 Жития святея к светителя Дмитрия Рустовска го. Месяц и унии. Второй на десять ден. Се чтение в Вивлютеки Либри Вокс. Се чтение Либри Вокс. Достояние все общие. А ще хочете боле научите или же поможти, посетите LibriVox.org. Житие святаго и праподобна го от са наше Гонуфрия Велика го. Принемже и инии свети и постъйно жители в вспоминаються. Повествовано и написано е преподобним пъхнутием египетским пустъйником. Преподобни пъхнути инок и живе во единем от пустъйно жительни монастири египетских, той как вобрете в пустъйни преподобна Гонуфрия Велика го и иния пустъйники, сам сказує и писание предая, повествование с вой начинаят си ци. Во един ден седяшто мне в монастире моем и без молвствующто, прийде желание изъйти во внутринния и пустъйния и видите, аще с там у няки инок пачем и не работа и господа. В остав обо и мало хлеба и води на путь взем и зи дохи из монастиря моего, никому жива себе поведая и дох в пустъйния глубочайшую. Шеджи четыредни, ни хлеба вкусивни води, до и до ги до некоя говертепа затворен негомалой оконци и муштаго. И пребъехало конца толкия, ако час един, чая, яко пообъичаю иноческому. Некто извертепа ко мне изъидит и дастно христе целование, и екде не бе отвещаваюшта гумни ниже отверзаваюшта го, отверзах двери и внедох, благослови глаголя. И видех некоя гостърца сидяща, аки спешта. И пак и благослови рек, прикуснув се раме и гоаке бъй возбудите хотя и бъй стяко прах. И осезав тело и го обретох умершата го уже от многих лет. Видех же и Ризу пристени висишто, и прикуснувшо се мне оно и бъй стяко прах в руце моей. Аби обоснем себе манти у мою, покрихе и тело умерше го, и е скопав руками яма в земли пештанои, погребох моща и го с объични псълмопени мимолитвою и со слезами. И вкосив мало от хлеба носимо гумною и от водъй, укрепихся и обнощевах при гробе она гостърца. Вутри е же молитво са вършив ях се шествия в пустъйно внутренние шую, и неколикоднейше е добре ток други вертеп и видех пред вертепом ступей чоловеческия, и разумех яко живет некто вертепе. Толкнув же никакова го слыша футвета, внедок внутри никога же тамо обрет, изи дого вон, помишляяв себе, яко раба Божи и некий живет зде, и отиде некъм в пустъйния. Умислих обождате на местата Омраба Божия, желай видите яго и целовати тога о Господе, и пребъих вез ден ожидая и псълмъй да видува и непрестанно поя. Зрех же то место зело красно сущо, и финик стоящ сплодея го, и мал и сточник вода и живая, и чудях се красоте места Омого, желай и сам жителествовате на ням, а ще бъй бъйло възможно. Преклоняю, што се жеднив къв вечеру, видех череду боюволов грядущих и раба Божия посреди ходяща. Бежето преподобни и тимотъй пустъйник. Приближившем се же им, ко мне, видех мужа безудеяния, властами же своими на гото тела покривающа, и же к месту на ням же стоях пришедим и неозрех, мняш им е бъйти духи привидения и стана молитве. Гнози буду си нечисти и привидениями изкушахото го на месте том, якоже послежде ска за мне. Аз же рех кнемо, че са ради устрашаеше се раби Иисуса Христа Бога нашего, возри и вижд стопимо я и вежд, яко человекия съм яко житъй, усиже, како плот и кровия съм. Он же смотря на мя, и человека ме бъйте позна в отеша сия, и благодари в Бога и река Минь, приступи ком не и целувамя и введе вертеп свой. И предлъжим не с недоволще финиково е, и чисто и от источника водопредстави и сам вкуси мене ради. Въпрошаше же ме глаголя, како се му пришелеси брате? Аз же изявляе и му мысили намерени и му я рекох. Ръбъй Христова и в пустъйни сия и жителя ствою ще видите хутя, и зи дохи смонастейря му е го и приедох Семо. И Бог не лишиме желания му е го, сподоби в ме видите тву святиню. Въпросих же е го глаголя. Како тъй отче Семо пришелеси, и коликоле тимеш и в пустъйни саи? И чим питайш и си, пощо наги си, ни чим же одеявся? Той же начам не особе поведати си ция. Аз первее прибаивах во едино и кинови и тиваицкои, и ноческои жите е проходя, и усердно работа е Бого. И меж руко деля ткания, и приидем не помисъл глаголюшт. И зайди из кинови и живи един и труди се делая, да бъльш у им сду примише от Бога. Можеш и бът трударо к твоих нето, че е питати са мно и нищи е питати, и странствуюш той обрат и обукоевати. Послушав обослюбови у помисла моего, и зи дох избратстваю собт близ градо создах себе келиво, и опражнях се в руко дели и моем. И бяхом недовольна, я же к житю моему, от труда рук моих собирающа е ся. Прихождах обо ком не мнози треба ющи руко делия моего, и при ношахо вся потребна я. Опокоевах обо и странния, избаива юща е ж раздеях нищим и треба ющим. Враг же наш дьявол, и же пристна на всех во юет, позавиди в житию моему, подшта се изпроврещи труда и му я, и влужи в ум некой му лицужен ска пола прийти, ком не руко делия, радимо и го. И прише дъщи веляшъм не устроити полотно, и устроив то дахъй. Принуди же ме устроити и другое. И бъй с нам друг ко друго беседа и дързновение, и заченше грех родихом беззаконни, и прибъих с нею до шести месяци и согрешая. Та же по-мислих к себе, яко днес или утро, смерт постигнят мя, и прияти имам му ковечною. И рех к себе. Овъим не одуше. Лучше ти ест бежати от сюду, да убежише от греха в копи и вечния муки. Все оба остави в бежах тайно и приедох в пустъйно сию, и доше до до места сега обретох пещеро сию и источни кефини, ки му ще 12 ветви. И не кижда месец каяш до ветва връждаят мне плодов толико или кодовлети при питания ме има на 30 дней. Скончавая, што си же месец и плодов единия ветви, созреваят другая ветва, и тако благодати обожие опитаю с я, и нагоже ничтожи имам в пещери му ей. И одежди му я ододолго време не обвечавше уничтожише сия и полетех многих. Уже бо 30 лет прибаиваю в пустъйни сей, возрасташе мне в ласей, як уже видиш, и сутми не си, вместо одежди, покриваю щи наготумаю. Си аз от праведна го на го слише в глаголят пъв ноти, опросих и го глаголя. В начале това и го отче, на сие место пришествия, стужаше ли тебе что или ни? Отвечта он. Бесчисленна е бесовска е напъдение претерпех. Ножи цие обращи се со мною и непримогоши ме помогаю ще им не благодати божие. Протеблях си бо им знаменим крестними молитвою. Кроме же вража их напъдение ще телесне болезна стужаше мне. Вели ми бо болех от робою, и ако и на землю падат им не, отто я болезни, и не можах стоя обычния творите молитвъй. Но лежа в пещери му ей, и на земли валяя се я совершах пения му е во многом страдани, яко не же вон возмущиб не изейти. Молих си же к милусертному богу, да болезни ради обдержащия ме подаст мне грехов моих прощени. В един жеден си дяшто мне на земли и отробою зело страждущо. Возрех му же честна предо мно и стояшта, и жири чем не. Чим болиши? Те, че е два возмогох от вища ти е му рех, господи, отробою болю. И рече ку мне, покажи мне, где болит. И показа химо. Он же простър руко свою, положи длан своя на боляште ме сте, я би изцелех. И рече мне, се здрав, Белиси, кто му не су греша и да не говоря, и ти чето болят, но работи господа бог отвоиму от нени и до века. От тогаво време не прибаивае безболезни, благодаря бога и славя милусердия и го. В таково и бе седе глаголед пъв нути, и с вечера с преподобним тем от сем седше, проводихом малу не всю нощ. Ко утробо востахом на обычною молитво, и бъй вшо дню молих много преподобна готога от са да бъй повелел мне жити при нен, или по нен негде особно облизи го. Он же рече мне, не можеш и бърате с дебесовских напасти и терпети, и не изволяше мне прибивати при нен. Та же молих я го да скашит мне имя своя и с Казарек. Имя мне е Стимутей. Поминай ме возлюблени и брати, и моли умне Гриста бога, да совершит нам не до конца милусерди своя и го жеме сподобляет. Аз же пъхнути и припъдох кнугам и го просям молити се за мя. Он же мне рече. Владика наша Иисус Христос, благословитите и покретите от всякие сети дяволи, и подаст тебе поти правия, безпредкновенно прейдеше ко святим и го. Благословив обумия при подобният имутей, отпусти с миром. Приявиш го труки го на путь още и финиково е, и водо от источника в сосуд мое почерпох, и поклонив се святому старцу тому от и доходни го слави и благодаря бога, како сподобил ми ест видите такова го угодника своя го, и полюзоват и се отсловеси го и благословение тога прияти. Възвращая се же оттуда по неколиких днех, приедох в монастир пустинни и се долг в немпочите и прибъйти до време. Скор бях же помишляе в себе и глаголя, что е с житие мое или кие суть подвиги мое, не же стен суть противо житие и подвигов того и го же видех угодника Божия. Прибъй же немало дне и такова е помишляя и желая подръжати в боговогождение и праведному одному мужу. Бозбуждаю, што же ме милусерди обожаю да пеку се одушимо ей, не облених се идти паки во внутренния и пустинни по тем непроходни, к той стране, и де же живе тро от варварски, нерецаема и мазик. В себе мое тщани от том бъйст, да увемащи ест и други, котори и пустинни, кръбота и бога, яко добряшто е го и приимут него пользу душимо ей. Исходя же в намеренни и мне паки путь пустинни, взях мало хлеба и води, е же мне не на много довлеехо. Скончавшо се же хлебо и воде, скоро бях не имей пищи. Обаче креплях си и долг четыре дни и четыре нощи без пищи пятия, и из немогох зело тело ми пад на землю уже дак смерти. Тук да видих мужа свято лепна, прекрасни и пресветла, прише, че, ко мне и жи руко своя на остан не возложив, не видим бъйст. Я би ужто тих в себе крепост, яко ни алкатим не ни жаждати. В оставже паки и долг в внутренния пустиннито я и другие четыре дни и нощи без пищи и пятия приедох, и паки на чахи с немогати от глада и жажда е. Возле вжи руце на небо, помолих се господу, и паки видехо на го мужа и же пришед, ко сну се остом, и ми не видим бъйст. Аз же от сега паки приях много и сила, и дох в пъти. Бившо же седем на десятумо уже дния путешествия моего, но сегах до гори некия високия, отрожден же са и си дох на подгори и почети. И изрех издаля, че мужа грядуще противо мене, образом зело страшна, влъсе и го стей ми всега образ, чак и зверя, и бела яко снега. Седбо беше от старости. Гласи же глави и бра дея го долги бяху даже до земли, и яки одежда тело е го покриваху, чрез лъже своя и меж, и при пояса на листви им бъили и пустъйних. Ек даже видех тога, кога ми приближавиш тази, при страшен бъйх и в остикох на камен, прелучивше и си върху гори. Той же дошед до подгория того, седе по ценю в почети. Утруди себе опалима и зноем, и не можству и от старости. Възрев же на гору видиме и возгласи в Кумне рече. Сниди Кумне чело вече Божи, ибо я с чело век е съм подобен тебе, жителе ство и в пустъйни се и Бога ради. Аз же глаго лет пъвноти и слъйше всие, са усередим ти когни мои пъдох, пред ногами и го. Той же рече Кумне, в остане са и не мой, и бойте и раб Божие, си и друг святъх и го, и меже тебе пъвноти и. Востах обо. Он же повелемне сести и седох с радости в пред ним. Молих же е го прележно да скажет мне име своя и житие, како в пустъйни приблевайте колико е време. Он же моление мое прележное видя, на чам не повествоват и я же о себе глаго лиси цей. Имям не е естонуфри и имам же 60 лет в пустъйни се и скитай се в горах и ни един аго видих чоловека, тебе ток му не ни зри. Без же мое прежнее прибаивание в чесно монастире на реца е мумирити, близ града Ермополя и живти въит сте и стране. Мунастир жето имят брати и сто, всиж же единодушни суть. Обще житие и муще с огласно в умнози и любви о господе нашими Иисусе Христе. Обще им е спишта и одежда. В безмолвие и жемире пустническое житие проходят, славеще господния благостиню. Аз жив детствимо ем тамо, и к давно в начали и наставляя се получах се отцветех отецо Сердно и к Богу вери и любви и оставо минуческогу жития. Слъшах их беседующих освятом или и пророци, како Богом укрепляяме и прибъйст пустя се в пустъйни, також да и у святом Иоанне предтечи, е му же небъйст подобен от чоловек ни коже никогдаже и каково е и межитие в пустъйни, даже да дне явление своего ко Израилю. Въпрошах же отце в святих благоля, что обо? Бъльше или суть ти, и же живут в пустъйни пача вас пред Богом? Они же отвечтава ющем не глаголоша, е й чадо, бъльше и суть пача нас, ме и по друг друга повсядни видим, и с оборно церковно е пени совершаем с радостио, я ще взалчим хлеб готов обретаем, також да я ще и вжаждаем, готово имаме и водо, я ще случи се, кому от нас не дугуват и, утешае ме и байваето других брати, понеже обще живем вси и друг другу помогаем и служим любви ради Божия. Живуще и живпустъйни, всегото го кромесуть, я ще, которо му отпустейно жителе и случи се, какова е печаль, кто и го утешит, и в недугуване и кто поможи ти послужит, а ще ратот са тъне и найдат, где обращат чоловека, могу ще го е му примените ум или увештати, тук му едином от тумо сущето, я ще не будете му пища, где он и удобно обращат, також да е възжажда, вшо се има нест вода и близа. Та му очадо несъравненно бължи и предлежит труд, па че неженам въо общество живущим. Входяш ти бъв пустъйдно и житие, боле и начинают работят и бого, пощен и умножиш и мовдаються, алч бои жажда и зно и полудинни, и студено сношно и великодушно претърпевают, бранем же от невидима го врага на носимо им сопротивляються крепко и победите тога всече ски нудяция и весь путь тесни и прискоробни и в царство небесно е ведущи и проходите читация. Тога ради поселаями бъйвают от бога к ним святи и ангели, и же им пищо приносите вода от камени изводят и укрепляют их, толико, якось бъйваються на них славеси и саи и пророка глаголиш тъго. Търпящи господа изменят крепост, окрилате и отаки орлы, потекути не отродяция. Аще же, кой не сподобляят с ангелеска го очевидна го зрения, обаче не лишая се техни видима го присутствия, и же и го във всех по тех соблюдают, от вражи их навето защищают и пособствуют им вделени и го и молитви тога к бога приносят. Аще которому от пустъйнико в случец и не чая на кая вражия напъст той же воздеят руце Свои к Богу, а вие поселаят се ему свъйше помощ и разточаят се вся на пасти, че стойте ради тога середечния. Едали не слежали си чадо глаголяма го в писани, яко Бог не оставляет, взъиско ющи и его, и не до конца забвен будет нищи и терпени обогих непогибни до конца? И паки, возваше ко господовник, да скорбете ими от нужтих избавия, да едва господ, ко може да против от рода, и го же кто подемлят господа ради, блажено боест тврей воля господи на земли, усердно е му работа е и. Ангели бе служат тому, аще и не видимо, и творят радовате себе му радости и духовною, и укрепляют тога на всяк чаз до нележиест в плоти. Сия в монастире моем от святъй хутеца смирен не унуфри и слъйшав, последих се в души и серед се моем слътча е паче меда, и мних се, яко воином некоим бъйтимире. Прийти бом не желани не изречено и е живете ти в пустейния. В остав обунощио и мало хлеба елико на 4 дни ток му довлете мне, взем, изи дохи с монастиря возлагае се на Бога, и дох по темна горо ведущим, хотя от тодо внити в пустейния. Начинаюш туже мне в пустейния входите, возрех предо мною лучу сияюш тога света и обуях се зело, и став по-мышля, возвратите се в монастир. Луча же та света приближи се ко мне, и слъйшах от нея глас глаголюще мне. Не бойся, аз е сам Ангел, ходя из тобо и от рождение твоего, представлен от Бога храните бе и бъй стмне не и ни повеление от него, да веду ти в пустейно сио. Буди обосовершени смирен стерцен пред Господин, и с радости в работа е му, аз же не отступлю от тебе даже по велико здател по яти душа твою. То от свято видно и лучи, рек Ангел, предъидяше мне, аз же последова химорадостен. Ще, че же дошести или до седми милиари, возрех вертеп изряден и невидима бъй стот мене луча Ангелска го света. Аз же гвертеп обреближих си и воскотехо ведете, а ще имат чоловейка в себе, и пришет кът двери им возвах по-убъй, че у иноческому глаголя, благослови. И видех му же стара, честна, свещанолепно образом, лицемже и взором велио в небъивши обожие благодать и духовноя радувание являюща. Аз же видев того, пъдох скоро пред ногама и го и поклоних се тому. Анжер, укою, воздвигме и целовав рече, Телия си брату Нуфри, споспешник мое господе, вниди чадо в мое обитание, бог тебе помощник, и прибудише в звание твоем добра е, да лас овершая в стра се Божи. Вше добо вертепе го седов с ним на малодней, и чтах се навыкнути добродете ли и го е же и бъйст, научи бомя той оставом жития пустъйна го. Видев же старец, просвещен, суще дух мое кънавикновение и одел угодни господа нашему Иисусу Христу и к небоязненому противостояние от тайнем сопротивника Браним и страши лищам, я же имат пустъйня, глаголъм не. В останни чадо да ведут я вина и вертеп сущи и во внутренни и пустъйни, яко да един в нея живеше и трудише се обози. Наси ебо послати господ с му треним своим, я же бъйдите бе внутренния пустъйни в сельнико. Всич се совещав, поятня и видев постоянно облобочайшую. И дохом же четыре дни и четыре нощи. Та же в пято и ден обретохом малъй вертеп и глаголъм не свято и он и муж. Все е ест местото, е жебо, когато готова тебе вселите се на нем. И прибъйст старец со мною тридесет дни, добрем делом поучаемя. По тридесети жедних бога уставляемя отиди к своему прибайванию. И от тук дай едино и ов лето прихождаше ко мне, посещайме по вся годи, даже до дне представление свега к бога. Последния кога болета пообечу, и кога мне прише да представися, аз же плакав много, по гребох и губли, желищо мое го. Посемво просихе го аз смиренни и пъвноти, глаголя. Отче, святъй, много ли подияли си трудо в начале твоя го впустиню си в пришествия? И, глаголъв, неблъжени старец. Веромни и ми возлюблени брати, толики и подях трудо, яко много ж де отчае вси живота моего, в них си уже присмерти бъйти. Отълч бъйбой жажде из немогах, ни и ми изначало отнюд, че своя стили пити. Разве тук му аще обретах некои пустъйное зелие, то м небяше пища. Жажде же мое от небесния тук моро са и бейваше прохлада. Бъх жеваром солнечни мжегом и водни, им разумношни им померзайма и омъкаше се плоти мое от русе и небесния, и что не претърпех. Каковъх трудов не подях, непроходиме и са и пустъйни. Изрещи терпени и трудов невозможно, ни жебо подобайте зявляти та, я же чоловек дължене слюбве ради Боже на едине творите. Благи, че Бог видиме всегов давше се на познические подвиги и положивша душа му и в олкани и жажду, повеле свято му ангело своему омне пищи сия и приносите мне на всегде мало хлеба и маловодейно окрепление тела моего. Тако питайма и бъих ангелум 30 лет. По изполнение, желет тех устро и Бог в утишение мое обильнишее мне припитание. Обрете се Буфеник близ вертепа моего, има и 12 ветви и кайш довет в особи единого в год месице приносит плодъ и своя. Ова месица тога, ова же друга го, даже вси 12 месице и прейдут. И кончашто се единому месицу, с кончаваяци и плод единия ветви. Настеюшто же месица другому, настет и плод другие ветви. Також да боже им повеление ме и источник мал живее водеи стиче. И уже другие 30 лет имам в таковом изобилий, ово гдабо хлеб от ангела приносима и ям, ово гдаже от феникових плодов, вкушаю с зелиям пустейним. Еже боже им повеление му слади се мне яко мед и пиют источника живую водо благодаря Бога. А не па, че питаю се и напаяю се сладостно от Словес Божих, якоже пишец я. Не у хлебе едином жив будет чоловек, но в всяком глаголи исходящим изолост Божих. А ще бо, ово брат е пъв нотие, почтише се совершат и волю Господа Бога. Все потребне Тебе пошлюци от него. Глаголят бо в освятем Своем Евангелии. Не пицейте се, глаголюще, что яма или что пьем, или чим одежним ся. Всех бо сих е зице и е щот. Вест бо отец Ваш не бесни, ако трябуйте сих всех. Ищите же прежде Царствие Божие, правда и го, и ся в ся преложат ся Вам. Такова е глаголюще при подобному онуфрию, чудих ся аз пътноти дивному житию е го. И пак и в опроси глаголя. От че? От кудо причащайше се причисти христових тайн в субото и в неделю? Он же глаголъм не. Ангел господин приходит, кум не и приносит причисти христово и тайни и причащай тме. Неко единоможем не с Божественен причащенем ангел приходит, но и кпрочим живущим Бога ради в пустейни. И лица чоловеча не видиш тим, их же причащайя, веселени и зречетна го исполняят. Ащи же, като ри от них возжалаят видити человека, землите го ангел и возносит к небеси да узри цветея и возвеселиция, и просвещая се до шегу яко свет и радуя се духом, сподобля се видити небесния благая и забаевая тя труда и своя подятия в пустейни. Пак и же на своя месту возвръщен сей, усердне начинаят работите Бога, оповая получите вовеки на небесата, я же видит изподоблен бъйст. Сия все преподобни онуфри и беседова со мно и пъв нутием, вподкрили и го райония и даже с ритохом сия. Ажи от таковея преподобна го бесед и вели изполник се радости и також дезабъих все му я труди, соалчо бою и жаждею в путешестви и подятия. Укрепив се же духом и телом рекох. Блъжени съм сподобива и се видите святе отче и слижете красная и сладка и словеса твуя. Он же рече мне. В останем уже брате, дейдим ко обитали, што ме му. И в оставши и дохом. Аз же не престаях чудя се благодати преподобна го старца. Пръща же два или три милиария при дохом к честно моверте по святаго Стоявше там облиз в иник изряден и тичаше мал живая води и сточник. Став обо приверте пе преподобни по мулисия. Скончав же молитва и река Мин, седе и мне сести с обой по веле. И бесед въхом седяште и друг другу поведеющте благая господня. Приходяшто же солнце на запад и дню скончава и ужто ся, видех посреди нас хлеб лежащ чист и водо приуготованно и глаголъм не блъжен ни и он и муж. Вкуси, брате, хлеба, предлежаща го ти и вода и да укрепише сия. Виждобо ти е изнемокше от алчба и жажда и от трада путни го. Аз же рекох к нему. Жив господьмо, яко ни имам ясти и пити един, аще не оба вкупе. Старец жени извуляше вкусите. Аз же много молихи го едва возмогох молением принудете того и простерше руце прияхом хлеб и прелумивше е дохом и насейтихом сия. Осташе се жи и останки от хлеба, и пихом от води, и благодарихом бога и пребъхом ту нощ мулящи сия. В усиявающе жеднио видех по отедно им пени и преподобно голицем изменивше се и обояк сия. Он же разумев то, речем не. Не бой се, брате, пъвно ти е. Бог бои же всеми е с милосерда послатя комне да погребеше тело мое и в ненишний ден с кончаю временно и житие мое и на бесконечною жизн ко Христумо е му прийду в покой вечни. Без джеден 12 месица юния и завеща преподобни онуфри им не пъхнути в глаголя. Возлюблен и, брате, екда возвратеше се во Египе, пътпоминайме пред лицем брати и всех христиан. Ряков же к нему, глаголят пъхнути, отчи святъй, а сподвоем от тела изходи желаю изденът твои мести прибивати. Отвещам непреподобни. Чадо, нято го ради послани си от Бога в пустъйни си и у давни и прибиващи, но да видев раби его, возвратеше се во своя и поведаеше добродетельно и теги житие братием. В пользу слъйшащим, слава же Христа Бога нашего. Иди обочадо, во Египет к своему монастирю и к прочим, и поведа и я же в пустъйни видел и слъйшелеси, и я же е ще имаше видeti и слъйшети, и сам прибивай в добрих делих работа и Христу Бога. Сия е му рекшо, пъдох предчестними ногами и го глаголя. Благословимия от чечеснейши и помоли си омне, добряшто милост пред Богом, и, якоже сподобиме, спасителямо и видeti твоето святейно всеи жизни, тако да сподобитме видите и в будущим веце. Преподобни жунуфри и воздвигниме от земли, рече е комне. Чадо пъвно ти е, не оскоробите тебе Бог, но изполните прошение твое. Благословиджете и утвердите в любви своя и просвети тумноя твоя очесак Боговиденею и избавите от всяка го падежа и сите и сопротивна го, и совершит в тебе начато е доброе дело. Сохранятте Ангелия и го во всех путех твоих и соблюдатите от невидимых врагов е, че бъй не обрести им в часом у клеветатите пред Богом в час грозна го изпитания. По съм преподобни отец последне е мнецелование у господедав, нача молите сег Богу со многим и слезаме и воздвигвания. Преклонив же колена и доволно помолив се во зляжа на земли и последне изрече Слово, вруце твои Боже преда и дух мой. Лъголишто живе му то, усияе го с небесе свет дивни и в самом том свето она го сияни, веселя се лицем и спусти дух свой. Я би услъйше се на возду се глас Ангелу в по-ющих и благословящих Бога. Ти ибо поемше душа преподобного с радости к Богу оною възнушаху. Аз же на чах плакат и редати над честними готелом, яко е го же недавно обретох от сато Гоабия Лишихсия. И совлек одежда мою, от драг по чити е я, и тем покрих света готело, върх не е же сам пак и облекохся, да ненагва взвършто сег брати и. Обретох же камен велик, в немже нечеловечески миру камен, осмотрением Боже им устроен бъйст долу по-подобни угроба, в том обо камени полужих свято е тело великого огодника Божия с подобавящим сълмопенем. И собрав множество малъго каменя, покрих тем каменем честно е тело. На чах же молите се к Богу да подаст мне жити на том месте, и хотей в нити вертеп той. И Абия пред моими очесей пъде се вертеп, и Финик питав и святаго тако ж, да изскоре не пъде, и источник живия води из ше. Аз же то, видев, познах яко нест Божие благоволени и жити мне тамо. Хотя обо отъйти от тудо, с недох окрухи хлеба от вчерашния годне оставше сия, також да и водов са суди оставшие се изпих, и пак и руце на небо воздев и очи в звет по моликсия. По всему зрев му же она го е го же прежде видех в пустейни идеи, той укрепивме, шествуваше предо мною. Аз же изходя от тудо, скорбехо кончини святаго нуфрия, яко не сподобих се множе е в живых зреть и го. Пак и же радовах се душею, яко сподобих се наследите се святия и го беседе, и благословени отусте го прияте, и тако шествувах славе Бога. Шеджи четыре дни придох княко и келие, високо на подгори и суште изпештерую, в нюже вшед никога же обретох, и посидех мало помишляе в себе. Будет ли кто живи в келие сей, княжем е Бог приведе? Семи помишляю, што в ниле мужа свят седи не сполнен, и го живи дърчуден и благолепен, одея надеждаю отва и изплетенною. Той видив мяабе и рече кумне. Тей леси брат пъв нути и погребъй тело припъдобна го нуфрия? Аз же разумев, яко откровено бъй стим от Бога умне, припъдох к ногам и го. Он же утешае ми и рече кумне. В останни брате, Бог сподобите бъйти друга святъй ми го. Оветъг бът от тога промесла и мевшеи бъйти кумне твое пришествие, и влюжи тебе, брате, возлюблене, я же умне, яко шестьдесят лет имам в пустъйни сей, и не видих чоловека и же бъй пришел кумне, кроме брати и со мною, зде обитающих. Глаголюще мже с обою нам внедошат друзи и три святъй им подобни и стари от сей. Я бие реше кумне. Благослови брате, тъй е си брат пъв нути и нашу господи сутрудник. Тъй погребали си тело света Гонуфрия. Радуй се, брате, яко сподобил си е си великой облагодад и Божио видите. Возвести же нам госпото Тебе, яко днес прийти Тебе к нам и повелете един ден прибъйти с нами. Уже бо шестьдесят лет прибъйвае в пустъйни сей, и киждо с обживуще, в Собото же к недельному дню семо собирающеся. И не видих ум чоловека, ток му Тебе едина го не ни видим. Беседуюш тим, жи с собою нам у преподобни му цълнуфри и у иных святих, по двух часах рекошем не. Приеми, брате, мало хлеба и укрепи серце твое, яко издалече пришели си и подобаят нам возрадувате си с тобою. И в оставше с утворихо му литво единодушно к Богу и узрехом пред собою пят хлебов чистих, зело добрих, мягких и теплих, аки байни не изпеченних. Еште же принесошът и от сей нещо и от плодов земни, и седаше купно и дохом. И главолъше мне. Се, яко ж рехом Тебе, шестдесят лет прибивае в пустейни сей, и всегда четыре ток му хлеба и повеление Боже им ни видимо приносица нам. Ни ни же пришечу Тебе к нам и пята и хлеб по сласия. Не ведомо же, откуда приносица сия, но ки ище от нас входя в вертеп свой, повседни обретаят един хлеб. Еште же к недельному дню соберем се семо вместо едино, обретаям с дечета и рехлеба принесени, ком уж до по единому. По вкушение обото я трапези в оставши, благодарихом Бога. Преклони си же уже ден и настуяше нощ. Ставши обос вечера свободни го на молитве, прибъихвам всю нощ без сна, молящи се до света дня недельного. Бъйвши же утро молих тая святия от са и да повелят мне прибъйте сними до смерти моя я. Унижа рекоша мне, нест боже изволение тебе с нами в пустъйни сей прибъйвате, но подобайте тебе и тиво египет, да изповеси Христо любиво и брати, и вся я же видила си в памят нашу, в пользу же слыши штим. Вси си им рекшим, молихих, да скажат мне имена своя. Унижа не воскутеше поведати мне. И на мног час с прележание му ляни, чтоже успех, си е тук мореша мне. Бог вся веде и той вестиме на наша. Поминай же нас, брата, и моли у нас, да сподобим си друг друга видети в горнем дому Божи. Почти си же возлюблене избежати изкушени мирских, да не поруган будеш и от них, понеже те я многих оболестиша. Аз же то слышав от препъдобних тех отец с препъдох к ногамих и благословен бъйф от них, изъдох с миром Божи им впуть мой. Прорекоша же мне, че не ти отцы няке вешти, аж избъйша сия. Из шеджи от тудо, шество във внутренниши опустени от ден и день и дошед няке пештери при неже источник беше жива и води, седох там опочити и смотрех красото место тога. Беше бото место зело красно и му ще е окрест источника, древеса много е седовна и плодов изполненна. Почив обомало во стах и походих посреди древесо на их, одивляя се при изобильному множество плодов их. И помишлях в себе, кто е с насадиви издесия. Бях уже плода и древес, финики и цитрони, и яблоки велика и красни, и смокви, и брусквини, и лози виноградни, и гроздов изрядних приисполненния, и най-древеса плодоносния и их же вкушения слътчае медъбеше, и издавашеся от плодов тех благоохани и вели. Источник жи текущим от него потоком напаяшета на съждение и мне, яко то рай ест божи. Одивляю, што се жемне чудни и красотеонои. Се озрежа се четыре иноши добровидни, комне изделячи от пустъйни грядущи, кожеми овними при поясани, и же приближавше се комне реша. Радо и се брате път нутие. Аз же припадли цемк земли поклоних си им. Уни же воздвигши ме се доше со мною и начаком беседовати с собою. Толик уж бях у лица их благодатию, боже и усияюща я, яко мнетим не техни чоловейков, но ангелов бъйти с небе се суше чих. Зеложе порадуваше се мне, и вземше плоди от древес, предлъжише мне ясти, и возрадува се сердце мое любве и гради. И при бъих у них седем дне, и питая се плодами древеса у них. Вопросих же их глаголя. Како приеда сте само? И откуда е сте? Уни же глаголаше мне. Брате, понеже Бог послатя к нам и сповема, и у го те бежи тие наши. Майе сме от града Оксиринхо снарицаема го. Родители же наши бях у начальнице и града того, и же хоть аще нас научите книгамо, да даша нас во един училище, и научихом се простое грамате вскоре. Ек да начинахом уже е въйши учени, во единусни дохом се мисли в согласие, господа поспешствую, што нам налучи. И предлъжихом се бе ежи и тога поучите се духовни епримудрусти. Отонна глубо времене в киш до ден сходяще се друг друга на усердия ка Боже и службе во Ставляком. И му ще добро е намерение в сердцах наших умислихом заискати безмоловно енегде место и на нем мало неколико дни прибъйти в молитве, да живеме и Боже е на строение. Вземше обо киш до нас мало хлеба и вода, или ку на седим дни до влети и до хум изграда. Ще че же неколико дни егде достигохом постъйни и в дни до хум в ню, бъихом в ужасе, и узрехом пред нами некоя го му же светла, слава и небесно и сияюща, и же поем нас за руки ведена с насие и же видише место, и в дадена сму же зело со старевшо се работа ищо Богу. И се уже шестоя лето прибаиваем с дежителство ище. Прибъихом же со старцем от него како работете Богу. По изполнение же едина голета пристави се ко Господу отец наш. И от того време не е дин я сме изде. Се уже брате возлюблена и споведахом тебе откуда е смъй и како семо при дохом. Во всяжата е шест летни вкусихом хлеба ни же и нагло, коя го брашна, тук му от плодов сих съдових древес. Киш до жо от нас особо единен в безмолови и прибаиват. Пришече же суббот е сходим на съеместо и друг друга видим и утешаем се о Господе и прибиивше в купе два дни суббото и неделю, пак и киш до в своя мesto разходим се. То от них слежа фасмирен и пъвноти въпросихих. Где причащайте се в суббото и в неделю божествених тайн пречиста го тела и крови Христа спасителя нашего. Униже отвечаше мне. Того ради собираем се с депо вся суббото и недели, пресветел, посилайме от Бога, приходит к нам и деят нам святое пречащение. Аз же зело возрадувах се слежа всие и умислих ж дати суббото и у них, яко да я сподоблю се свята го ангела видите и божествено е пречащение от руки го прияти. И прибиих там от осубботи. Прибише же и уни на том ме сте купно мене ради, не разходяще се в особне своя прибивание. И проводихом дните е в славослови, боже и в молитвах, вкушающе пищи от плодов садовни и пиюще водо от источника. Пришече и же субботе рякошам не ти и раби Христовы. Уготови се любими и брати, и боднес приедет ангел Боже и принося нам божествено и пречащение. Е же аще, кто от руки го прияти сподобица, тому оставляю се вся согрещение и страшен байвайт безсом и невозможности скушение у сатанинскому приближите се к нему. Ся тем, ком не глаголющим обунях благоухани е велия якотимияма изрядна и аромат многоценних и чудихся никогда живо таковою в уню обунях где и в опрушах откуда таково воение изречено е благоухани исходит. Уни же глаголаша ангел господин с причистими тайними Христовими приближаеця. И вскоре ставше на молитве на чахом пети и славословите Христа царя Бога нашего и се свет причуден с небе се усия нас и виден байст ангел господин с въисоте исходяй блистая е сия комолния и пъдох ниц на землю от страха. Уни же воздвигоши ми не бояти се велящи и узрех представше нам ангела Божия в образе юноши прекрасна го и го же доброта изрещи невозможно. Держаша же в руце свято и потир с Божественен причащени. Приступахо обути и святи му треби Божие по единому и причащахо сия. По них же приступих я с грешни и недостойни с многим трепетом и ужесом, вкупи с неизреченою радостю и сподобих се причастите се причистих тайн Христових от рук ангелових. В причащени ще слышах от ангела глаголюща. Тело и кров господа и Иисуса Христа Бога нашего буди в вас пищенетленная, веселия непрестающия и жизнь вечная. Меж от Вещавахом Амин. По причащени ще святом благословени бъихом от преславного анагу ангела, той обовзейни предучесей нашими на небеса, меж е падше, поклонихом се Бога благодарящи за толико и благодати го. Радост же велика бъйст в серцах наших, аз же мнех се неяко на землино и ако на небеси бъйти, и от великия радости духовни е бъих яко в восторзе. По съм святите и Раби Божие принесше овощия предложиша и седше в косихум. Преше чуже дню свободному и нощи наставшей, проводихом оною бъсна в псълмопени и славослови и Божие. В денженедельни, пак ито яжди Божие благодати яко же и в субото сподобихом се, той же Боангел Божие тем же чином и видом пришед причасти нас и исполни при великия радости серца наша. Аз же мало нещо дързновение прием, молих ангела Божие да повелит в не на сте том со святите и Раби Божие ми бъйти до скунчания моего. Той же речем не. Несто годно Богу да здежи веши, но повелевайте ти да не медле и деши во Египет и скажише всем братиям я же в пустин и видели слъйшелеси, яко да йти под штация добро и житие в восприяти и угодити владейци Христу. Изрядни же проповещ святое житие и блаженоя кончину преподобного унуфрия, и го же в камени погребелеси, и вся яжу слъйшелеси от то сте го брати и скажи. Бъжин же е си и ти, яко сподобил се е си толь чудесни и дивнея величие Божие на святите и го совершаема и видете и слъшете все и пустинни. И буди уповайна Господа, яко и тебе причтед в будущи жизни к тем же святим, их же видел и с ними же беседовали си. Греди обойнени в путь твой, и мир Божий буди с тобою. Торек ангел кзайде на небеса. Аз же от бесед и ангелов и уже са и радуване то ли сполних ся, яко не оста сево мне крепост моя, и пъдох на землю, аки внесе без сей. Святие жъреби Божие воздвигшме отишахо и предлъживше овощи и вкусихо ми благодарихом Бога. Потом целовав святия и зи дох в путь мой. Ти же напудствуваше ми овощи и проводишме до пети милиарии. Молих же их да скажат мне имена своя и сказаше, перви и юан, други и Андрей, третий и Ракламвон, четвертий и Теофил. И повелещам не да скажу имена их брати и в поминовени их. Аз же молих их да паметствуют ми в молитвах своих, и пак и целовавше се о господи разъй дохом ся, ти и возвортише се в свое место, аз же пои дох предприятим по тем, коя египто. Грядъй же постейния, печален бе их в копия радостен. Аз си, ако лиших се лице зрени, сладкия бесед и толиких огодников божих, и их женес достойн весь мир. Радовах си же, яко сподобих се благословени и их и ангельска го зрения, и от ангельски хрук божествена го причащения. Шедже три дни приближих се к скито и обретох два брата въод челени, че све пребаивающия и почих у них 10 дней, и сказах им ся, прелучивше се мне в постейни биден наи и слъйшания. Они же со многи мумилени и радости опослуша и още рекошам не. Воистино от, че пъв нутие, великия благодати божия сподобил си, и ако да десете бе от госпа да толики и видите ръбъя го. Бях уж и ти, и два брата добродетельни, и любещи и бог от всего сердца. И написаше вся яжи от уст моих слъйшаша. Целовав обоих, от и до в монастер мой. А они повествувания моего книгу несоша ко всем свято им от семи братям, и живските, и всичко, че ще и послушающе многие пользи исполняхо си е благословляха бога, удивляюще го милост своя на ръбех своих. Та же положише книгу тут в церкви, да вси изволяюще и что тоную. Ест боисполнена съседание духовно го и богомыслия. Аз же менше и ръб пъв нутие таковия, и аж не съм достойен милост и божия сподоблен. Ус нами и писаниям возвещаю всем та, че же повелена мене бяхо возвестите во славо Божио, и в памет святехе го в полюзу же ищу, чим спасение души своя и. Буди же благодати мир Господа нашего и Иисуса Христа с вами, молитваме огодивши химо святех и преподобних отец наших, нейни и присно и в овеки веков Амин. Преподобни път нути и же преподобна го нуфри, обрете, като и бъй бъй бъл нести звестия, ибо различни в историях церковники в патериках обретают си път нути. Ин път нути и бъйве епископ в горни и тива и дея жи ест едина от стрени епицких, и же во времена Мък Симяна нечестива го царя Римска го за Христа Страдаше, и избудено бъйст и модесное око. Той потом в Царство Великого Константина на первем и живнике и вселенстем Соборе бъйст, и кдахо тяхо святи от сей законоположитото да бъймирским пресвитером и дяко намженни и мети, он в остав посреде Собора вели гласно возва глаголя. Не возлагайте тяшка го време и неудобно си ма го игъна служители Церковния. И сопротиви се той святъй път нути вещи се и всем святим от Сем крепко, аще сам и дефственик бъйст очаря в матери Своя и я. И никто же противо Словесем и го что от веща. И остави се та вещ на произволение всякому. И от то ли восточни и пресвитери и дяко ни даже до селия благословенного сопрожество употребляют. Пишут о том гречести историографи, Сократ, книга первая глава 8 и Созомен, книга первая глава 22 и Никифур, книга 8 глава 19 тая. Того света го път нутия памет в Мочени по Слови и Римстем полагаеце септемврия в перва и на 10 ден. А в Месецусловах русских нигде не воспоминаец я ни в пролози и дивно е двоистино и ако толи ки угодник Божи, за Христа страдави и на первом селенстем Собора и непоследния бъйвъй, законноя сопрожество и Рейми, Диаконо, Мирским отвердиви, не почтей се в церпи паметъю, яко же прочи и свете е почтожеся. Ин пъв нутий мученик так уж диво египте в пустъйник жительство въвъй, и же в царство Диук Литяново за Христа по-страда разпед бъйв на Финики. Того споминает пролог Месеце септемврия в 25 ден. Ин пъв нутий в Олександрия египетъй, отец преподобния в Росиния и септемврия в 25 ден почитай мая. Ин пъв нутий так уж да е египетски, и же обрати к покаяни от тези облудницо, е аж памет месец и октомврия в 8 ден. Ин пъв нутий ученик преподобного макария Александрийска го, еноария 19-го повествувава и како хиена зверсли поещания своя принесе к преподобному макарию изцеления ради. Ин пъв нутие, прозива имай кефал в книзе Руфиновои, в провещаниях отечестких и в книзе Паладиво и в Оглаве, 91-ой в Успоминаемой, 80 лет в Единою дежди Ходивои. Еште жи в пролозих обретаятся словеса о неких преподобних пъв нутиях. Месеца ноемврия в 25 ден, слово опъв нутие му наси, како спасе разбойника и спив чаш у вина. Месеца Марта в 9 ден, слово опъв нутие му наси, молившим Бога, да известите му ест подобен, и прия извещение, како подобен ест стареише не села. О том же пъв нутието го жде месеца в 27 ден, слово како подобен ест свирельнико. От всех тех пъв нутие, в которе обрете преподобна го унуфрия, нест известия. Конец жития преподобна го от са нашего унуфрия великого. Жития света и святители Дм. Ростовского. Месец юнии во 2. и на 10 ден съечтение ви в лютеки Либри Вокс съечтение Либри Вокс достояние всеобще а ще хочете боле научите или же поможти, посетите LibriVox.org В тъй же ден жития е преподобна го от са нашего Петра, ватон сте и го репустившего ся. Преподобни Петер, родом бейст Греченин, чином войни воевода, прийде же воиночество таково им образум. Просладно им объившо с различними войни в Сирио Набран, случи се Греческому войниство от сопротивних бъйти поръжено и плененен бъйсти в ограда Равицти на рецаема и Самара, над рекою и вратом стоящи, со многими пленниками отведен и тамов съжден в темнице тяшкими виригами железними обложен. Вседел обоволзах Петер и стязуваше свою совести в вспомяну, како множеце и опомишляше от врещи се мира и обещаше се бъйти инок и уразумея, като го ради попости се на него от бога топленини излострадания, понеже добре го намерени своего неподща се скоро привести в съвършение. Плакаше си угол и редаше много, окаевая свои нарадения и уничижая се бе яко по-достоянни остраждаща таковая. Долго же в темнице си дяйни, коя е яжа своего отоз тех избавления на дежди и мея, на чамолите се теплеков се сильному богу, могучтимо недоведамо ими своими судьбами известие го отоз, яко же изведел таза Адама и отирал в темнице и Петра Апостола. Призиваше же в помощ и в многомощно е к Бог охудатейство, великъг от чудотворца светителя Николая, скоро го в бедах сущен помощника. Имееше бое издавна к нему по бози великое веро и любов и часто к тому моляше се с лопуванием. Полагаше же в молитве тверде обещания, а ще избавлен будето туз, не возвратите се проче в мир ни в дом свои дити, но аби ешествувате тамо, а може Бог наставит коиноческому подвигу. Помишеше же и сие, яко аще бе и свободили го Бог, то пошел бе в Рим, и тамо при гробе святагу Върховного Апостола Петра отложил бе и влъси и своя с уотречение мира. Моляше же о том Петеро узник, прилагаше пощение Велие, через два или три дни малопишти приемля. Едино и уже 7 дни малчин прибъйзть и скончевающе и си 7 пъщени его, и ви съем освитител Христов Никола и в увидение с сонними и рече. Моле бы твоето брате Петри ослъйших и вноших воздихания сердце твоего, и молихо тебе Благосердагу и Человеку Любива Губога. Но понеже тъй сам Косен бълеси в заповедех иго, тога ради и он не хоштит тя скоро от туз разрешите, лучай тя без спасение устрояя. А понеже Милусерда и владейка наш обнадежи всех, в святом Евангели и своем рек просите и примите, толците и отверзите вам, непрестани обумолениями, прося и воздиханиями, толка и во двери Благоотробия иго, даже преклонив се на милост и подастите просиме от освобождение. И заключенния и темничния двери отверзите к твоему отси от вишествия. Боди же терпели в молитве и ожидае милост и Божия. Ся святе Никола и узника Петро и от тумо укрепите се повелев не видим бъйст. Петра же от снаво спрянув и пищо прием, пак и к молитве обратите си и прилежне и моляше се в одни и в нощи с Благою надеждею и непрестанно призиваше помощника своего Николая святаго. По време неже пак и в осне и висия му святъй Николай, образомак е бъй сетовни, глаголя к нямо тихим и кротким гласом, аз брата верумни и ми и непрестахо отебе умоляя благо с Божия, но не вем коими судьбами или куторим смотрени в избавление твоя отлагаят. Обаче не отчай се милосерди и го. Объй, че и бои имат милост и ви владейка отлага ти изполнение прошения нашия го. Съеже, клучае нашия ползе, да не како скоро кто просимо и приемо до пренебрежет благодати го. Хочете, дже вкупе и оти них, благоугодивши химо молимою отебе бъйти. Аз джетебе извещо молитвени, как нямо многомощна, е го жаще в ходателство призовеш и не лишише се надежди. Он бо и аз с ним объкупно, и кдао тебе помолим се верою, яко услышат и нас имат чоловеку любец. Глаголъже Петър к святому Николаю, и которе е с цвета и облада ико и же пача тебе лучше молити Бога можето. Твоими молитвами и предстателествам весь мир спасаяться. Всибо християнстите и людия к тебе притекающе избавление от бед своих приемлюто тобойо. Святъжа Николай, глаголе имо. Весили Петъри семиона праведна го, и жихриста господа 40-дневна го, в церков принесен на руци свои прия, че са ради и Богоприимец на реченъст. Петър же отвеща. Вем свято, че Боже, и тога праведна го мужа, у немжи во свете ме в ангелия, е списано. Глаголе имо святъй Николай. Тога обо, оба, тъй и ясна му любо подвигнем, и всяко недокончано е наша в добре и конец произведет. Много мощен боесто Бога, близ предстояйтого престоло, купно сопричистою владичцию, девою Бобородицею и со святъйм предтечею и уанном, и имат велия кни мудързновени. Сиярек святъй Николай отъйде. Петър же соното чес от трябва спаки в дъде себе молени многим и пуштенио безмерному, призивае и святаго семиона Бобоприимца, якоже и святаго Николая. Ек даже при благи и Богомоляема и великими угодники своими семионами Николаям, боскоте страждущим овозъг дъровати свъвождение, яви се Петру Третицию и свититель Христов Николай Нощио, но уже невоснено яве. Я висеже не един, но купно с святъйм семионом Богоприимцем и речекнемо. Дързай, брате Петре, и печалот ложи в общем оходатаю моим уже смолитвени ко обета и твоя предложи и благодарение по бозе тому воздащ. Петър же очи возвед види велика семиона, дивна видение, честна образуми, светло сияюща, облечена ветхозаконного свещенство и фуд, злад жезел в руце и муща. Тогавиде в Петър уже сесия, семион же святъй речекнемо, тъй лес изтужае и брату Николаю свободите от този темници сия. Он же едва уста своя отужа са отверсти в узмога от вещта, азия самоугодни, че Божи, и жи твою свето и неходата, як Бог устижавай. Глаголай му святъй семион. Исполнише ли обет твой? Е жа ино, ко ти бъйти и добродетельно по житие? Отвечта Петър. Е и владейко, помогай, че мне Богу исполню. Святъй жи рече. А ще обещай, ще си си се сутворите и зайди обо невозбранно от судо, и я може хоще ще шествуй. Ничто же бъпрочи от мнимих препятстви и возбраните тебе или удержатите може. Петър же носе своя шелеза мискувания святому показа. А семион святъй же злом злътъй им в рацино сима им прикосну се железа яжена ногах Петровых. И аби е тъй, растаяша яко восък от лица огня. И воста Петър на носи свои и виде темници от верство, и иде из темници за святъй им семионом, последове тумо со святъй Николаем и обрети се шеству е в нея градъ. Помисли вже в себе Петър Главоля. Невоснели е зримое. И аби е святъй семион обращ се к нему рече. Чо тако помъйшляеш и нищо е бъйти сон, я ве творимо и отебе милост Божио. Не видеше ли известно, где е си и кумо последстввайши. Та же семион святъй Николаю и святому Петра в хранение поручи футиде. И последствваше Петър Николаю и святому. Бъз жеден. И въпроси святъй Николая Петра Глаголя. Взявали е си чим питате се впути? Петър же от веща. Ни господи, ни чтожебо и ме е взяти. Николай же святъй повеляемо приступите к прилучившимо святамо вертоградо рек. Обращеше чоловека да ющете тебе овощие. Возми обойлико хоште ще на путь и последстввам не. Петър же к вертоградо шед и овощи от чоловека прием. Грядеше предприятим по тем за святъй Николаем. И в малом време ни гречески земли до и доша. И рече святъй Николай к Петру. Все уже брате в ово своя е сестра не. И имаш и свободное време кои изполнени обето в твоих. Твори обов скоро и я же обещала си да не паке в Самаро и в Узи и отведеше сия. Торек святител Христов Николай не видим бъстот ного. Петър же Богу и ходатъем своим святъйм Симеон и Николай облагодарение велия воздав, аби изполняти нача намеренно е. Ни дебо в дом свои не знаемо им своими ви себе, но по-пойде е живоздати въишни му обето и своя и совершиди та яжа изреко шо стая го в печали и го. Святител же Христов Николай едино и по печеньо не приемай, не оставляши то го всегда. Яко же по-перве видим сподшествоваше имо. Ведей то го и зарави и в греки, вси ци и изгреческия земли Кримо и душни му сподшествова не видимо. Всюду тога назира и снабдевай, яко отец че долебивай и хранител бодри и неотступни. Яко даже Петър приближе се кримскому граду, Николай святей преди тек, и ви се нощи у папе в сонном видение и мужа за руко держа и тога има показуя, и извествуя вся поряду, како тога и самара и иузи изведе, и како той обещания положи, пострищи се у гроба святаго-берховна го апостола Петра. Сказа же и имя тога како нарицаяться, и веляше папе да приимет и показуя мого има мужа и желанието го да совершит вскоре. Возпринувже папа от сна размишляше виденое и наставшо дню и времени божествене елитурги и приспевшо поида к церкви святаго Петра Верховного постолах от яявеозрет и мужа и го же въс не виде. Бежеден недельни и многому народов церков собравшо се невозможно бе обрести и познати изкомаго. Долго обо папа в народ смотря и не познавая, прозивая по имени Петре, Глаголя, и же из греческия земле при Шеде и го же святей Николай от темничних в Самаре в свободи. Прийди ком не. Я бе Петър от народа из Шед к папе приступи к ногам тога при Петре Глаголя. Аз е съм раб твой в Ледико. Чудяше се же Петър, како папа призвае го по имени, и го же никога да же знайеше ниже виде, и никому же ведомо его от освобождение Сказа. И, Глагола е му папа, не чудя се усем брате, ибо велики Николай вся яжа отебе Сказа мне. И при им папа Петре любезно, пострижа тога у гроба апостоляскъго по обещание Петрово, и одержае го у себе време немало е поуча и наставляе на путь спасение. Та жебо го веляшто, отпусти папа Петра и зрима Глагола в ему. И лича до ама жебок наставите хоштет, милос, джей, го боли с тобой и управляя по твой и сухраняете от коварство в дявульских. Блажени же Петър пад на нозе папе Глагола. Спаси се, честни отче, спаси се ученичех Ристофи с послушниче моего споручника Николая Светаго и моли се омне грешним. При им же от папа и Петра Благословени и Весклира и го целував, и зиде и зрима возлагае себе Богу и хотьеше в греческо и возвратите се землю. Пришеджа на Брегморски обрете корабъль к'востоко плъйти му шти в ниде в него и отплъй. Бъй с джеветър угодени плаване и благополучно. Дни же доволни плававше присташък некоя Веси и заедоша корабляники спешти хлеба и. Вше, че живо един от жителе и Весито я дом, обретоше в нем господина дом оболяште и са и на его, и всех домашних тога не долу и ущих. И спекше в храми не хлеба и са доше ясти. Реша же едином от своих Глаголюште. Возми хлеб, тепъл и неси в корабъль Кормчо и отцу. Господин же дом, услышав отце, и попрушаше корабляников, кто е сними отец и сказаше, яком онах Петер изрима плъвец сними. И рече господин дом ка корабляником, молю вас господимо и умолите отцато го да прийдет в дом мои и благословите по-молице у нас болящих. Себо, як уж и видите, к смерти приближихом се влютаю и си не може впадше. Ще че обо корабляники возвестишето отцу. Он же смирен се и не видите себе, как от я и отрицаше се и тик чоловек Ономо. Обаче ово моление ми оних обеждаем и ово же чоловеку любим по-беждаем и, ведеше бояко чоловеко, и уже к дверем смерти приближи се. Пойде сними, и ако входя в двери храми на рече. Мир дом у Симу и в нем живущим. Абе господин дом оаке от снаво спряну, от тяшка го недуга премини си и ущути в себе бъйти здрава. И скоро от удра болезни вустав, припъде к ногам при подобна го со слезами и облоба изатия. И вси там убивши в незапно е туготне здравия в здравия, видевше преминение и удивише си и прославише Бога. Получи више исцеление владейка дому. В зем света го за руку обведевся от рей болящих. При подобни живоображая на них, знамение кресно е здрава и их творяше. Всех обо в думо том болевших изцелив, возврати се скоро в корабъль и вси в корабли бъйвши и поклонише се йому яко великому угоднико Божио. Изцелеви же человек со всем домом, своим взем, хлеби, вино и масло, прийде ку кораблю и да яше при подобномо знамение и благодарение своего заполучено изцеление. Святежо сердя и го похвали и не себе, но Бого благодарствова ти повелее, принесених жедаров нехутяше прияти. Человек же они к ногам при подобна го со слезами припада и глаголаше, раби ближни христов, а ще малъго сега приношени от рук наших не приимеши, то ни нам радост будет в доме нашим. Молиша же и корабляники отца да приимет принесенна я. Едва повинов се прияти изволи и благослових человек оного и пришечих с ним отпустих. А принесенне отъде корабляником, сам ни чесо же от тех вкусив и пак и яше се плавание. Бяше же пища при подобна гоца в корабли от вечера в вечер ангия хлеба пи тежи от морския вода едина малая чаша и уже и му господи всладко водо претворяше. Некоя го же време не при подобни петър воздремався и сном тонким основ, озре в сонна мвидение причисто и в лъдичи суде в обгородица, неизречено с яюще и небесния слаб и светом пача солнаца и светители Николая рабски и предстояща, оказующа жена него и к обгородице Глаголюща. В лъдичице, понеж работва его сега от лютого одного пленени и тяшки хуза свободите изволила е си, где обойму покажаше место, на немже бъй ему проча и живота своя го скончат и време. Унажи от вишта. Ватон сте и горе будет покой го. Тобо е стъж Реби и мой от са и на моего и Бога данни мне, да отлучающе и семирски х молови, емлющих си духовних посили свои подвигов, веру и уже и любови от души, призивающе и имя му е, тамовременно е своя житие проводит без печали и бъголгодни х ради дел свои и жизнвечною получат. Зелобо люблюто место и хушто на томо множите чини ночески и милост моего сина и Бога и мущем там и ночесвават и не разурити се в овеки, а ще у ни соблюдат спасителния заповеди. И разпространю их в горе той неюки север и возобладаю те и от моря до моря и име их все и подсолнечни и хвално сутворю и защищу те, хижда там утерпеливно в посничество и подвязата се будат. Таково видение при подобни Петра Видев и от сна въспрянув многих въли и благодарения во села Ши Христу Богу и причистя и го Богоматери и Великому Цуниколаю Дохнувшо же ветро в помощ пловеше корабль благоспешно. И екда приближеше се к краю гороятонския, ставне запо корабль недвижимо, ветро е ще дышащо в ветрила и месту глоболко сущо и чудяхо се кораблиники са уже сом друг кодруго глаголюще. Чето си е ест? Недомышляюш чим се живим о том, при подобни Петра воздохнув глагола к ним. Чатца, ръцейте мне, како место си е нареца еция. И глагола ше емо, а тон гора ест се. И речекним святъй, ми уяко мене ради, с де корабль ста недвижимо. Извидете обо мене на бриг и оставите с де, аще же сега не сутворите, въй от плъйите отсюда не возможете. Ониже неху тя ще лишите са таковаго от са плакахо. Обаче воли господни и противите си не могуще, незвесише ветрила и к земли приближеше се, и изведоже святаго и с корабля и оставише еготамо глаголюще к себе сплачем и рейданим. Велика го покрова и помощ и лишаям се днес. Святъй ще глаголеше к ним. Бог человеку любеци же везде се и вся изполняй ей, той да спутешествоет вам и соблюде два с от всяка го зла. Всия рек и последния има господи целувание дав и чеснаго креста знаменим корабъл оградив и всех благословив отпусти их в путъх, а сам от края го райони в стремниное место поиде. И многие дебри и пропасти и гости или са прошед, обрете негде пештеро зело темно, в неиже множество гъдов бяше, сними же и бе си огниждахо се и всели се в той пештери. Каковъй аж е тамо претърпе приподобни от бесовна пасти и коли ки е по дябе дъй, изрещи невозможно, обаче от части да в вспомянутся. Всели все приподобни Петър в пештерионой, ден и нощ прележно кога му ляши сия и прибъй сте две недели ни вкуси в пищи. Такова го и гопоснича с кога търпение ни моги и търпети дявол, собрав вся вой своя яко набран въоружение со стрелами и луки, смечами же и копия ми, внире в пештеро оною с огласно страшними въплем великим ярязи и изгоня от ту до света го. Изряхо се бе си ови и луки налицающи и стрели на него напрязающи, ови и мечи обнажающи и копия к пробудението го намеряющи, а и ни и камени и некоя вели е превращающи, яко из земли трясти си и пештере завалите си и муштей. Преподобни же някто му в живъх себе чая в бъйти глаголише в себе. Домро с де, а щеси си, бого моему, изволи ся. Возведже очи горе и руце воздев, возвавеле гласно глаголя. Пресветае Богородице Дево Марие, помозим не работвамо. И в нигде ослъщаше бе си страшно и им и ужасное, нам же сладко и превъждаленое Богородице и имя. Аби е с шумом изчезоша. А святей е ще и Иисус Христово име велегласно призивая, якоби чем, или праще и упрогоняше бежащих. Зиваше бе велегласно. Господи Иисус и Христе Боже, мой не остави мене. И к тому не слише хосебесовстие и гласи до времени, и прибайваше преподобни безмуштения, славя Бога и причистою Богородицу. Пиште же е му бяше изначала хлеб, и го же мало изскорабля взя. Та же хлебо скончавше се питаше се зелиям по стъйния, и деви их древ я же на горе той овощием, даже до того времени, в нежен начас и му ангелскими руками приносите с неба се манна, очесом речет се послежде. Не неже пак и к первым слово до Обратиция. По первым вражиям разбойническом нашествия пришечим 50 днем, пак и дявол са много и у силу и бесов, первим образом в урожи сене непобедимого воина Христова, и подвигно всяка го зверя и живяше в горе той, и всяк гад присмайкающий се по земли, приведек пештере, еще же и сам бес и иже с ним друзи и го, преобразише се в много различния звери и гадъй. И ови е при ногах Света Гопол Захо, ови е ужасним гласом Свистахо, ови е изияюще с нами жива тогох от яхо поглотите, и на лицел стремляхо се е бесстрашно и грозно от всюду зрение. Но при подобни знамени христа света го себе оградив, и меже Христа Бога и Причистия Богоматери призвав, пак и упразни тех силу, и далечи отгна от себе, и беше торжествуя и веселя си обози спасителе своен. Совършившо же при подобному перво епустеничество своя голето в частих, с бес и борених, преобрази си дявол воединаго от отруков Петрових, и же служахо тумо, ек дабе в мир воеводою, и при тек припадео серно к при подобному и хутяше голова ти изполнен са и мерзости. Та же седа на ча плакат и глаго латисице. Слешахо му господине наш, яко ят бъл и си набрани, и в самаро отведен, и в зломрачною темницу в съжден. Бог же молитвам и сетаго от са нашего Николая и избавите от тудо, и в греческою приведе землю. Тем же вси жив дому твоя мисма, и плачущи, и ридающи, тебе всюду из кахом, и обайдохо многие гради и веси, и въпрушающи. Не възмокше жетя обрести, ни же уведете, где си, в дахом се привлежни молени им со слезами к святому Николаю, да открият нам отебе, на кой им месте прибояваеши, сокровено е наша сокровища. И не презре молени наше го святей Николай, скоро и всем помощник, но и ви нам вся яжа отебе, и возрадувахом се зело вси раби твои, аз же предваряе всех, преди кох к тебе господину моему. В остава обо от сюду, поиди в дом твой, да вси узерят те желающи и видите лице твои. И прослаби ци отебе, Бог чудесно те от пленение и уз избавивай. Обезмолви, же не будите бе печали и бойтамо суть монастери и безмолвне отчелников места. И иде же будете бе угодно, избереш их безмолви от твоим обител. Но и си е сам разсуди поистини, че Бог от двох сих ве ще и лучше любит. Отчеленчество ли пустинно е, сели на камених и в горах вселяющие си, и самъго себе тук му пользующе. Или многих поли забоевающе и от боголгодного и богодохновенного мужа, учением свои многих к Богу обращающе го и наставляюще го на путь спасение. Ей, си е второ е луче, свидетелиствуюшто самому в писание святом Богу, изводя и рече, чесно е от недостойна го, будете ако оставо я. Веси жяко мнози суть в града нашим мах страсти и заблодивши, и требуют могучто го наставите их к покаяния. Пре много и оба предлежите бе господи не мое от Бога воздаяния, а ще прише добрътише и к Богу. Но и нас ръбов твих всем сердцем любящих те, по что си се презираяще, оклоняя се от нас и крея се всей пустинни. Си я, и си им подобна е на мнози без оглаголюще со слезами, нача мало смущайте се святе и прослези все рече к нему. Ни чоловек приведемя, но сам Боки причистае Богородица, и а ще тех воли и повелени не будите зайти мне от сюду, то не изейду. Безже, яко слешава споменовение Боже и Богородицино, аби исчезе. Иудиви се святе и Козни Бесовстей, и знаменим Крестним себе, обредив умолче, ум свой в Бога в перяя. По пришестви и же седми лет, пак и много Козни на и врак преобрази се в Ангела светло обнажено и ме и в руце оружие, и став близ вертепа во зва глаголя. Петре, раби Христов, и зайди ком не и возвешту тебе славеса добрея. И глагола святъй, те и кто е си хотя им не добра и славеса возвести ти. И рече лукав и прелесник, аз е сам архистратик Господин к тебе послънный. Крепи си и мужай ся, радвисе и веселисе, яко престол славене венец не обядаеме от Бога уготова си тебе. Ней не обоместо си оставля иди в мирно отверждение и ползо многим. Ибо и источни в водни близ тебе сущи и Боже им повеление мисше, зверей ради находивших на тя, яко да измрат от безводия. Всяже глагола ковърни и врак предпослав друга губесово держати на време Боже им попущение им течение водное. Святъй же Петра смирено мудра си, противолесних словес дьявольских отвеща глаголя. Кто е сама стъков? Да архистратик господин приидет ко мне и живе е съм псу непотребно му подобен. И глагола без. Не чуди се си му рабе господин. В времена босията е превозшелеси Моисея и Илию и Данила и Иова. Превозшелеси Моисея и Илию пощеним, Данила зверми и гадой, им же оста заградили си. Иубъж е превозшелеси тръпеним твоиим ито го ради вели и наречеше си на небеси. Ненеже в остав вижд води ускудения и скоро от судо изшеда и див монастири сущия в мире. Аз же буду с тобою и спа са многие тобою глаголят господи вседържител. Святежи отвеща без у глаголя. Ведомо ти буди, яко аще не приидет Сема, помогающа и ам не во всем Богородица и тепли в бедах моих помощник Святитель Николай ни отступлю от судо. Без же, яко ослежа в вспоменовени и Богородица из Николаям, върши си. Святежи познав коварство дияволе, вкупе и нему што го въвсем разумев, помоли се к Бого глаголя. Господи Иисуси Христе Боже мой, се врак мой и рекая ходит и с киме поглотите, но тъй державно и тво е и рукою ограждайши мера Батво и го. Тем же благодарю ти, яко не си отступил от мене. Молю са же Тебе владико приблаги и до конца не оставим я. По пришестви и жеднето го, наставши нощи при подобному малу уснувшу, и ви сиемо в видение и скоро е християном помощница, чоловико любиво и владичица, при чисто е дева Богородица, вкупе со святем Великим Николаям и речепнемо. От ней някто му не ужасайся, ибо Бог с тобою е. И ангел Господи нистина, и утре посетите и принесете в Тебе с небе се манно на пищо. Тому бо повелено ест от Бога да от сега дне на 40 дней ту пищо приносит Тебе в сярни живота твоя го. Показа же при чисто е Богородица и манно на святому Петру Глаголя. Такова пища Тебе на всяко дне 40-ницио ангелом приносите се будит. То владичица изглаголавши и миримо дапши отиди от него. Петър жепат поклонися и лобайзат том месту и дежа нози Богородица и Николая стояху. На утре е же пословеси пресетие Богородица и прииде ангел Боже и нося свъйше небесною пищу и дафимо отиде. Он же благодари в Бога и при чистою Богоматир вкусито е ангел с кими руками принесени и моманна и толь е и укрепи си, ако му жаше до 40 дни без пищи прибъйти. Совършающе им се, че е 40 днем. Пак и ангел приношаше е моманно и пак и Петра святъй на 40 дни той и укрепляшися. И тако без молвство я един в пущени и молитвах 53 лета. По гибожа же и дявольска я же изначала часто бъйвахо привидения, мечты и страшилища, и вся козни бесовски е далечо от него, пробнаше се невидимою силою Божияю. В туликих желетех не виде преподобни лица чоловеческа, ни имеше одежда и на гото тела покривающия, ниже иночто чоловечо естество потребно име, но ток му небо покров землю же одър. В летни и обо време от зно е солнечна го опаляше сия, нежи от мраза померзаше. Вся жета терпяше любви ради Божия и будуща го ради воздаяния. Екдаже в Оскоте Госпо трябва своя гое види чоловеком устрои смотрени им своим вешт си цивою. Ловец некий лук свои тул взем и зайде ловите звери по-но и горе. Много е же стремнинные места и удолия глубока я, и частия холми горния проше дои да мести, деже преподобни петър ръвноангельно е провождаше житие. Екда приближаше се ловец към место Ономо, узре Елене велико добрави изщетча и же играя некако и дяшо да далече предлицем ловца. Видев же он Елене изрядна суща, последуваше тумовес ден и ще как оба и устрелите его. Елен же Божи и манувени наставляемый пришед над пещеру преподобна госта. Ловец же осмотря я, как оба и то го ловите, узре на десноя стране при Елене стояшта мужа Брадоя Густа, главна е влъсъй даже до чересъл и муща, тело много, влъсами же аки звери образча. Того види в ловец уже се се зело и устреми се в спят бежати. Видев же тога бегов, давше се петър святъй, в озвак не му вели гласна глаголя, что боише се мене, брате, и по что бежише от мене. Я с чоловеки е семяко же и тъй, а не привидение Бесовско, якоже възнепштевали си. Возвратив се обо, прииди, ко мне и скажу ти вся яжо умне, и Буна Сиетия господ се му посла. Ловец же гласом тем, вуспити се от бегство и завущи моего отцу при подобному прииди стрепетум. Святъй же не боя ти се е му повелев, обя и лоб за и го господе. И сет с ним нача бе следовате, вся яжо себе скъзуе подробно, како воеводаю и набранияд бе, и в самаре гради в узъг и държимай, и како явлением Святаго Никола, и Святаго Симона Богопримца от туз изведен бъйст, и како време прииде. И от тудо како возврати се, и коим образов сели се в горе той, и како с Беси и боряше се, и чим питаше се, и колико преживе лет, и просто рек, все жити е своя ловцото му сказа. Удивляше се, желовец послушае глаголяма и химот Святаго, и уже саше се вкупи и умиляше се и рече. Нинеразумех, яко посетимя благости в своя и у господи, е вимнен е достойно му тебе о отче, сокровен на го своя голгодника. Я зубо от нинесто бою зде да прибуду Рабе Божи. Преподобнижи глаголък нимо. Не тако буди чадо, но первее иди в дом твой, и искуси тебе самъго можеш или поснически и постърни и подяди подвиги. Искуси же тебе сице. Воздержи се от мяса и вина, който сира и масла, прежде всегово сдержи се от жена и твоя я, и наследи твоего част раздаш нищим. И прелижи пуштение и умолитвам и внимай себе сокрушено и душею. Тако прибуди вселето сие, посовершение жилета прийде ко мне, и е же будит Бога угодно сие по велице тебе. То рек святъй, благословени е же и умолитво, яко обручение луфцудав, от слай гово своя последни изглагола в слово сие. Греди чадо смиром, тайно же е влено и тебе сохрани никому же поведа я. Сокровище бе откривая мое крадо му байвайд. Ловец же поклонив се святомо, отиде слави и благодаря Бога, яко толикъг угодника Божия в оплоти видете и беседовате с ним сподоби сия, и пришед в дом сотворив ся по велен на и му от святаго. Скончавшо се жилето тумо, поят ловец с обой два инока и брата своя го, и доше кораблецем добрега того, противо коя го бяше в пустъйни прави и пребаиване Петра святаго, и доплившо до онаго места изи и доше на Брега и пои доше прямо в пустъйни угорнию. Доходяще же до вертепа онаго, и дежургодник Божия обиташе, ловец степлеиши у любови у подвизаема и предвари всех, течек вертепо и обрете преподобна го отца на земли лежаща мертва, уруци крестообразно на персих сокбенни и муща, и очи благообразно затворенни, и проче части тела честно супрятани. То видев ловец, бъй стужасен и пад пред телом преподобна го и даше плачим вели им. Та же и последствувавше им у доше и видевше такова честна мертвеца и друга своего над ним плачаща въпрушахо того. Кто е столбретен и се е мертвец и по-что си цезельно не им плачаше и. Ловец, жена чай им са многими слезами и реданиям поведети все подробно житие Петра преподобна го, яко же само то сте го в мимоше челето слишеше. Ти, иже послушаю ще поведа имах чудесних дел, умиляхо се срцами своими и плакахо горко, яко не сподобиша се в живъих видети ниже без еда и слишите толикога гора Ба Божия. Братжа ловца того одержима и бездухобни чистим и в негда прикосну се мущам света Гоабия получи изцеление. Поверг бо е го без на землю вели им гласом возва глаголя. О Петре, недовляят ли тъбе яко изгналме и си отвертепа мое го? Ни ниже и от сега жилища мое го изгонишимя. То рек изейде из уст чоловека, аки дъим, или жеше чоловек то и яко мертв. По малом же, че се восста здрав и смеслишти глаголък брат у своимо. Благодарюте го, господи, не мое брате, яко на добро привел мие с издей. Ипак и припад к мущам преподобна го с благодарение млобезално и радусно. Посем всекупна вземше, че с нея угодника Божия мущи, не соше ония набрег и влуживше в кораблет свой. От везошата е в некои весна рочито сущо и под области в Македонскою. И даже многим изцелениям от мущей и света го подаваюштимся, слыша в епискъм градски, прииде с притчетом своим, и вземтая цельбоподательна е преподобна го Петра Мущи, принесе чесно в епископи о свою. И враком много ценно и с оромата Три жедни и три нощи слабословия Божия всенародно пев, погребев церкви, славо пресвятее трои це отца и съйна и света го духа, от всея твари славимо го Бога, нейни и присно и в овеки веков, Амин. И памет преподобна го отца нашия горсени, коневскаго чудотворца. Конец жития преподобна го Петратонскаго. Жития света е их свидителе Дмитри Ростовскаго. Месец юни. День Третий на десять Се чтени и вивлютеки Либри Бокс. Се чтени Либри Бокс. Достояние всеобще. А ще хочете боле научите или же поможти посетите LibriBoks.org Страдания света е мученици Акелина и Девици. Стране Палестинстей. Вграда на Рицай Монвивлус. Жителство вълху Християне от самих святых апостол Вере е живо Христа на учени. От них же единому именем е Втолмию. В честном супружестве Боглугодно прибаиваюшто подъде Господ своя благословение. И за ченши жена е го роди от рукавицу Южина Рикошия Килино. Екдабе от рукавица четырех месяци Материя и я Земши Оною к Ефталио еписко Попринесе. Той живо имя Господа нашего и Иисуса Христал от рукавицу знамена в огласи и по двух месяц ех криштени им просвети. Ейже единолетни и бъйвше и отец е Ефтол мии от земни к небесним преселисия. А матер от рукавицу пообъйчу е воскромляше и съдмолетно сущо всем християном подобающим научин равом. От рукавица же е лико более елета и на возраст прихождаше, толико множе е святаго исполняше се духа и Христово красяше се благодатию. В неже толико успе, яко в малих и неусовершенних своя елетих и частивих царей ойдало поклонени и повеление всем предложено е мужествено преврати и попра, якоже предлежащия е явит слово. Бъйвшите сито летни от рукавици и непрестанно Бога в молитвах презивающей седмоа летодио Клетиянова Царство Волосиян няки сатанено паче неже чоловеческое рождение съй, антипатство Палестинския приемще странъй, сам истинна гоневед и Бога, сячески хвороца начав се злобно благочастив и хистинна го Бога поклонни ковгонити и мнози доблественни хрестови страдалци и мужественно подвиги своя скончавше и обядающих венцер сподобиша си. В то же време и блъженна е девица Екелина Добре Бога, знайваштея, часто сверстнец своих овеща ваше, лаголющи. Чо възпользуят почитание немъих и нечувствених идолов? Не вести ли, яко верющи в них и кланющи и си им? Суетно, празно, доше вредно, демоцко и обоиме от надежда, и боти и бози сами мертви и немощни суще, како и не им могат чото благотворити. Сверстнец е и живея в опросише Оною, те обо коя го Бога почитайше. Отвеща Екелина. Едина го Бога са отвороша го небо, и землю, и море, и вся я же в них. Того почитаю, и тому по-достоянио кланяюся, и же отвека съм верующим в него и надеющим си на него благодетельствова, и еще силенест, призивающим и го благотворите до скунчания мира. Тъг да сверстнец е и коша, мъй слыша хум, яко тобо и проповедае му го Бога и идеи на крестера спяша и живея и умре. Отвеща святая. На нем смерти власти не имат. Он же не то, че он само живе, но и тех, и же смерти умроша и скопи чесною своею крови и у живи. Не бо, виде чоловеку от поти истина го заблодивша, воплотите се и зволи и чоловек бъйст, да патше естество наше возведет. И на спасителною наставит то естезъю, дявольскою и стрибив прелест, благодатже, со истено и совокуплено нам подав. Въпросише сверстницей. И кто е стигоже разпета глаголют бъйти? Отвеща Килина. Спасител е всех, любител чоловеческа го рода, и же да ведха го чоловека водою и духа му обличет в нова го, само изволено претърпе страдания, взаидена крест, хоть а не ток му спасти на земли живущих, но и адо му държиме от усмертних свободети. И тридневно воскрес, известно показат то, како во второ е го пришестви, обща е всех имат бъйти в остани от мертвих. Тога собеседою ще и рекоша. А ще толи къв мирят той, о немжата и вещайши блага е съдела, то почто иудеи от их же рода и он бъйст, няко бога и го имеют. Насия бога мудри и отвеща екилина. Всекдар от той права го окуняят се пути, ожесточеною живую и злобо и ослеплено имеющи душу, е же праведна и истина суть от метает, че са радионаго, и же им при много благоствори отвержа ся на крестною смерть пилато предав. Та блаженни девице часток сверстнят съм своим глаголющей, никодим некий отръбов антипатова и глаголима е слышав течек антипату и извести, яко ест от рукавица в граде Том, е же царским опочитание и богов не повинует се повеление, и ни вътщо же вменяят боги, бесеми тех нарицающи, и наго же некоя го разпята го проповеда от бога и прочи их от древниго отечестка го богопочитания от враща ет. Сия антипатоведа в послъслаги яти блаженоюто девицу. Ята обобъисна страдания на силина во 2-я лету антипатствоа Волосиянова в 2 на 10 е же отръждение своя го и на нечестиво е приведена судище на нюже антипат возре в рече. Та или царским противише се повелениеми и неих пръльщаеше да ни к тому повинуют се богом нашим, но да разпятамо поклоняюце чоловеко. Не весили, ако цари повелеше Иисуса, изповедаяш тих всячески моченио и смертним предават и казнем, обойте и остави разпята го достойно, че бъсмертним богом чести жертви принеси, да не обидише нас предатите бе мукъм. Отвечта блъжения е Килина а ще ме горки мола антипата и преда си мукъм, не тленна го будиш и мне венца виновен, и го же отспасамо и го прияти чаю, понежето го изповедаю, и никакоже и го аще и в лютейших отверго се муках. Че са ради не медля, всякия на ме изобрящи муки, да увесиме верою вооружено и табе предстояштою, неже мук твоих пояштою ся. Волоси Анжела скатил наимеон и начава вещават и словеси глаголя, виждо тя е ще юно сушту, благолепно же и красно, обумило сердствою отебе, а ще бът е преда мукъм, то аби е младия твоя удъй раздробяция. Спекулатор и бонемилости ви суть, ти и по лютых мучених, горца и предадут тя смерти, и лишише се живота в юности своей, неже поможете, ти е го же изповедавши Бог христианский. Святай же от веща, не требаи от твоя гола умне милосердия, ти бе умняй се умне милосердствовати, более ме вредите хошташе, понеже от истинного мечтише се отторгнути Бога. Моли обутя, не милосердстви умне, но жесточаеш мнея вися, да от моего веси терпение, яко надеюще и си на Христа непреодолени не прибивают. Виде фубонти пат, тако же Христово работ изповедание е отвертите можето, пове ли он и бити полицу глаголя. Се начатки мочени, сладусни ли и благоприятни тебе суть? Отвещай, Келина. Обез чоловечни мочителю, понеже дръзнули си бити в лице по образу Божию созданною, и веж дубо, яко ниже той, и го женушо образ, в ден суда сва и го простите бе. Судяже рече, аз мнио, и бози наши в сегомира спасение в руках своих судержат, и воно м будуш тем веце тако, де всех спасение в свои власти имети будот. Торек, повеле отруковицу с овлекше одежде и я двоим протягнути войном и немилостивно бити, прилагая Словеса сия. Где на ини ест бог твоя Келину, о немже, реклае си, яко ни имат мне на суде своем простите, да прийдат само изметти от рук моих. Посем повеле си ущим предстати и глагол от блажени. Послушай мен е добра совето, ищо бо тебе. Остави неисто вство сие, и христиански отлучи са иреси, а ще хочеш и от мук свободите ся. Кто бо избавлен от рук моих и зайде надеюще и си на того, и же сам разпинаема и бъйфни избави ся. Кога же от почитающих и го цари наши жите оставиша. Насияема отвещай Келина святая. Мнишели олитейши мочителю, и ако мочени от тебе налагаема е мне още щощаю. Вешто то известно, и ако е лико отец твой дявол подает ти на мяко върства, толико пача же и боле, и бок мой подает мне крепости и терпения. Волосиянжо усумне все видя таково е блажени от руковица и мужествено и великодуши е таже рече. Ослаблю тебе некои кодней, да размесли ше, и уцело мудривше се поклонише се богом, къде и жизнь на земли и от царей достойно и тебе чест получи ше. Въпроси же святая, колико мне днейна си е ослабише. Отвечта Волосиян, толико е лико ти хоштиши. А Келина рече, молю ти да ни единагом не ослабише дне ни часа, е жеба и мне отом размышляти. Аз бо издецка добре научих се единому поклоняти се бого и притекати к тому, и жена небесех жива и на земна е призирает. Волосиян же видя от руковицу в любви истин на го бога непременно глаголък себе. Всю е увещания, всю е трудимо я. И тако разгнева все антипат, повеля разженними рожне и железними главу е я сквозил ше са провертети. Екдето са творише спекулятори, горяче стогнен на е мозги, я прохождаше и течаше мозг с крови и унос дрямия я. Бължен е же в таковом страдания и моляше се к богу благолющи. Господи мои и Иисусе Христе, воспитавай ми от детства моего и правда и твоя е луча ми тайна е мысли сердца моего просветиваи. Крепкою же и мужественою твоя е укрепив и мя силаю, е жеба им не добре противоврага дьявола стати. Тъй, и же истинния и великия премудрости верующин в те открыли си без ней. Совершите че не е подвига моего и не угасима и девство блюди светильник. Дъкупно я с спеточисли наименами мудрими девами в нескверни твой чертог в Нидо и там отебе желани моих исполните леславите сподоблюся. Та глаголющи света е мученица Екилина от лютия болезни пъде аки мер тва. Южен дипад мер тво бъйтим неф повеля от тудо извлекше поврещив не града в снеди псом. Недостойно судяоно и покребение чоловеческъго. Понеже царска е повеление презревши римских богов от вържесия. И лежаше мученица весь ден повержена на пъти. Приспевшо же, че суполунощи, прийде ангел господин къблажени и коснувся я рече. Въстани и буди здрава. Волосия на же шеч и обличи, яко он и совета е гонит чтоже суть. Яби е света Екилина въста здрава и хвалищи Бога глаголуши. Благодарю ти безжизни моя творцу, подаищо го мне здравие и от нечести избавляю, чтога бъй тву я. Тей Бог Господи прежде век бъйлеси и вовеки прибъйти имаши, и же ин, кроме тебе, ест Бог. Осемжете смиренному людей, да страдание подвиг с кончаю, венца слава и твоя я сподоблю се от тебе. И известних твоих обещаний наслаждая се купно слики светих твоих затя пострадавших тебе вуспою. Воджи е ей свъйши от вишта. Гряди, будете яку же просище. То блъженна е слъйшавши в узвесили се зело и поиде воград. Достигше и живрат градски хаби е сами у себе отверзошася и прииде блъженна е даже до палата Иволусяновъй. Вожд Бобей е и ангел Господин и вжече таму никим же възбраняема, ста пред антипатом спящим. Той же от снаво спрянув и видив ее предстояштою ужесесия, и пригласив ковикулария в своя глагола, кто сия е с предучесей моим стоящая. Уни же принесше свещей рекоша. Все е в истинноя килина и уже по многих ранах, мертво бъйвшую в неграда псом в снете с грещи повелелеси. Си антипат слышав пачо ужесесия и повелеле поемшею блъзти до утра. Наставши жеднио представи оно и пак и судишто своему и в опроси. Та е ли е си е килина? От вижта святая, обеззаконни чоловече е сердечним двумо чесем ослепленним сущим от отца твоего дявола и телесним или учесейни видиши, аз е съма килина предстояшто е тебе, аз раба господня. Антипатже, руко я очи протирая в недоумение и бъйсти глаголаше в себе. А ще сгарающе и главе, и мозго и стекшо не умре, тока е мочение мого тоно и вредити. Торек издаде ответ на осъчение е я си цивъй. А Килино нечастивия е ли си христианския защитницо, лете и юною, но волшебницо при велико бессмертних богов не почитаюштою, нежецарским повинуюштою с я заветом, южащи много трудихо м си обещат и, но от такова го неистовство отвратите невозмогохом, тем по многих муках яжа волшебницата и тоя ни мало коснушася, в не града извет, че смертни м во главу усече ням погубити по велехо. Такове ответ смертни и приемши блаженна едивица, в не града на месту посъчение дяше, и го же достигше и спроси себе един час да помолите к Богу. И возвече учесак не бе си глаголаше, господи Боже мой, все си сильни, благодарите бе, како страдание моего кончено е вилм не си, славлюте Боже мой, творца всех, како не всуете че нямо си верших попришти, благословлютия, всяческих судетели, яко мучителя посрамили си, менеже венцанет ледна господобляяши, приеми обо в мире дух мой, да земна е оставив ши получа небесная. Си смоливши се блажени и прииде глас с небесен глаголюшт, прииди дева избранная, ярост мучителево поправшая и дяволюско е жало подвигом твим стършая, приеми уготованно е тебе воздаяния. Тому гласу свъйшек не е пришедшу, перве е неже спекулатор под ямечна вою е я, света е мученица Христова сном смерти успе совершенно. Спекулатор же видя, како уже мученице предаде дух свой, обаче повеление антипатоване преслушая, отсечеме, чем мер твое ублажение диви циглово, и отязва и вместо крова и сте чем леко. Христия на же тук да там обаивши, дръжайши е паче честнейших бисеров мощи е я вземше и многоценними ароматии и нови ми обвивши плащаницами в огробе в гради Вивлус чесно по Гребоша. И подавахо се отгроба е я много е болящим изцеление, во слава Христа Бога нашего са отсеми света им духом славима го, не и ни пристно, и в овеки веков Амин. Конец жития света е мученица Екелина и Девици. Жития света е их Съртите ли Дмитрия Ростовска го? Месяц юни. Третий на десять ден. Се чтени е в Вивлютеки Либри Вокс. Се чтени е Либри Вокс. Достояни е всеобщей. А ще хочете боле научите или же поможти посетите LibriVox.org В той же ден памяти же во свете хоца нашего Трифилия е пископали вкуси е Кипърския. Трифилии света и в Кипърском острове роди си в Оспитация. Внешния философия изучи се в Вирите. На духовно и желюбо мудрия настави се от света госпиридона е пископатримитунскъго. Ученик бът огобяше. На археерейски жесанс с самим Богом пред избраси и предназнаменова си. Ибо не уимо бейвшо археерейо е влен бъйств археерейском ченицарю Константи и обведени, очесом в житие света госпиридона пиша се сице. Умерше великому Константину и сином и го царство разделившим, прияво сток старейши са инконстантии. Емуже бъйвшо великим граде Келисириистем Антиохии впъде в болезен велио е яжеврачевен еможахо изцелити. Оставив обоврачев бълнен цар, претече молитвою к Могуштему души и телеса изцеляти Богу и от втогоболезни своя изцеление прошаше прилежно. Ивиде в сонном видение ангела, показующе е молик и многих святих епископов. Посреди же их показа двох изрядниших и живожди и начальници и не им бъйти видих усе. Тех единих целителя и болезния го бъйти поведаше. Въспрянув же цар от сна и виден на и размишляя непознаваше, кто бяху виден ни, как обо тех познати му жаше их жи имена и отечество бе не сведамо. А не пачек да един от них не убе само и вешти у епископ, но я кои мея ше епископом бъйти, а уже в том показан бъйст цани. В дедоумение обо прибъйст цар на долзе, таже совет благ прием, собрак себе епископа и от окрестни гръдов и познаваше между ими виден на их видение двох епископов. Но не обрете и пак и множище е призвал от далечайших стран, но ни в тех обретахо си виден ни. Посем по слава всю вселенно и до от всех стран области, и го вси епископи кнемо еписката. Дойде жето царе в оповеление пача же решти молени и в кипърски остров к блаженному спиридону епископ от Римитунскому и може все я же от царе от Бога видение му откровена бъйша. В остав обо спиридон и дек царю поем с собо и ученика своего трифилия. С ним же царю в видение е в Ленбе. Трифилии же тук да яко ж рече се не убе епископ и дошече до антиохии в Хождахов царская. Беже спиридон ходим и оболчено деждами, и ме и в руце Жезел Феников и Митро Худу на главе и сосудят с коделен на персъх висъщ, якоже би объйче и живущим во святем гради Иерусалиме, объйкшим носите еле от Креста Святаго. Такой му входяшто, негто от светлих слуг в палате царсти и бъевших, виде фе го яко иди на го от нищих, посмея се е му и възбраня е вход от ария го в Лениту. Он же не злоби все, пославя си го сподни, обратия му и другою. Но той е пископа и го бъйти разумев и своя согрещение видев прощение смиренно просяше ежи и получи. Вше чуже святому пред царя, Аби е познае го царе. Такова им по образа му въс нея в Ленна вида и го и в остав от места своя го приступи и поклонисе Божию рабу, моляе го со слезами да помолите оним к Богу и уврачуват болезни го. Святъй же спиридон и гда прикосну се главе царевой, Аби е здрав бъй с цар и радуваше се о изцелени своем, молитвени святаго полученном. Почтеже е го цар Зело и вез ден той с ним веселяше си творя огощение доброму врачу своему. Три филии же удивляше се Зело все и славе царстей, красоте палатней, вельможен предстоящим, царю се деяшто и всим от чудному и златовидному устроению и службе слук луудеяних. Спиридон же глаголейму что чудише се брате е дали гордост и слава царска и творит царя пача и на их праведниша. Едали неравно цар, якоже и кижду от нищи хумирает и погребение в предаеця. Едали неравно страшному суди и предстанет. Подщо мимо текушта е яко неизменно сушне и почитайши и яжесути ничто же та имаш и в удивлени, екда подобаят пача изхитит тех яжесути и веществена и вечна я и любити ни гиблю, что и небесною слава. Посем не в долзем времени святей трифили и поставлен бъй степископом Левкосийскому вки пръстем острове градо. Обаче невесма отлучаше се от духовна го своя го отца и учителя Спиридона святагу, но прихождаш е к нему пользи ради своя я, е жа яви ест от судо. Идяше некога да спиридон святе от тримитун тако градо нарецаемому Кирина. Идяше же сними трифили и ученики го, се юже тук да е пископ Левкосия и Кипърския. Приходяшим, же им горо нарецаемо и пентадактил и бъйвшим на мести глаголемом паримна, ест же то место добро излачно и многих отешних вещей са дофи виноградов исполнено. Трифили и он им место му тешен, вожделе и сам бъйти господином некоя го винограда в паримне, и стежате оно е церкви своя хотяше и мъйслише ото на долзе в сердце своен. Не отей се, же та мисъл трифили е въпред прозорливъми учесей спиридоновъми, и уже велики отец с духом разумем глагола. Почтого трифили е своят най-непрестанно помъщлящи сел, желая и виноградов, е же воистино суть цени и некои ежи, то, че увидят се бъйти и мнением сердца чоловеческа к своему желанию вликут. Имаме и стяжание на небесех неотемлемое, имаме и храмено нерукотвореною, то я ищи, теми и прежде времени бъгомислим наслаждайся, я же не могат приходити от единого к другому, но и же единою тексотворит се господином, прибаивайте ми на следия никога же отпадеюще. То слышав трифили, пользува се зело, и потом толико е показа житие, еко бъйтия му сосудо избранно Христово, яко же иногда Павло, и бесчислених дъровани и божествених сподобися. Еште же и си е у святом трифили, и ако же и у святом спиридони. Историографа и гречисти, и Никифури Созумен пишут, яко е гда бъйствки при собрание писко по фострова тога церковних ради потреб, в коям собрание без святъй спиридон, також да и святъй трифили, може искусен в премудрусти книжной, яко и в вирите многое време в младих своих летех очивисия. Му лише от цей трифили а света го да скажете из устучительное слово в церквик народу? И бъйст учащое му, в случе си воспоминути Словеса Христова, кръс лаблено моричен на Йо, у света го Евангелиста Марка, написан на Есия, в остане и възми одра твой. Трифили е же не рече одр, но вместо одра рече ложе, глаголя, в остане и възми ложе твое. То слижав святъй спиридон, в уста от места своя гон, и терпя слижете применение Словеса Христова и речек трифилио. Малите и лучи е си паче глаголъв шъго, одър, и ако Словеса е сегостей и дишесия, то рек изейде из церкви пред семи. И не зле си е сотвори, а ще сами припрост бяше учени им. Трифили е блък и чаща се окръсоте ритроства своего малопостейдив, смиредно мудрио и кротости научи. Доздел от том въише речени историографи. Известно же, естя, како сей святъй трифили и Бого угоди в конец, свидетелство им им сущим Бого угождение ме го от церкви, в положених и му песних, в них же извествуете се и угодник Боже и ме ти душо милостиво, чист помисъл, сердце нестропотно, веру нескверно, любовни лицемерно, жития и зрятство, чистото девства, живъй слези сточник, пощения ангело мудивително е, обходя и окрестния страна и Христовим познаниями, ако жалучами, просвещаше по темненния. И опас добре пасто свою преди от здешних предстати Влици и Ерархов Христов Спасителю нашему и може слава вовекия мин. В пролози в сей ден положи се святая моченица Антонина, в ните игради страдавшея, но та бе Марта в первий день. Конец жития святаго трифилия.