 Здравствуйте, друзья! В студии я Василий Пархатюк, пастер церкви Хангри Джон Рейшин. Это именно присвоено настоящее наше имя нашей церкви Good News Church. Это именно дано нам по причине, когда мы были еще очень маленькими, и мы были очень громкими и надоедали нашими молитвами, и постами, и свидетельствами, и всякой рекламой. Мы молились где-то только на мостах, внизу и на горе, и в самолете, смотря разбрасывая пригласительные, и нас прозвали голодная генерация. И на сегодняшний день это имя мы и себе присвоили. В нашей церкви проповедовал и служил библейской школе для нас очень важный, интересный человек, известный украинскому, славянскому, русскому миру, человек, которого мы любим и уважаем, Джордж Дабидюк. Сегодня мы пригласили его, чтобы он поделился некоторыми мыслями, и мы очень хотели бы спросить его ряд вопросов, потому welcome, как мы говорим по-английски, приглашаем этого драгоценного человека, брата Вахристи, Джорджа Дабидюка. Дякую ему. Он разговаривает по-украински, это будет и для русских, и для украинцев очень близкий разговор. Большое спасибо. Будет ласка. Джордж, хочу очень искренне выразить благодарность тебе за твоё participation, твоё участие, как ты проповедывала, что твой отец сказал, что ты есть дар от Бога для твоего отца, но это намного большее. Ты есть дар для всего славянского народа, который проживает там, по советском пространстве, и это то же самое здесь в Америке. Слава Богу. Большое спасибо. Слава Богу. Мы выражаем тебе благодарность. Джордж, ты участвовал в нелёгком периоде времени для славян, когда ещё была Железная Зановесть, и участвовал как помочь иммигрантам проехать в Америку, и как только двери открылись там, то ты как гледокол-пионер своей группой разбивал эти льдины на сценах, на улицах, на площадях. Голос ваш звучал. Это большое воспоминание, большая история. Слава Богу. Теперь, когда мы в Америке, ты очень важная личность для нас славян. Важно тем, что мы новые в Америке, а ты родился в Америке. И Бог дал такой дар для нас тебя, что ты здесь для нас как вожак. Помогает быстро вместить, монтировать нас в американскую жизнь. Большое спасибо. Ты согласился приехать к нам в церковь Hungry Generation? Твое впечатление. Я чувствую тепло твоей гостоприимности. Мне очень понравился молодой пастер Влад Савчук. Ревнестный, голодный духовного, правильный название, голодная поколение. Я чувствую ридность между нами и церковью, и с молодыми людьми. И есть люди, что не славянского народа. Мне очень приятно видеть, что двери вашей церкви открылись всем людям. И вы принимаете людей с нуждами, с потребами. Люди, которые, возможно, далеко были от Бога. И вы показали любовь Божьего до них. И вы это сделали в Реднем Мове Державе, в ангельской мове. Хотя в начале церкви славянских были первые члены. А теперь вы приняли другие народности, и они складывают эту вашу церковь. Мы очень об этом нуждались и молились, просили Бога. И когда приходили первые американцы, они были гостей у нас. А теперь мы гости у них. Это бывает. Это такая неприятная приятность, как будто свой такой был очаг. Маленький, небольшой. И мы привыкли друг к другу. А теперь мы ходим в нашей церкви. Кругом незнакомые люди. Но они приняли Иисуса Христа и Бог спас их. Как библейская школа? Вы знаете, что студенты из разных Штатах, они прибули и хотят быть на этом месте. И сегодня рано в понедельник, когда я выкладывал урок, они очень, как голодный дед, принимали эти слова. От самого господа. Так что мне было очень легко выкладывать эти уроки. На английском? На английском. Безумовно. Больше из них они не есть славянского. Хорошо. Вопрос, который мы хотели бы тебе задать, как личности, которая связывает на славянский, через которые мы много выходим на американскую культуру, на разные министры. Это вопрос, который меня как пастро беспокоил, когда я эмигрировал в Америку. Что я буду делать, когда приеду в Америку? Как я буду служить? Могу ли я реализовать себя как служитель для спасения людей? Вчера ты сказал такую одну важную мысль о спасении. И меня эта мысль очень сильно обеспокоит. Что живой тогда, когда он даёт признаки жизни. В сапте? Спасённый, когда спасает. Только спасённый может спасать. Иначе он не может. Если он сам не спасённый, он не может спасать. Потому спасённый спасает. Это же правда, что сейчас кличком и другой мир, и нет уже перехода с одного места в другое. Как наша славянская генерация, нация, которая пребывала в Америку, может послужить спасению людей? Мы маем разумеетесь, что церква, которая складывается от иммигрантов с чужой культурой, с чужой умовой, или российской, или украинской, или румынской, или млдавской, или белорусской, они иммигранты на чужие, не родители в Америке. Это разумеет речь. Разумеется, что они будут продолжать свои забрания, свою езу, встречи, спевающие эти песни в Риде своемове, или на российский, или украинский, и так далее. Но церква иммигрантского Америки, или в Немечении, или в Англии, или в Канаде, или в Аргентине, где я наведывал, она есть в транзиту. Это то, она залишила вокзальную станцию в Киеве, в Ривному, в Львове, в Москве, и направляется в outro вокзал, еще не сдубивающий туда, еще не доехали, но в дороге. Но транзит. Транзит. Повинен закончились. Ну, и певный день, что уже дети народятся в чужой краине. Не только дети, а внуки, как у меня уже мои внуки, уже пятые поколения родители на заходе. Я взял дружину с Канадой, батьки родились в Канаде, и один дядя родился в Канаде, а другие из Украины, они все из Украинской поколения. Так что мои дети, я, моя дружина, наши поколения все из Украинской поколения. Чисто. Но когда моя дружина третая поколение, то между нами, родная мова, не украинская, а английская. Она родилась в Канаде, я родная в Америке, нам легче разговаривать о том, что мы вышли в школу. Наши дети так само разговаривают на английском. Они не так вильно разговаривают на украинском, к сожалению. А внуки будут знать где-то слово. Вареник, сметана, хоть паска, но они все переходят на английском. Или поздно славянская культура переходит по вона на чужой жене. В Немеченнице процесс уже відбувся. Джордж, таких экземпляров, как ты, очень мало. Я выне так. Я выне так подумал, что Бог покликал меня из Америки, из Америки, будь этим Йосипом подать пшеницу, это хлебжитя, библии, слово Боже, песни, альбомы, пластинки. Людям, которые не имели в загадке. Я что взял под внимание? Если взять, я переключаюсь с тобой разговаривать на украинском. Хочу, чтобы русские не могли понимать так. Большинство наших детей 10, 15, 18 лет они уже не разговаривают. В общем-то, они не разговаривают по русским-украинским языкам. Они только понимают отчасти. И домашним? Домашним. И большинство из них они полностью участники в американской жизни. В спорте, у коллджи, политика, бизнес, образование. Читают кино, слушают музыку. Все абсолютно. Они участники американской жизни. Как сделать так, чтобы наши церкви помогли нашим детям, чтобы наши дети стали ловцами человеческих душ. Спасали людей, потому что Америка нуждается спасением. Я думаю, что тут две цели. Одна цель, и она не протеллежная. Одна цель можно зрозуметь, что чем можно сберегти славянскую культуру, мову, учить русскую мову по субботам. Это я перехожу 5 лет. Другая, миссийные подружи в Украину, в Белоруссию, в Сибирь. Это также поднимает видение наших славянских молодых, которые думают про миссийную работу. А теперь ваше питание вертается в домашнюю нашу сферу, где мы живем. И тогда, рано или поздно, мы должны открыть двери нашей церкви, не только для славян. Потому что Бог не только спасает славян, а всех людей. И вы знаете, что уже дети моей и внуки моей они не будут вживаться в украинскую мову, чтобы спасать людей, то они перейдут и перешли на английскую мову. И это зрозумелая речь. Это натуральная речь. Факт, который сегодня уже присутствует, уже мы не можем это опровергнуть и остановить. Славянские молодые семьи идут в американские церкви. Тогда, когда наши славянские дети, они очень-очень смарт, очень умные. И очень здебные. Они могут идти библейские школы, открывать церкви. Они могут участвовать в духовной жизни. Они могут их убить. Ну, тут есть пару вариантов. Один вариант, который мы практиковали в церкви Юниен-Кол, я был в Пастаре 1982-1992 мы всегда использовали переклад с украинским на английском. Это мы сделали параллельно не через наушники, но напрямую. Человек стоит, билля меня, я проповеду на русском языке, и меня перекладали на английском языке. Так что мы не губили не старших людей и не молодших людей. На зибренье молодежных я переходил на английский и меня перекладали на украинский язык для старших, которые пришли на молодежные зибрики. Теперь можно сделать другой поток, что один поток на английский язык, другой поток, может быть на славянский язык, российский, украинский. Это другой вариант. А третий, что он может просто открыть церковь, что полностью англомовно под названием украинской церкви или славянской церкви, но дать имя, что запрошают все. Теперь церковь, где я был в пастаре, они перешли полностью на английский язык, и зараз бы не сменили имя в украинском языке. Американцы теперь не могут заходить в церковь, потому, когда они увидели слово «украинский», ага, это для украинских, это для нас, и они не заходили в церковь. Так что это критичный процесс. Его не нужно скорить, и его не можно задержать. Он идёт своим ходом, так как по тях. Он идёт по своим путём. Но если кто-то показывает путь и делает, мотивирует и это очень важно, чтобы не потерять поручение, которое было дало. Я скидываю, я скидываю. Если не мотивировать, если как-то к спасению относится, потому что есть церкви, где годами. А метод церквы залежит под пастара кто-то его помощники. Дать ей возможность працювать. Можем ли мы сказать, наше время уходит, можем ли мы инициировать, побуждать постырей, говорить в нашем случае. Наша церковь открылась с домашней группы. Мы не были ни какой церкви. Наша церковь открылась по прочуству моей матери. Моя мать, ей 82 года, она в Иоаннской церкви. И она не епископ и не пастер, и не пророк. Но вот сердце, которое спасено, оно стремится и исчерпует любую возможность, чтобы спасти. И она просто так говорила. Мне говорила, сынок, ты у меня один старший сын в моей семье, и ты один пастер. Я постараюсь привести как моих детей к тебе. Открывай церковь. Люди будут у тебя спать. Она провожала меня так миссионером в Россию. И вот здесь и что моя мать потеряла? Она ничего не потеряла. Вот ей она здоровая женщина. Рассудительная женщина полная здоровья. Она присутствует каждого собрания и она говорит, я вижу то, о чем всю мою жизнь я молилась, чтобы мои сыновья, мои внуки, мои бралнуки служили. И когда она видит, ты пропвела вчера, на первом собрании вышло 4 человека на покаяние. На втором собрании на втором фотоке вышли люди на покаяние. Это мать моя смотрит, но она радуется тем вещам, что происходит, когда каждое служение выходит на покаяние новой люди. Какое может быть еще больше счастья, радость? Я святник. И когда старшие люди этого разумеют, как ваша мама, то они позволяют молодам брать больше участь в свои мови и тогда открывать двери церкви, и это очень чудоварищ. Вот мы хотим сказать вам, друзья, кто слушает и смотрит нас, что это не правда, что старшее поколение оно против спасения. Что старшее поколение оно не хочет, чтобы люди спасались. Просто нужно найти правильный подход и место в нашей церкви. Для всех есть место. Чтобы стать ченом нашей церкви, люди проходят чем и специальные уроки. И мы нашли статистику, что из церкви уходят люди во всем мире большей степенью по той причине, что они не задействованы. Им не нашли применение. Наши дедушки, славяне, наши родители здесь в Америке, они не лишние для пробуждения. Они не лишние для спасения местного населения. Они, как двигатель, мы имеем молитвенные ходотаственные группы. Мы приносим туда им нужды. Они собираются и молятся. Там спою свою. Молитвенные. И когда они молятся, и в воскресенье они увидели, Джордж приехал и сказал, пробовать вышли люди на покаяние. Вот наша молитва. Ресультат. Тогда в церквях годами люди не каются. Я тебе, ты мне проповедуй, проповедуй. Жаль, право. Тогда, как будто они чувствуют, что мы напрасно живем. Это как семья, что детейна рода. Потому в беседе с тобой как очень с важной фигурой личностью среди амигрантов мы пожелали бы кто нас слушает. Чтобы то, что у нас получилось. Получается. Мы не говорим, друзья, о фантазии недостижимой. Это правда. У нас сейчас два потока в церкви. Мы ожидаем, что будет третий поток. Вот скоро будет третий поток. И люди просто приходят. Ячеечная работа. Настроены все сужения. И пожилые люди наши дедушки и матери не лишние. Они как раз то, чего нам не хватает. Я хоть и без вернутых до нашей друзья, которые слушают нас, постарые слушатели старшего веку. Я знаю, что вид до света смогла и после него церковь обрала. А церковь мне обрала старший пастер в церкви в июне в 10 лет. А то раздавал работу молодым людям. Он на рану пропудовал, но он сказал нам молодым пропудовать на вечер. Готовал нас. Дал нам możliвости. Открывал разные виды. Посылал нас на миссийные подружи. Селил в наших сердцах любовно наших людей. Мы не откидаем родному, не откидаем родность, но добавляем до этого люди, которые потребуют спасение от Бога. И включаем молодые поколения в работе, даже те, которые уже не разумеляют на родном, на украинском, на русском. Он открыл возможность для радиопередачи. Мы тут имали студию в церкви, и послали, что вы так часто слушаете. Так что любовь до миссии очень важная. Любовь до працей в церкви очень важная. Дозволить виду молодых работать очень важная. Раздавать работу, дать им владу, но под вашей пикой. Но так, чтобы молодость могла развиваться. И вы знаете, что в конце объявления, что с каждого народу придут люди. И с каждым пламентом, с каждого языка будут слава Господи Бога, у Суи Риди. Хочу обратиться, друзья, скажите передайте в ваших церквях, что это не правда, что люди не будут приходить на покаяние. Это не правда, что люди сегодня не хотят Бога. Это не правда, что люди не хотят спасения. Люди идут сегодня американцы в такие сложные религии, где спасение зарабатывается. И они идут, чтобы заработать спасение своими свитки, свитки Йовы, Морбоны. Там нужно заработать спасение. И люди так хотят, идут туда. Тогда, когда они идут к Богу, тогда, когда в нашей вере Бог к нам пришел. И только по той причине, что церковь не представляет альтернативы громкой, яркой, разработанной системы. Люди приходят. Это вот, мы просто говорим то, что происходит на церкви. У меня нет хорошего английского языка, я не проповедую. Я уступил, не проповедую уже несколько лет. Я веду церков, но проповедую наши молодые. И для меня просто радость видеть то, что приходят люди и жизнь меняется. Потому Мессис Джорджин с этим драгоценным человеком, на котором можно верить. Боговый, каждый верит. Это уже годами доказано. Мы говорим, что это драгоценное молодое поколение нашей дети. Друзья, сделайте их проповедниками. Сделайте им служителями. Вы увидите, какая жатва придет. Это вечное спасение. Это еще мир, где мы живем, где наши школы, где наши дети. Куда садом врывается целым потоком. И где больше христиан, там больше защиты. Там безопасность. Хорошо, заканчивая нашу передачу, время наше выходит. Джорджин, как всегда, ты первый, сделай молитву за нас, прибывших на землю еще не освоенную, которую мы осваиваем. Чтобы Бог повел нашу семью, нашу церковь, нашу жизнь здесь в этой стране. Боже Лоскаве, мы нагадываем твое слово, Псалом Другий. Ты сказал для Иисуса Христа, твой сын, проси у меня, я дам народу на твою спадщину. Это ему было зверно. Но мы так уж верим, что ты включаешь нас на просьбу. И ты скажи до меня, особиста Джорджа, проси у меня и я дам тебе народу на спадщину твою для славы Иисуса Христа. Я прошу тебе, Боже, дай нам наши мистевые мистя, как Паско Уашингтон, как Портлен Орегон, как Сиатл Вашингтон, как Сакраменто-Калифорния, как Озарк и Спрингфилд Мезурий, как Атланта-Джорджа, как Нью-Йорк, Нью-Дьерси, Флорида, Боже, Медисота, Идаго, Монтана Господи, помилуй нашу Америку, помилуй Господи, ты бачишь, как грех растет, прости, Боже, что мы допустили таки грех народа Господи, что дьявол так обманул людей за гендер, за борт, Боже, и кроме невинолеции Господи, и кличи до Тебе в небо о Боже, прости, прости и поднимай молодых проповедники, поднимай молодых працівников, поднимай пророки, евангелистов, читалев, миссионеры Господи, не только на чужих землях, но поднимай их и в нашей Америке, и в Канаде, Боже, в Мексико. Господи, спаси тех людей, которые назначены на спасение. Для Славы Туей мы просим Тебе эти народы, множество, просим Тебе, не только славян, и не славянских народов, не дай они почувствуют слово Туе и ведут в Туе Царство ни нам, ни нам, имя Твого на Хайлыне, честь и слава по Викивичне. Друзья, перешлите, передайте этот разговор беседу другим людям, пусть люди послушают. За участие нашего драгоценного брата, Джорджия. Большое спасибо. Мы приглашаем Тебе еще и туда и сюда, на Украину, и Россию. До свидания с Богом.