 Жития Святъх, Святите Ле Димитрия Ростовскъго. Месеца феврария, в 23-ти ден. Житие и страдания святаго священ умученика поликарпа епискупа Смиренскъго. Смирен ест град в стране Иония Нарицаймой, пределих меншия Азии, в том граде епискупствувавшо святому вуколу, водния постолския, бенека е жена вдова благочестива и боящая се Бога, именем Кълиста. Та явление ме и в осне и повеление мангельским приемши малъго осиротелъго отрука, сега святаго поликарпа, воспитая го в облагочести и име вместо сина, без чадна бобяше. И прише, чо е му в возраст и разум совершенный, вручито му вся, я же в домо е я бяхо, в случиси же е отойти некъм от далечи и мене и своих ради, и у медлите днедовольни. В то време облажени юноше поликарп, твое милост и нинищи ми обогим, сирота ми вдовицам и подавая просящим хлеби, вино и елей, и всяко е опишто, и с тощи вся храни лищо го спожипитательници своя я, милост и в бобяше зело. И егда та возвръщаше се в дом свои, некъю от домашних текши в Сретин я, они и възвестия и скудост потребник, домо и я, клевещо ще яко поликарп все разточи нещадноо, и опечали се го спожак къли стъзело. Ще, че же в дом, аби е иде в храни лища и обретия всяких благ преисполнени. Бължени по поликарп прежде я пришествие помоли се к Бога Глаголя. Господи Боже, отче возлюблена го от рука твой го напълнива и сосуде, и вдове са рептина и ни при или твоем пророце, тъй услъише ме в час сей и сотвори да воиме Христо во вся храни лищо напълниция. Я би е послуша Бог Молени и го, и напълни дом питательници и го всяким благословени. Видеще же, кълисто больше изобили, всега паче не жебе прежде, разгнева се на клеветавшого поликарпе и оскудени и потребних. Мняше бояко ругающе сей или поликарпа не видеще клеветаше и го те клеветниката го бити. Святъй же юноша поликарп защища е го глаголък питательници своя. Молюте го споже, не бие инагом и не ради, но мне наложи рана и вместо и го. Тойбо не би е няно похвалай паче достойна верност и ради своя я. Е боистино поведа Тебе, яко оскудеше вся и камарей изпразниша ся, аз бо виде фалчо, што и брати у нашу нищия обогия, разда хими и стощих вся. Ти и же умолиша Бога и посла ангела своя го, и воздаде твоя Тебе, да йте и пообей, че отво и му ще дряши нищия. Послъйше ще и видеш ти жена, удивляше се зело и прележаше проче и множе и добре им делам в облаго и вере. Творя милост иния зубильно, святаго же поликарпа попремного любяше, яко сына, чудяще се добродете ли и го. Та же огодивше Богу представи се к нему, наследника всеми менем своим сутворивше сына своя го при общен наго, поликарпа святаго. Он же раздадето трябва и учим, и упражняше се в чтени и книг божествених, в Богом и слижи и молитвах, и живяше в велицием воздържане и девствене порочнем, работяющи го спододени нож, изложащи больным и немощным и престарелим, че са ради святомо в около еписко по града тога милба и зело, и постави го еписко перве еклирикум, та же дьяконом, и яко же о том святе и пионии пишет, сотвори его проповедника Божия Словъ, яко благоразумно и сладко глаголива, повелефимо в церкви и на всяком месте учите народ, дьяконо е ще сущо. Нето че уже без святомо в около любезен, но и самим божественим апостолом, Павло святому и Иоанна Богослово, и на им святим апостолом, им же е последовав по тех и бъйст тех ученик и трудових общники жития подържател. От них же паки в Смирнуко святомо в около послън бъйст, и от него в пресвителство Хируто Нисан. Напися же, по ликар в святъй много е славеса и послание Христово и церкви полезния и благопотребно я, и аже послежде во време гонение по Гибоша, малъй им точио некотор и му ставшим ся. Откровен уже без святомо в около епископо, яко по ним не ин, кто престол Смиренския церкве приимет, но по ликар по пресвитър. Преставляя се оба в около святъй, взя десницу по ликарпово, и преложив пперсим своим вручия му славесни ховец паство и рек, слава Тебе Господи, успе Смирум. Собравшим се же многим епископом апостол с ким на погребение святага въкола, а на освещение по ликарпово бъйше ужаснее многим я въведение. На ченшо се бе освещение свят божествене облиста всех в церкви, и видеше неци от достойни голубица Бело, аки молния с яюштою, летаюштою окрест глави святага поликарпа. И на им зряше се поликарп святъй воински одеян и поясом воинским опоясан, як и на бран вооружен. Другим же видеше се царско и облечен порфирую или цемне изречено с яюшт. Нека е дева виде его више возрастом с углубопачен е жебе, или за его надеснем рамени чървлени. А егда святъй поликарп преклони колена своя под освещение, виде пред собою стоящия нози самого Христа Господа, там обивши го не видимо при освещение го. Тако съм им Христом и святим духом освещен, управляш епостолски боже в церкови, многие е подемли болезни и трудей в спасение дощи ловеческих и творячи десапредивния. Случеше некога да святомо поликарп обейти во едином туяжде, стърне и гради, тео с глаголемом, и жебли с теплих вод, леведия нарицайма их, и обитаво епископъ града тога дав ни ме ноема го, какож е святъй гнат и богоносец в послание своем к смирнино обоспоминает. И видев поликарп святъй ускодение в дому тога епископъ и недостаток, помолисва нем к богу да благословице доми го, и от тога часа изобило въдаване пископ в сяким довольством. Нива и Бойгоевер тога града и бъйвше прежде неплодни, угобзише се необычно и благоплодни и бъйше зело. Утого же е пископъ оскодевше вино в делве умножи святъй молитво и преизобильно. Возвращая се же в смирно град своя, собрати се в некои напути при лочившио се гостиннице по чите от труда, бе по вечер позден, и прием мало пищи с дяконом своим, с ним же подшествова, по чие усну. Полунущи же ангел господен толкнуве го в рябра возва, «Поликарпе», он же рече, «щоест господи», глагала ангел, в остав и зайди скоро от гостиннице и се я, пъде се Боаби. В гостиннице же той небеззнайма и Христо с Бог, и многое в ней совершахо се беззакония. В остав обо святъй толкну дяко на слъйго, повелевая му в остатия. Дякун же многим сном обят, в остатия нехотяше изкорбяше глаголющи, не уперви сон прейде святъй от чи и към опойдем, тъй непрестанно божествене и размишляя писания и сам не спиши и наим не дейши по чите. Умолчав по поликарп святъй, но и в Турицио ангел Яблюше се веляше святомо и зайти вон, и пак и святъй возбуждаше дяко на глаголющи, яко имат храми на пастися. Глагола дякон, верую Богу, яко не пъдеци храми на донележете и си в нея отчи. Глагола отец, я с Богу верую, но зданю каменному не иму вери. Та же и Третицио ангелу Яблюше се и таяш, де поведавшо, и два овеща дяко на востатие. Игда оба изъйдоша, Абие пъде си гостинница до основания и побив ся в най-бивше е до единаго. Святъй же поликарп стоя и зря на небо, рече, Господи боже все сильни, отче Иисуса Христа благословен на го са и на Твоего, предвозвестиви чрез ионо пророка ни невитеном падение града и их, и милосердствова в пощадели си и их. В истину благословлютия, яко рукою ангелискою извел, и избавиле си нас от нечаяния смерти сия, якоже извеле си лота от содома. Соблюдаеше боръбътво я всегда от всяка го зла, блаки милости все и вовеки. Посем всмирни гради князъю градскому неверно сущу, некие нощи вдумута го внезапово с бе си един от слуки го, и творяше му във велию, и смете се вездом княжи и страхом и трепетом. Бъйвшо же дню приидаше и да их отяще бе си изгнати. Бъсни же оно стреми все на них, многих бъйвших сех люти би, и ни един му жаше го одолети, неже избавите си един от руки и го, и толико их бияше, яко и два живъих пусти от себе, на ги хи окровавлених. Вся бъл дежде на них ръстерза и телеса их зубами уязви. Бъеже в дому княжи е мяки християнин, той глаголъко князъю, а ще велише владейко, а спризува некои го чоловека и же без труда изцели тръватво и го. И повелевшо князъю иде чоловек, той призва света го еписко по поликарпа. Ему же еще неувдом княжи, вше чу нача без взивати, горем не яко поликарп, ком не гредет и имам и нехотя бежати от сюду. Екде же виде света яби е без тръпешта и зайде и бежа от ръба княжя го, и виде в то князъй велими чудися. По чудеси том случи се нощи овсем спящим, Смиринскому граду возжешчи се велими, изгараше част е го немала, и бъйст мълва велии, клич и страх и вопль, и весна рот трудяше се огъсите чта, ще се пожарогнени, но ничто же успе ти можаше, огнем ножищо и оприемлюще сило. Стекоша се жи и оте и обаяющи огън, но и ти и бъйше чтетни. Помянув же княз света го поликарпъг леголъг пред троначальником и советником своим, никто же можето гъсите пожара сега развилчител христиански поликарп, недавно изцеливи раба моего отбеснования и послав шабия, призваше и го к себе, и молише и го поможти градов беде той. Святъй же предними воздеф на небочестния своя руце, излия молитви свояко Христу Богу, и абия огънаки бъй водами многими възпещен по гъсе, и пожар преста. И мнеша люди е поликарпа света го бъйти от Богов единаго, он же истина го на небесех суща го Бога проповедуя, себе же раба Божия сказуя, ноги уверяше и Христове и присоединяше церкви. Еще же бъйс некога да бездождя и велие, и суша и глад, и вси люди е с князем и градоначальники, молише света го помиловат и их, и изпросите дожд земли у Бога своя го. И помолившо себе му аабия бъйст дожд много, и напивше се земля довольно, бъйст в то лето паче и неих лет плодоносниша. Таковъй ми и множеши ми чудеса и святим поликарпом дворим и ми. Еще же и изцелением всяких болезни от возложение руки го боява ищим. Нози обращахо себе ко Христу Богу, и ден отъдне растяше Христова церковъ. Идол с кой же много Божия умаляше се в Смирнистъмграде, в нем же апостолским повелением прия поликарп света и сложения Словъ, якоже ириней света и свидетелство ето том глаголя. Поликарп не то, че апостолски беученик и многим Христал, че сей видившим друг и собеседник, но и в оси и от них послън бъйст, да там усмиренске церкве епископство по святом въколе приимет и го же поликарпа света го има и глаголя и ириней света и в младъих летъх бъивше видихом. Долго летен бо бейстар въльми, поучаше же, че само сам от апостолов на очисия и предаяше церкви та, я же сути стинна. Свидетелствою джевси церкви есииски епископи по поликарпе настающи, яково истино свидетел правде и бе достовернише и постояннише, много е неже Валентин и Маркион и весь рот Ересу начальников. Той вредне заблъждение в церковне изших. Съиблъжени и поликарп во време на Никите и Папа и Римска го пришед в Рим, многие от Ереси маркионицки от врати к церкви же и истине и вере приведе, и я ве проповеда, и уже от апостолов прия истину. Суджа слише вши от него, яко Иоанн господа начинник, екде в ОФС ек Бани пришед, узревне и мы, ищо го се е редика Херинта, аби и заиди от нея и других, с ним бъивших овеща ваше глаголя, бежим скоро от сюду, да никак у Бани внеже Херинт враг правде и Божие обретаяться вне за попъдеция. Той же поликарп, екде с реча Иго Маркион и рети кре, че, познайме му лютия, отвещай му, вемте первородна го дияволя съйна. Толик обои апостоли и ученици и хотиретиков себе соблюдахо опасно, яко ниже беседуват и хотяхо стеми, и же истину своими хитрими лъжесловесии обольстите чтахо сия, и, ако же е Пабел, свято и овещават, и ретика чоловека по-перва ми втором наказани от Рицайсия, веди и ако разврати се такова и согрещат, ест самоосужден. Езже послание поликарпово к Филиписиум со многим размотреним писъдное, в нем же веро и го истина и проповедане изволяющи и оспасени своем пеку щи сия, я ве възмога дозрети. Доздейри на и святъй в святом поликарпе. Когда же Антонин цар 22-е лето преживе на царстве, асъй нега Марка врели избрато млокиемнаста, то време святъй поликарп великому възи и гонени въйвшо мученически скончасия. О егоже страдани и скончани обрътаяци е пистолия Смиренския церкве, в неже епискупство поликарп святъй, епистолия жета пиша цесице. Церков Божия я же в Смирне, церкви суще в Филомели и и наим всем святъй им кафолическим церквъм, я же в всех сутязейцах, милосердия и мир и любов Бого отца и Господа нашего Исуса Христа Боди. Писахом вам, братия, о и наих мучениках и о святом поликарпе, и же огън гонения крови у своя мученически излиянно и угасил. Мнози тогда святъй и мученици непобедимо им мужество показаше, и ни и толь на долзи бъише биение, яко жилъм и составом всем бъйтивни хрестерзанна им и внутренни и их зря хося, и ниже по-острим, черепи нами каминям, влъчим и бяхо, и всели тъйше муки от мочители многообразно изобретая мая претърпевахо великодушно. Друзи, иже зверем в дъем и бяхо в снедение. Нече сте ви же смотряште над таково и мужествено е святъх страдания безмерни мудивлениям чудяхо сия. Между и най-ми страство терпци, юноша некий, имен е мерманик, помощ и обожие и изрядно е показа мужество, небо язнен им сердцем и непреодолен им умом дръзнов на смерть, я же естествено всем бъйвает страшна. Оващаваше тога на долзе судия да поштъдит юност свою и не погобляят толкова горкою смерти и осладка е сия жизни. Но негде озре изпощенния на ся звери, Аби е сам на нихо стремис и раздража их да снедяте го. Некъй же от вреги и именем квинт, озре в звери и страшно е мочение, Аби обояси и от пъде спъсения своего, от който известно бе яко нерасудно ни отправа го сердца, но от легкомысленности, аки бъй в незапним ветром погнан на солище нечастивих прийти и на мочение предати се дръзнув. И бъйство образ прочим, да нато ли велико вешт е, же е на муки вдавати се, не дрзая от безръсуждение. Поликар бже слышав отех мочени и оведав, яко народ Елински не верни, на мочени и на их мучеников смотрящей, Яви насидив взаи ваше. Мищи Поликар пъй и изтребляй безбожния. То Поликар б слышав, аще, хоть аше прибъйти в огради до нележия отбудет, обаче от Христиан Молимай и заи да изграда, изкрей се в некои веси и моляше се в одни и в нощи, в мир е церковно по-убъичие своему. Прежде,ше трех деней своя годни части вихиятия видя во сне, а ки бе и в узглавия го внезапнем огнем вожжеси изгоре, и Абие го спрянув от сна к бъйвшим с ним рече. В огни господа ради Иисуса Христа имам сожен бъйти. И по трех днех приидаше ввесто отигемо на последни и навзискане поликарпа, и емше двоих отруков бише и хрозгами, да бъй им, где ест поликарп, сказали. И показаше го в некои камеры на горнице, от ню доже он мог и Абие избежати не възхоте глаголям, буди и воля го, сподъбогамо и го. И слише в идущия по него слуги и зайде по степенем в среди ние им, и светлим лицем любезно приветствува их. Слуги же не видевше и го прежде смотряште на седину и престарелост и го, на крото с джейтихост и светло с чесна го и го лица, удивляюще се решък себе. Потребнули бе толики и подиати труд и чтания, войскани и сега старца, и по велеполикарпа аби оготоват и трапезо и хради, и моляше их да едят и пиют, учережда и ущеся, а е мой един час да подадут к молитве, и моляше се теплик богово, с да я благодарени за вся, я же о нем божия смотрения, малъя же и великая, бъйвше и утиностия го. Церков же свято и по всим умиру разсеяною боговру чая. Подовольни и джей го молитве вземше слуги старца в садиша на осла и видоше в Оград Смирински и в Ден Великия Суботъй. Два же честни и сенатури и родини кита, средоше го на пути и вземше го на свою колисницу, советуваше емо да словом ток мовери от речеци на суде. Едали велико е с цие глагола ше е жришти, глади ку кесарю, пожру и тако избавише се смерти, на сие поликарп молчаше, и е гда е му стожаха отвеща, никога даже сутворил совето е му гуми вами. Внижа разгневавше си укуривше е го сфергоше с колисници и падше старец сокруши себе голин, обаче не радяше оболезни. Приведено же бъйвше е му на судище в Озопи народни честиви и храду ища си, како поликарп и атиест, он же слише глас господа нашия го с небесекни му глаголющ. Можа и се поликарпе и великодушно подвязайся. Той глас и прочи от наших епистолия Смиринския глаголец слишеше. Въпроси же го судия. Тъй ли и си поликарп? Он рече Азия Съм, глагола судия. Вощади староствою отвержи се Христа, клини се царскою фортуною. Тай тем подобна е глаголюще судия, егда рече приедив чувство поликарпи и рци, погуби безбожния. Тук да поликарп честним лицем очи в узвет на небо и руце на нечестиви и народ простер рече к Богу, погуби безбожния. Глагола судия, отвержи се Христа изло словия и го, и пощу ти е свободна. Глагола поликарп, 86 лет служа Христу и не сотвори е он мне никой го же зла, како обу царя моего, до ней няме добре соблюдаю, ще го хулити имам слови са и безчестними. Глагола судия, изпущу на тя звери лютая. Отвеч тя поликарп, изпусти, аз же не изменю моего лучше го на горшее. Глагола судия, вдамте насужение. Отвеч тя он. Грозише ми огнем, огасаюш тъм, а о неогасимом невеси, в нем же безбожни и неверни пъли ми будут във веки. Немедли боле и натвори скоро, и же имаше ми творите. Въвълежи судия, проповеднико, възватик народу, како поликарп християни на себе бъйти изповедуят. Тослъйше вше е ли ниже и юдеи, вели гласно возупишах, Глаголющи. Той е всия си и превратител. Той е стотец християном. Той богов наших разорител. Жива сожги и го. И настояше народ са и юдеи, да поликарп са женбудет. Оготовно же бъй, вше множество велико дров и хврастия, поликарп отложи поез своя и совлекаше одежда и. Також да и са по гиотоногни за ваше мочители, же готови хо железа и гвоздие, и ми же бъй при гвоздите поликарпа, да никако от огня избегнет. Но святъй рече к ним. Пригвоздатиме не подобает. И, жебо ми имат подати в пламени огненом трепение, той ми подасти мужество, е же немало от места подвигнути ся или на кою ли бе обратите се страну. Обо не пригвоздише и го мочители на точо связаше. И возложише на дрова старца седа, а киовна в стад избраннише го на жертво, связанна го, в воню благоохания богу. Моляше се, же святъй поликарп глаголющей. Благодарю тя го, споди боже, ако смученики твои ми изповедники в чините ми облаго изволили си, и пью чашо страдани Христата твоя го, и причастнике съм болезния го, да и в воскресение живота вечного причастник с ним буду. Приеми ми, ако жертво тучно и благоугодно учесем твои им, и уже ти сам предовидел и предоставил, и се най-не совършили си, истинни, и боже, и го же славлю и хвалютия. И Иисуса Христа са и на твоего архиерия вечного, с ним же тебе и с освятим духом подобаят всяка е чести слава, най-не и всегда и в овеки веков Амин. Ек даже рече Амин, Абие слуги подложиша огън, и възжегшим се дровам окрест, и пламени велико возвъйшаюшто си, бъйст чудовсем водивлени. Пламен бъу окружаюш цвета го и возвъйшаюш се над главойо и го, неприкасаше се ни приближаше се святому, но аки ветрила, кораблена и ветром напълнена я, всици от него от дмевающе си окрест, над ним квъй суте суво купляше си. А святей поликарп посреде огнясто яше неяко тело огнем опаленое, неяко злато вгурниле очищеное, обоняком же глаголюцмирене вой пистоли, от огня онъг у исходяще и благоухане толико, яко вся аромата и несравденно превосхождаше. А нечестивито видивше, возваше на спекулаторът да приближи все оружием до сягнете го сквозе пламени обиет, тъкши оба спекулатор прободее го оружием долгим и заиди от язва и крове множество необычное, ибо аки поток от источника изтекше и погаси огън до конца, и все множество народноето му удивляшеся и познаваше колико е стразънствие между верними и неверними. Беже поликарпи зряднище чоловек в наши времена, Смирския кафоличиския церквя епископ, учителюта посту Луфи да и пророк свят. Сябо глаголън и от него сбивах осия. Осемио да и му лише судию, да не да стим телесе поликарпова, будот бъг глаголъху вместо богата, кои ме ети християне, якоже и Респятъго. Не ведя то каянни и, како бъйти тому невъзможно, да бъи Христа Господа на Крестелмершъг за спасение всегомира отступили и и нага, кога имели Бога. И мобо, яко истинно му са ино Боже, обожествено и да им чести, му чеников же, яко учеников и подражатели Христових, великия ради своякни му любвезени го по-стредавших, по-достояния по-читаем и любезно обемлем, их же в благочести и подражателми в вечно и же славе причастниками желаем бъйти. Сотни кубо по-веленям суди от Юдеймоли мъготело поликар по-въсужже по-объй чуелинскому, е же живо бъйвши, от огня бе невредимо, то мерто суще е огнен и подложи се сили. Мъй же, глаголюц Мирнене, кости е го паче злата честейшия и камени и многоценних дръжайшия, собравши от пепела в честнем сухраних умместе, и даже ден страдание го с веселиям праздноват и будем, памят таково им подвигом за Христа по-страдавших, в отвръждени жимущим таково южесмертию и споведатие про славите Христа и истинного Бога нашого. Сто ли опослите, да йти и прославят господа, таковаго нам отръбов своих избранника показавши го, могучта го же и нас всех благодатио своя и изполнити и ввести в вечное свое царство съином своими денородними Сусум Христом. Емуже слава и чест и царство и величество вовеки, а мини. Целуйте всех святих, вас же целуют с нами сущи и е варест со всем домом своим целу и твъй, написав я пистолио сию. Совърши страдание своя поликарп святей в седма и календ мая, сиест априлия месеца в 25 ден, в великое субото, в 8 част дне, при великом архиреи Филипе и гемоствуюшто тралияно, царствуюшто живовеки Иисусу Христу. Желаем вам добре здравство в эти братие, ходящие в облаговестии Слова Иисус Христова, с ним же вся слава Богу с пъсени и святъй избранных, якоже съвърши страдания поликарп святей, и го же има и наследници, и добрящим сия во царство и Христовом. Сия приписа Кай, от Мемвранов, святаго Иринея, ученика поликарпа святаго, а от него сукрат Коринскии приписа. Аз же паки пиони и през Витер от них, преди писаних приях. И следовъх с откровением бъившим не от святаго поликарпа, явивши го си ми в видени. И написав обнових и ажебях от древност и узаглъждена, якоде и мене вуспримет господ наш Иисус Христов са избранними своими в небесное Слойцарство, и може слава са от сей ми святъй им духом в веки веков Аминь. Той же день памят преподобних отец наших постейно жителей, Иоанна, Антиоха, Антонина, Моисея, Зевина, Полихрония, Моисея Другаго и Дамяна в сирстей стране, в различних мест ех постейних, скитавшихся и многими иноческими подвигами добре, бългодивших. И преподобно го от са наше го Александра Мунаха, чина ни усипающих первоначальника. Конец житие святъх месеца феврария в 23-й день. Жития святъх, святители Дмитрии Ростовска го. Месеца феврария в 24-й день. This Librevox Recording is in the public domain. Обретение чесния глави света гославна го пророка предтечи крестители господня Иоанна. Усечен и бъйвши чесния святаго Иоанна предтечи главе прияю на блюде скверна еплесавица и отнесе матери своя и родяде. Уна же святаго языка и же обличаше беззакония иглою Бодши и довольно поругавшеся, не дадея я погребстив ку пестелум. Бояше себе да никак Иоанн воскреснет, екде глава е го ктелесия го приложиция, и пак и обличат и обудит. Тру пубо повели поврещи где-либо, е го же очиницей нощ и отайно вземше, погребоша в севастии, самарист им гради, а главу и родяда во дворце своем закопа, земле глубоко, на месте сокровенном безчестном. Ведеше же о том, жена Хозаня, представника и родова имен им Иоанна по благовести и луки святаго в вспоминаемая. Та жалеюще у неповинном обиени велика го святаго пророка Иоанна и о поругани и бъйвшем чесноя глава е го, взяю отай нощ и оттуда, и влуживши в сосуд с коделни, погребев горе и леонстей, идеш же село и родовубяше. Екде же слише и род слухи Иисусов, помисли с и родядую, не Иоанн лево скресе, и поискавше глава Иоанови и не обречи недомевахо сия, и речи и родко своим домашнимо Иисусе. Его жа, осекно Хиоанна, то е, то е вста от мертвих и се горади сила и дают си о нем. По съм време ни много минувшо муж некий славен от палат царских боевъй в Господа наше го Иисуса Христа веруяй, имени Минукентий, оставив мир прийде во святъй град Иерусалим, и купив в горе и леонстейто место, е же иногда и родово село бяше, создатамо келью и оболк се во иночески чин живяши обози. Потяже создати себе церков малокаменно, опаше робво в основания и по Божи осмотреню обрете сокровенни земли с главойо скодельни сосуд. От чудес же неких, то време судеевшихся и от Божи откровения, то главу бъйти претечи в опознав, храняши о себе чесно. Когда же име скончати си, видев мерзо с запустение на месте святе, в табо време най-долу поклонническо му царство всюду обладаюшто, святая во Иерусалимем места и долами скверними мерзкими и их жертвами от нечестивих ускверняхо си. Обу светую претечи во главу и на коней паких недрих земних, да никоя са деят си, която се деят си у нея и покончи нега безчести и скръй на том же месте, бъйвши миногда с селя Яродовом, на нем же име Келью и церков Мало. Я же по ним опустевши, долгото и време не пъдеся и са земле и усървнися, и пак е чеснае та глава никому же бе ведома лете довольна. Та же великому царю Константинон наставши и крещеним святе им просветившо ся и чрез матри свою святою Елено свята Иерусалимска, и места очистившо и обновившо, и святе и веря повсюду цветуштъй, и ако Сонцо сияющтъй, два инъка от Востока съвеща, ще се поклоните се чесно и животворяштимо во Иерусалиме Кресту, царицио Елено и обретенному, и гроба господнио и вся места свята е видети. И доше, че Иерусалима, поклоняюще си и моляще си, обхождаха места святая. Евисише едином от них святе Иоан претеча в видение сонним, повелевая изяти от недръземных, чесною свою главу, и показа месту населя и родово мидежи сокровенна. Он же воспренув, сказа друг у своему, но той, како Сон в меня е вешт, не верова сам, Иоанна го не вероват и сотвори. В другу же нощ пакия е Виси свято и претеча в видение обоим, особь кое му ждо и глагола. Сяко и не вери Еленост отложивше, сотворите повелеваймо и вам. И в оставше оба, и друг друго видено е сказавше, и доше на село и родово, на место е же в видение им бяше показано. И, копавше на нем, обретоше бесценно ето сокровище, святою главу крестителево, и вложивше вовретище от власов вел блуж дих бъйвше, возвръщахо си во своя си. В то време некия отемисийска гуграда чоловек нищ, художеством скодельник, остави в отечество свои супругу нищата и ради, и дяше войну и страну, и найде в пути надвоихо на Хиноков и приближи все к ним и дяше в купе. Иноци и жети е спутишественика себе чоловека, тога приемше в даше има нести вредище с главою. Не ведеше же чоловек, что е вредище. И сей е висиемо святей предтеча глаголям, оставивше сподшественики твоя, бежи от них с тем вредищем е живрока химаши. Все же святъй повеле, понеже видеше иноко в тех неосерди и леност, перве е неверувавшех явленьо его, таже невосходевшех нести самим честния глава его, но чоловеко просто и не знаемо в веривших ио. Благодетелствоват и живосходен нищем ономо и виновен бъйти добре го и боговгодного жития его. Скодельник обоони и послушав святаго, отъй се отиноков и бежа от них и возврати се в дом своя к супрузе, но ся и яко многоценно е сокровище дръжайшо и паче всех богатств главокрестите лево. Е я же ради благослови бог дом Скодельнико всяким довольством и живяше во изобили и мнозе, забаивае перво излострадание и неим от богатства своя гонишними обоги подавае. Веди жеходата и виновни католиких благ святаго ио на предтечу, почиташе главу того, яко же подобаше, по всядни кадя и светильники вжигая и моляся. И тако проча е време живота своя го припроводи добре, екдаже име представите се в лужи и в водонос, вси се самому святому предтечи изволившо и по-умеритви ио образнищата являющо. Та же водоносто е изглавойо в лужи в Ковчег и запечатле его, и в вери сокрови щето се стре свои, сказа фоно и подробно, какото я ради святея глава и отнищата и последния ввели е прииде богатство. И повели се стре да имат туи святою главу в велици и чести, с облагоговеними страхом и охранящие. Де не отверзая да Жековчега донележе бъй сам святе и предтечи изволил тумо отверзено бъйти. А ще же к кончини жития своя го приидето, то да вручит тако ж да некои му богобоязнен и добродетельно мужо. И тако честна и святе е предтече в глава, от единако к другому приходящи, многих руце прейде. Та же дойде до неко и го ино, къи пресвите ри именеме в статия живушта го бле се месийскограда в Некоембер Тепе. Беже той зловерен, ария вуерис и уповреждений. Прихожда хоже к нему недужни и изцелевахо се облагодати у чудесною от глава и предтечи в него тайно държим и исходящею. Но ино кто е курчемсно въй облагодать, чудеса та се бей своя моритическому злослави от татски причито въше, отаявае пред чоловеки само и в истину и многие, които единомысли в своему прешташе. Оведено же без ловери е го всем во и месистем гради и советува в епископ с князем, послаше изгнати его из вертепата го и от предел е месийских. Он же му ли изгоняющих и го да оставите го той ден прибъйти в вертепе, обещая се в утре е сами зайти. И изпроси в то време, в копаношки в односто святое главо и в пештере той вземлю глубоко, надея се и у иним време не прише, че та изяти, и пак е той, че додействующи своя отверждат излослави е. Но не получи, че са го надея се, по изшествия и боего из пештерето я, аби е благоверни, добродетелни и иноци в нея вселише сия, и уже не бе възможно е ретикута му в ню в нити и сокровенна го в земли сокровище духовна го украсти. По довольном же време не собравшим се многим братиям, монастир при пештере той устройся, а глава претеча въод нютнико мужебе ведома, сущи под спудом. Прешечим желето многим, обрете и у Маркел, архимандрит тоя е месийския привертепи обители, му ж добродетелен учесом сам повество е цице. Лъгославен Боки Иисус Христос, як го сподобил менера ба своего Маркела, зрителя бъйти предлежаща повидения ежими бе месица февроария в 8 на 10 ден. Средопостною святея велики е 40 седмицу, въс ненушнем откровенно. Зрех бои се вся врата наши обители бях отверсти. Устраших се же и мних се извити да затворю их, и пак и видех рекотекушто и въврата обители, и чудях се помишляя, откуда множество толеких вод. И в негдето по-мышлях, слышах глас многих чинов, кредущих к нам от востока с шумом по водам, и ки издучи насобни и месия за ики вопияши, се святею ан кръстителя Христов являец я. Тако вопиюще чинове в монастир в недошея. Аз же оставлю врата и зрение реки страхом и държими и тякохи взейдох на Верхлеест вицеи. Неже стоя, гнех се видите в обители двора два, един бяше к западу, други же на полудени, и церков вели опосреде их, и ки издучин в хождаше во двор, и же к западу, а оттуда идяше в церков и поклунивше се в церкви и с хождаше в полуденною двери. Ек да присташе чинове от хождения свега пак и слышах гласи на их взаевающих и глаголющих. Се святе и велики и уанг кръстител. Возрев же видех и го в церкви, и сними на их два, из них же един бе одесную и го, а други ушуюю. Абе же чинове поидаше к нему един по един, ама и благословение приимах от него. Помишлях же я с в себе, приступите и благословите си от него и послежде всех, вше чиними двери ми со страхом и трепетом, поклоних пред ним главу мою на землю и прикуснух се ногами го. Он же воздвиг мя, обяме любезно, касая се бра демое и устамо им своими остъй святеми, взем же от медра своих сосудисполнен меда да деми глаголя. Приеми благословение. И си е ряки дяше. Идущо ми же вслете го, видех стол погнен пред идущи пред ним и пристрашен бъй в возбодих сия. По съм дню преше, чо повелех в вечер брати и пети объичного правила псълме и пустихом. Тем же поющим брати са, ки и возвед очи слуи, видеоконцем Огън горяшт в церкви свято е пештеръй, и дежебе света го юанна честна е глава сокровена, у ней же мъй не ведахом. Братже, видев Огън возва глаголя, господи мой отче, се Огън горяшт виждава святен вертепе. Аз, жек не морех, не бой се, брати, но знамена в себе кресним знамения молчи. И под них пети спяшто ми в полунощи, рука нека е толкно ми трижди от деснагом и бедра, и гласком не глаголюшт. Седъровах се въм, в остав, последо извезде пред идущи пред тубойо, и и дежете приведет, там разкопай землю и обряште шимя. Аз, же со страхом и трепетом, воспренов от сна се дох, и видех звезду стояшто е пред вермикели, в нея жебех, и пристрашен бъй взело, знаменах себе кресним знамением и зай дох, и звезда е дяше предо мною, и в нея дох последо е и в пещеру, и до вечим е до места, и деже бе, че с най-я глава света го юана предтечи, бъйст не видима. Аз, же поклоних се господопад, чилицем на землю и творих молитво на долзе. Возжег, же свещуи тимиям и мотейко в земначах копат и презивае господа. Копа, ищо жеми, звуки шум велики и слишеше сия, и бъйст земля тверда, аки медяна. Трудив се, же много, обретох плинтъй. Я же от тем, ше видех да ску каменно, ито с трудо многим и зем, конечне обретох свещени и маноносни водонос, в нем же честна и достоблаженна е глава предтечи въбяше. Радости уже и страхом обят бъив взях свещуи тимиям и усязати дързнов, поклонихся и пак и честны той водонос покръих и дях из пещери. И се сретиме в дверех честнейши архимандрид Геннадий в обител нашу пришедие и поемши ми внутри пещери и сотвори молитво и по молитви начам и своя видение поведате. Видех рече, «яко на съм месте оба стояхо ми, дъжа не и не стоим, и множество зде хлеба, я чменна чиста, же и паче солнце светлеше бяхо. Та же зрях, бесчислен и народ человеков ходящих в пещеру, и взеймахо от рук наши хлеба и ония. Оба, че хлеба и не оскодевахо, но паче множе хуся. Ся са отава и Геннадия слышав, разумех, како отбога им обето видение, знаме наище и неоскудно и благодать крестителево, хоть ащо и на месте том изобильно всем подаватисся. И сказах и му, я же аз видех, и обретено е честнейшето сокровище показах, е, же он видев, возрадова се зело и советувах он, что бъй творите. Изволяше се, же мне да не аби о том, кому скажим, и же пастирю церковному, емисийскому еписку по-уранио возвестим, но перве обявим тайно си облаженному старцу от Цу Стефану, и же в Даромийстър мунастир е постническа го подвига бе предстатил. Он же по себе еписку по да скажит. Бяше бои му дружу любен собеседник. Но прише, че в Даромийстър, не обретохо маве и Стефана понеже отъйде посетите и нея мунастири своя. По слахо мобо по благоговей нагодияку на Кириака, и жебе в огради, в освещенном соборном храме первъй, той прише ли целовав нас у Христе, сказа своя, е же виде въс невидение по всиму подобно и видение у онумо, е же чуднии види Гинадии. И сказахо мимо нашо святом предтече тайно. Глаголъжи Диакон Кириак и я в Гинадия, како подобайт то, аби е пастиро-церковно му возвестите, но аз ждах, дон дъже старец Стефан от местни хубители в возвратиция и при Байхом пят дни. Субота же приспевше и нам сидящим и беседующим, внезапо падохна колена му я, и лежах болезни уничаянно и поръжен, ни в остат и неже творите что моги. Удивише се же у приключившим семни злом Гинадии Кириак и на молитва к Богу ом не обратише ся. По молитва е же Глаголъжък ом не. Не ряко хум ли Тебе, како подобайт, возвестите тайно епископо? Аз же ся слышав, зазрех себе, понеже недобре сотворих, умолчав до толе таково и отайно, и уже слава и ради Божия аби е явити подобаше и пребывах не изцелен. Бъйзче вечер и по-убичном вечернем пени приидашък ом не и честнейши мужи Гинадии Кириак и реша. Яко клятвам и себе закляша от тайнето и возвестите архиерейо во време утренни прежде Солнечного восхода. Я срекох к ним. Благ Совет ваш брат е ежи у Совету възте буди. Вси цяас егда им со изволих аби от болезни примених си и бъих здрав. И до хво град сними зело за утра. И обретохо ме пископе из церкви от утра и нега пени изходяща, и сказахо ме му все я же уявлени и честния глава и предтече святаго. Он же вели радости испълнився, повелен нам да никому же о том поведа юще. Утъйдем въобител, нъутри же с опризвителем и Диакона ми в монастир наш прииде, и Собор не съовершив святою службу. Приступи к месту Ономо, в днем же сосуд со святою бе главою. Ек Диакон возгласи, коле на преклонше, Господу помолим си, си поклонихом ся до земли. Епископ же урани и молитво дворяше, юж е скончав, из я водонос с честною главою от недр земних. Беже тамо с епископом презвитър, именем Малх, той не верува в рече. От кудо зде бъйст глава предтечева? И дрзнув возлужи руку свою на водонос, и в лъсам косну се честнея и всехваля ня главаи, и аби е за неверствие го усше рука прикоснувшея ся и прилипе к водоносу. Си же видевше си е чудо, въль ми одивише ся. Пастир уже прележност предстояште ми молитва и Богу принося, што едва къзнени и презвитър руку от торгноти от водоноса възможе, обаче прибыст не дугуя. Богугодни же пастир со всем причтом церковним взем освещени и водонос, слежащим в ням с укровищем, принесе в освятою церкови и положи в освещенно мултарно мести до на же создан бъйст, особни предтечи храм божественни и воемесистем гради и конец благолепия своя го прия. В него же е къде имеше святаята глава бъйти принесена, и ви се крестител в видение неверувавшему Малху презвитъру, и повеляемо да во время принесения возложит на водонос боляшто и своя руку и исцеляет. И сотворив то пресвитър, аби е получи исцеляния. Доздето го облажен го Маркела повест. Еще же и святъй семион метафраст, в жити при подобния матрони, обретенито ячъсния претечи въиглава и пише цице. В то време человек неки, урющени ву свою, видя на едином мести, че Бевер Тепон и монастир огонь изходя от земли, не едино и жато, видя, но многощи, чрез многие будни огни на и пламен от земли непрестанно изходящия вляша сия. Иде обу человек той воград, в недельни ден той, в которе и Маркела с Генадем и Кириаком, кое пископо прийде, и в узвести ураню е пископо месийскому. Епископ же велико вещ бъйти познав, поят клир и кисвоя, и иде на место оно, в пещеру, в ней же иногда е в стати и ретик, живяше, и сутури в молитво, повеля на местетом разкупати землю. И си му бъйвшо, обрети се сосуди мущ в себе не злато или серебро, но дръжайшо и па, че всех сукровищ землих, главу света Гуион на предтечи и крестители господня. Пройде же о том слава повсюду, и стякоша се там о вси людие, не то, че и от емесийска гуграда, но и от всех укресних градов и веси. Прейде же и преподобна ема трона от монастиря своя госо всеми сестрами, поклоните се обретен нея и уан на света Гуглаве. Исто чи же честна ета глава благовонноя миру, и помазувах освещеницей тем миром, собравше се люди, творяш тим знамени и крестно и начелехих. Взяв же от мира тугой преподобна ема трона всосудец мал, хоть а не стив монастире своя на благословение, но народ много и чтащи се к тому миру святому, угнеташею, яко не можно би пройти ей. Друзи, и же ужтотивше о нея святое миру, нужда хумолящею да знамени тих миром тем, яко не могат достигнати к священ никум, е же и творяше принуждаема. Получи се же тамо некие слепеци, и же от рождение своя гони виде света, той моли ма трону да я го свято и миром знамена ет. Уна же помаза и му очи, и я би е прозрая ясно. Доздеме тъв раз света и очисне и претечеве главе. По многих желетих та света е глава, от емесийска гуграда принесена бъйст славно в Константинополь, и в церкви претечива и наместия е в домон прекрасно царским строением, создано и чесно полужена. Но, по множайших летих, наставше иконоборне е Реси, егда нето чу икона и свете е, но и мощи святих, бяко овие сужегаема и овие в моря и реки вергаема, и не е ногами попирайма и различно безчестима, тога неци от правоверних бежащи от изполнена го беззаконни меретически мграда царска го взяща отъй с обою крестителя в главу и в Команай, и даже иногда света Иоанзло Тууст представи се занесше там опаки внедрих земних в сосуде Сребряном скриша. И пребъйст никому же ведома даже до царя Михаила, са и на Теофилова, и мати ря го Теодор и царици, са творше и право славие. В царство Тех божественим явлением пак и бъйстобретена и принесена в царя град святейшим патриарком царя градскими гнатиям в честь и славо Христа Бога нашего с оцеми света им духом славима го вовеки Аминь. В той же ден жите при подобна гоца нашего е разма Ино Капечерска го. Венец примудрих богатство их, притучни глаголед, но си една и паче им же украшают невесту царя Небеснаго, церков Христово, с ним же общници и царствия Небеснаго бъйвают. От си цевъх бе при подобни отец наш е разъм, черно Ризец Печерски, са и бото го ради Венец царствия Небеснаго, отурки венчающа го милостио и щедрота ми получи, яко име богатство много от богатъг отечество своего, размотре добре, нелетсия и нукоседержати, и возлюбив благолепия дома господня все я же име на украшение церковно изтощи и икона и многие с ребром и златом в церкви Печерскоя окова. Нас я же взирая, украшаше и своя душо, аки церков бога жива, и образ тогашде на с ребром и златом веществене им, но чистотою и любовью, и всякими добродети льми и ноческа го закона, глаголе облаголепи своем спророком, благ в незаконусство их пачети си ж злата и сребра. Сему при подобному случи се изкушения си цево. Ек да обнища зело, не бригом бъйст от всех. Злохи триже прелестник дьявол начав лъгати им в сердце, яко не имат мзде и никоя же изтощен на го ради своего богатство на украшение церкви, но лучше бе рече изтощити то милост и нюништим. Он же, не разудив изкушения, в отчаяния себе вържи, и начав нерадение всяком неврежение жити бесчинно дни своя проводя. Но Бог щедри и праведния, поминая прежния блажен на го добродетели, спасе и го от погибили образом си цевым. Наведена негов болезен лютою, в неже болней, на конец житея пришед, лежаше ням и незряшт 7 дни, токма малу нещо дихане и мъи. В 8-й же ден прии дошъкнем у вся братия и видещето го страшно издихане и чуждахо си и глаголеху, горе, горе доши брата сега, яко в леност и в гресех поживе, наи неже нещо види тимитет се не могуще от тела изъйти. И се блажен ние раза макен и коли же боле, аби е в остав сед и рече к ним. Отсъй, братия, воистино тако е с тяко же глаголете. Грешен е съми непокаексия, но се наи не е више съм непреподобни от сей наш и Антониите от оси и глаголюще. Молихом се когосподу отебе и даруват и господи време покаяния. У съм видех и пречистою госпожубу городи цуаки на иконе и му штую на руках саи на своя го Христа Бога нашего и множество света их с нею. И так глаголъми е разме, понеже те украсили си церков мою и возвеличили си икономи, и я сте украшу и возвеличу славою в царстви и саи на моего. Нища е обоимате с собой на всяком месте. Церк вижемо я не имате. В остав обо покайся и приими великий ангелски образ. В третий же ден поймути е чистък себе, возлюбивше го благолепие дома моего. Сия вся изглагола в блажени е разъм братием, начай споведати грехи своя пред семенест и дясия. Та же в остав иде в церков и пострижен бъйст схимо. В третий же ден радвя се отиде когосподу и крошче го по прореченьо и я. И тако показа се в всякому богопротивному яве, како украшение церкви и конами бога угодно е и влики святих в чиняят. И я же благодати молитвам и сега преподобна го е разма, буди всем нам правоверним, сподобите си у Христа и Иисусе го споде нашим, и може слава с Богом от сем и святим духом, на инии пресно и вовеки веков, амин. Конец житий святих, месяце февроария в 24 ден. Житие святих, святители Дмитрия Рустовска го. Месяце февроария в 25 ден. This LibriVox Recording is in the public domain. Житие и живо святих от са наше го Тарасия, Патриарха Константинеграда. Тарасия святе и роди се в Константинеграда от отца Георгия, матережен Кратии, патрикейска го благородия и сана Бъйвшив. Доспевже возраста и всекнижною примудруст и внешния любомудрия Прошед бяше в царских палатах различния приемли са на и чести. Логоразумия боради своя го и добро нравия, семи бе любима и почитаема и бъй с един от советников царских. Царство възже тук да Константин, саин Леонов, внук Купронимов, сматирил своя юриною. Пеже Константин от рождение годесет лет, егда в Уцарисия и Ериси Коноборния утълва и саврени на начинше си, възмогаше в то време. Патриарх жебе Павел Кипренин, може добродетели ни благочестив, но боя злив. В царство ба упомянуто Голеона са и на Купронимова, на престол, возведен Бъйвши и великое за икона и святея мучителство многим от злочастива го царя творимо и видещи, таяше своя благочести и соиретики смешаше си. По смерти жето го царя, а ще и хотя прославити благочестиво и иконом святея им поклонение, но не можеше. Понеже не име помощника себе от нютни кога же, а иконоборство зело укрепи се во всим гради и в окрестних странах, че са ради зело бе печален. И видев яко ничто же успеет, мыслише оставите престол Патриарши. На нем же не боле и четырех лет прибъзть, и разболевся от ейде от дому Патриарши го тайно в монастире света Гуфлора и прияна ся святою схимо. Сотвори се же от том весно всюду вскоре и вси бяхо в велици мудивлени. Опечали се, же царица Ирина, яко Патриарх то сотвори нико може възвестивше. И брейде кнемо с са ином царем Константином и въпрошаше иго, что се сотворила си оодче и коя е ради винъй. Понеже отвещам, за тезен муя и чаяния скория смерти са и света и схимническия образ приведемия, а не паче церковно измуштение и безобразие принудиме оставити престол Патриарши. Понеже болезно е циркоферя си образ оборною и от долговремен нагу злаго мудрование прия язване изцельно. Я с окаянни трижди уже рукою моею черни лумсо изволих на то е ретичество ни жебо возможно ми бъзти с бежати си те изловерия, посуджи си язъеком и рукою увязноти в них, очесом не и не зелокаю си. А е же множишею и безмерною печали уязвляят му и душу сие ест. Виж до вся страна и всея земли под рукою вашия сущия, яко вери правило неподвижимо е соблюдающе и в православно мучение прибивающе и веселяще си, чуждают церкви нашия и от себе, как от Христова стада нас, чужда их, овец, отгоняют. И тогъради отрицаю се пастер бъйти ретическому сонму и изволих паче прибъйти в угроби, ни же подлежатия на теми от святъх четырих престолов апостолских. Но понеже скипетър власт даде бог в руки вашия, да царское попечение имат и у християнстим стади вподнебесно и сущим, не презрите обо с корбения матеря вашия церкве, ни же оставите е в неутешимо и печали боли и прибиватие, но почтите ся, дата пак и древния благолепие своя приимет. Не попустите более мерзо с нея РСИ, якоже некои свини от Луга из Шечеи опустошат и погубляти виноград Христов во време ваша говерна гоцарствувания и оскверняти его злочестиво и мудрованим. Имате искусна годелетеля и же можето возделете грозтистина гоисповедания, е го же изгнечи в Божественен тучел единия церкве, напълнит чаш у Примодрусти и уготовит верниши монародопити е православного разумения. Попросише же е го, ком си е глаголеш и от чим? Отвеща он, у тараси и глаголю и же е сперви в совете хващих царских. Тогавем достойна бъйти церковна гоправление и же силинест, жезлом разума еритическо е лъже славеси от гнати, упастиже добре славес на Христово стадо и собратие во един управо вери оградо. Такова е славеса от патриарха Павла, благочестива е царица Ирина и синия цар Константин, слижавше от и доше с Курбяшти. Павел же, ко оставшим се у него, некото рим си натором глагола, о да бъй никога даже си дел на том престоле, екде церков мучителством безметенна и от вселенских престолов проплета. Аще собор в селенски седма и собран не будет, и куноборна ересни отимеця не можете бъйти спасени. Глагола ше е му си натори, отщо обуте и при освещение твоем в патриаршество подписал се си на иконоборство? Отвища Павел. Того ради не приях покаянье, понеже тук да подписахция и бою се да ни казнен буду от Бога, како страха радима у чах и не глаголах вам истины, нъй ни жекаю с я и глаголю, како не ствам надежди и спасения, а ще в ереси той прибудете. Та же по малъг днех патриарх Павел по-чисмиром. От то ли начаше люди е в царегради свободно и небоязано беседовати и препирати се с юритики у святъх иконах. У них же от време нелва и савренина, даже до то ли не бе мощно кому и уст от версти в защищение иконния чести. Благочастива е же царица Ирина со всем своим царским советом, ищо ще на место Павлово человека достойна и примудра, ише бъй возмогал сметение церковне омирити, необрете кроме Тарасия в Мирско Меще, че не суща е го же и Павел на то избрати советово, но Тарасия отрицаше се весьма. Собравши обоцарица Ирина всяки чин духовни Мирски и весь народ в палату магнавра нарицаймою на предгради и ведомстем месте бъй вшуя, глагола в услышани е всем. Вести, како остави нас, Павел патриарх, потребно обояснам вместо е го изобрести да го церкви пастири и учителя, и възваше вси глаголющи. Никто же ин бъйти може токму Тарасии, а блаженни Тарасии став посреди речи. Виж до разторгненною и разделенною Божио Церков, восточни же и запъдни и повсядни проклинают нас, люта ест клятва и отсечени от царствие Божия, а ще собор вселенски и собран будет, и вси вовери согласно соединим сия, че не е стъдини ест едино, тако и вера будет едина. Ничто же бусиц е угодно ест Богу, яко е же всем во единство вери и любве прибивати. Той изволяю аще недостоин и низко сен прияти правления церкви. Аще же не будет вселенскъг у собора и не изстреби циретичество, и вера со всеми православними, восточними и запъдними церкви не соединиция. Това с проклятними осужденними бъйти нехущу и патриаршество приятини изволяю, ники и живо мие измет цар от Божия суда и вечния казни. Тослешевше вси изволиша седмому вселенскому бъйти соборо и молиша блъженна го, да пастирим бъйтини отрицаяция. Обещавах уже во всемему, яко овци и пастире опуслушли въй бъйти, ведоще о нем известно, яко наистина е путь наставит словесно естадо. И у молен бъй в святъй, со изволи воли и хи соборно му прошеню, и прия чин на е постепенем освещение и патриарши престол и му ще крепко опувани надежду в помощи Божие, яко възможете куноборно и от циркви и стрибитиерес. Применився же святъй тараси от мирска гочина в духовни, аби и житие прия духовно е, а ще и в мирском не по-плотинно по-духожителство въше. Обаче в освятителство много-множие простресе на боголгодно и духовно и жителство и бъй стангел в оплоти, духом горяй, господ работа ей, порабоща и жедухо плодь, и туя омерствлением соблюдае чистото непорочною, ангилом общницу. В оздержание и пуштение го бе велико и бодрост всъхдашна я. Сна мало приимаше в богомо и шленях, ше и всиночних пребиваши мульбах, не почи на мяко послано мудре, ни в мякъй обличеси одеяния, ни виде и го ослужащих имо, кто отлоше, когда поят своя одежда и екде почити бе нужда. Ни попусти да кто иззоят са по гиотнокиго и мея в памяти славеса Христова, не прийдох да послужат ми, но сам себе слага бяше, и не им подая смирение образ. Книщи ми обогим бе милости в безмерно, питая алчощия и нагей одевая, им же и больници устрои и повседневно и остави пищото двора патриаршего, и сам служаше им, изрядне же в ден воскресение Христова тръпезо им своими руками и представляя, и войне и нарочите е празднични одни тож дитворя, и е ме кога ж до от них написано себе по имени. Устрои же и странопримници, и монастири менем родителским создав босфоре тръкистен, и лик добродетелни хиноков в нем собра, от них же мнози в толикое святиньо и совершенство до спеша, яко и на архирейския бяхо призаивани престоли и бъйше столпи непоколебимие кафолическия вери. Штани же святому терраси обявели и непрестанно е попечени о святъх иконах, как оба и их в прежния поставите чести, изложивши хульно и на них нанесено иоерес. Того ради всегда стужаше царем да повелят вселенскому бъйти соборо. Писашо обоцария Константин и Ирино управляюще тук да все царство юности ради сайновния, а с ними писай святейши терраси, ко всем патриархом и пископом на соборих призивающи. Исобраща се от всеки страни пископи в царград. Патриарси же наместники своя прислаша. Адриан Боримски далеко стиради путини одобства сам не прийде. Александрийски, Антиохийски и Иерусалимски патриарси по тигом работа е Гарински уже бяхо и невозможно им без самим на соборе том бъйти. Обовместо се безрядния в благочести и при мудрости духовни и мужи послаша. Уготовено же бъйст соборо местов в Велиция Апостолста и Церкви Великим Константином, первым царем христианским созданий. В ней же, егда со святейшим террасием и самесники прочих патриархов и пископи седоша, тамо сущо и самому цариоюному Константину и матерей Она Гойрини, преди нечаянно полк Вели воинства вооруженна го, вих же срце отверждена Бериси Коноборная, е изжи от Деда Царска го, Константина Копронима, държди бъйвши го царя научише ся и в ней состареше ся. Тейно ущаем и тайно утипископов, некотори хи въльмож, Ерисио той недугуюштих, собравшеся вооруженни, гни доше в церков с воплим многим во пьюшти, не попустим да бъйдугмат и царя Константина бъйли отверженъй, но е же той своим собором утвердей законоположи, тада будат крепка и непременно. Не попустим идулом, вси цей коней святея на рицаху, вносим им бъйти в храм Божий. Аще же, кто дързнец собор Константинов и тога дугмати от метати, вносите же идули, то аби е кровио епископов земля сия оба Гриция. Таково има лву и ме теж видевши царие, помунуше епископов в остатия от мест своих. Я бие вси разъеделше ся. Войни жети и предварители их по неколиких дних благочестивою царицею и геною добре бъйше наказани и от войнска гочина отставлени и разслани повесим делети землю. Посемо готовано бъй с месту Соборова в Витинистем, Граден и Кеи. В Немже е первий, но кда святих отец 308 на Резлочостива го сушечих се Собор Б, там у вторицею святею цей собраша сия. Придеже святей тараси има и с собой на местники патриаршия, от Адриана Римскаго, Петер Архипрезвитер и други Петер Ава, от Политяна Александрийскаго, Тома Монахи Презвитер, от Теодорита Жентиохийскаго и Илии Ярусалимскаго, Юан Монахи Презвитер. Еще же поят святей тараси с собою и от царска госовета му же изрядна никифора и же послежде и престола патриарши го посем святом тараси и преемник бъйзть добродетелна го ради жития своего. С теми и со всеми святей ми от саи, ихжебе 367 святейши тараси в Нике и Сушечисия, добор вселенски 7 и су стави в пространнейши и тога града Соборни церкви. Бъйз, че первой святей хутец седение месеца септемврия в 24 и день. Памят святей е первомученицей Текли и даже святейши тараси сотворив преди Словие, коия ради вина и судсобрани, увеща ваше епискупов да судят праведно и скореняющи инославне учения. Церков нововнесенная. Та же чтом обецарско е к Соборо Писание, в нем же воспоминаше се Патриарх Павел, како при кончине своя и Советова, да Соборним Содом и Коноборна ерес отвержена будет. Благословише, ше сети от цей царя и матерего, яко таково е о православи и сотворише попечение. Восеме епискупов во ерес в пачих. Слуша емо без покаяням обращение и православи и споведание в них же Василия Нкирски държав руках своих свиток всици из него чтяше. Не почитай ущим святоi и конъй, анатема. Рецая ущим идулам и и конъй святоя, анатема. Приводя щим словеса от божественъг Писание противу святох и конъй, анатема. Отвергай ущим предание святоих отец, како же отверга жарий, несторий, е в тих, и и невскор и нехотяшим приятита, я ж не суть от божественъг Писание им показана, анатема. Влаголюще и и конъй святоя не от святъх отец бъйти преданния Анатима, глаголиш тимя ко церковка фоличиска и априемля тидулъй, Анатима, вси цие друзи епископи сотвориш и приято их бъйст покаяния и место им в соборе между епископи и православними дъдесия, и ним же невесмайри си отмештуштим ся суд на иное време от Лужися. Глаголаше по святъй Тарасии, состаревше се болезни обикновенни, злые нрави, неудобно и сцелеваями бъйвают, обаче и тях по том исти напукаевших се святъй собор прия и не отстави их от санових. Продължи си же святъй той собор до 20 дней, в няже сходяща се беседувах от божествена гописания и от святъх прежних великих отец и учителей и от древниго предания церковна гоочестних иконах и при пирахо зловерно еритическо емодрование. Приводимо бе неложна история у святому Брусе, на Немже Христос господ изобразив святоя лице своя посла Авгарию Едескому князью. Он же поклонився из целе от болезни. Такожде и о иконе святъй Хапостол Петра и Павла, и уже святъй Силвестър Папа Римски и показацарю Константину, и о иконе Христовей, в вирите от иудей поруганной, у нея же святъй ето нас и повествует. Та повестък да бе в соборе том чтома вси святи отца и плакаша. Наконец ерис иконоборно и прокляша икон же святъй их почитани отвердиша. И бъй стър радост велия святъй им церквъм, перво и о свою иконно и кръсото приемлющим, и вси правоверних народи торжествовахо много лета в опьюеще цереми пастерим. Тако прележним попеченям святъйшого патриарха Тарасия и благочастивия цари Цирина и Чтаним е ирис иконоборно и бъйсто твържена и попрано. Вири же Христовей церкви Дарувасия. Поправля е добре церков Божия святъй Тарасии, заступаше обидимая и помогаше в бедах сущим. Иоанна протоспатария царска го у некои винетяшци и жестоко изпъйтуема бъйвша, та же отус нощ и избежавший к церкви притекша. За роги же святъй е Волтаре Трапези Емшася, милости и избавлени от смерти просяща, святител Божий защитий не даде е го притекшим по неговатирин и царици воинум. Внижа пред верих церковних стрежах от угодними нощию дон дъжи изъйдет, чая хубавяко всячески из церкви изъйдет естественни ради нуждъй. В святител Божия и неисходна ту го Волтар е храняше, подавающе им от Трапези своя пищо. А егда нужда е му бейтелесная, то извъждаше го под мантию своя и от верми е женедесней стране и в отходное место в вед ждаше вне, та же пак и под мантия и в Волтар в във ждаше. Съеже творяше повсядни е лико человеку он му бе потребно, служае му аки раб и негношае си такова го дела. Си цепастир добре и пасяше свои овцу от смертию за щищая. Наконец властио свое е орхерейско и небоязнено связа ищощих человекуто му смерти, отлучени от церкве тем на Ложив, а ще бе и более хотели некое злооно му сотворите. И бъй ст свободен от суда и казни протоспатарии за ступлениям добре го пастире святаго Тарасия. Та же цар Константин, 20 лет достикши и в царскою властю крепившися, нощайма и злъими советниками своими отстави от власти царския матер свою благочестивою цари Цирину, добре и примудре все царство управляющетою. И сам царствоя, имея свободное, неяко же прежде под властю матерния житие, разврати се въльми и живяше нелепо. Возненавидевше неповинно законною свою супругу царицу Марию, въжделейния именем Теодотии, с нею же тайно грех творяше и хочаше сотворите у себе супругу и царицу, а законною отгнати. Ища же на законною вини, соплете ложною кревито на ню, аки байона хуте и го отравваю у морите. Неправда же ту, аки само и истину цар поведаше всим и всиему, яко царио е мляху веро, и пройде той слуг в народ, яко царице хуте царя погубите ядом. Весно же то бъйст и святейшему патриарху Тарасию, и бъйст Печален Зело, познав коварство царево неповинно с джецарици Марии и мисляше, как оба и го неправде той и огресе обличите и кои справления обещат. В то време неки удвельмош любими царю, послан от царя прийде ку святейшему патриарху, вешт ложною, аки истину и безвеща и у царицея, яко уготова яд царю, и потребно ест глаголеше да всячески осветейши отчи, благословише царю иную, вернишую и му поят и супругу. Святъй же воздухнув изглубинъй и слезно осклабився, нача глаголетие. А ще сия, яко же глаголеше и ума и слил цар, и плод с законом Божием сопреженою, и един с ним сутворшую се отсещи от себе хощет, невем како претерпит от всех студии поношение и како под властю и го сущих увещает к цело мудрия и воздержания. Како грехи при любодаяния судите и казните будат, сам са и плененен таковым беззаконним вожделением. А ще же бъй и истина била то бою поведа и мая нам, обаче потребност послушат и гласа го сподни глаголюща го. Всяко отпуща и жену свою развесловеселя бодейна го, творите при любодейство ве ти. Но кое го бъй царица възхотела бъльшегу честью и лучшегу красотою мужа и ме ти пача сега царя суща и красна и млада, а ще има уготова смертни яд, како же тъй глаголеше и. Но яко же вижду, сия лъжато го радио строй сия, да честнае женитво без честици и ложен ескверния оскверниция, ведете же мерзост блудная и в оставице семе при любодейственое. Се юбот нас и от подобних нам отец ответ прими и донеси пославшим тя. Не имам вери глаголяме му от тебе, смерт же пача и му ки тяшки и изволяем подияти, неже послужите благословейниям нашим таково му беззаконно муделу. Дъвест цар и ако не праведно моего совето не са изволим. Сия слейша фон и въльможа, отъйде скорбя и вся яжи от святейша го слейша възвести царио. Усумне се же цари, дивляши се таково и твердости и небоязни му му патриаршимо, и отчасти бояше се да никакусотворите му припятие в его желани. И послав призвак себе света го чесно, надея се сам славе са и своими умикчите тога сердце и ксо извълени в преконите. Прийде же света и патриарха Тараси к царю с честним старцем иоанномоним и жена с оборебе намесник от патриархов, антиохийскаго и ирусаливскаго. И сечим по-убъйчаю, начат цар к святейшимо патриарху Глагола Тисице. Возвести хужаство и святейни чрез посланника, ослучившеся нам вещи. Ничто же буховште му тъйти пред твоя учесностію, любеще и почитающе вас, яко отца. Потребно же е, да и му имио сте и сповем дею, што и се намя враждо. И ков от сожителници му и я, я ж ими не от Бога да наиест помощница. Ибо непомощница, но враждебница показа си от нея, же ми отлучите си само и закон повелеваят, и никто же е возбраните може. Понеже явна еест уявина и злое дело. Че са ради или смерд судам приимет, или е же милосерд не ест, да иноче с кое приемше одеяния плачец и каят се отъковам гръсе во всядни живота своего. Непростагобо и чуждаго, което человека хо те отраве и убитинно, своего истегу мужа, и вернишего царя, варваром страшна го. Я ще бъйто сувершила, всему царство бъйло бъй сметение немало и прошел бъй слух у таково мея злодеяни и повсе и под небесни. Тоглаго ли ущи цар, помину предстояште ми принесу жа су с судъ изтклян и мутно е некоя ПТФ себе и му щия, и показуваше та святейши му поведа ющия, като е стия да смертоносни, им же хо те и го царица тайно лишите сия жизни. И глаголаше, кото е може бъйти известнише връждея на мя показания и че са го е достойна, и кая потреба продължати време отлага ющи суд, но скоро е очестнейши от че увещаю, аби е иноки не юбъйти, а ще в живъих зретию хо ще ши, азбо не могу кто му с нею в сопружество жити ниже зрети на ню, ни терпети боле, зряшти предо мною сия уготованно и ми от нея ПТФ смертно е. Святейши жета рази видят царя увязшъв всети пролюбодейственния и ложною вину на неповинною и целумудренною царицу приносяща речекнемо небоязнено. Не воздвигни от царио брани на закон Божий, нивою и тайним коварством на истину, под образом правдъй, приступая и разоряя заповеди Божия. Царски ебо власти знамени еъс, ся творите яве, свободно, совести уже незазорною и ничто же тайно и хитро начинати против отдавше говенец царски и Бога, приступающето го Божествене еповеление. Я ве боест всъм, яко нест повинна царица зломото моделу, е же неправедно на ню наносит сяки бою, готова смерт тебе царио. Кто боя, коже преждерех, красотою младости своя, хваляй се су равните се, може твой красоте. Им же бъй царица прелще на бъйвши возлубила ту го паче тебе и помислила бъйтя ядом от сия жизни потребити. Кто честио и властио и благородство миславою и богатством паче твоя царски е чести и власти, благородство же и слава и богатство больше е, е го же бъй твоя царица предпочитала, въише го жи и лучше го себе имела паче тебе царя суща, тулики ми странами обладающа, благородством царски им всех превосходяща. Родом бой си царев сын, и внук царев, и правнук царев, и слава твоя в конце екземних, и богатство това е бешчислено. И как оба и кто лучше и любезнейший паче тебе бъл твой царице? Не ест тако, не ест то царю, но изобретена ест ция лъжа в порог с кипетроцарскому и в притчо языком и в покивание глава и в людях. Тога ради закон на го ваше го супружество и царска го соединение, разрешите недързаям, боже, я го бояща се суда, ни же имем вери славесемо-бългающим царскою супружницу, а ще бъй нами тъм и смерти мог подяти. Вема и бо издавна твой греховно ръждежение к блодницеоной, с нею же и яве уже беззаконним браком грешите хоштиши. Како почтем твую порфиру, е гда тя яве пролюбодействою, што узрим? Како внидеше вултар к божественому престолу, причастите се с нами и причисти Христових тайн? Си ети пред самим Богом весно творим, яко не пустимте боле, а ще и цари си вните вултар к божественому причащеню. Връчено бълбъст к древними РМ, не дадите попрати у таря моего? Сие святейши патриарх с ревности и жалости в сердечною изреку молче. Також да и въише ръчени, Иоан Старец много е увещател на еблагоразумно к царию изглагола. Он же не слышит и хоть яше, но паче е ряше си гневаше си. Разгневахо си же вси, тамо при царебивши боляли и властители, от них же неки и ме и патрикийски сан, хвалише си меч своими руками водрозити в очрево старце Иоанну, сопротив на еволицарско и глаголющему. И повелецър гнева изполнена изгнати от себе с безчестим обоих, святейши го патриарха Тарасия и Иоанна Чеснаго и Богомудраго Старце. Изъедоша обоизгнани и правди ради, подражатели святаго Иоанна Крестителя, обличивши го иногда и родов брак беззаконни, и от трясоше исходяште прах от ног своих и глаголоше. Чисти сме беззаконни ваше го. А Цараби е законно и царицът гнав от пълът своих в мунастер Черно Ризиц и нуждею по Стригио, уже не си предречено и наложници от Теодотияю, я же и сродно има по-цебяше. Предстата уже беззаконному тумо браку бъй с неки и оси в презвитър, эконом церковни, неведошто патриарху. Того ради презвитър той послежда и отлучени от церкви подяза дързното едево. Чташе си же святейши патриарх всячески разлучите прелюбудени и той царев брак, но не мужаше, ибо царх валяше се воздвигнути пак и иконоборно ерес, а ще бъй им от той брак запрещали. Того ради святейши и търа си остави таков беззаконни и пребивати царя, да никаку горше е зло най-дет на церков Христово, от того и же без рождение корен еритическа го сын и внуки правно к царе иконоборних, ноги е святее за почитание честних иконобивших. Гнева е си же цар на святейшъго, творяше им различни пакости, но святей е вся терпяше благодаря бога и творя подобающе своему пастирскому сану. Царя же потом боже е постижа казен и отмещение. По некои мболете матери го облъпочестива я цари Цирина, видящи зло и беззаконна и го житие, и закон боже и попираема и от него, ки коноборство паке го сдвигнути се хотьяще е, в останане го праведним гневом лучше любещи бога и правда е го нежи свою крови, и совещавше се с начальни и шими буляри я цъйна, и в палате порфирия нарицаемой и дъжжавни роди се затвори. Та же повелее избостие му очи, ако же и он сотвори трием дядем своим брат и отчей, никите антимуи и в доксию прежде пяти лети очи им избочи. И тако цар е достойно и по делом своим казен получивши, умри от болезни, а Ирина пакиски Петър прия царствия и изправи вся развръщена и отсъйна. От того време ни святею годник боже и тараси и прибъист в мири и тишине, добре пъся словесно е стадо и управляя Христово Церков, отерез и очисти фил. От днежи освещения слегом повсядни совершаше божествено и литургию и никога дажето е остави, а ще и в болезни. Доспев був старост довольно и к кончине своей приближи вся, болезни отелесно и обят бъйст. Обаче не престаяше от повседневна гослужения, дон дъже зело отекча от болезни, яко ни отудра уже мощно бе има в остатии, тук да пристал от литурги санния. Приисходеше своем от тела, боряше се с беса и припирай се с ними, и на вся отвечта ваше им яко победител. Екдати, изследуяще житие го от юности, многое на него неправедна е дела ложно в Озлагаху, он противо им глаголъше, неповинане съм тому, е же глаголете, лъжу клевещите на мя и ни имате в умне части. Бе при том списател жития и го и гнати е пископникейски, в дякости ми ще тук да сушти чине. Той приседя больно му, слышеше Словеса света, го ими же противляше се невидимым духом. И изнемок шо изъйко е го, рукой от гоняше бе Софио, доливаше и их. Та же преклоняюще седнио и вечернемо пенио, по-байчо и сувершаемо, екда нача се псалом да видов, приклони го с води охотвей и ослъйшимя. Святейши патриарх тараси мирним образом и светлим лицем предъде святою свою душу в руце господу. Пас Церков Божио 22 лета, сконча се в царство Никифора, по-ири не наставше го. И плака се по Нем цари в Ельможи, е весь град духовни мирстии, а не паше нищи обозии, сироти и вдовиции. Бебо к тем зело милости, ви всем добр пастир, любезен отец и полезен учитель, и кому ж до в бедах помощники за ступник. Погребен же бъйст в монастире своем созданном от негово во сфоре, и подаваше се от гроба и го многим булящим изцеление. Жена нека е бе в тучени и крови от лет многих, та понеже в монастирона и жена в кодите небе попущаемо, преобразивше се в мужеско одеяние в ниде, и гроба святейшого тарасия звероя, коснувшися, е леют лампади и ажебе при гробе приемши, аби е получи изцеление. Тожде и не е жени с отворивше изцеление сподобишеся. Муж Неки едини моком слеп при апрозрение у гроба святаго помазани и ме леят и го лампадай. И на руко сухо пришет зверо и леем помаза, и аби е простреси рука, и го е бъйст здрава. И не е много е недуги изцелевахо си и прогоняко се беси силу и освяте их молито фугодника Божия тарасия. Не подобая джо молчати и туго, яко сей великий и православия ревнитель, нето че в животе своем на иконоборно ерис под визася, но и по представление своем на то, и ужде в урожаше се многим болетом пришечим, и льво армени на Царство Греческо е приемшо, иконоборство обновившо, святей тараси и тумо само му льво иконоборцо в видение сонно ми висе с вели им гневом и повеле некоим о войно Михаилу, да бъйме че му дарил зловерного царя. Он же ударив, пробуде царя льва с квозе. Възпрянув желеф от сна со страхом и трепетом бъйств недоумени и велицим, и мнеф яко в монастире света го тараси обретаяться некото Михаил на Рицайсия, и же оби тя го хоштет, посла там а изпъйто е прележно у Михаиле и наведя, и ако того у себе имат Михаила во и водо, прозивае ма го Валвус или Травли. Той бъл бъл бие го в самоиден рождества Христова. И погибе с шумом злочистив и цар, побежден бъй в молитвами света го тарасия, отмещенем, че с самого Христа Бога во иконе спречистою свою материю и всеми святъми почитае ма го и покланяе ма го. И може чести слава с у отсеми святъми духом вовеки Амин. Конец жити и святъх месяца февроария в 25 ден.