 У нас нет воды, мы уже как-то света нет, и мы просили дать мне бутылку. Я хотела на колхоз взять, конечно, чтобы постираться, помыться. Доживой водой все делаем. Созлезами благодарим их, спасибо огромное. Хлебушек возят, хоть что-то дают. Раньше было трошки страшного, а сейчас уже zwyкли, как можно сказать, увага не свертаешь. Ну, было бы всякое, что-то. Я, как каждая, на каждого бывает свой снаряд, свой патрон. Что будет, то будет, хлебцы, ну, что делать. Она хорошо, все будет украина, премога за нам. А весь район, так вот с этого района только 10% может быть домов целых. Остальные видно, что попали ракеты и неоднократно. Там оно не получается, так как говорится, в одну воронку. Десять раз не падает. Нет здесь уничтожения, так же, как и побахнутые. Я ехал, что видел, что дома уничтожали полностью все. Простите, побудь здесь секунду, я сейчас пойду, что там... За что это нам людям, которые... Ну, совершенно ни к чему не причастны. Вот, меня сейчас исполнилось 60 лет. Все уже, что я пытался сделать своими руками, все, все, все. Я же там, я даже флешечку не мог забрать, откуда. Ну, то есть в доме они дали сеть.