспоминает же да бъй той свещени, ки Мел Родит и Яково отца Иосифова, но то, че и дъщери, са и на же ни единого. Ище же и отсюда размотрим, племи и Юдово и дом, да видов не свещенство въше, то, че у леви и на племя и дома Аронов, обоматтан той, и же в книзе родства Христова положени, как объйбил свещенник, сейни от племи не свещени, че с къго на отцар с къго. Яве обоест, яко и не бе маттан отец Яково, а и нотец трех дъщерей. Не бе спотребно ми уведат и сие, яко в Ветхом завете повели Бог не взимати себе женот и наго племени, ни же женам по сега ти виноя племя, но киждов наследи и своем дъжениция. Сдел обоудивит се, кто почтомат тан свещенник, поят себе женот, племени и наго от колена и Юдова. Також дей свято и Лаким, сей от дому да видова, поят свято и Оанно, дъщери и Аронова их. Не согрещише ли, приступивше заповед Господния? Не согрещише. И блашта е повелено бъйстинен племенам Израилским, да кое ж до в своем роде женици и посегаят, обаче, якоже свято е пифан и свидетелиствует, племени и Юдово с Ливи и на им соединяти се невозбранено, да дом царски с освещеничо с към домом в родстве будет. Че согово образ бе началниши ерхерия и Арон, и же поят или съвета 4 Минадавово, сестру на Асоново и же тук да княз бе во Юде. Також да и дай ерхерия и появи и о съвету, дъщери и орама царя и юдейска го сестру Охозийно. Все же бъйст смотрением Божиим, да причиста е дева бъде дъщер царска и архерейска, и мевше е породити Христа, царя и архерия. Конец жетия праведни Хиоакима и Анли. This recording is in the public domain. Жетия света е их светителя Дмитрия Ростовска го. Месед септември. Девятий день. В той же день страдания света гумученика Севирияна. RedFlyPriVox.org Царствуюшто лекинию, злочести въму царио, е кда святие и 40 мученики от агриколая князе Севастийска гоят и бъйша, и в темницо във вържени, тогдабе е тамо муж именем Севирияна, рода Болярска, веру ей в Господа нашия Иисуса Христа. Той часто посещае в темници света и хмучеников, укрепляше их к подвигострадалческому за Христа. Уни же, якоже огнем любови, около Господа своему разжегоше се сици, яко не е зеро Севастийско, е божествена, готоговних пламени огъсите възможи. Тако сташе единодушно изповеда ище име Иисуса Христа пред мучителем и даже до смерти за него под визаше сия. Пострадани жие прияти и мученича ска говенца 40 страство терпцефигда вместо агриколая, от того, шили ки ния царя нечестива го настали сия княз люти безчеловечен, аки звер, диви и похищае верни хипя и кровхристиянскою. Тогдабе спе време и святому Севирияна, кто муж да и зайти подвиго и бореню, на неже и неих слове са и возбуждаше. Приступали ше бухлеветници к князю реша. Чест великих богов наших умаляйця всем гради через Севирияна, и же нето че и сам не чтетих и не покланяйця, но и и наим многим советуят да укуряют и уничижают боги нашия. Вероя же сам в разпятъго и прочих той же вери учит и уже немало отторжи людей вслед себе, а ще обо се гони погубише той весь град по нему Братиция. Разгневаюци же бози на град и оставите го, но и царик да услещето всем то не поштъдит нас, тук дали сия княз слъйше всия посла слугият и Севирияна и привести его к себе. Христов же война нежде и посланих донде же прийдуть и им от его, предварив прихотих, сам поиде и став пред князем нача свободни мязи, към глаголете к нему дързновенно вещтая. Не доблеят ли Тебео княже, твоя я погибели, но и нашия хоще ще си души погубите, и аки приобретени некоя тво им предати безсом. Но веште, како на крепке може сде улучили си, а не на малодушни и боязливия. Мнебо, якоже учитель мой Павел глаголете же жити Христос, е же умрет и приобретени е ест. Княз желисия та дързновенная слуга са света го слыша в умуча мало. Та же напредстоящия возреф и рукой на севиряна оказав рече с яростью. Возмите е го, и сорова и межилами бите да научите, кротко глаголете пред властио. Биен жеба и в святъй веселяше се, яко сподоби се за Христа прияти раны, и псаломска е славеса, аки некоя от радо в болезни мея ранам своим припеваше. Нахрептемо ем делаше грешницей, продължише без закони есвое. Мочител же видев от родившея си слуги и мученик, жилицем светлейше и мужественна, повеле пристати бити. Тук даре чекнемо. Все можеше от подятих ран познати, яко некоя е животехи и же коя го благополучие приносит тебе Христо с твой. Мученик жи отвешта, нашти бей душевне твоя очеса не бълит мою безбожие помрачена, е вил бъй тебе, кой много е благо у Христа моего ходата из твои отмне страдания муя. Ни ниже, что сутворю, вжигае слепомо свещо и песен по яглохому, аж тебе не бъли си слепи глухо судие, познал бе си Христово благодати силу окрепляюшто и мя. Та и множише свето му глаголю, што на больший гнев подвиже си мучител и повесивше мученика на древе железни миногт мис трогат и повелетело его. Он же в той люто и болезни муляше си глаголющи. И Иисуса Христе накресте повешен бъйвъй и не злужива и горденю вражио, и даже до ней не хвали мая овсех дивних делих твоих. Приедива е же по му щими, и сотрим мъйшци в се злобного мучителя, разторбнен нежел да има и собери воедину, и дашт ми добре прийти мучения подвиг. Применяхо се же слуги му щи и света го, и долго му чивше отришише от древа и ведоше в темнице по повеление у му чите лебо. Грядей же к темнице света и му ченик пресладу критур показа ся, акибо не слише болезни, хвалише си о подятих за хреста ранах. И посреди града и дъй, ко множество смотряюще го на него народа светлими лицеми, медоточними уснами, ран и своя показаю глаголаше. Смотрите мя оча ловеци, и в коем благополучи я съм не и не разумейте. Въй чай умни темя бъйти всех окаяннише и бедниша, како неточо са на моего временнаго и богатство, но и сама го здравия лише хся, аз же я съм не и не паче всех вас блаженнише. Рана и бъм уяс я за хреста и Иисуса го сподамо и го суть мне слът чайшея паче всякия сладости земния. Кровно е си е течение объгрение, чеснейше ми е ст паче бъгреница и царския. Мучени си е приятнише ми е ст паче всех слъсте и ваших я живи любите. Сан же мой первый и богатство чтобе, аще не со е тая прах и миръс е го прелест, и уже аз яко блато от ног му их от трясаю, в усходя на бъльше е достоинство мученическое и приемля богатство неоскудное. Тобо ми само е жемучеником хрестово им нарещи се славнише е ст паче царския титлъй. И лишите се богатство му и хреста ради дръжайши ми и богатейше е ст паче сокровищ всех цереземних. Но издрави е мое телесное, крепост состав, красота лица, чтобяше прежде, аще не един аболезен, разслаба и безобразие. Екда босия му я удай не бяхо за хреста уязвляеми и крови не проливахо ся, и мехъх неяко удай му я, но яко узи и темнице доши му я. Нейнеже суть мне удай, екда за хреста секуция. Нейнеплоть му я е ст здрава и крепка, екда за хреста обивайся. Нейнекрасота му я со мною е сте, кда ме видите ни муща видение чоловеча, но всего яко един уязво, яко же и господ му и Иисус Христос от ног до глава и бе я звинный. Радую се в остраданиях му и яко исполняю лишение скорбей хрестових в оплоти му ей. Въй и же видите му я ран и помишляйте в оздаяния зония. Ни умом постигнути, ни словеса и изрещи мощно та благая, я же цар бе смертни и не й не деят за него страждущим и на небеси е хранитим в веки. И то само е же за него страдати е сладко, а умрети за него е ще слаще. От друзи, а ще е стъкто от наших, а ще кто от верни храбов хрестових обретаяц е посреде сега народа неверна го, зря ще ме о господ е тако терпяшта, укрепляйте своя сердце, можайте се и неострашенни души будете. Да не отторгнет вас от пресладка го Иисуса Господа нашия гонни едина мука. Да не острашит вас мечно е навею изострение, пешно е разжение, звере и устримление. Да не прелести два смочителискоя ласкания и даров и санов обещания, ся сия поперите ногами яки умети, да со Христом воцарите ся. Ся е му вештаю, што последствува има народ много послуша е полезник Словесия го, донде же доведен бъйст и дотемници. Вържен живнио, няко в черто се светле ликоваше облобо и зайеме стоно на Немже Свети и 40 мученики за Христа се дяхо, к ним же прежде часто приходя безедуваше. Затворен же в темнице прибъйств не и пяти дней, и пак и на суди зведен. Лисия жяки вълг в одежди овче являше се соболезновате святому и лукаво к нему начагла голъти. Ведят вси бози севиряне, яко жалею отебе и вельми удивляю се, како те чоловек са и добр, благообразен же и честен, самовольно сладка го сеголишаяши се света. Похваляю твое укрепости мужество, а ще бъй против оврагов употребили се сегол. С железом же и огнем, с върми и каменем брати се и погубляти своя силу, в истинно дело е безумно. Себе уже крепоство я суттрена и плотера стерзана. Сягла гола беззаконния, по тя лукавством прелестите истина гораба Христова, но он мужествено отвеща. Не жалей плотимо я и рана ми уязвление, но больше я е ще приложи муки, нето че уби и стружино и каменем на метаи, и огнем жги, и е же хощеше и можеш и твори. Обаче не отвертише ме от Бога и первее, тъй утрудише се муча мя, не же астер пя Христа, а радимо и го. Мучител же отложи в лукавство паке куубъчни и своя рости преклонисия и повелесвя тако каменем в оста бити глаголя. Не носи Христа на язице твоем, ни же стужа и уше съм княжим в вспоминания мимини тога. Святежи оснаме от камен на губиение с укрошенними отвеща мучителю. О каянде единою в души тва и жилище без сом с отвориви, ни же слухо мимини Христова понести можеши. Повележе пак и мучител повесите егойно ктими железними стругати тело, люте же стружи ма и святей глагола. Едино ту и язво тяшко бъйтим ню, я же от Христа отлочает, с я же все суть мне сладости опачени, аж е болезния, разлучающе боми от зимних, соединяю от Христу. Речеше кнемо князи, северияне, по жири богом и свободише се от муки. Онжене отвещаймо боле ни единъг у слобесе, но тихо к себе глаголше. Недостойни и страсти нынишният време, нега хотяште и славяе види ся. Княз же вменяе себе то, оку ризно бъйти, яко не отвещайте му, и но и изобрете на нега му че ние. Снемше е го здрева, ведек стени градстей и оцепивше един камен тяже кнаваю, а други и на нозе, сама го же опоясавше вервию, с стени и високо повесите е го повелее. И тако ви се святе и предъде святую свою душу в руце подвигоположника Христа Господа Сво и го. Святое же е го тело, неци от верних нощ и уснемше отнесоше в отечество и го. Ек даже с обсълма и песен ми не суште честно приближахо се къвеси той, в неї же бе дом севиряна света го. Тук дай за и доше в среди ние му вси люди е стари и юни с отщанием, един и других предваряющи, яки бе и предвозкищающите благословени от многострадаленъг и го тела. Едина то, че оста се в дому жена некоя го раба и го, плачуща е се над телом му же своя го. Неки бе от рабов света го мучени ка умре тук да и лежаше непогребен. Редаше оба над ним жена и го гле волюшти к меретвамо аки к живому. Все господин наш к дому приближаеця и вси изи и доше в среди ние му, един тъй не изходиш и я с тебе ради. В останни обои иди с резти господина твой го. Един и аже изплачам гле голющей, аби е во стамерт вияки от сна и поиде противо муще и света го мучени ка севиряна, и средше припъде к света им мущаме го с радости и улоба иза и господина своя го. К си же люди и видевше меретвеца воскресше мучени ковым пришествием, удивише се и прославише бога и большимо середим к святому прелепише сия. Бъс джем между ими недоумени и обогребени и телесе света го. Не ведехо, где положить е и много осем с собой и не согласувахо. Едини бутамо и ни же овамо гле голахо прилично бъйти по гребени и го. Лежаше, що на мущах света го венец от красних цветов изплетени и се в незапу прилете орел и похити в той венец летяше по-мало и недалече отлете в седе. Люди же по-немедяхо и приближащим си им Корлоон пак и дали е с венцем темлептяше и ни же е му последовахо. И тако доведе их до близ сущия постъйни. Седе же на горева и соци и на мести зело красно митамо венец положив, отлете от очесих. Люди же обрет, че венец на горе познаша, яко на неблаговолит бог положено бъйти света гумучени катело и взем ше с подобающе участие по-гребоша на горе той, и деже многое при гроба и го подавахо се бъллим изцеление. Прежде по минути, жя рапи, жя воскрес и зайде всреди ня света го, поживе по-воскресени своем пятнадесет лет, приседяшти гроба господина своего и потом с миром с кончасия. Но всех же сих слава богов троец е единому отцу и съйно и святому духу, на инии присну и в веки веков, а мини. Конец жетя света гумученика северияна. This recording is in a public domain. Жетя света ех святители Дмитрия Рустовска го. Месяцептември. Девятий день. В той же ден памят блаженна го Никите, сокровенна го угодника Божия, и го же виде Созонт Диакон. Ретфалипревокс.ог Гогодник Божий сокровенни, блаженни Никита Глаголема и Хартулари, рождени в воспитан бе от благородних родители в цареграде и в мири живъи, в тайне Бого работа и угоди е му толико, яко и двери церковния сами отверзахо се приходящото му в полунощи на молитво и свещник нечеловеческими руками во сженния освещаше его, и умерша го Ирея Силен бе, яко жива и види Созонто Диакону. Мочесом се цевая ест повест. Ирея Неки благочистив со Диакону Млагуговейним любов по Бози стежаше друг ку другу. По некоем же време Небесовским навето Моба на връжду преложише сия. Беже име Диакону Созонт, а Ирею име неоведа сия. Многое же време во връжде им прибивающим, прелочише Ирею умрети во гневе Тома. Тога Диакон на час му щати се мыслив и снедате се совести, и яко не разруши връжде и со Иреем и не изстреби гнева прощени им. Пойде обоискати от са духовна разсодлива е му же бе открити совест свою и прохождаше места постъйдная и щя връча язве сердце своего. И обрая, че некои го старат са в добродетелях велика и свята, тъму изповеда грех гнева и връждей, и уже име со Иреем и просяше прощения. Старец же глагола иму. Всяк с верою прося и приемлит, и толкушти му отверзеция. И добре творише брате, пекушти се оскорум разрешени велика готога греха. Де поспешит Тебе Господь. Обаче не мое е, с дело си е очадо, е же мертвому примирититя. Тем же, возврати се в цар грът от ню дъже пришел и си, и квилиция церкви Святея Софии нощи ушед, стане при великих красних дверях, и го же узрише первее кога дверен приходяшта, когато тому поклонисе и у нас повеждь, и даще му запечатлено е си еписание. И будет Тебе от того изправление вогресе твой ем. Дякун же то повеление отца своя го духовна го изполняя, иде вограти нощио без времен на церковних Святея и Софии дверей достижи, и стояше ж да и прихода не знаема го лица. И се узрие некоя го мужа кога дверен приближающа ся, бежето блажени Никита, в нем же нам слово. Тому Дякун поклонив си, и целоваве го описание старцево подъде и печали свою иму возвести. Му же той поведа и ме ходяко на послуша и разуждая, и в данно и от старце писание чтъй, поливаше себе слезами и глъболаше. Кто е сама зменши да дрзну на дело сила и моя превосходящия? Обаче на молитва и пославши го ти уповая, или кубок поспешит на повелевая моя ми подвигно ся? Торекши, ста пред дверми, и руцък небесибо здев моляше се шепча. Та же колена преклонив и глъбук земли преложи в творяше молитво тихо. И помалебо став рече, отверзи нам врата милости твоя я господи. Я би е пред дверия само о себе отверзе ся. Он же поемше Дякуна, Папер Двниде, и к само им дверим церковни, приступи в рече Дякуну. Зде стой не подвижимо. Сам же сотвори поклонение на празе церковном и отверзоше се двери и Вниде внутри. Ек да ста посреде церкви моляся, свещник светил от стропа церковного върху глава и му жато го сниде и освити всио церков. Та же иде к жертвеннику, и там у сами двери отверзоше се иде же главу преклонив, помолив все молком и зайде к Дякуну. И пак и вся врата само видно затворише ся. То види Дякуну же сесия и не смеяше приближити се к му же Оному, страх бо вели обяй го. Еште ж и лицето го виде, яко лице Ангилов от молитва и прославлено е. И помисли в себе Дякун, е да Ангил е с цей видимый, а не чоловек. Но и то не отися му же Онаго, рече Бог Дякуну. Почто мъй си ли ми метеше се омне чоловече. Верой, яко я с чоловеки е съм Бренни от крови и плоти, в светлим дому рожденни и всем град е воспитанни. Благодат, че Божия и в немощних действо е телика хоштит. Но поидем в путь и нам предлижащи. И иде к торжешному месту, а Дякун е му последоваше. Достигше, че там от церкви пресветия Богородицы, пак и молитва и от двери церковни отверзи. И в церкви бъив и по молив си изъйде, и двери сами затворишеся. Дякун же на то смо тряни, что же иното, че господи по-милу и са ужасом в себе глаголаше. Та же ковлахеренстей церкви по-идоша. Известваваше, че потом Дяку някото ли скоро шествия им по церквам творите видешеся, а ки бъй птично молитване у подобица. Дошечим, че им двери влахеренския церкве, е къде му шо она и молитва са слезами сутворил, а бие, яко же и вооних церквах отверзоша се у себе двери и постави в Дякуна в дверих и прилежно смотрите внутри по велев сам церковниде и преклон колена моляше се прилежно. Дякун же в дверих стоя и смотряя и виде свет внутр церкве всюду усъявающе и некъй Дякун светил от алтаря из шед, къде аше всио церкови. Помалем же, че се виде лики РФ белыми резами облеченних от алтаря изходящих насредо церкве. Та же види други лики РФ, бъгряними одейни хризами, вси же купно посреда церкве собирающеся, пояко песни зело красни и изрядни, от них же ни единия възможе Дякун изучите се то, чео Алилуия. Можже он и в остав от своя молитва и реча к Дякуно. Брате, в ниди внутр церква без страха и клево молик озряра смотря стоящи ереи, негли възможеше познати ерея тога, с ним же връж до имели си. Дякун же с трепетом в шед, и кбожио человеку приступи в гледяше клево молико и необрете из кома го ерея. Та же ангеловидни они му ж повели Дякуно десни лики ерея в ръсмотрети. И смотря Дякун, в зрей ерея, он аго с ним же връж до име и указа тога перстом человеку божио. Он же рече Дякуно, шедър са и ерею, и го же познали си. Никита Хъртулари вне стои и тиглашайте тя, придикнемо. Дякун же по повеление его шед, пояте ре за десници и кбожио доведе человеку, в него же церкви изшечемо. Он же кротки моком на него возрев тихим гласом рече. Господи непресвителе, собеседуй брат отвоимо Дякуно и разрушите връжду и уже и месите между собою. И аби е ре и Дякун друг кодруга колена преклониша и пространним лобзаним разрушише връжду. Ерей обо попроштени в церковни де и в своем лициста. А человек Божий Никита на прази церковном поклонение сутворил, и аби е двери церковни затвориша ся. Он же поем Дякуна и де в спят возвръща е ся. Прошеча же некою част по ти речек Дякуно. Брате Созонте, спаси душ отвою и приложи окмоей пользе. От цуже пославшимо тя шед ръцей. Чистота святей х твоих молитъв и ежек Богу до разновение е меритвия во сдвигноти можето. Торекши от очес Дякунов и Хотиде. Дякун же поклонився на мести Том и дежидивна го на гумужестоя сте нозе и декстарца ужасени радостен славия и благодаря Бога, како дивними чудесни му образум при мирите ся представляшимо с ерею сподоби ся, молитвам и сокровенна го Божия Рабаникита и Хартулария. Посреда народа е молв толико Бога угодившего. В той же ден преподобна го от са нашата офана посника и споведника, от юна возраста Христу последовавшого, от царежи Кароса и Карина и Номириана за изповедание имени и Иисус Христова ран и подемшого, отпуще на жебъйвши и в постничестве скончавши го ся. И святаго мученика Харитона. И святаго мученика Стратора, к двум кедрова им древам привязана и надвоя раздрана бъйвши за Христа. И в вспоминания святаго Вселенскъг от третья го Собора сшечих ся в ОФС 200 святих отец и не злуживших не стория злочестива го. В той же ден памет преподобна го от са нашата го Йосифа и Гумина Володскаго, подвязавши го ся воиноческих трудех водни благочестива го Великаго княза Василия Иоановича ся Росии. Зрю не в прологи. И обретение мущеи и живо святих от са нашата го Теодосия архиписко Пъчърниговска го е же бъйст лета отсотворение Мира 7405. Отрожда стваж е поплоти Бога Слова 1896. Конец жития блажен на гониките и хартулария. This recording is in a public domain. Жития святих светители Дмитрия Ростовска го. Месет септември, 10 и ден. Житие и страдания святих мучениц Минодори, Митродори и Нимфодори. Redfullyprevox.org. Три девъй, троици святе и вдар себе принесоша Минодора, Митродора и Нимфодора. И ни и приносят Богу дари от внешних имени и своих, как уже иногда три восточни царие, Злато, Лива и Смирно. Униже принесоша дари от внутренних сокровищ, принесоша душо яко злато, не изтленним злато мискупленною, но чесною кровью, яко агънце непорочна. Принесоша совест чисто, яко Ливан, глъголеща с апостолом, Христово благоохание смъй. Телужевнетленном девстве своем нарана и за Христа давше, принесоша е вдар Богу яко Смирно. Ведехо добре, како господи не наших времен их богатств, но нас самих требует, поглагало да видово. Господ мое ситей, яко благих моих не требуеши. Самих обо себе Богу принесоша, яко же святое и их житие и доблествено естрадание являят. Си родиша се в Витинии, се стреже сушти по плоти, бъйше се стре и по духу, и по единодушно избраше Богу работа типа, че неже миру и суштим в мире суетствам. Потяште же с душею и тело с облюсти нескверно, да чистото и от чистому соединяце жениху Своиму Христу Господу послушаше гласа и Гогла Голюща, и зайдите от среда и людей сих и отлучите ся, и не чистоте и их не прикасайте ся, я спримувай. И зайдаше обо от сопребъйвание человеческъго, любеще зело в девстве пребъйвати, и устранивше се в сега мир на уединенном селише се мести, добре ведуще и ако неудоб храните се можето чистота девическа е посреда народа и мушта го очи изполна любодияния и непрестанна го греха. Яко же боречния вода и входяще в море сладост Свои упогубляют и с морски ми сувокуплюше се вода ми боява и от слани, тако и чистота е, гда посреда мира, аки посреда море в селиция и возлюбите го, невозможно и сланих сластолюбие водни напити ся. Дъщер и ако в Ледина до нележене в дъде себе трябва дързата езическа и до толе бе чиста дева. Ек даже изъйде познати дъщери там обитающие и приобщи се к ним аби е погуби дъвство свое. В окаяния сихем мир се и стреми дъщерми своими спохоти в плодскою, спохоти в очес и гордости в житейскою ничто же и новест то че и вредите прилепляющих се е му. Яко же Смола очерняет прикасающа го се е ей, тако он своя ръчители черный, нечистий и скверный творит. Блажен бега е й миръ, да не очерниця го нечистотами. Блажени с от те свете е тридевъй, избекши от миръ и от трехи го речених злих дъщерей. Не очернише се боих сквернъми и бъйше бели и чисти голубици, аки двумя крилами, деяними, боговидениям, летающие по горами пустинъм, желающие в божествене любви, аки в гнезде по чити. Пустъйним, бо непрестанно и божествено е желание бъйваят, миръ суштим суетнаго кроме. При бъйване жих бе на некои високом и пустом холми, суштим блестеплиг вод в пифиях, аки за два поприща. Тамовсельше се живяху в пустей и молитвъх непрестанних. Тихо е пристанище и покой добра чистотей своя и дивичискоя обретоша, я же да не видима будет чоловеки, скрейшаю в пустейни. Да видиме же буде тангели, вознесошаю на холм високий. На висоту го рейв за и доша, да прах земни от ног, своих от трясше к небеси приближатся. От сама го места на немже прибайвах у жития и их добродетельно е показувашеся. Чтобо являет пустейня, аще не отвержение всего и уединение. Чтобо вещаят холм, аще не богомисли и их. Чтобо знамено от теплое вода и при них же живяхо, аще не теплото их сердечною к богу. Яко же бо Израилис бъй в египетския работа и прохождаше пустейния, тако с я свято е дева из шедче от мира, пустейно и облабо изаше житие. Яко му и сей в осшедна гора узре бога, тако си на високом холме суще, тълесния очи к бога возвождахо, умними же взирахо на него ясно. Яко тамо ударение в камени с хождахо вода и тако в них от смиренна го в перси ударения, поток слезни от очесих и с хождаше. И не таковъй бяхо теплоих вод источници, какова очеса их теплоя слези изводяштая. Ти и бо точи отелесния умейти блата можахо, си же и душевни очищахо пороки, и паче с него обеляхо. Но что без слезам очищати в тех, я же очистивше себе от всяки е скверни плоти и духа, яко ангели на земли пожиша. Аще в чьием сердце от воспоминания множества грехов, родици, умиления и слези, но в них, како в чисти и где въх от любви к Богу плача источники с хождаше, и деже бо огън божественния любви пъйлает, тамо невозможно водам слезни мни бъйти. Такова е стогнятого сила, я же, екда, аки впешти в чьием сердце возгориция, елико пламени толико и роси умножит, елико Бог да е с любви, толико и умиления. От любви ръж даю це слези, и Христо всегда над лазерем плакаше речено о нем, вижд, како любляше и го. Плакахо се святое дева и в молитвахе Богомышленних своих, любляхо Бог Господа своя го и го же видение на сейтите се желающе со слезами времене тога ожидахо, когда прийти и озрети любима го жениха Небеснаго. Каяш да от них с да видом бешташе, когда прийду и явлю селица Божив. Бъйше слези му ямне хлеб ден и нощ, аки бъй глаголюще. Усем ден и нощ слезим, како нескоро приходи то време в нежеба и нам прийти и явити се лицу слътчайше го ръчителя Нашего и Иисуса Христа. Его же видение си се насъйштати се желаем им же образом желайте лени на источники водния. Си цивим жити е му собни, екда святое дева и устраняхо се от чоловек от Бога явлени бъйше. Не може да укрити се град Верху го ръй стоя, ибо изцеление недужним чудесно от них бъйваюштея, како вели гласния трубъ и по всъй стрене той у них возвестиша. В то време царство в Максимян злочестивъй, страно им же той обладаше фронтон княз, и же слише в освятих девъх, повелее ятиях и привести пред себе. Агнице и Христовъй, их же постъння не вредише звери си от чоловек зверообразних и зверонравних яти, и предмучители приведени бъйше. Сташа насудени честивих три дивици, еко три ангели, им же бъйне пред чоловеком, но пред самим в тройце славимо им богом стояти. Недостойни бях у очи людей грешних на светолепна е лица их смотрети, е же ангелескою красотою и благодатио света го Духа Сияхо. Удивляше се мучители таковой красоте и их в постъйни храненои, каковъй ни же в домъх царских виде когда. Ибо аще и телеса их многими труде и постами бяхо до конца умерствлена, обаче лица дивическия, лепото и своя непогубише, паче же обретошею. Иде же по духовния радости и веселия, сердце бе изполнено, тамо не можаше овяноти цвет красоте и личния, по-писанному, сердце веселяшто ся, лице цветет. Имат же иногда и в издержание нещо си цево, како вместо дряхлости, лепотою красит лица чоловеческая, якоже да ние ле и с ним трие хотрог, сих в посте и в издержание живущих, красота превосхождаше всех от рук овцарских. Тоже видите бе и в святъх девах, како изумевате се чоловеческому уму, зрящо постъйния цветъй и дештери Божия красотою, свояю и добротою превосходящие всякою лепото дештери чоловеческих. Въпроси же я княз первее о имена и отечестве. Внижа сказаше, яко от имени Христова Християне именуються, прикрещени же имена приятея суть Минодора, Митродора и Нимфодора. В той стране ви ти ние сте от единаго от са и мати ръждеми. Та же простре княз к ним реч свою, ласканим к своему злочестию их приводя и глаголя. По девъй красния, вас велици и боги наши возлюбиша и красотою си ця боя почтоша, еще же и великими богатства и почтити вас готови, то че ви честим воздадите и с нами принесите им жертво и поклонение. Аз же вас пред цареми имам похвалитие. Як да узритвай цар, возлюбит вас и многими почтит дарами. За великих жабуляр своих отдаствъй и будете пача и неих жен честной, славни и богатъй. Тук да ми надораста реше сестра молчалива и отверзиоста своя глаголющи. Бог нас создал и образом своимо красил, си мокланим ся, и нагоже бога, кроме его ни же, слише ти хоштим, да ровжи ваших и чести и тако трябуем, якоже кто трябват сметия ногами и попираема го. Еще же и благородния мужи от царятво и го нам обещайши, и кто можат лучше и бъйти па, че Господа нашата и Иисуса Христа е мужа веру и у невести хумсия, чистотото и супрегох хумсия, душей и уприлепи хумсия, любови и у соединих хумсия, и онест наша чести, слава и богатство, и от него не точи от тъй и цар твой, но ни вес мир се и отлочи ти нас възможед. Митро доръжи реше. Ка е польза человеку, а ще мир вес приобряштет, душу же своя отштетит. Щобо намест мир се е противолюбима го жениха и Господа нашего. Блато против злата. Тма против солнца. Желч против меда. Обумирали ради Суетна, кои имаме от пасти любви господни и погубити души нашия. Да не будет. Мочители же рече. Много глаголите, яко не видите муки и ни приемлите ран, я же е къде да увести и на корещи имате. Отвеща же ревности у ним фодора. Мука мили е люта и мирана ми устрашите нас хоштиши. Собери сде от всея вселенния мучителския урудия. Мечи, ружни, ногти, железния призови всех мучители от всего мира, совокупи вся вида и муки, обрътия на слабо е тело наше. Узрещи, яко перве е вся та урудия с укрушация, и всем мучителям руци останут. И вси твой мук ви да изнемогат, неже мы христа наше го отвержим ся, за него же горки муки сладким раем, а времен на ясмерт вечним животом нам будет. Князжи, рече к ним. Советую вам, яко отец, послушайте мечата и пожирите богом нашим. Единородни сестрейите, не бусхотите обоедина другую, видите безчести и студа изполнено, и лютия му ки терпяштую. Нехотите цвет красотей ваше, увиодайшти зрети. Не добре ли глаголю? Не сут ли вам на ползу слуве само я? В истинно отечестки сувет даю, не видете вас обнажаемых, биемых, тързаемых и ноуди раздрубляемых. Повините се обоповелени умаему, да не точи ууменено и от царя благодат обращите, и вся блага е приемше в облагополучие при живете дни своя, послушавше мен и не. Аще жени, това би е горки, е беда и тяшки, е болезни объим от въй, и погибнет красоталица ваша го. Насиясло веса от веща Минодора. Нам, му, судие ни ласка, кое е ест приятно ни прищение страшно. Вема и бояко наслаждате се с вами богатств слава и всех сластей временних, ест вечную себе горест готовити вуади. Търпети же време ни е за Христа, му, кие ест вечную себе на небесех радост ходатъйствувате. И то е благополучие, ежа нам обещайши, ест непостоянно, и му, кие и меже нам претишие суд временни. Наши го же владейки и му, кие же уготовани навидещи ме го суть вечни, и множество благостей, и уже сукри любещи ме го, е снекончай му. Того ради не хоштем ваших благ ниже, боим се мук, яко временни суть. Боим се же адских мук и взираем на небесния благая, яко вечна суть, а не паче, яко любим Христа жениха нашего. Те ми умрете за него желаем, умрете же единодушно в купе, да покажем се сестри бъйти духом паче не жителом. И, ако же едина нас отроба родив мир, тако едина за Христа мученическа е смерт да изведет от сега мира, един да приемет ней черток спасов, и тако не разлучим се с обою в веки. Посем возвечи очи горе воздухну и рече. Ой, Иисус и Христе Боже наш, не отвержим се Тебе пред чоловеки, ни ти отвержи се нас пред отцем твои и меже е с на небесех. И пак и к му чителю глагола. Му чи оба осудие, той е, е же Тебе красно бъйти видица тело наше, уезвие ранами. Ни единоболуче тело нашим украшение може бъйти ни злато, ни маргарите и ни жемного ценни одежди, ако же рано из-за Христа нашего, их же подят и давно желаем. Князжък не рече. Та и старейше е си, и лети, и разумом. И мела бъй си и других учити да повинут се повеление от царево и нашему, тъй же и сама не слушаеше, и он е гръзвърштаеше. Послушай обумя, молютия. Сотвори повелено и поклоня се Богом, да и те на Тебе смотряште то же сотворят. Отвечта же святая. Суе трудише се княже, пеки се нас от Христа отлочи ти, и к поклонението и долов, их живе и Бога ми зовете приклонити. Ня сотворю сегон и же се стриму я. Сними же е съм, ако живи късною, еди на душа, еди на мысль, еди на сердце Христа любиш те. Совето и оба Тебе не труди се боле и Словами, но само и изкушай вештию. Би, се цъй, жги, науда и раздробляй. Тога узрише повинем сели и безбожном отвоему повеление. Христови е сме и за него умрет и готовъй. Съясливша фронтон князи спълни се ярости и весь гнев своя на Минодоро излия. И по веле менще е две сестри ответши Минодоро старешо и их сестру обнажите и 4-м спекулятором бити. Би една же бъйст святая и проповедник в опияше. Почти боги и похвали царя и законов е го не уничижай. Бише жию через два часа, екда глаголък не и мочител по жри богом, уна отвещаймо. Не иночто твари от очио жертво приношу. Не видиш ли ако всю себе принесох жертво го моему? Мочителе живеляше слогам жестуча е битию. Бише обо по всему тело без помилувания, сокрушающе сустава е я, ломающе кости и плоти раздробляюще. Она же осердною бе смертна го жениха своя го любови и желани мобята доблествено терпяше, аки не слышащи болезни. Та же изглубен е сердечния возупи. Господи и Иисусе Христе веселие мое и любве сердце моего к тебе прибегаю на деждо моя и молю, приеми в мир е душо мою и с ярекше изпусти дух и поиде к возлюблено мужениху своему, арана ми ако же многоценними отверми украшена. По четырех жедних метродоро и нимфодоро мочител пред собои на суде поставив, положи при ногах их мердвае тело старейше се стреих. И лежаше това е чесное святое ми надори тело наго, непокровено ни мало, ни жебе на ням не уязвле нагоместа, с яуда и сокрушени от ног до глава и небе целости, и би умилен позор всем зряштим. Съеже сутвори мочител Акеба и Глаголя. Видите ли сестру вашо? Тоже и вам бъдет. И надеяше се, ако те е две сестрей, видевше тако люте умученое тело сестрей своя я обояция и повинут се воля его. Си же предстоящи и смотряште и смотряште на мертва и люте уязвленое той тело естествено и оповеждахо се жалостие и яви умиляюще се плакахо то, че у един мочител боле ужесточаше сяки камень. Святих жедев ми трудоро и инфодоро само естество и любов я же к сестре, а ще и прекленяших слезам, обаче възбраняше им бърше и любов Христова, и известнее надежда и ако се страях уже в чертози жениха своя го веселиция и оних к себе ждет да такови ми жерана ми украсивше се под штат си прийти и явити се лицу всевожделен на го Господа. И то е удържаваше от след свято е Девей, я же взирающе на предлежаще и им свято е тело Глаголаху. Благословената и сестро и мати наша сподобляше я си венцем мученичества венчана бъйти и в нити в чертог жениха твоя го. Помоли си обо при благому Господу за ненезрище, да не медли повелити нам твоим же по тем прийти к нему и поклонити се величествою его наследити се же любве его и веселити се с ним във веки. О, мучители, пощо медлите долго не убивай ущени, пощо лишаете нас част и возлюблени е сестри нашия, пощо нескоро си и у нам подеете смерти чашу е я же аки пресладка го пятия жаждем. Се готова и удъй наше на раздробление, готова и ребра на сжение, готова плоти на разтерзание, готова и глави на усечения, готова серце на мужественно е терпение. Начните ободело ваше и надейте себе от нас боле и ничто же. Не приклоним коле на Богом лъжи и мените им. Видите нас усердно желающих смерти и что хочете боли. Умрете се строю нашия за Христа Господа жениха нашего прелюбезного желаем. Екдаже судяште и виде на раздани и хумъй и желание смерти за Христа непременно е обаче покушае се е ще лъсканим к своему приклоните единомыслию нещо лукаво глагола от Вешташа. Доколе не пристаниш и окаянне нашим отвердому предложението противно и глаголете. Аж те емлище веро, како единако корене ветви, един и отроба и сестрия смъй, това е ще известно, какой мысель единоимамъй а ще бод тани едини мужти предо чесе и страдания мужественного образ, толико и в терпение е весело,що обома и сотворим смотреюще на сестру нашо, образ дам себе давшую. Не видеше ли како наашти или жащи и уста затворена и мужти обаче отверсти ми своими ранами, якоже и остай наказуят ни и обещаваят к подвигу страдалчискому? Не разлучим се обод на я, ни ръсторгнем сротного нашего союза, но умрем, какоже и уна умре за Христа. Отрицаем се обещанних Вами богатств, отрицаем се славъй и всего ежи от землиест и в землю пак и возвратиция, отрицаем се тленних женихов и муще не тленного, и го же любим и е му же вено нашо за него смерт приносим, да бе смертного, вечного, чистъго и святаго чертога и го сподобим ся. Тук дам очителют че в надежди своя я, разери се зело и повеленим фодоро отвести, метродоро же повесивше свещами опалите тело и я, и опаляема бе по всему тело через два часа. Таково же терпяшти муко возвозвождаше очеса своя коединому, за него же страдаше возлюбленому жениху своему помощи от него просящи. Опалено южяки угъль, с немше здрева повели мучител палецами, железними, крепко бити, сокрушающе вся луда и я и в тех муках святая метродора взивающе кога Господу продаде в Руце и го светую Свою душу. Умерше и жей приведена бе из третия Агница Христова святайним фодоро. Да двоих уже сестър Своих мерет виетелеса видит и тех лютъг обиени, устрашивше се отвержи Цехриста. На чажък не е княс Лукаво в Ештатии. О красния девице, е я же аспач и неих удивляю се лепоте и у юности милосердствую Бози мисоцвидетелия, яко не мнеете люблю дъщери му яя, то че уприступи и поклони се Богом и Абие велико и мети будеш и у царя благодать. Даст по тебе и менее чести, а е же ест больше, многое у него будеш и мети дрзновени. Аще жени, увъймне, злепогибниши, якоже и твоя се стръй и их жетелеса видиши. Святая же вся Словесая го вменяюще яки ветър, не внимаше им, но и противовеща е у кори и доли и долопоклонников, давицки глаголя. И доли язъх с ребро и злато, дела рук человеческих, подобни им да бут втворящи и я, и вси надеющи се на ня. Видя же беззаконни, яко на спец Словеса и ничто же, повеле обнаживши и уповесите и ногтми железними строгати тело и я. Уна же в тех муках ни чесожа, не трепелива показа, ни возупи ниже в стена, но то, че у горе очи возвечи дви зашел с нами своими, е же без знамения ме як Богу прележния молитвъй. Екдаво пияше проповедник по жри Богом и свободише се от мук, от вешта святая. Аз по жрох себе Бога моему, за него же ми страдате сладко и умрети преобретение. Наконес му читель повеле палицами железними убити до смерти и убиена бъз цветая за свидетелство и Суск Христово. Тако троице дивит святу и троице прослави смерите остредальчискою. Мучителю же недоволено бе мучите живея, но и намертве неукрутимою свою излия лютост, повелебе огън велик возгнетити и тълеса света ех мучениц в него на сужени и врещи. Семоже бъй вшо, внезапо други еогън с великим громом с небесе спъде и въмгновени еогъс уже фронтона князи и вся егослуги мучивше света ех мучениц. На возгнещени е же огън дощ велик излияси и погаси его. А верни в земшите леса света ех от огня неврежденная погребошия чесно бли степлих вод в едином гробе. Их же е едино от робороди. Тех и гроб е един прия, да я же неразлучни бъйше в животе своем неразлучни будоти по смерти. Сестри бъйше на земли. Сестри сутна небеси. В едином чертози жениха своего сестръй и в гробе. Над ними же създана бъйсцерка во имя их и из таках от них изцелени и реки. Во слава бога в тройце е единого и в памят трех, девиц, святех. Их же молитвам и да сподобим се зрети святою тройцу от цаи, сейни и света го духа единого бога и може слава вовеки Амин. Конец джетя святех мучениц Минодори, Митрудори и Ниводори. This recording is in the public domain.