 Жития Святых, Святители Дмитрия Рустовского. Месяц август, 5-й день, redfliprevox.org Память святого мученика Евсигния Евсигний святый родом бящен Тиохиенин, чином войн, прицарих римских деуклетяней Максимияней и при констве Зеленом, и при великом Константине и сейнях его воинствовавой. Той бесобеседник святому мученику Василиско и страдания Его Списателя в Максимиянову царству. Когда святые Василиско сечен бейство главу, сподобиеся Евсигнии святые со иными там обывшими верними видеть и множество святых ангелов, приемших душу мученикову и к небесивозносящих, и Господа нашего Иисуса Христа на небесистояшта и приемлюща приносимую ему страдальцеву душу. В Константинову же царство, и когда с ним бев полцех, видя с ним же кубно на небеси крест звездами изображений, и добрых раброствов ваше насупротивнее подвязаяся силою кресло и вооруженной. Прибыв же во воинстве шестьдесят лет оставить чин той в царство Константия сейна Константинова, понеже Стару же бяше, и возвратився в отечество свое антиухию, живящее Богу в молитвах и пуштении, притекая всегда к храмам Божьим, и достижет долет Богу ненависного царя Юлияна Отступника. И, когда нечестивий той цар в антиухию прийде, яд бейс цвета и всегни намочения сицевою виною. В один из дней грядущего святому в церковь случится неким двум мужем и долопоклонникам припираться с собой уединою бешти и ссориться, их же ему миную, что держаше и готи и глаголюще. Вемайте, честный муже, долгое время в войнах бывшего и правосудие ведущего. Молим обо дня. Послушай приу нашу и судил, бейм нам праведно. Став обо святой и рассуде приу их, якоже подобаше поистине, и обретеся от тех един прав в другие повинен. Опечали все обо повинней, иди к царю и оклеветай всегни я, как у христиани несть. Я бее повелец ар, яти святаго и суди, что Своему представите. Он же мучителю представ небоязненно обличе того преступничестве, как у отвержеси Христа, поклони себе сом и приложи чест Божию на Идолы, не подражав великому Константину. Иначе святые похваляти веру и благочестие Константинову, сказуя и значала, как у на небеси видеть крест и того силу, и побеждаше сопостатой. И отверки до лобесия все осердно прелепися Христу. Не то, че уже сам верую и крещтеньем святым просветесия, но и вселенную просвети. Обложаясь же и всегни святые многими похвалами великого Константина, укуряшебу отступника Юлиана у нечестий того и поносли мисловесы и до сождашей ему, чесого Юлиан слышит и не терпя повелел цешти глобу войну Христову. И так у святые мученики всегни за Христа страдалческий скончасия, и мое утрождество с воего 110 лет, и вселеси в жизни нестареемую и дежилетой гониоскодей от вовеки. К той же день святые два мученика Кантидии и Кантидиян, в Египте каменьем за Христа побиени скончасия, а третий святый мученик Сивилбе из лука стрелой ударен Богу Дух Предеде. Той же день памят святые праведные анонны Матери святого Григория Богослова, Житие и Я зри яноария 25-го, в житие сайна и Я. Той же день памят святого священому ченика Фавия Папа и Римска-го. От Евсевия книга шестая глава 22-я и от Никифора книга 5-я глава 26-я и от иной историографов. Святые Фавии Родом Берим Ленин, Саном Пресвиттер, Водни нечестивых царей римских и долобесием помраченных и Церковь Христового гнивших. Имеешь же же пребывание своей первой в весенне, кои близ Рима. Та же преселись в Рим и прилежаше по гребению телес мученических. Многим б у христианом от мучителей заверу Христовому чему ими убиваемым бывшим, и телесам их наснедения псом, и зверем, и птицам вне града пометаемым. Он отой нощью взимая, погребаше честно. Объяну же бывшую за Христа святейшему папе Антиру в Максимину во Царство, крыльющееся от гонения верни и в тайне веро святую хранящей, собращася во единосипискупе и пресвитерами своими, избраннее ради папы и церкви, и уже и маяху не знаем огонителями. Домбо сокровен церковь и мбс належащего ради гонения, в коем соборе Бейфавии и пресвитер. И бывшую заисканью, которая губа и достойного мужа на таковой сани сбрати, многие многих честных и изрядных можеев воспоминаху, могущих пасти добре Христову стадо, а у пресвитера Фавии ниже кто помысли, понеже той беша от последних недавно от весего град пришедый. И бывшую не согласию в соборе вне запоявися голубо белак и снега, в высоте летающих сам зряшим, и же сосед свыше седена главе Фавия пресвитера, и паким в высоту вземся невидим бейст. Тогда все разумеешь, как сам Бог духом своим святым избрая Его церкви своей первоседателей и пастеря Бейтии, и с великой радостью поем, что Того на патриаршем престоле посадише, и так опоставлен бейст Папа Риму Фавии святой, и вскоре сотворяйся тишина церкви. Максимину бомучителю от своих войнов убиену бывшую настан от Царства Гордиан и преста гонения на христиане, по неже Той Царь, аж Тей Поганин Бе, оба чекроток и добронравен, и не веле озлобление творить христианом. В одни убойго христиане мирно и муще прибывание созидах у церкви Своя Всюду. Павий же святый время и в гробницах над мученическими гробами многие создахрама и молитвенния, пространния, навмещения боеваемых собраний верным. Также и над пештерами и онами, в них же во время гонения верни и крея хосия, молитвеницы и устрои. И растящее церковь Христова, повсядни людям обоего пола от идольского нечестия, ко Христу обращающимся, а не и паче, егда по кончине Гордианову и приема Римское Царство Филипс Сыном Своим Тожде именным, с царственником, приаверу Христову, к ней же приведея их некий благочестивий муж, один из первейших сенаторов именем Помтии, а святейший Папа Фавий Крести. Тогда вельмил множество числоверных, и бояве царю с Сыном Крештейным Бывшим, нози на них зряште Крестижа Сия, и имя в то время Велю Свободу и Дерзновение Вера Христова, а святейший Папа имя и помощника Помтия сенатора, истинно Гораба Христова, сокрушаше идолы и капища идольска и разоряшее, Божье же созидаше храмой. Но недолго в таковой отраде и Свободе Бе Христова Церковь, и два четыре лета, глава Бо Церкви Христос невесту свою, за нюже кровь излия, хотя на земле, яко злато в горниле, яко крин в тернии и метье, по постинанию паки беды и страдания, и воздвижися гонения от Змия Адска, гуиже и древли, ако же, богослову, в видении откровенобысть гоняше жену, небесними добротами украшенную, и спуская за ней от скверных, с Своих водой, ако реку, даю в рецепу топит. Той бодревний и добранный навистник Митерпя Слава и Христова и расширяемые зрети, ности порабощенние себе Человеки нечестивые и долопоклонники, в остатии на новопросвещение и в благоверии сияющие цари. Собравшеся обо, элиции ненавидели Христа и христиан, и муще предводителя скверного Декия, убише царя Филиппа и сына и гофилиппа царственника ни и ни ради, кое вина и то, чье заедино то, как обо Христа обаверуваше и даше христианом свободу. Убивше же обоих царей, устремишеся и на всях христианой, и баист в то время время велия пролетия крови христианские. А вначале яд, баист святейший Фавий и папа на него же множея Ярехусеничестивий, как у напредводителя и учителя христианского. Ищемиже баист и благочестивий он и муж, понтий сенатур, и живе другу боим царем Филиппом, но не убратися, скрейся боя, коже и мнози верни, и потом бежа из Рима. А святейший папа Фавий, повалением воцарившегося тогда Декия, мечем во главу усечен баист. И прейде от церкви воюющие к церкви торжествующей с бесчисленными паствой своей яовцами, во одновремя с ним закланными. А понтий святой послеж деят баи в мученическую приякончину за Христа и Иисуса Господа нашего, и мужа со Цейми святой им духом слава вовеки. Сего света гопапу Фавия римляне фавианом нарицают, совершают же его памят месяца януария в 20-й день. Все и папа остави по всякой годе во святой великий четверток тайнее вечери Христовой освещать и новую миру, ветхуешь же сожигать и в церкви. Безже они 21-й папа от святого Петра апостола. Понеже в памяти священномученика Фавия папа и воспоминесся святой мученик Помтии. Судиху мобой того жития и страдания здесь же положити, да не мимо идет видение нашего такова и Христового годника, и же двоих царей Филиппов приведеку Христу и кубно со святым Фавием Трудисия, многих от Майдолу поклоннического заблуждения от вращая, на светлое же святые вери наставляя эстезию. Последи же положи душу свою за Господа Своего. В той же день жития и страдания святого мученика Понтия Римлянина, списанной от сверстника и гою очевидного свидетеля Валерия. Кто может веровать, ящине Бог даст? Кто может внити в подвиг, ащине Господь поможет? Кто может приятный венец, ащине Христос дарствует? Теми ясне достойние, лого лет списатель Сего Валерии, со святым мучеником Христовым Понтием воспитанной и книгом Купно учивися, несподобихся таковые благодати, да бы их был и умер с ним в купе страдальческий за Христа. Оба, че Его ради трудов и исповедания надеются от Господа получить милость, понеже вся я же о нем глаголыти имам, свидетельствую пред Христом и Ангелой Его, очима Моима видах и ушима слышах, и отчасти терпех с Ним. Того ради и Вы имите веру верно повествуемому деянию, да вера Ваше воздайание и примет от Господа со святым мучеником воскресенья и праведных. В ограде Риме беше сенатор честен именем Марк, и мы супружницу именем Юлию, с ней уже лета многое в супружестве пожив и не имеюще чад, то,го ради оба, в велицей печали быша. Прешечим,же 22 летом от не лежи в супружестве поящася, за чай Юлия вочреве и на чаше радоватися вельми. По пяти же месяцах Юлия купно смужим своим, екда храма и богов своих. Быше бойдало поклонники, обходяште с дару ношением, прийдешь в храм Дия, и гоже на рецаху великим. И во зре Юлия нажреться в венце предидолом стоящего и деющего жертву. В незапожерет стоя возбесновация, и похитив себе венец, начатого на части раздробляти гласом плачевним вопия. Сья жена носит вочреве того, и же храм всей великий дооснований разурит, и боги в нем сокрушит. Те глаголы, екда беснуяся жрет с воплем великим паке и паке повторяши, все таму предстоявшие бейше ужасней, а не паще Юлия и Марк великого исполнишеся страха, и трепетней бежащей внедожив дом близ таму бывший. В земше же Юлия камен бияше чрево свое, и бука своя каменем глаголя, о, дабы не начала бы их так увагу, им же имя разуритися храм и боги сокрушитися. Лучше мне ест, да и сама осумру с ним, неже да рожду его. По всем приближившуся времени рождение, и всем чающим, как родит мертвое отруча, понеже велими каменем бит свое чрево. Роди Юлия младенца жива и цела, ничем же повреждена. Коте оборожденное убитий матер, но отец возбрани глаголя. Наш тедиво схожтит, само темстит врагу своему, мы и джечаду нашему, да не будем убийцей. И так усохранено бейство отруча живо, и нарекоши имя ему понтий. Воспитуваем уже бывшую и возрастающую отруку, родителя его никог даже вождаху того фидловские храмы, и вдашь ее в научение книгом. И растящий отрук не ток молета и ну и разумом, дон дежек юноши с ким приближеся летом, и бейств вилософий зряден, и во всех внешних учениях вельми искусен. Многие книги, аки вивлютеки в уме и памяти свои и мы, и всех сверстников своих любомудрим превзойде. Бейс, че воедино дни, в оставшему Зелорану и тьти к учителю своему, и случится тому путь мимо некоего дому христианского в немже бяше собранья верних с святейшим папою именем Пунтианом, и пояжеся утреннее Псалмопеннии, и же слышав отрук понти и внятомом поема и славеса я же бяхосия. Бог наш на небеси и на земле, вся элика в восхоте сотвори, и доля язык Сребро и Злату, дела рук человеческих, остай ему тени глаголют и прочая, подобним да будут творящие я и все надеющиеся на ня. То слышав отрук ста, и из глубины сердечнее воздухнув, мыслище на долзе в себе глаголия. Кая суть Словеса пеня сего. Та же умелись сердцем, воссиявшей в нем благодати святого духа и нача плакать ей. Воздевжек небесируется свои речи. Боже, Его же хвалу поему и услышу, и вимне Твои познания. И приступив к дверям дому Того начато лкати прилежно, преникши же звайсоте у конца и мрекоша святому папе, се отрук некий толкает в двери. Папа же откровеним святого духа зная речи. Идите, отверзите ему, да прийдет к нам, таковы их боест царствие и небесное. Честнее, жа отрук понти оставив на стогне рабы и представники своя, единого токму сверстного себе, с ним же купно учаше се отрук имене молерия, списатели истории сия, поэмши, в неде с ним в дом той и на горницу в осед виде совершаемая божественное таинство, и уклонся, ко углу стояше жды и совершения. И со вниманием слушая и умилящася. По завершению же приступили к святому папе, падая на носе ему плача и глаголя. Молюте, святейший отче, научи мне разумеете силу стиха Того, негоже поющте глаголости, бок наш на небеси есть, и доля за их слепи и глухи не обуняют, не усяжут руками, а не пачу уже семя той ежересте, подобни им да будут творящие ей все надеющиеся на ня. Папа желюбезно его прием речек нему. Виж до чадо, яко просвяти бок сердце Твоей, да взащище Его. Рассмотри обои вижд, не в силе комири от виждей земных сделаний суть, или от злата, или от серебра, или от меди, или от иния, кое я вешти, кто не вест каменные и долы, яко от гор сути сеченый, и наколия возложений и скотами на торжеще к продаянию привезены. И как у Ти могут бойти богами от земли сущи, и по времени сокрушитися, и паки в землю обратитися и мужчти. Бок Жена ж в негоже веруем на небеси есть, и женеплодскими очесы, но сердечные мизриция и верою познаваяться. Глагол облажения и от рук понтий. Господи, не мой отче, эй, тако есть, яко же глаголище. И кто не видит бездушнее бит, и недвижимее идули, и меженетокму торжеща исполняются на и все улицы, и храма, и капитолии, и толико их обратается множество, яко из части невозможно, различными живиды и хитростями сделаны суть, или киум человеческий изобрести возможности. И кто не видит утвержденных их сущих на местах их железом и уловом, да не будут превращения от ветра и патча сокрушация. Вемы же и сие, яко часто случаются злотые и серебряные мидулом, крадомами бейти от человек и от разбойников похищаемым. И как ути и возмогут блюстить человеков от зла, и же сами от человек боевают блюдомии и крадомии? Вся слежащий святый пунктиян папа удивлящийся таковому разуму отручу и держа руку его, поте посадить его с собой. Блажений же от рук речи. Аж ты при сословных учителях, тщетним получающих сидеть и не смеем, то как и имам сест и стаковым отцем, и же мне путь правде вместо стези заблуждения и свет вместо тьма и показует. Глагола папа, Господь нашей учители Иисус Христос таковое даде нам учения, да все едино будем у ним и друг друга полезним да получаем. И паке Глагола Имащий ли отца и матер? Отвечта Понтий Матер боя се уже другое лето от нележе умре, отец же мое щежий фест зело стар отешает единым ною сыном. Вопроси папа Кристианин ли ест отец твой или Елин? Отвечта от рук Зело прилежит родитель мой бессовским службом якоже и всичеловеки. Глагола папа Бог просветивий очитвый, никому же от человек наставляю, что тя той силе нести отца твоего просветитии, да тобою увест бессмертную жизнь родивейте в живоце и смертней. И паке Глагола ему Тей же чадомое послушай меня, веруй во Христа и прими святое крещение, и можешь и огн вечней угасить ей. Теми и множащими словесами святое папа получает понтие от рука три часа, и живи ему, я же от Царствии Божий, и угласи его к окрещению. Такожде и пришет, чегу с ним от рука Валерия угласи и отпусти их Смирум. Униже и сшетча, и до шаги, аганса и доброю, пажитию на питании, радющася и веселящася, яко обретоша спасения душам своим. И тако по вся дни прихожда, к осветителю Божию и получахо си от него. Некоего же дни Марк Сенатур в опросе сей на своего понтия Глаголя научил сели и си, неча самоуточители твоих чадумое, отвеща понтии. Во вся дни учения, моего никогда же лучше, что слыша и научихся от них, яко же все адни научихся. И утешаше си отец меня, яко внешнюю, блажений же от рук понтии ища подобна времена, како бы и отца своего привести к Симу, даба и с ним купного Христа верувал в один день речи. Господин и Отче, слышу от многих человек, яко Божьи им же кланием сет штетный суть, и ничто же божественное в себе имеют, яко же имеют частю разумехом, им от подобия членов человеческих, но от нюднедественных. И всяк человек изволяя и в дому своим Боги и Метти нанимает Делателя и творит по возможности свои Боги, каковы и хоштет, ов Сребрения, ов Златыя, ов Медяния, ов Фотиния, Коя и Вешти. Молюбуте Отчерцимне, слышал не си или видел, когда дабы идти и Боги, и же в нашем Думообретаюце, сотворили каково село и действу, то наговременное в нежесуделении и поставлене суть. Никогда же быть тут не каковое действие. Глагола Понтии, почтобу почитаете о них жертвами и к делу, и кланяете си им. Отец же зело, ярости и гнева исполнився, хотим и чему дарить и сейна Глаголя, кулишили Боги Моя. Та же утешився мало от гнева Речи. У Болио, сейне Мой, мы едини без Богов и жертв будем в Семграде? Блаженней Жепонтии Речи. Понтии же истинно и жертво истинно Мо Богу приносят. Глагола Отец, и где их обращим? Отвечта сейна. Аж тебе лише, а сиду и приведу к тебе Мужа, и же вся тебе ясно скажет. И повелел Отец. Понтии же обращься к уалерию от рук Речи. Все измена Десницы и Вышнего. Яби иди к у святейшему Папе Понтияну и приведет его к улцу своему. Папа же много беседу и приведет его по знанию истинного Бога и открывает ему таинство святее верии. И веру в Марк всем сердцем Господа нашего Иисуса Христа и кубно с папою и с сыном на час укрушать идули и жив дома и губяху и сокрушив тея прия святое криштение с сыном и со всем своим домом. По приятии же криштения недолгое время в живых прибыв Марк представится к Господу в старости довольной. И по шести месяцах от представлений отчая взят бейст-понтий в палату Цареву Александров, то время царство вовшу, и в сенатуре от царя, аж те нехотяшт в чинен бейст на место отца Своего. Сотворися же то Божьим встроением, да во время Своей неточью народной цари понтием ко Христу приведений будут. Толико и же благодать дарова Бог Понтию святому, как зело Любящу Того и Почитаху. В одних тех святейший Папа Понтиан славную и кончиную, ко Господу прейде, убиен за Христом от царя Максимина по Александре наставшего. И пря престол Римского патриаршества Антир Святой, но и той, и 2-1 месяц на престоле бы, и вскончайся страдалческий, т.г. царя Максимина по веленьям за Христом убиен бейст. Той Понтия святого любящая, как истин отец истого сына, и в деде Тому Папе Святой Понтии вся именя своя нараздайание нищим, но иначе единоверным. Но уже время поведайте, как истин и раб Христов Понтии царей и христианами сотвори, и как и с Дьяволом брав все победители Висия мученическим венцему Венчанной. По гибшому учителю Максимину царь бейст Гордиан. Филипс сыном своим Филиппом и гоже из царственника себе сотвори. Ти и оба цари Филиппа и велими любляху Понтия святого, яко премудра в советах полезной и набродетельна. В третье желето царствования и их, ежебе тысячноелетто от основания Рима, потяште цари ити к Богом своим с благодарными жертвами, рекошек любимому своему сенатору Понтию. Градем, воздадим его круга совершения, праздновать и время. Понтии же святые всячески уклоните себе, что же от них, дабы и нити ему с ними коидолом, а царей, ако друга, своего звахоту, гособою. Тогда Понтии видят время подобного воспоминания и мединого истинного Бога, Господа нашего Иисуса Христа, речек царем. О доброй царье, отбоганат человеке поставленней, властию царскую, единому ему, почту не принесете жертву хвалы. Благолостарейший царь Филипп. Того ради желаю принести жертву великому дию, ако сию власть дадем не. Понтии же святые усклаби все речи. Не пральщайся от царю дьем. Эст бок на небе си, жив всячески единим словом своим сотвори и благодатью духа святого у животвори. Другие же царь Филипп, царя Филиппа, купну с уцем своими речи. Коим намерениямся, глаголище, невемый. Глагола святые, от начала ли Ди и Б, отвещаща царей Ни, но крон отец того прежде его Б и же царствовал в Италии и управляща добрые италийские народы. Понтии глагола, а когда крон царствовал в крите прежде даже Дием сыном святым Духом, то время и далее Италия не имеешь народов и управлений своих. Идали крон Италийские создают множе народы? О, добрые царьи, не пролщайтеся с суетными пьетов ваших баснями. Единость бок Всех на небеси, бок отец и же сыном своими святым Духом вся я же созда Свояю силою содержит и управляет. Создажа той небо и землю и море, я же в них. Последний же сотворит Человека бессмертна по образу Своему и по подобию, и вся яжа на земле, и в море, и на воздухе и по коре власти его. Дьявол же с небесей сверженный, видев Человека в толикой чести от Бога очиненный Суще, по завиде Туму и Советово и Молесну, да неблагодарен и не послушлив Сотвориться Творцу и Благодетелю Своему. Че Суму бывшую, совлечесе Человек бессмертия, и навиде прислушанием Своим Своему. Не довеляешь же, дьяволу единою прелестите Человека, но изобрете идули, их жены и богами нарицаете, да теми род Человеческие весьма отторгнет от Создателя. Милосердежи Господь, нехотя погубленно в конец бейте Созданному образу Своему, благоизволит инородную Слову Свою от престол небесних послати на землю. Той впречисто и девическую вселивсию утробу не постижимо, и родится от няне изреченно. И бейст Человек, да патчего Человека обновить, дьявол же и слуг того предастугню вечному. Сотвори же чудеса многое в Человеках, слепорождение просвети, расслабленное и от многих лет на одрах лежавший с цели Словом, прокаженные очисти, мердвие воскреси, четверодневного лазери от гроба воззвав и зведя жива, от бога и судея. Иудей же невероюще ему, патча же и завидящая, предаше его понтийскому пилату и гемуну, и прегвоздищена кресте пришедшего спасти их. Той же боксой, восстав от мердвих в третий день, являщася во многих дни учеником Своим по воскресению Своем. Смерджа от дьявола Человеку нанесеною Своей у смерти уби, и живот нам воскресеньем Своим дрова. Да, якоже он восстав от мердвих в третий день, так и мы, по маловременной и многобедной всей жизни от гробов наших воскреснувших, вовеки с ним жить и будем. Вознесся же на небо, путь спасения показа верным, аж те, кто пренебражет то спасение с дьяволом вовеки у судица. Верои же и по тем спасении шествуяй, с ухристом в небесном царстве и прибудет. Теми и множеши мисловесей понтию святома свящающе и вся яжа у Христа и о святой вере и о будущей жизни подробно им сказающе, действовав славесех Его благодат святого духа, спасению человеческому поспешествующе и отверзе о Майцаре и разумети глаголема и умелище се сердце и Своими и веру в Господа Нашего и Иисуса Христа. Иму лише Его да в грядущий день тайно спасения яснее славеса и множащими славесехами о Гасимагу и получите часту святыми в бессмертной жизни. И не идущий царив день Той и потом к жертвам идульским в Капитолию токму в позорищах народных таиси Штилетию римскому праздновану Бойти Повелеша. В то время святые понтии идек святейшему Папе Фавию и возвести ему вся. Папа же радости Вели исполнився паденец на землю пред Богом глаголя. Господи Иисусе Христе и имя Туэ якорабом Твоим понтиям царей римских к познанию Твоему привести благоизволилиси. И бывшую дню второму понтии и Папа оба Купнок царем и доша и беседуваща к ним на долзе у едином истинном бозе и о всем пути спасения и огласи Папа веровавших царей к укрещению и не во многих днях крестиях и многие с ними образум по царей риме радостверным. Тогда сбысце Тое ежесилую Божию принуждений дьявол устай бесновавшегося жереца Своего святом понтии ещево-чревематернем носимом пред глагола, яко имеют разуритий храм Диев. Взембу повелению Царей понтий святой Купну со святейшим Папою Фавием иде в храм Сквернгодия в нем же Тойо НМБ предречения, не без разори до основания. Разорише же и иных неколико храмов-идолевских, а вместо тех храма и Божия святые воздвигоша. Ибо все одни множества от народа прилагахосе, ко Христу и Крещахосе. Оба, че во время Тойо ещи невесерим просветисино от частей. Ни вся капишта Суидула и разоришеся судьбам и Божиями, прекретившись о Номовременне. Едва-бо четыре ток молета и метаковую свободу Церков Христова, господья Козлатов, горнили из Косити, попусти паки гонения на Ню и восстадие Киис Кверни со всеми долопоклонниками и обища Царей Святых за верование их во Христа. Иначе всех верных нештадно избивать и в них же и Святые Фавии Папа Обиен Быст. Тогда мнози от новокрещенных молодушне убоявшееся гонения, паки, кои долю с коммуничестью возвратившись, а ини и бежавшие крея мужественние жидерзаху намуки и полагаху за Христа Своя Душей. В токонении люто и нечаянно, а кибуре на Церкову оставшие, Святые понти укрылися негде в ограде. Но понеже от идольских жерецов прилежно всю дубе и с комой, Ти ибо наипачено него заразорение богов Своих и храмов и ряхуся и намочение Его из каху, бежав оба ножки и из рима понти святые, слушая Господа Его во Евангелии Глаголюштего. Когда гонят во Идинном Граде, бегайте в другие. И прийде во Град Кимеллу, и же на пределе Галии при горах Элпейских, и тому прибойвашие, акостральники Пришлец. Погибший же вскоре, деки умучителю Апонем Галус Волосияном недолго царствовавшими погибшим при Аримское царство Валерианс Сыном Галиеном. Ти и не ток мов риме, но и во всех странах области христианской от земли живых и стребитых утяжти, и поселающиеся повсюду и гемуны и намочения христиан, послашив Галийские страны и двух мучителей, Клавдия и гемуна Янавия. В ниже в начале во Град Кимеллу пришед, что жертвы Бесом принесоша. Исече насудищи посреда Града повелише иметь их христиан и представлять лицу своему наестязание. Ят у бобы из Цвета и Понтий предишту представлена. На него же Клавдия и Гемун возрев, речес гневом. Те и Понтий смятенье сотворивай граду Риму, не вем, ко им коварствам. Ештежий Царей Филиппов от Богов превративай. Отвечта Святей. А с никого же смотих не превратих, но от заблуждения демонского, ко истинному Богу, эликих возмогов обратих. Лагола и Гемун. Великая сирода повелещит и принесет Богом жертву, аж те жени, то с худородными и нищими на различные муки усудишься. Отвечта Святой. Царь и Отечитель Мой Христосест Его же радиаща земного Отечества лишуся вечного наследника Буду и вместо скоро погибающих богатств, сподоблюся части со Ангелой и Святой ми в славе небесной. Клавдия и Гемун рече. Вместо доброзумительной мисловесы избавить и сехочтащи, Едино Ти предлежит, ежепринести Богом жертву, аж те же сего не сотворишь и плоть Твою растерзаю муками. Отвечта Святой. Ужерехти, как у христиани, не сым и никогда же принесу демоном жертвы. Повели обои Гемун железными веригами связана пункти в врачтиф темницу, донеже возвестит онем царем Рим. Влодейкам вселення и непреодоленным победителем Валериану и Галиену царем Римским, раби Ваши, Клавдии и Анавии. Входяште мы и в галийские пределы, обретохом пунктия, смотившего древле Рим и многие боги сокрушившего и храма и их разорившего, не нежек креющегося от власти Вашия и не повинующегося повелению Вашему, а понеже Единест от первойших сенаторов, но связавше у земли в садихом в темницу, донеже Ваше власть, нем рассмотрит и повелит, что имам и мутворит. Царежи от Писаша к ним, Голющи. Все повелевают Вам владычество наше, аж те пункти и Богом жертвы и принести небосхождать, да имате власть над ним и каковыми хождете муками его погубите. Таковое повеление царской приемшей Гемун, Клавдии представиша, и речек Клавдии к святому, вслыши владык Твоих полезные повеления, и межевелят Тебе, да Богом пожирайши, аж те жени, то со осужденными мучен будешьи. Святые же понти-отвеща, а с ней и на Гу имам владыкоточию Единого Господа, Мой Гой Иисуса Христа, и же с силенестей избавитими от тех мук, и межепретитемне. Вознаменитую, и аку самовольную, в толикую нещество и безчестие пришел и си, работа е таковому господину, коего сам и в иглоголете, бывший человека нищей и безчестна, его же пилат нашего и Гемунска гочина боевый, не вем, за каковую вину оби. Не лучили Тебе повиновать ися Господи, им управляющим кротце Римское Царство? Отвеща святые понти-и. И я с удивляющей Тебе человеку разумею, что в толикое пришедшее безумие, сворца неба и земли, и же Твойго ради спасения обнища, и дрзаящи на рецате и безчестна, Ангелами на небеси почитаемого, и же за наше избавление от юдеи и пилата воли, у распятий претерпетий из воли, а не пренуждением. О, дабы и восхотелись и таковому Богу смиритесь я. А б я вознесел б и си к небеси ум Твой, и познал б и си Твой заблуждение, яко в пропасти темной лежишьи с Богами Твоими, я же я ве суть бесове. Господи и жетвои, их же управителями царства Римска гонорицаяши, не то, че у Сами идут в погибель, поклоняющиеся древу и каменью, но и народ им подлежащий, и влекут собою. Веште обо, ако аж те в таковом неверии прибудете лютой и мисмертми от жизни сея отойдете, и в день страшна Госода на вечни с Богами Вашими усоритеся муки. И Гемон же такова и слышав, исполнился ярости и возвак слугам глаголия. Уготовите вся мучительства, гребени, рожные железни, огн и вся иная элика суть, да яве будет всем безумие Его. Слуги Жерекоша, се вся суть готова. И глагола и Гемон, протягните Его нага на мучилищи, яко да вся муки по телу его пройдут и узрим, изметли Его Бог Его от рук наших. Протягаемые же сущи на мучилищи понти святые глаголы к Гемону. Аж ты и не можешь набить и Бога моего наречения верие твое, оба че верою владеться моему и Иисусу Христу, яко того силую уничтожатся муки, я же мне наложить их ощеще, и никие же сотворят болезни телу моему. Яби и мучилищи то огромом вели импедесии в прах бейст. Подошли же и слуги от страха, аки бездушни, и притягивали Гемону. По ненайне ове, что неверне, яко Господь мой силенест благочестивый от напасти избавляти, возженичестивых огню вечному предать и в Денсудни. Клавдии же и Гемони решили и речаем друг Его Аннавии. Примудрищ и мужу, прешедшим нам саму привидение суть от горда Алмадских два медведя Зело Великие, повели оба уготовать и позорища, и вдать и Сегоноснедение тем Зверем. Яби и повелениями Гемоновым готово бы и с позорище, и мучених поставлен посреди и два зверо-кормители из ведоше медведей на света, агода снедят и го. Медведи же на своих кормителе в незапуск стремившись с недоше их в конец, к святому жене приближитися Дарзаху. Тогда воздвижися глаз Вели и народа, взявающая единость Бог христианский в него же понтии верует. И Гордыйня и Метясия начав опыти на слуги, да скоро принесут множество дров и хврастия, ежесо зашти мученика. И глаголы к нему святые, кою вину вом не обрели си, яко огнем погобить ими хоштиши. Но тебе самого погобить огонь не гасимый. Силен же есть Бог мой, соблюстимый от огня не вредима, яко же соблюде древле три отруки в Веломстее пешти. Собраним же бывшим дрова святого среде позорища, связанный и обложившим его дровами их в растие мокрест и зажгоша, и всем няхо сожжено бейти мучеников пепел. Эк даже все то вещество сгоре в конец, видишь, святого жива и целая сущта немало от огня вреждена. Нижебо одежда и гокусно си огн. И паки народ возвагла голя, великий эст Бог христианский. Тогда и гему не сполнися, студа велика видя себе побежденный святого. Почто гордишься, а киба и вся преодолевая и муки, мнишели избежать и множейших мочений, се близез честный храма полинов, внедивон и пожри. Отвечта святой, а с Господом моему и Иисусу Христу приношу в жертву телу Мое, ежедосели соблюдох от идульских мерзостей неосквернено. Вас же, и царей ваших, скоро постигнет Божий отмечтение, яко неправедно гоните неповинние раби Христовой. Игемон же начал укабок немовещать и глаголя. Подобаше, да ты нам, судья, будешь и не мей тебе. Тебе от первойших сенатор офисии не вем же, коея ради надеждает штетнее честь и богатств лишающийся. Отвечта понтий святой. Честь мира сего и богатства подобне сутним Гле-Хутринней. Я же учася и человеческими зритцами земли и горы, и моря покревать, даже во звеет ветр, Абия весьма исчезает и небывшая. Честь же и богатство и слава, и я же аз желаю, прибывая двувеки. Вся святому глаголюшту иудеи их жебе множество в народе начаше взаивать и кое геману глаголюшту уби, уби, вскоре в лхвасе го, а святый мученник вуздефру цигуре глагола. Благодарю тебя, Боже мой, как и иудеи в опиютном я, по подобию отец своих вопивших к пилату на Христа, распни и распни его. Тогда и гемуне с даденаного суд смертнее глаголю. Введите его в Неграда и на камени и жебли с потока посоцейте его. Телу же вдебр ввержите и баст по повелению мучительеву. И так у святой мученик понтий соверши своё за Христа страдание, мечем во главу сечен быв. Честное же святого Телу сверстник его Валерии, списатель страдания его, на том же погребе мести и деже по усечению и поверженно и лежаше. Впосемнем многому времени пришечу сбышася пророческая и словеса мученикова. Нечестивий ибо цар римский Валериан на брание от сапора царя пресидской гуятой и по вся дни поругаемый бысть. И лишь дебо сапор, хоть и аше в сести на куня у Валериану Акина под ножи. Другие же царя римский Галиен грядеев Мидиулан от своих си воев убиен бысть. Эйгемон Клавдии другего Анавии, того же часа вон же муженик усечен во главу, оба возбеснувася сия. Клавдии обо язык свой зубами своими начасти судробив от скверних хусти сплева. А Анавия очи от мест своих и в малом часе оба извергоша души своя мучим и люти от бесов и бысть страхи долопоклонником и иудеем, видишь тим взбой тесловес понтия святаго и начаша мнози почитать и гроб мучеников. Валери же написав житей страдания святаго, видя непрестающие гонения на христианой, седе в корабль и отплыв с душею Своей в недефрадост Господа Своего и нашего владейки Иисуса Христа и, может, с отцем и Святым Духом будет честь и слава, не и пресну и вовеки Веков, амин. Конец житей святых 5-го месяца августа. Житя святых святители Дмитрия Рустовского месяца августа 6-й день. Синаксарное преображение Господне Господ наш Иисус Христос в 33-лету Своего от пречистия Деви Рождения в последней же трилетние проповеди Своя Я приближаясь к Вольному спасению ради нашего страдания, когда в странах Кисаре и Филипповы, по-изреченных от Петра Словесех, те есть и Христос, саинбога Живагу на час и много пострадать от старецей архиерей и книжник, и обиену бейти, и видеочеников своих отом прискорбных, а не паче Петра, и же и претяше ему Глаголя, милосердтой Господи, не имят бейтите Бессие. Тогда о темле Печаль душих, обещан неким от них Свою и мевшую ему бейти постраданий, славу, явити рек, и же нем от вкуситей смерти, до дежу видеться и на человеческого во славе Царствия Его. И по нему дни, вон же та Глагола на бейша, шести днем прешечим, грядай Господ от стран Кисаре и Филипповы и в галилейские предели, прийдек горетоворстей и в галилей сущей, последствующими мучеником и многому народу, и день к ночи преклонись. А понеже бейтче и бейхристу Господу, Соб от учеников Своих отлучатисия, оставив оба под горою народ и ученики Своя, трех токмутних поэм, Петра и Якова и Иоанна, взайдет с теми на высоту горы и молитвы и радии. И там, от тех трех особ, мало навышний холм отступив, молящася. Три Жеони и ученики, ово от восхождений на высоту горы, ово же от продолжения молитвы, отродившейся и оснушая, как уже Глаголет и вангелий слука. Суще и с ним бейху от текчени сном. И спешьте мир, и ночи уже к утру приближающиеся. При образе Си Христос облеставаяся божество Своего Славою и представит ему повелениями Его два пророка, Мои сей от мертвых, Илья от рая. И Глаголеху сниму и схода, Его и мевшим, совершите себе в Иерусалиме. От Глагола не езжай их и отнашечия божественнее силу и Славу Его неизреченную. Лице просвещенное яко Солнце, Ризеего бешта, что сия бели и зело яко Снег. И два мужа с ним в славе той стоящей и Глаголющей, и бейшу ужаснее. Познаше жабе, Духу Святому им открываю, что мужа и тех, Моисея и Илию бейти, и беседу их о Вольном Христовом страдании разумеша, и стоях от трепетней, послушающиеся Глаголемы их и наслаждающиеся зрения тоя Божественнее Слава и Южа, толико видящее, илико телесних очесих зрения вместите мужаше. Толико Бой Господь им показает, илико естество человеческому на Гозрение вкупе и живота не лишитеся. Понеже невозможно человеку смертно зреть и Божества, бессмертно Гони видимого, якоже и древле молившему и сею Бога да покажет ему славу лица Своего Божественного очевидно, что человек лицемое и жив будет. Кончащейся же Моисея или Иисус Христом Беседе и отшествию их апостолом Духом познавающихся, сожеле Петарь, как охотят отойти пророки от зрения Их. Желаю же непрестанно тоя Христовый, пресладки Слава Их и честных пророков любезного зрения наслаждатся при адрозновении и Рече. Господи, доброезд нам с дебытей Сени Три, Едино Тебе, Едино Моисееве и Едино Илии. Все Петру Глаголюшту Облак Святел представивая обоих пророков Христу, и пакиманьями Гобожественными Мои Их взятии, ико Его жду на Своей месту отнести, осени апостолу в окружай верх Горайония. И множе и обояшася апостоли в негде приближающе как Христов не дошло в облак Возлюбленный. Того послушайте. Таковому гласу свыше пришедшу нестак крепост в апостолях от великого ужаса, убоящеся обозело и падоша Ницей на землю. Падшим Жиим взятие Слава Господне Отведение Их, взящеся и пророцей в Своя Места. Господже Приступаль Коснуся лежащим на земле Учеником Глаголя. Бостаните. Не бойтесь. Никого же видеше ток Мои Иисуса Единого. Начинаше живосиявати Дени и доши с горы и заповеда им Господь, да никому же поведет видение, дондаже по приятии и страдания и смерти, воскреснет в третий день от гроба. Ити и умолчаше, и никому же возвестише вовне и дни ни часу же от Тех, я же видешео. Быстрее приображение Господне месяца августа в шестой предвосиянем зариутреннее День, вонже и праздновать празднование церковь прия. Не как Кирилл Транквилион написа, быть и Господню приображением предвольными гостраданиям во вторник и же предвеликим петком еже нестистенно. Явебо показывает от трех евангелистов Маттея, Марка и Луки о преображении Господнем написавших, как пооной на таворе явленной божества славы. Господь многое время проводит на поля и дозрит воевангельских книзе, а не паче во святом Луке, начен от начала 45-го, внимательно прочитать до Господнева Иерусалим на страсть, волную пришествия. Слово на преображение Господне Господне преображение действо не то, чьи Евангелисты и довольны описавши, но и учители церковней настоящего праздника в словесах многими речениями, сказавши ясно и зевивше трапезу духовно и изобильно праздно любцем представиша. Последним обо нам, чтож тим, и слушающим прежних учителей Словеса и сказания, и уже вся исчезненная имуштим, ни ночь то остает сеток моготовым внимати и предложение духовной трапезии богомысленным наслаждать ися в косум. Оба чьей сьенне без пользы и будет, когда аки по беде оставшиеся укрухи по беде и некие отолкования останки соберем от части воедино и к тому же празднеству, произволяющих ради приложим. Поятии Иисус Петра и Якова и Иоанна, брата и гои возведеих на Горубой Сукоедине и преобразиеся перед ними. Христос, паситель наш, прежде вольного страдания своего и смерти, хотя учеником своими вити от части божества своего слава, почток зрения утояне поискую. Того ради, как обе в них и юда, недостоинные видения Она Губожественного. Вседся Святые Теофилакторхи Пискоб Болгарский и гадательство от Глаголя. Не поято баналися тученики своя владыка Христос на Гору, понеже юда недостойен бяше предательскими у часа и верить из слава Христова преображение. Добрый воспеда Маскин Святый, гадательство Болгарского и гадательство от Гору, прочит, что недостойных всех поят. Возможно бяше того Господу, но, долго терпелив и покрывающих всех человеков грехи Саи и владыка Наш, не восходя обличать и недостоинство Его, ниже подать ему вину к большему злу, как уже Глаголит в Писании, не обличай злых, да не возненавидят Тебе. Ибо, аж Тебе и Господ поем, что всех оставил единого юду, а всех апостолов гнева и ненависти исполнил себе июда, имел бы и звет предательские злобы и своя Я, рекши, то Горадий предах Иисуса, понеже презираема и быхотного. Всицем нитфе офилакт Глаголя, аж те единого юду долу оставил бы и прочих же с собою поял бы, подобно бяше неким Глаголит, якобы се Горадий и Юда уязвиться сердцем и на предание владыки Своего позавидели Юда Триемо нема постолом на горо поятим, не позавиде, понеже знайше их на всеношную молитву шедчих, якоже Евангелис Лука написа. Поэмий Иисус Петра, Иоанна Иякова взайдена в горо помолитися. Юда желенився и, хотя же всю ночь под горою спать и почевать, ленивый, бойсонливый, не брыжет у полезних. Почтоже Господ, не более поят с собою учеников из булицы Писания во Второзаконии Глаголющее, приустех двою свидетелей и приустех Триех свидетелей станет всяк Глагол. Поэмий Бо Триеха Постолу, хоть аше поятеще и двоих пророков Моисея и Илью, да будут свидетели живыми мертвым, якобы Оонес Цейн Божий на спасении миру от Бога отца посланной, гласом свыше пришечим показанной, чесогов свидетельства и тегов мир пришествия, мертвым, владе, держимым, бывшим. Илья и Нохов ри, да скажет, Три же апостоли всем впод Небесную Живущим слава Его в преображении виденную, да проповедет Глаголющее. Видехом слава Его, славу Яко-единородного отца исполним благодати истины. Ипаки, неохистренным, обасним последовавше с казахом эти бывшие Величества Яонаго. Прям бы от Бога отца чести славу гласу пришечу, к нему таково от велелепнее славы, все есть цин мой возлюбленный, у нем же азблагоизволих. И сей глас мы и слышахом с небесей сошедшим, с ним на горе света и бывше. Довлееще Господи, висотворшимося в Своем на таворе преображении позор ангелом и человеком, да три токмо от живущих на земле Божественне Его слава и зрители и свидетели Ибо Ти три предучима Его лучший бяхо, па, че всех народов язык, понеж едино него праведник, честнейший ест па, че безчисленных грешников, ежи и древле взавете ветхом и зеви. Хотя бы могущество Владичества Своего острашите Царя Египетска гофараона, повелему и сей да предлецем фараоновым став сказует, яко послава Его к нему Бог, ест Бог Трех Человеков, Богов Рамов, Бог Исаков Ну, как у фараон, толи кумногих городов и толи кумногого Египетска народа Царь Боевый, Можаше острашите себе Бога, нарицающего себе Боити Трех, Токмо Человеку владыкою, и не стыдно ли Бе пред Царем Толь Великие земли сказавати Сие, яко послава Ему Исее Тремя токмо обладает. Непотребно ли бяше, да Боеву острашению, жестученного сердца фараонова, бестной и странами, обладает всеми по вселенной Царствой. Оба, че Господ не изволит тако, но токмо тремя рабами своими славите себе пред фараоном Хоте. По-что? Сего ради, яко Тие три угощающие Богу и Небесних Истоште, честнейши и сотворище пред Богом, па, че всех повсюду Царств и племена. Того ради глаголята постолнеста Эдитсе Симми Бог, Бог нарицатися и хакиба и глаголя. Твои фараоны гордишься о пространстве Царства Твоего, о множестве городов и бесчисленных народах, работающих Тебе. А Симмам три таковые раба и Моя, от них же ни единому равна, ест все Твое Царство. Бог ест сама в рамов и сааков и аковоленисты ждусья. Той золотуз цвета и рассуждая глаголит, вселеннее Бог не ста Эдитсе Трех, нарицатися Бог. И влепоту, сопротив усильнейши и бусу Цветии, не творя и волю Господню, нежели тьмы и беззаконников. Три апостоли к зрению слава и Господни на тавор пояшася и непотребно бяше болеет, понеже и тех небе достойный весь мир. Часоради Господней и них, коих трех поят, ток мусих, Петра, Якова и Иоанна. Золотуз цвета и по ним прочий довольна на Тот Вешташа. Мои же воспоминувшие три Богословские, без них же невозможно, кому видеть царствие Божие Добродетели, веру, надежду и любовь, речем. Того ради тех трех поят Господь Собою. Понеже вначале в них те три Добродетели имеехо бейти делом изявленной. Петре вера. То ибо первое всех исповедо бейти Христа сей на Бога Живаго, а потом речекнем Господь, молихся у Тебе, да не оскудет вера Твоя. Боякове надежда. То ибо в два на десяти апостолех первое имя надежды ради Израилива и под меч преклоните Свою главу. Воюан не же любовь. Эко то ибо первое и в любви Христовой пречистою же деве Богородицы сей на Речении. Чесо ради сей и три послежде от света Гопавла апостола в послании к галатом столпами на Речении Судьи. А зато у света и к тем столпами сие похваления преложи, велиции столпы и изряднии, их же все в суду обносят сиест похваляют, и надеждаю и любовью яко же столпы и утвердише первенствою, что и церковь Христову. Еште же в тех трех апостолех изобразовався три чина изряднищих угодников Божиих и же паче и них достойно сотворяют целицезрение Христова в славе Того небесной, чин Боголюбцев, чин Мучеников и чин Хранящих чистото целомудренну. В святом Петре без образования Боголюбцев посвидетельство о Нем золотовостого, паче и наих усерднее Христа любящие, а и, как Того временной жизни Христа любит, то ли, как от Него в жизни вечной люблен, или цезереньем Того наслаждаемый будет самому Господу, Голюшту, а с любящей Ме люблю. И паки, Любя имя возлюблен будет отцем моим, язв возлюблю его, и явлюсь ему сам. В святом Якове образовався чин Мучеников не то, чь у тех, и же кровь свою за Христа умирать и греху под Штация, распинающая плод свою со страстами и похотами. Имя Бото Яков толкуется за Пинатель и Либорец и попратель. Все же то безстрадальчество небоевает. Вся Кобу за Пина и врагу своему невидимому искушениями на него находящему, одолевай же и попирай страсти своя повседневнему мерствлением, есть Яко Яков, есть Мученик, аж те и без крови, есть Борец Силен. Ялико Боряй се претерпевает, за Пина и живе удолевает и попирает, толико со Христом, победителем и прославицей. В святом Иоанне Девственнице образ бящих ранящих чистоту плоти и духа, им же особное благодать пачий на их дейце та, ежезретиво славе Бога. Блажений речи чистие и сердцем, якобы Ти и Бога узрят. От собою на тавор к зрению слава и преображения Его, показуя Яко Хотя, и кто с ним вселятися в Небесном Царствии, или цезрение Его наслаждать и се должен Любовью, Богу Бойти Петер, Мученичество Мияков, чистотой и Же Иоанн. Всест подражать и должен посилия Своей Иогодником Божьим и же Бога возлюбиться тепле, и же Мученики, аж те и без крови повседневним самих себе мерствлением, чести соблюдо шося или покаяние мистинные и мучисти шося. Поемший Господь три ученики Своя на молитву, почту ненаравно и некое место отведе их, но нагорово и солко возведе. Того радий, да от удоли и земных, к Вайсоте Небесной и Приближивих, тем образом таинствие не всех получит, яко Хотящему сподобитися Небесних откровений сладьи и скатьи. Вси цеглоголят и офилакт. Нагорово и солко возводить их являя, яко аж те, кто не вознесет и от земных, недостоин бывает таковых зрений сподобитися. Добря получает Святая Апостол Глаголя, Выжние хищите, и дежест Христос, горнее мудроствуйте, а не земная, а може, живот ваше сокровеньеств в Бозе. В удоле ходяй, далече сущее видеть и не может, у вас шедче мой, далечайший, удобно видимо суть. По настоящее жизни всегда пекися, как разумеет будущее жизни благая. Нагороже Богомыслие восходяй, я же превыше небес суть, познавает, яке учима умом та видит. Ползающие по земли гады и живущие в земле животные не могут взирать и на Лучу Солнечную. Юм человеческий в земных суетствах углоблений никак уже может зреть и славу Христову, благодати Его осъяватись. Вознесил ум Твоего Человечи от земных к небесным, от настоящих к будущим, от пристрастия долнага к желанию горнему, тогда познаешь и коль благ Бог Израилев, коль сладостеньясти Иисус Латчайший, коль вожделенные с Любой Его и божественных Тобооткровений насладишься. Не на низку, но на высоко гору возведеученики Своя Господ, чесо ради, Бог Долюбил поучить их. Без труда Бо на высоту взойти невозможно. Высота горы и Богомысляя есть образ. Восшествие же на гору труда указание. Добро ум вперяд и в Бога, но и труда оставлять и не подобает, ибо добрые дела трудом снискиваются. Ум зрит Бога, трудже возводит к Богу зрению. Ум покаряется Христу, слушая звание Его, трудже и Рем Христов носит Богомысляя ослаждается умным Христа зрением. Трудолюбие же привлекает нас яочеса Христова. Веще рече Смирение Мой и Труд Мой видено, может быть, от Христа не меньше есть благо, как уже и видеть Его. Обоят Та, Богомысляя и трудолюбие, хотя ж дему достигнут и горных красот и наслаждений зело нужная суть, как уже птицы крилле. Не может птица у едином крилле во их добродетелей, на высоту совершенного спасения вознестися. Недественно Богомысляя без трудолюбного Жития и трудолюбие без Богомысляя немного пользуют. Двумя криллами всяка птица добрая летает. Двумя теми добродетелями трудолюбиями и Богомысляям всяк спасается на тavor мысли, на изрет и вечно слабо Божье восходит в начале, что трудолюбие, восходящие на гору высоко зреть и славу преображения Господня. И кто чает без труда сподоблен битей, ежезрением лица Божья, наслаждайтесь. Часу же ради возведения Господу, ченики Своя Единый, непоследствующим народу неже другим апостолом по них грядущим, но Единым Токмоим, восшедшим. Того ради, дастимо образу Моединение и безмолвие искать и мысли упражнятися и умным наслаждаться Боговидением. Единое возведение апостолу в троица на месту безмолвное, высота Богорэйто являшея как постельня, человеке не населяемо, да уединенным и безмолвствующим яснее откроется Господня слава. Не может бовмолвей имя теженародном откровен бейтикому Бог таку, якоже в уединенном безмолвии. Зрит или я пророк Бога умом своим стоя и молве с ним глаголитбо жив Господь ему же предстою, сиест телом Тебе, умом же предстою Богу Моему. Телесними учесей Тебе, умными жизрью Бога. Но несравненно я с ней зрит своего Господа, или я в безмолвии в горе кормил постельной уединендой и даже не умом токмоную очевидно божественных Его откровений и сладкие с ним беседы и сподобляйца. Может кто посреди житейских навсегда ум свой к Богу, но неяко в безмолвном уединении. В техбо о, коль многое препятствия в сих же тишина и покой. Но всю е сам Господь глаголит, упразднитеся, сиест, уединитеся от молва и разумеете, как о Азии я Бог. Познайте мне речи Богомысления и вашими умами, коль благоутробенье я, коль милосердие я, коль любезн я, и скоро обретатели не сам взыскующие меня. Познайте же меня и скоро обрящите, когда упразднитесь от Суеты и от молв уединитесь я. То, уведавши мнози, бежащу от многометежного мира в пустынные безмолвия и скитахуся в горах и пропастых земных, да единий-седийным общаятся Богом, наслаждающийся и голубезнишими желаниями, пустыннымбо, якоже воспевает дамаскин Святы, непрестанное божественное желание воевает миро-сущим Суетного Кроме. Ещё и всем таинства поищем, почтово звете Господу, ченики Своя не водни, но наставшие нощи. Того ради, ако ношту добнеша, ест пачет нег Богомысленно и молитве. Понежив не и вся вселенная мочит, к Сему же в нощине чтоже, ино от тех я, же суть впод небесной изриция, ток моедино небо звезда ми украшенную, и самую красотою Своя ее очи к себе влекущие. Вношти обок зрению Слава и Своя возведя постулы, да всех нас научит в Богомысленно и молитве, ничто же от земных умом рассмотряти, но ток моему внимати не бесним. Воспей ногда пророческий да вид предвозвещая, якобы божественных разумений имать человеку открытися. И кто и меж, и бейте учитель божественной и открывая и в немлем, ношт речи, ношти возвещает разум. Ношт в истину есть таков учитель, и же человеки в маловременной сеи жизни, аки в отменношной сущти, и сени смертней сидящие, разуму Божию получают глаголюшту Святому Кириллу. Аште возришена небоноштию, множеством звезд бесчисленные маки свящами сияющие, и рассмотришь и умом, и же весь день хожда хумолвище человеки, и в то ношное время спящен ни чим же разным от отмертвих. Все разум, которому получают ношт, получают разумето суету молвжитейских и держаем их, богопрогневательных дел и гнушатся ими. Все в поднебесней живущей ноштию суть Аки мертва, и вся видимость ноштной отмою боевают покровенно и аки погребенно, пресветлие палатой и красное здание суть Аки гробой, древеса изрядная, сады, вертограды, суть Аки некая страшилища, золото, серебро, камень и честное, и в умраце ношном ни чим же разумствует от меди и железа и простого каменья. Красота боечесность, тихня зриция, и ничто же от удольных ношти учесть человеческих у веселити может. Вся бы темна суть, сиремиопестренный, изращих на нео, чесало веселяющие, сде разум божественный, ибо боговгодный, и может получает нас ношт таинственну. Водинился и человечесый безмолвий на молитву с трудолюбным подвигом и начинающий восходить в ум на горо Богомыслия, положи предочасы твойми земная, яко ношт. Вся житейская красота временно веселяющая, да будет в тобою призираемая и гнушаемая, яко темная, никоего жу о веселении и муштая, ценю смирити покровенная. Едино токмо небесное ум твой да созерцает, и от края цете без света благодати Божия и исполнищеся радости духовни от сладкого Бого зрения. Коя же ради вины на таворской угору, а не на иную, кую возведе Господ своя ученики и витим преображения своего славу. Тавор, севрейского языка толкуется чертого чистота и света, на тавору, а не и на мову возведео них, да от самого того именувания известное подастучение всем, яко хоть ай слава и Господний зритель бытии, должен первее иметь и совесть свою, яко чертого чистота и достойные приатия, себе света благодати Божия. Воспоминем же, здесь древнейшее на таворе боевшее действие, истребите израильтени, варак предводитель израильский, взейде первое на тавор и собратам израильтеские войи и вооружився, устремисли оттуда на сопостатые и поразили весь пол к вражи и в конец, яко и самому сесаре погибнути. То древнее действие обнови Господ таинственно в своем преображении. Града и Боадского сесару победите первое на тавор взейде, для тому явленную божество силою, аки бронями вооружився, его устремиться и победить. В чесом и беседа беше на таворе, логолаше исход тего. Человек уже, хоть аштимо, одолеть и невидимого сопостата и попрати на водимую, оттого греховобную силу, все образ, да взойдет первое на тавор чистоте сердечнее, да очистит совесть свою покаяние истины, и преобразится от злагожить я в добродетельное, и обличеция в броня правдой, вооружия Божья, тогда вражу и удобно поперед силу. В США джегосподь на гору соученики своими, преобразися предними. То слово предними непросто от евангелистов написано есть, новоизъявление таинства сего. Яко не себе ради, преобразися Христос, просветив лице своя, как солнце, не требует босвет себе просвещения, никоего же помрачения в себе и мы, сей сияния, но ради нас преобразися, да просветит тму нашу и преобразит нас от рабов греха истиннее раба и своя, и оценов гнева в возлюбленные сейни Богу. Тобо все намерение Христово и намерение, конец бящей, ежесотворите нас чада Божья. Того ради воплотися от пречистия девы, того ради образом обретесе как у человека, такими рабскими образами, и не по работе нам, да погибший в нас образ Божий обновит, как уже все и нех, от чьи. Глаголише иногда мы и сейку Господу. Святыни Твоя Господи, и уже уготовасти Руце Твои. Вон мем всему. Уготовасти Руце Твои. Неглаголи Труце Человечести и повелением Твоим сотворишено Тей Сам Рукама Твоим, отродил сей сии. Все же речи изъявляя и попечения. Часобу Человека ради Господне Соделает и не делает. Человека ради Содела Небо и Землю, и моря, и реки, и все, я же в них и на них. Человека ради водни и вношти небесными светилами всю под Небесную просвещает. Человека ради дождит, урушает, снеги посилает. Человека ради насаждает, созидает, земледелец и вертоградер боевает, да ничем же Человек будет скуден. Рассуждает святый Кирилл Иерусалимский и Глаголит. Кому ж, до различен, боевает спаситель нашу употреблению, требующему веселья, боевает виноград, хотящему в нити и двери, желающему же принести своя к Богу молитвы, теме являются ходатые эрхерей. И паки, и муж, тем грехи, с утворяется огнец, да заклан будет за нас, и всем вся боевает, таком много различными образами и нам грешным служит владейка наш Глаголей, не придох да послужат мне, но да послужу им. И все нашего ради доброделет, не своих сиящья, но да приведет нас в познание непрестающих благодиания, его нам творимых, якуда на благодарение восставившеся, преобразимся от грешник в праведнике и от миролюбцев в Боголюбце. И для нас же ради, да известних сотворят нас, уготовано и нам небесной славе, и же преобразит тело смирения нашего, и, ако бытися ему, сообразно тело славе Его, вообще и всех воскресенье, и в бесконечном Тобо Царствии, еже уготово от сложения мира любящим Его. С ними же и всех нас да сподобит благодателец и зрения своего милосердиям, свим боки, владыка наш Христос, Человеку Любец, Нейни и Присну, и вовеки веков Вамин. Конец слова на проображении Господне. This recording is in the public domain. Жития святых, святители Дмитрия Рустовского. Месяц август, 7-й день. В память святагу преподобном ученика Дометия Персенина и двоучени кофе Го, redfliprevox.org. Все бяше во времена Великого Царя Константина, Персенин Родом, вербейст к христианстве, вере некий имуаром и христианином, и оставив отечество нечестие и сродники, поедет к греческим пределам кограду Несивия Нарицаемому, и в монастырь вшед прият святое крещение, и воиночийский облечесый образ, и всяк подвиг поснеческого жития прохождаще. Завистью же и наветом локава Гобеса возненавиден от бывших там омонахов, бежал оттуда и дойде в монастырь святых мученик Сергей Вакх, в Теодосе, в город, и последствую ваше житие Архимандрита Норовелла. В немже глаголите, как у 60 лет варенье невкуси, с нашим зелом мало приемляще и то не лежа, не сидя, но стоя, и нажезал свой возлигайо. Оттого Архимандрита поставлен в бейст вдяку на идометии приподобней, и даже уведая, как и в священство принудите Его Архимандрит хоштит, отйде оттуда и на некую гору пустынью и вошед, и всякая воздуха применения. Та же ввертепник и вшед прибываше совершает чудеса многое именем Христовым, подаяжебо исцеление приходящим к нему и отидольские прелести к вере Христовой приводящее. И даже прийде там у Юлианбого отступник и ажио святому веда, повелетого каменьем побити. Шече же послание и обретоша святаго отца с удвумя учениками и го в третий час дне, совершаю щапенье и нападча на них каменьем побише их и так усоверши течении жития своего боголгодного дометия и при подобии с двумя учениками своими. В той же день страдания святых мученик Марина война и астерия Синклитика от Евсевья Книги 7 и Никифора Книги 6 Собранной. В царство Валериана и сына Его Галиена с ареней частивых честен и добродетелен Единод Синклитик им. Мастерий благородим и богатством славе Ницарем Любезин верую христианин и жащий в лютое время в неже многое на христиане и гонения на лежаху благочестие Свои соблюдаши непорочну Его же верование во Христа яве Беоцсюду. В случае своему бывшую в странах Палестина и приетиво град нарецаемой Кисаре Филипова Божество нечестивих и долопоклонников обитавшую обойче бяше совершать некое скверное празднество при источнице от горы и панея сстекающим, откуда и ордану рецети штигла Голиция. В коем праздновании возлагаемо Бесу жертва творящеся невидима. Бесбо та можительство в Вши восхищащито жертво и невидимо творящею и маяхоослепленнее заблуждением люди Рабжи Христофа Стерии там оба и фитворимо и нечестивыми празднество Бесовское видев первое озаблуждение и душевно и слепоте прелищенного народа поболе сердцем. Та же очек небесиво зветь и руцевоздев помолиться сверою к Христу Богу да беса прелищающая народу дженето туду. Яби без сил и Божий и упрогнан Баист и преста то прелестное чудо в всеми яве, а не яко первое восхищаще и невидимо боеваше. Преставши уже тому чудеси преста и празднование, не начаше Бог тому люди и собираться таму. Таковера и молитва света Гуастерии учисти место Оно и от Бесовские скверни, страдати же Ему за Христа устроясь осмотрением Вышнего сице. В другой кесаре и нарицаемо и палестинской бенеки престовую и богатейший и добрыми делой. Той от своих свойственников прозивашеся на честные сотничества степен. Понеже тое место упразднись по кончине Бывшего Сотника. Ягда и меморин приятий Сан Той, Другие некто завиди Ему о Оном сани, себе же получите хотья, приступик судия Хеос имену Ему и уклеветам Марина, яко Христиане несть, и не хочет приносить жертвы Богом, и глаголаше, яко не подобает таковому по римскому закону на честные степен возводимо бейти. Судья Жавия призвав, и уверево просив, и отусте гослешив, яко Христиане несть, даде Ему время на три часа размыслить, что избрать Ему, животли или смерти. Тобо двое Ему предлежаше. Или жертву нечастивую сотворить и живо бейти, или ради Христова именем Теотекан, к Христову Исповеднику приступив поятегу за руку и веде в церковь, беседуя к нему полезно я. Ветже Его во Святе утарь, показаемо святое Евангелие, и указываю рукой на Евангельскую, иону, и книгу, и на меч воинский, им же Марин припоясан бейашей глагола. Избери от добрый и мужа от цих двоих вещей едино. Или меч сейносит и воинствовать и царю земному временну, посмерти живечно погибнуть, и воинить и царю небесному и заиме Его пресвятое в книге сей написанной, положить душу и царствовать с ним в бессмертную жизнь в бесконечные веки. Святей же Марин Аби и Деснецу к Святому Евангелию простре и соусердною Любовью Лобой Зафе, готова себе за Христа на смерть глагола шибойти. И речей Мой Пискуп. Прилепися обок Богу, Прилепися всею душею и отпустя Его рек, гряди Смирум. И дождь уже Марину Святому из церкви, проповедник при дверях приторных стоя на чабу Питии, призевая по имени Марина уже бы три часа приедуша. И пришет Святой Маринста предсудящими Дерзновение неже первое и споведа себе христиане на Быти, и прославлящая велегласно имя Иисус Христову, нечестие жидольские укорящие. Судья обоосудия Его на смерть в главной града Святой Мученик Марин во главу осечен байст. В час же посещение Его предстоящее та Мастерии Святой, Божьим построением, в то время во града Он и прийде. И, видев страдальческую кончину Марина Святого, сняз себе драгоценную дежду и просторонную по земле приячеснуя телу Мученикову и главу, и убив у дежду и Оною под Яна Раму свою и нес еще погребе честну. Того ради сам Венца нечестивий, мечем у цекошей мучесную главу и предстоякупно со Святым Марином Небесному Царю Христу в лице Святых Мучеников. Байше же сияв Царство Единого Галиена и же попогибели отца Своего Валерия на Царство Ваше Едина. Отец Байго за пролияние многие крови христианские гневом Божьим казнимой предадесив плен Саворий у Царю Персидскому набране, Силя Римстри от Персов побеждено и Байвшей, яд Байв жив Валерия и в Персиду заведен под ножем Бяше Саворию на Кунявсе Дайюштему и никак уже от пленения и ругательство Того ископлен Байти Можаше. Нехотяше бы Саворий за него сокровищь прибугатиших, довольствуюяся Тойу Славою, яко на Хребетии Войну наступает Царю Римскому. Так у Тому немало и время Цар Персидский ругавсе повелена большие поругания предвсем народом судрати с него кожу и солью солитие. Еште в жизни сей начав вечнее своя муки. Его же таковою погибели устрашен бейв сын Того Галиен и познав Той бейти Божий отмещение за кровь христианскую, нештадно проливаемую, даде заповед по всем странам области Римские, да перестанет гонения на христианой и епископи доуправляют церкви своя свободно. Но прежде даже прийти Той заповед и в Кисарию Палестинскую, умучени бейше за Христа Маринь Ястерии и в недоше в радость Господа Своего и нашего владейки Иисуса Христа, царствующего со Цеми Святым Духом. В той же день представление преподобного ора чернористца. В Тиве идет египетская страна, этиопии сопредельной, бефиночествующих мощудный ор именем, отец многих монастырей, если бейти под властью его число братий до тысячи, 90-летен сэй, броду и мэй и долго, седино и украшено, лицем и взором святел, самим видением честен и благолепен, яки нечтуб выше естества человеческого и мужчине. Той первый и вдальний и постоянно многое время один поживе, трудяся в постнических подвигах. Та же Божьим Повелением преселився близграда монастырострои и добраво всякого древа своими руками на саде каково и бяше древу. На саде же добраво того ради, да братие их же там уначас убирать не имут нужды и дров ради далечих улетий. Печаше себе не так молодушевном их спасении, но и от тех, ежесуть и житью на потребу, да ни в чем же скудни будут. Ягда сам вдальние и постоянные прежде живяше, едяше белье постоянно и коренье некое, и видях усеемо та сладка бейти, пьяше живоду, аж те, когда обреташию, в молених же непрестанных провождаше все одни иношки. Доспевшу же ему старости, ангел Господи, не висел в сонном видении глаголия. Будешь в язык велик, понеже мног народов верить висе, и многие тесище человеков наставивши на путь спасения, и ли ко всей жизни приобрещаешь к спасению, то ли ко в будущем сдовоздаяние приимеши. Не сомнись же, что же будь и имят недостат участвовать от тех, я же, житью человеческому суть потребная, на вся иметь и будешь, или, как бы, спросишь и от Бога. С яотангела, слышав старец, к селеньям человеческим приближе сей первой, малых, левину себе устроив, и зелья насадив, начажите, питаясь единим зельем, но и того мало вкушаше. Много ж да ибо в всю неделю единою приемляше пищу. Кник же частинь умеешь и прежде, в ближайшие места прийде. Дедя себе ему то и дар от Бога, и же разумеете писание, и когда принеси найму бест от братья книга, он разгнув ее на чащести, а кибой из давной научи висия. Прежде и на бессе и власти, мнози от бессновавшихся в леком и к нему боеваху, аж те, нехотящие, извоплен вели им и звезду ваху та, я же, преподобнее, в тайне творящей богоугодной дела, и найапремного благодатию Христовую. И на чаше приходите к нему мнози и не в долгом времени бесс немало иночествующих собраний, им же он наставник и учитель бящей. Обычай же ему, бы не прежде вкусить и плотские пищи, но первое духовнее приобщитеся. Ибо первое причащася божественных таинств пречистого тела и крови Христовой. Та же к трапезии Диаши всегда же получаше братья об огодохновенные мысли и доше полезными повестни. Единую поведа на полюзу братья Сие. Виде хрече некоего мужа в пустейне иже три лета ни чесо же вкуси отземных. Ангел Богосподин приношаше ему в третий день небесную пищу и та оному не токму снедину и вместо пяти оба и ваше. И паки, тем таковаво иноцих человек как не мужа приедуше бесси в подобии небесних воинств и чиновангельских, колесницу огненную показающе якобы царя некоего со славой приходящта. И глагола же зримает той царь ко инокуоному. Вся исполнилась и добродетель очеловече. Прочее подобай тити да поклонишься мне, а с жеякою илию огненную колесницу тя возму и вознесут здешних. Иногда же то и слышав таковые глаголы и речеву уме своем. Что сие есть? И же есть царь мой поклоняющая? Я щебо и сей ней не зримый был царь мой, то не требовал бы и от мене поклонения, ведь и мне всегда ему кланяющася. Та же отвеча к зримому. А сима моего царя и мужа повседни непрестанно поклоняющаяся, тей же не си мой царь. Я бие все бесси с царем свой ими согненную колесницу исчезошая. Вся святая орсказыва ше братья маки воином, некоем повествуя, многие же от них ведехо добре, еко само он бяше той и мужа та деяхуся. Беже сей преподобний отец зело любезен и милостив ко всем, екда который брат прихождаше к нему, хоть я принем жительствовати, тому воедин денсу зидаше келию. Созвавшибо братью, Эмляше сидела и всему поспешаствовах у сосредним чтаньем. Овий ношах у каменье, овий жебренье, овий воду, овий и древеса и к вечеру совершашеся келия, и уже пришедшему брату Дав, Абия во всех к житию потребах довольствия творящей тому. Бог благодниго своему все, элика, требовавше поселаше и зубильно. Осень преподобному цепу вествует сей и сей. Яко бывше ему ешьте с единим токму учеником и некоей голета приспевшую пресветло мотри дневному воскресень и христова празднику, речей ему ученики го. Глагола старец. Эй, Чадо, а забых, яко Пасха Нейни. И из шеддий скеллиста под небом и простыр руце свояк небесисто, яще так у три дни не движу, весом имея вперен в бози. По третьим житни пришедку ученику речи. Все, Чадо, посилимо и праздновах Пасху. Глагола ему ученик. Что с ним сотворилось Яву? И речи стояли, Чадо, то праздники с Ти Пасхом на худоумегом уме и мире Сегом ему ходит, Яко же Израиль море не мокрыми ногами и с Богом да соединиться. Глагола же и сеученику своему. Инок бегает из римых вещей Приближается невещественному Богу, Собирая же себе вещти, Отлучается и от невещественного. Игда же бы и става многим Братьем, ведаше прозорливо Коего живет, Игда же бы и става многим Ведаше прозорливо, Коего ж до житей деланье Втайне творимое. В одино время брат некий странный, Лживий Инок, Грядей к преподобному, Скрей негде своё одежды И пришетко отсупало наг, Просяшу от него одеяния. Отец Жаабия перед всеми обличил Жоего И сокровеннее того одежды Насредо принесе. И бысть страх на всех братьях о том, Яко безвестный и тайный Прозорливый, И никто же, когда разащит, что солгат И перед ним, Или где особо нелепое, что творит и, Яко вся тому открываемо от Бога бяху. Не так, может, от иночествующих, Но и от мирских людей множество Много и не истины, И спасения, путь наставив. Все отец преподобный, Представиться ко Господу Невестни обители, И причтеться ли ко Великих Отец преподобних, Предстоящих престолу отца И слава вовеки. Всего преподобного ора Воспоминает Святый теодр-студит В Триодии постной, В субботу сырную, В каноне наутренней, в песне 6-й. Месяц у словах Киевских и Львовских, Все один положена память Святой царицы Пульхерии. Мои жатуя житие положих У месяца септемврия в 10-й день. В той же день, Житие преподобного отца Нашего пимина многоболезненного. Облаженном всем пимине Слово вземше, На исповедание снадем крепкого его страдания, Довема и как у соблагодарениям Имам и болезни трепети доблественно, И как у сила Божия в немощах Совершается. Всей обоблажении пимен Болен родился на свет, Болен и возрасте, И сято лесно и болезн, Места в нем душевне не даде, Чист бы от всякого порока баст, И от отроба и матер Ха. Много жды и жемоляши родителей своих До даду-тегов монастыр Пострищися воиноческий образ. Но те и аки, чадолюбцы, И хотящие го по своим житие Наследника иметь и возбранняху ему. Единую же, Богу лучшу, Предзревшу, Из неможе блажений па Чемерий И уже в отчаянии живота Б. Тогда и не волею, Принождений принесоша Его родители в Печерский монастыр, Просящие живущих в нем Да и целеет от недуга. При подобной жизни И отце и много потрудившеся в молитвах, Ничто же пользу ваше болящему, Того бы молитва преодолеваше всех. Занесам себе Не просящего Господа здравия, Но па Че приложения болезни, Та никаку здравбыв, Исторжен будет родителями Своими от монастыря И не получит желаемого. Оба Чи отцу и матер И приседящими ему Безело облажений Иначе молите себе Богу Прилежно исполнить желание Его Ими же сам весть судьбами. И себе во единоношд Спящим родителими Его и рабом В недошек немо Ангели светли И ни и в образе юнош-красних И ни и в образе и гумина и брат И носящие в руках свящей Та же Евангелия в Ласиницу Мантио, Куколе и вся Я же суть на потребу пострижения И глаголах у Тому. Хочешь или да пострижемтия Блажение же с радостью от вещта Эй, хошту! Господ посла вас, Господи и Мои Молю и исполните желание Сердце Моего. Вниже Апия начаша Его просить Творить и вся порядка Я же пишут себе в оставе Иноческого пострижения. И тако постригоша Его в Великий Ангелийский образ Облегшая Его в Мантио и Куколь Пименом же Того на Рикоша. Давше же пообычаю Свещу горящую Рикоша. Еште же и про Рикоша Ему страдания и болезни всегда Получение же здравия Знаменим битей смерти. Та же совершивши вся Целоваша Его и отойдешь в Церковь Земше в Лосе и Его в Убрус Я же положише на гробе Преподобного Теодосия. Братья же близущий И в Келлиях, Своих слышавших Глаз пения, Возбудише прочих Окрест Себе Невше яко и гумен с некоторыми И все купно приедуше в Келлию Той даже блажений лежаше. Обрата, что же там у всех спящих От Цажей Гой Матери и Рыбов Их же возбудише и благоухание Исполнише все. Болящего же видишь радости И веселья исполнена И оболчена воинническую одежду. Вопросише обутого братья Кем бустрижени си И кое ма и пения слышахом сде И гоже родители Твои у Тебе Бывше не слыша. Яко и гумен пришет с братьей И обострежеме и пименами на речи. Ти оба и пения пояхуя Жива и слыша с ней свещу Мне сию и уже видите, Даша рекше. Яко имат до четыридесяти дни Иноштей непрестанно горети. Влассише Мои вземше в обрус И доше с ними в церковь. Сия слышавше братья И доше объект церкви И обретошат Тою заключено. Тем же Возбудише по номере И попросише их Входил ли кто в церковь По па вечерней молитве? Униже отвечаше, Яко никто же входил Ибо и ключи у эклесиарха сокровенные суть. Возбужден же поистие эклесиархи Вземше ключи, Их же никому же той дайаши, Ниже вхождаше с ними сам. Внедошив церковь И се обретоша на гробе Преподобно готеодосе И лежащие в обрусе власси. Тогда возвестише и гумено всем. Яко кто бы и блаженного Сого пимина постригал. Но не обрети, Ток-мо всем разумно бейзть, Яко промыселся и свыше беот Бога Через ангел и его святые. Рассуждаху оба доброй и гуменже И братья у бывшим челеси, Аж те в бенице то и блаженного У вуставной и постряжении. Но пониже свидетельство Имеюше известно, Ягда по словесе Его И церкви заключенной и бывшей И свящей довольной одиногодной Горенью четыридесят дней Наштейне угасая горе, Тем же к тому постряжение Не сотворише ему нарекоша. Довлет и братья пимины От Бога дарований образ И наречено и имя. Оба черцы нам, Вопросе Его и гумен с книгами Постряжение пришед, Каковы б иша постригшитья. И не оставишь ли, Часо написанного в книгах всех. Блаженнее же пимин, По проречению, Теи сам со всей убратьей Сему пришедствую Отворилась и умне сия, Я же написана суть в книгах всех. Еште же к тому, Рекол мне и сия, Яко подобает мне Пострадать и в болезни весь живот, Якда будите сход мой, Токда здравие подастце мне, Яко своими руками И свой Одр смертный понести в узмогу. Но молиум не отча святый, Не подаст мне господь терпения. Пострикших иго Лежаща много лет в болезни тяжко и зело и мерзкой, Яко гнушатися ему и служащий, Межемного ж да оставляк у того гладный Жадна на два или на три дни. Он же с радостью вся терпящее И Бога всем благодарящее. Случася же некогда, Яко им так уж дебольней Принесен бест в Печерский монастырь и пострижен. Братеже устроенный и на служение Больнеем земше и сего Внесу шек блаженному пимену, До обоим купно и равно послужат. Оба чене брижения и мущея Таковой службе взабейте обоих повергоша Яко из немощи больным от безводия. Тогда блаженний пимен Другому болящему речи. Брате, понеже служащий И нам гнушаются смрада Ради боевающего от нас, Та и обо, аж те восстабил Бейте господь. Котел ли бы если прибейте в службе сей? Больней же обещася Блаженному, яко до смерти Жил бы и речи болящим. Блаженний же пимен речи туму. Сей господ у тем лет болезн твой оттебе И к тому здрався и сполни обещание твое Служам не и подобным не. На нерадивой же службе сей наведет господь Болезн лютою, да так у наказаний Бывше с пасуция. И то обе восстабильней И нача служить ему, А она и нерадивая и невосхотевшая Служите больным объяв сяний дух Пословясь и блаженного. Из целебежи от недуга брат мало послужи, Но и той потом служив себе смара Да ради оклонись и от пимена И остави его алочной и жадна. Сам же шед ляжет и на их рамине. И сев не запуне духу, Гнем разжей его, И не моги и в остатии через три дни Не стерпе жажде и водния, И нача вопитие, Помилуйте мне господа ради, Себу умираю от жажды. Братья же слышавше в другой кели И, видевше недугому, держи молюте, Возвестишую о нем блаженному пимену, Рекше, как у брат служает и умирает. Блаженний же пимен, речи. Ежаще сед человек, то и познет. Понежо остави мне гладная и жажда, Се и сам вусприя сулга в Богу И мою худость призрев. Оба че, яко учимие смыни Воздаять изла за зло, Шед черците ему, Зоветите пимен, Вустав прийди к нему. Ек даже прише, че изглаголаша ему сие, Туда больные аби и здравбысть И вустав сам прийдет к блаженному, Никим же водим. Блаженний же увештатого довольности Цеглаголя. Маловерие, се здравь си, К тому паки не согрешай. Не веселее, как у равном сдуем, И будут более и служать тому, Терпение бы у богих не погиб не до конца, Но им же здесь есть скорби тога И даже недуг в мале, Тем будет радость и веселье там, Болезнь, непечальный воздыхание, Но жизнь бесконечная. И того ради брата Асра, Че сия терплю. Бог же, и жете бемною из цели От недуга твоего, То и можете меня не вуставить И от удара сего, и не может Мой у изцелить. Но, ас нехож ту, Претерпевий и буду конца, Реча Господь, то и спасен будет. У нем есть в жизни сей Всему согнити, Да воно и плоть муя будет Незречен на го исполню сия. Добро есть братья церковное предстояние В светлом и чистом и при святом местах И дежесу ангельскими невидимосилами Песен во силах и Богу. Зело благоугодно и благоприятно. Церковь во небо земной Нарицаяця, и стоящий в ней На небесе стоят имняция. Что же сия темна и смрадная Храмина, не прежде ли суда суд, И прежде бесконечнее муки-мука. Обаче с благодарением С детерпия и достойный глаголит, Втерпя потерпех Господа и внятми. Всяцевых утешая и апостол речи, Аж те наказания и терпите, Як уже сыновому бретая Циван Бог, Аж те ли без наказания ести, Обу прелюбудейчести ести, а не сынове. Прочее, сам Господь вештывает Нас, братья глаголя, В терпении вашим стежите души ваша. Всяцевым увештанием Добрый брат наказан от блаженного, Оттолень отступаше служа ему. Доблественниже страдалицы, праведного Юва истины И подражатель Пимен Святой, Беспространно благодаря Бога Лежаше в устрадании своем двадцать лет. Та же преспе время представления Его, Ибо ист знамение в Печерской монастире. И вишеся три столпа огнени И в нощи над трапезою, И оттуда наверх церкве приедуше. Вездже Господь, Кою вешт знамение то сказываше. Ба, че сей истина б, Як утворяя ангелы своя дух Служи своя пламена огненный, Бог в тройце, уже прислал ангел в своих Подушу многоболезненного Пимена, Аки Полазареву. В той будин вне запу здрав бис многоболезненный И поведаше, приспевший свой исход, Як уже прорекошу, постригший Его. В оставу обхождаше вся келли И поклоняяся всеми прощения пруся. Болящим же братьям Глагола, Братья и Друзимой, В оставше проводит имя, Ябия, Словом Его, Отступи болезнен от них и здрави, Бывше и доше с ним. Он же вшет в церковь, Причастись божественных тайна. И посемь покребательнее все модерне Сегу, никим же напутнаставлен к Пештере, В неже Николише Б, И Николижея, в виде отрождения Своего. Шеджи в Пештеру, поклоняйся Гробу, Преподобного Антонии, Показа место на Нем же положен бы эти Хутяши. Та же тайно причудно открой, Гроба и Братья там облезлежащих. Сдерече два брата, Положисти в сие лето, Единого безхимый, другого же в схиме. Его же оба, положисти безхимый, Того обращайте в схиме, Хоте бомного ж, Да и пострищися в Нюну, Не брежем бы, Оба, че дела образу Тому, Достойна показа, Исего ради посмерти, Дроваемого спод схиму. Другого же брата, Его же положисти в схиме, Идала достойна показа, Ино так оглагола, Аште увидите мне отходяще от жития, Сегой и уже умирающая, Тогда пострижете мне в схиму. Непоминуже, Рекше го, Не мерит ве и восхвалит те Господи, Ни же все нисходящие ввод, Но мы и живе и благословим Господа. Исего ради от яси от него Сия схимническая благодать, Идана есть показавшему, Дала достойна. Имуште мобо, добрая дела, Везде дано будет и произбудет. Третий от многих лет, Сдерече положение ст брат, И сей вес из тле, Но схима и гонет лена прибывает. В людьце боему на обличении и осуждении, Яко не достойна образу Схимническому дала стежа. За невленность и вдалек грешних Сежит ее своей препроводи, Непоминая Рекше го, И может дано будет много, Много взаищаться от него. Пострижение б у схимнической Ничто же пользует таковым, От избавляющих от мук. Сью тайно преподобний отец, На шпиме надкрыв Речек Братии, Се приедуше по стригшими, Поятими хотящими. Я бие поглаголих тех, Возле Куспел Господе. Братие же с великою честью Положише его на показанном От него мести в пещтере. Откопавши же гробы, У них же откровение сказа, Обретуше пословиси святагу Трех черно-рисцев, Два нового мерша, Сого схима снятаба, Истиво злужена на другого, Их же положен без химы. Третьего же древли, Обретуше всего из тлевша, Схима же его одина беша цела. И много удивишеся неизреченному Суду Божью, Экото его здаст, Кому ж до поделом Иго. И може слава честь и держава Подобает, На инии пристно и в веке веков, Амин. Конец жизни святых