 Житя святех, святители Дмитрия Рустовска го. Месец август. 1-й на 10 дн. В той же ден житие преподобни отец наших теодора и Василия Печерских. redfliprevox.org Корен всем злим Сребролюбия ест, Божествене епостол Павел Рече. Исполни си речениято делум в достухвальном житие Сем, Иде же не иною вештию разве Сребролюбиям враг, Злоначалник, Злая, Душевна и Жителесна на ведеискушения. Глаголю, на душо блаженна го теодора, Страдания же и Смерт на тело не ток му того, Но и на Советника и го блаженна го Василия, У них же пишат сесице. Блажен и теодори мееше в жити мир с ком и мене многое, Слъше в живоевангелия го сподарекше го, Всяк от Вас, и жене отречете всего своего и менея, Не може да бъйти ма ученик, и си му славеси последова. Оставя люба вся мир с кая и богатство раздав нищим, Бъйст черноризец в монастиря Печерском и добре подвиза се в добродетели. Повеление мжи и гумина, Бъйст жителе в пещери и аж нарицая ця варяш с кая, И дъже много лета при бъйст, в оздержание при лежа. Сим облаженному теодору принесе некогдавраг стужени и печаль не мало и мене ради раздан на го нищим, Приводяемо на мысль долгото лет изнеможение плоти и оскудение монастирски епишти. Теодоржени разсуди изкушения ниже по мино господа Рекшегу, Не пицейте се дошею вашею, что ясти или что пьете. Возрите на птици и небесния, еко не сеют, ни жнут, ни собирают в житници и отец ваш небесни питайте их. И нача от скорби к отчаянию приходите нищите и ради, во много дни помрача им врагом, И с ее скорб яви другом своем изповедаше. Бъз че некото тогъж де монастиря черноризец именем Василии, усовершених един. Се ихотя отешите и отрова отчаяния и извлещите одора глаголайму. Братите одори, молюте не погубим здей своя я, А ще бъй мене раздан на гунища им пак и разкаяв се желайше, А стебе вся воздати по чту сия, тук му търци пред Богом да милостейне твоя мне вмениция. Я бе е безпечален будеш и приеми мене своя. Но блюди, а ще стерпите господ, ибо також де в Константин еград и разкаяв се некото озлате в милостейния раздан ем, И в мене то пред Богом другому от него же взимаше ежи разда. Но екде рече не аз господи сутворих милостейния носи гоест, Аби е пад посреда церква и изче, и обоя купно погуби, злато же и живот. Се слише в теодор и в ум прием плакаше в своем согрещение и брата облажаше воздвигше го и го от такова гонедуга. От таковък буръч е господ, а ще изведеш и честное от недостойна го, яко устамо я будеш и от то ли возрасти велика любов между ими. Посем обо теодор добре при успеваше в заповеди господних, я же праведна, логоугодна, свята и непорочна суть, вся сия совершаше. Тук да велико язво прият дявол, яко невозможа и го тема образумна сребролюбия приостити, пак и вооружи се на него и ино козанто яжди погибели представи. Василия Боедино и от слан Бъйсти Гуменом на некое послушание, иде же в медли три месяца. Враг же обред своя го зло хитря время, преобрази се в подобия Василия и прийде к пештерному, аки ополезних с ним беседуват и творяся. Теодор е рече, како не и не успевайши, пристали отебе Бран Бесовская и рештети пак остворит принося любление стежание и возбуждая памет раздан на гонищи мимения. Теодор же не разумев, без са е го суща, но мне фяко братимо с ягла голед, отвеща. Тво им и от че молитвам и добре успевайцем не. Тобо и бе отвержден, не послуша и от бе се наносимах мъйслей. И не и не ащи, что повелише са осердием с отворю не преслуша етебе. За неже пользу велико и обретох душимо е наказаним твоим. Без джемнима и брат при им дързновения, яко не поминуте от римене Господа Бога, глаголе имо. Еще други сувет даю ти, им же покой обращише и вскоре от Бога примише воздаяния раздан на го твоя имения. Просил Господа Бога да подасти злата и серебра множество и не да ащ входите ни един у мужик себе, ни же са ми сходи из пещери и се я. Пещерни же обеща се в ся се я сутвори ти. Тук да отиди от него пронирали въй без и не видимо приносяемо помъйшление обретини и сокровища, подвиждаше е го на молитва Сем. Моляше се обод теодро кога Господу да получи от него сокровища и обеща е се вся в милост и ню раздатния. Та же основи се виде во сне Беса, светлъжи и окрашен на Акеангила, показуи, ще имо сокровища е в пещери. Всие же видени не едино юно много жди теодро бъйст. Он же днем некие минувшим прийде на показано и себе во сне место и начако пати и обрете сокровища, злата же и серебра множество и сосуде многоценни. Посем прийде пак и Бес в образе Василия и Глагола Пештерному. Где е с сокровища данно е Тебе? Себо яви ви се Тебе сказа и мне, како множество злата и серебра да сте Тебе по твоя и молитве. Теодор же нехотеймо показати сокровища. Я би е наче злохитри Бес и Яве Пештерному Глаголати и в тайне помишление му влагати да взем сокровища отъйдет на инострано. Но перве е си цирече. Братете Одоре, не рехлите, како вскоре приемеше от Бога в издаяния разданного твоего имения. Той борече, всеки же остави дом или села имене Мой Горади, стурицио приемете живод вечнина следит. Не и не обосе уже в руках твоих богатствоест, сутвори онеми, ако же хоштеше. Отвечтаймо Пештерни, сего ради просихо Бог да аште подаст мне все в милост и ню раздам и мню яко тога ради да ровам не. Супостаджи, речеему, блюди, братете Одоре, да не паки враг на несет ти скор в раздаяния ради, ако же и прежде. Себо да десете бе вместо она го разданна го тобой и обогим. Аз тебе совет даю, да взем сие и деши во инострано и тамо притяжеше села на потребо свою. Можеш ибо и тамо спасти си ебесовски хизбегноти кознии. Ек даже отшествие твое отмира се го приспет, по да си той може восхоштиши. И тако памят тву я пребудет по тебе. Те одружи к нему рече. Ни сте жду си ли яко оставих мир и вся я живнем и обещах се живот свой с кончат и в пещересей, а не и не беглед с Будо и мирски и житель. А ще угодно ти е да живу в монастире и проче е вся я ли къречеше б не сутворю. Отвещай му без. Не можеш езде от ити с укровища. Увес ця и взято от тебе будет. Но прими мой совет е жити глаголев скоро сутвори. А ще босия неугодно бъй бъй бъйло Богу да стежание имаши, ни бъйте бе дарувал, ни жебъй мне извести да утверждутя. Тук да пещерни верува в бесо, аки брату, неча приготовляти от е, колесници же и сосуди. В няже бъй с укровище собрал и изшел из пещеръй. А може извидете го без схотяшт прелести у свое и отлучите го от места света го при подобних отец, Антония и Тодосия и сама е пресвятея Богородица и пача жива от Бога. Человеку любиви и жегу спод, хоть я е всем человеком спасти се, спъсе и сегорба своего теодора, молитваме при подобних своих. В то бъв време возврати се отпути в Сили и спъсе и прежде теодор от помъшление злаго и прийде в пещеру, хоть я видите живъща го в нея брата и може глагола. Теодор е брати, како обозена и непребаиващи, много бъв време не видих тя. Удивися же теодор се цевомо целуване и отвеща. Що глаголяши, ако много време не видили семя, вчера и прежде тога дни всегда бъли се со мною поучаемя и се ас уже иду, яко же повелел меси. В Сили и жепача одивися се цевомо ответо и въпроси. Ръцей ми, брате теодоре, што ест глагол сей, како глаголяши ме вчера и прежде тога дни всегда бъйте с тобою и поучатитя. Или камо итиши, а збонени от пъти возвратих си и ниче со же съвем. И да нещо бъйст от бесовска готи действа, молютия не оттъй и от мене Бога ради. Теодор же с гневом речему, што ми изкушайши и по-что смоштайши душо мою, овогда си цим и глаголя, овогда же инако, коемо славеси вероват и имам. И тако досъдив от гнай го от себе. Ся прим Василия отиде в монастър, без джипаки в образе Василия прииде кнемо глаголя. Брате, погубил я само каян на юм и на эти глаголя, сега ради не вуспоминаю досада и юж от тебе прияхно сие глаголюти паки, и зайди скоро от сюду в огреду, што и нощ, обретено е сокровище в зем, и сия рек отиде от него. По съм паки Василия прииде кнемо поем с обой няки от старец и глагола пештерному. Вси и суть свидетели, яко три месяца суть от нележе видих тя. От сланбобъх и гумином потреба и ради монастърския, и ся нъй не трет и ден яко прийдал в монастър. Тъй же едва прише, чо глагола лесим неяко вчера и преждето годне и всегда бъих у тебе. Тога ради не пштую, яко Бесовско е здебисть действо во образе моем, и я ще хоштише истюно разумей ти сици сутвори. Не даш никому же приходящим к тебе беседоват и с тобою, дон дъже молитво и Иисусово сутворит. А ще бо не возхоштит, тук да разумеешь, и яко бъс ест. Сия изглагола в Василии, сутвори молитво за прещение, призвав святоя на помощ, и добре отвердив теодоро от иди в монастър в Келлио свою. И по съм Бес не дързно проче, явите се теодоро. Теодор же разуме, яве прелест пронирлива го, и отто ли всяка го приходяща го к нему прежде молитво и Иисусово сутворите нудише, таже бе седоваше с ним. И тако укрепи се на врага и господ избави го от устълва, ищо ще го поглотити. Яко же и многим случаят се в пустъйних с китающи мсия, и в пропастих земних и в затворих без молвствоющи мне еди не, им же велия крепости Боже помощ потребна ест, да не будат набрани единомужно и побеждени и поглощени от звери и души губних. От толико оборва погибели избавлен са и блаженни и теодор, начат штати се зело да паче враг в пъдет в яму, а не он. И вопер вих изкопа землю глубоко, и там овраждующия на себе сокровище обретено и влужив, засипа, да погибнете памец и го сокровище с шумом. Моляше же блаженни и господа Бога непрестанно да бъйдарувалимо забвени и места тога на немже скръй, и да бъй от ялот него всяко страст сребролюбия, яко же и спълни господи молени и го. Ибо от толи ни коли же сведешен оместеоном ни же по мысли когда остижани, но злато и сребро, аки брени е в миниси ему. Прочве же да не паки тая ж дедерзост будет на него бесо, ек да бъй празден сей подал ме столености, от нея же родит се бе страшие, дъде себе блаженни се и теодор в работа Велио. Постави бов пещер жерновъй и нача работати на брати и унося измонастиря жито и сам своими руками измелива я. И тогдя по все нощи без сна прибаиваше, трождае се в дели ручно мимолитве, дниже приспевшо, муко отношаше и пак и жито приношаше. И си се много лета работа е ослабо немалу рабом монастирским творяше, не стидя се от таково мделе. Времени же много минувшо, видя в келар пещер, нъгов таково и работи излострадани и трождающа гося по милисия, и некога привезено бъйвшо из сел жито в монастир, послак нему в пещеру пят возов да не всегда приходя он сам взимати, трудна труд себе влагает. Тя одружи си пъв жито в сосуда и нача молоти, поябсъл ти ризуст. Екда же отроди си, хоть аше мало почити, и се в незапоглас бъйзть, аки грома, и начаше жерно въи сами молоти. Бължени же разуме в бесовско едействовоста и нача молити се богоприлежно, та же рече вели им гласум. Запрещайте господи в селокави беси. Без ше не преставаше меля в жерно въх, тук дате одропаки рече, во им отца и сына и света годуха свъркши готес не без, и давши го в поправния своим угодником, повелеваяти аз грешни не престать от дела сего, дон дъже все измелише жито, да и те поработаеше на святое братьо. Сярек, ста святъй на молитве. Без ше недръзнув преслушат и запрещение измеляе все жито в ноштою, вътре и же теодор възвести килариуда пришлед по муку. Киларжи одиви се чудномуто му делу, како пят възов единою ноштию измелено бъйзть, и шед сам в пещеру въи везе изния пят възов муки. Есе пак и другое бъйзть чудо, ибо от того же жито и других обрете се пят възов муки. Избъйзце с да е вделих блъженна го теодора Слово апостолу в иногда глаголъвших. Господи, и Беси повинують се намо имени твоем. Також да и речения са Маго Слово Божие и Иисуса, и жи рече, се даю вам власт наступати на змио и на скорпио и на всю силу вражио. Ко те шабов се лукави и Беси устрашите се го ръба Божие и себе поработите, како же прежде пръль стиша того. Но приобретоша сами и на себе узе и работи, и ако и возупити им, тога глаголъвште. Уже к тому сде не обряштим се. Та же теодор и Василия и Совет Богоугоден положише между собою, мысли своя и я ни колеже отаите от себе, но разуждате обоим в копяште Богоугодна ест. По разуждение обо обоих Василия и в пещеру безмолвствувате в ниде, теодор же старости ради из пещери и заиде да обитаят в ведхо монастире. Бъз, че тук да са жен, ведхо и монастир и древано остроение церкви и всем Келиям, на бригуд не пра плотно привезен на Елижахо, я же на гору в звезди и звозники на ята и бъйша. Теодор же хотя Келия себе поставити, сам на себе нача древано си тизбрега на гору, не да я и наим тро да своя го. Обаче лживи и бе си забъйша, и ако неудъвно принождение от теодора в работа, обещаше се не обретате се у него и пак и пако створяхо. Елико бо теодор вознушаше древ на гору с трудом вели им чрез ден, строение ради Келия и своя я, бе си нощио вся таяни звергахо с горе и хотя ще тако прогнати блажен на го. Теодор же познав пакост без оф рече к ним, во имя Господа Бога нашого и Иисуса Христа, повелевши го вам во свинявните, повелеваю вам аз грешни рапе го вся древа, яжена бре за суть, взнести на гору. Не брати и работа юща, и Господа без труда прибудат, и дом молитвен и при свете и госпоже Богородице, и Келия и себе без пакости вашия сдати в узмогод и да увести, ако господ я са на месте сем. Я бе бе сито яжде нощ и вознесоша от брега на гору вся древа, елико доволено боисно устроение в сега монастиря, не тук ме единия Келия и теодору. В утри же извозники в оставше е хаше на брег, хоть аж те возите на гору древа, и са не едина го же обретоша. Созерцающе же сем и овамо видеше, яко вся уже на гору вознесе на бъйша, ниже вкупе на едином положе на месте, но вся разно, което с чим бъйти, особ по кров, особ по мост, особ же велико е дуби и неудобно симо е за дългото, и бъз ция вешто дивител на зело, въише по человеческия сила и судея сия. Тем же прослави се бог в угоднице своем теодоре, купно же и советнице сега в Василии, их же ради подвигов бъйз цие предивно и чудо. Обаче си единодушни Реби Господи, не гордяхо се оповиновени и безовстен по-реченному, не радуйте се, како души въм повинуються, радуйте се, же яко имена ваше написана суть на небесех. Безже за прелест свою теодором и Василием яви обличае ми суще, не можахо стерпети своя яукоризний, яко иногда от неверних чтоми и поклоняеме бъйше Аки Бози, последи же от верних сих огодников Божих теодора и Василия видеше себе небрегомих, уничижаемих, безчествоемих и Аки рабов купляних работающих тем. Овогда жито мелюще, овогда древа на горно сяще, ксим же и от чоловек отгоняеми сущите прещениям тех. Тога ради слышано бъйстя, како во време ношение древ возопиша, оозли и люти и нам са постата и теодори в Василии. Непрестаним ниже по чьием борюще се с вами, донде же смерти предадим Вас. И от то ли злолукави и беси, не ведоще, како честнейшога венца ходата и будут бълженними, начаше всяко поощрят и злее чоловеки да погубят их. Тога Боаби е побившим чудесиво сдвигоше на въждение мбесовским Крамулу на ята и звозники и рекоша бълженному теодору. Даш нам наем наш, невемо и бо кое и у Козния соглашая се с Василием, сотворила си сим древа на горе бъйти, мъй же готова и бъйли во звезди. Еште же и судья неправедно и злата даром побежден, не поминая на сяо суждение Божие, ако неправедно судья и само сужден будет, присуди да теодор тем наемником воздаст мзду, тако изрещи дързнув, да помогут тибе си и платите, и же възмогоша возити. Люто бъйст зело толико и навъждение бъсовско на нестижатор на гостарцата теодора, скупно же и Советника и го Василия, обаче с ему недовлеюшто куубийство, ино смертоносно и обуря, възпоминая вече первия своя победа и ратник диявъл въздвиже. Приидево образе Василия без молвство, ища го тук да в пещере Варяшской, кне кое му от Советник, княжих, Боляр и нулюто зело, и свирепо, словом и делом злочестиво сущо, е може знаем бе Василии, и глаголат у му прелестник си ци. Теодор прежде ми не бъйви в пещере, обрете сокровище многое, злата жи и сребра и сосудов многоценних, и же взъм, отево ино бежат и страну, аз же одържахе го. И си най-не и род бъйти творици, и са общаят себе сом, повелевая им молоти и древа с брега носите на горо, обаче сокровище опасно храните до време неблагополучна го, да от айми не сте му тъйдет, а може възхождет. Князже ничто же обряште от тога. Съяс лише в Болярин от Беса? Мнима го Василия, привидея го кога князвим Стиславо Святополковичо, без джес я вся князви изглагола в преложи и то. Скоро обоймите го до нележене избеже и сокровище приимете, аз ще живоле и одати не възхожде трябва и доволене, възложите на него и отдаст. Аж те лиже и тако не изправите, предавше я го му към многие мене призовите, я спред всеми Вами обличу его и месту и даже сокровено изс сокровище покажу. Си опрелест всея в Бес, изидел то, че е сих. Вутри же княз са ки на лов или на некоя го война креп къго, сам еха со множеством войф и поем блаженна готеодора, привидея го в дом своя и даже перве ласканям начаво прошати и го влаголя. Повеште мне от, че аж те обрелеси сокровище, како же слишах. Отвечте е му теодор. Ей, обрето, хи не и не сокровено е с в Пештерия. Бо проси же и го пак и княз. Слише цели от, че кто бяше скрива и той, и много ливнем злата и сребра и сосудов. Отвечте блаженни, яко е ще живущо при подобному отцу нашим Антонио, поведахо варяшское бъйти хранилище в той Пештерия, е, же тога ради варяшскоя нарицаяци и донайне, обаче злата и сребра бесчисленно е видех множество, сосудъй сут латинскии. Та же рече е му княз. Почтово бо от, че не да си и тогом не, а збор разделю с тобою и е лико ти потребно бу ли дво змеши, късе му же будеш и отец от цума и му им не. Бъз же тук да отец и го княз свето полк в турове. Блаженни жете от дур рече. Аз ничто же трябва и приятел от тога, и же не е с мне на пользу, себе и вам отдал. Понеже тумо работете, от него же аз свободен я съм, но от я отпене го спойт памет место тога на немже скрех. Тога княз с гневом глагола слугам, сега му наха по руками ногам повелевай оковати и же через три дни хлеба и вода и дати е му, понеже милости му е е невосхоте. Та же окован са и пак и попрошен бъйст, повешт, где е с сокровище. Те одоржи от вища. Не вем, яко же глаголъх, где скрех. Повелев обо княз му чите и го многим и ранами, яко умочите се все и влъсеници от крови. Та же повелев, де име великом повесите и посем привязате и го назад, и огън под ним возжищи, яко многим 90 терпени у мужа, ибо в пламени, яко в Росе прибайваше, е го же и влъсенице неприкусно се огън. И некто от предстоящих сия видев сказа князъю, он же ужи сум содержим глаголък старцу. Почто погубляеш и себе неподайя сокровище, и же нам достоит. Те одоржи рече. Истинно ти глаголъх, яко молитвам и брата Мойго Василия, и тук да спъсен бъйх от Сребролюбия, ек да обретох, и на и неяко же глаголъх от я от мен и го спод памят местата тога на немже скрех. Князъ ще си е слышав, скоро послах в пещеру поблъженного Василия, е го же нехотяща прийти нужди у приведоша. Тук да глаголъемо князъ. Се е же повелелеси мне сутворите си му зломо старцу сутворих, но ничто же успех. Тебе обусъм аго е го же вместо отца и ме тихощо в освидетелство призвах. Василижи особне в сире чекниму. Що ти аз сутворите повелех? Глагола князъ, е же известили си мне о сокровище обретено му от него, нехо ще ти мне поведете от то, ма ще и му чхе го. Рече же Василий, познах Козан Лукава Губеса, прелестивша готия, а на мене солгавша, и на сега преподобна го. Менебо никогда же виделеси исходяште из пещери из пятнадисет лет. И се вси предстоящи и рекоша, при нас всех глаголълеси князъю. Василижи рече, всех Вас прелести без. А сниже князе видех ни же Вас. Разгнева все, же княз повеле и сега мучите без милости, якож и теодора. И не стерепе в обличение своя го возири се паче, шумен се и от вина, и взем стрелу у язвиблъженого Василия. Василижи изя стрелу из отроба и своя, и верже оною ку князъю Глаголя. Се и устрело и непомно за само язвлен будеши, е же избъзце по проречени у святагу. Но прежде того е ли живъх сущих отмочения святъх повеле и княз особ в темнице затворите, да наутри и лютейши мукъм предаст. И в ту ночь уснуше чесною своя и пред господем Смертия оба преподобни, и изведе господи с темници и души, и споведайте си имени я го святому, обо свете пресносущни. Оведавше жебратия, прийдоши и взяши телеса святъх и стръдалец, их же погребоши чесно в пещеря варяшскои, внижи трудолюбно и бъголгодно под висах усия. Оба, че потом принесени суть в пещеру преподобна го Антония и даже и до ней не лежат нетленно в одеждах и в лъсеницах окровавленних, також да прибайваюш тих нетленно. Непомногом же времене и отблъжение их кончины, сбъйсце проречение преподобна го Василия, ибо князм стисла Святополкович подстрелен бъйство гради Владимире на забралих, бия се с князем Давидо Мигуревичин и тук да познав стрелу свою, е уже у язви блъженна го Василия рече, все омираю днес преподобни хради Теодора и Василия. И тако злъй обийца отмещение прия по делом своим. Преподобни же страдальци, яко победители с ребро любим побъждаюшта го дявула, не с ребром тленними златом, но славою и чести и вечно и венчани суть, и получише венец от камени честна и жеест Христос, и може чести слава с Богом от сем и Святеем Духом, на иния присно и вовеки веков Амин. Конец жития преподобних Теодора и Василия Печерских. This recording is in a public domain. Жития Святе е х Святители Дмитрия Ростовскъго. Месец август. 2-й на 10 ден. Страдание святе е хмучени къняките и фотия, и многих сними. www.ratforlaprivox.org В никомедии градевите неистем, нечестивий цардио Клетиан Бъев и на христиане и пред всем синклитуми народом Возиривсия, предлъжи посреди града множество оруди и к моченио. Мечи, сечива, ружни, ногти железния, сковради, колеса, конобаи и вся яже на мочени е лютое изобретенния и звери страшния, готова, хто тя всеми теми от сръщите на рецающих и ме Христово. И посла прещения грозния во вся концей царства Римскъго повелива е всю догоните мучити и убивати християна. Многие е же глагола шехолейна единородна го си на Божия, бе тук давни комедиистем гради мужи благородни саном Честен е един от комито в именем Аникита. Той изполни всеревности по Господе Бозе, ста пред цареми дрезновенно изповеда Господа и Иисуса Христа истина го си на Божия и Бога, и о первом безначаленом рождество е го, и о последним тогава плащеннии е женаше го ради спасение прия, въгусловесно и зеви, порога си же прелести и долстей на рек богофизических, глухими и ничувственими, також да и покъняющих се им у гори. Наконес рече, пръщения твоя оцарю на християна и уготовътна и предложенная немало нас устрашают, вся бомуки ни в отщо же вменяем, ни поклоняем се бездушни мидолум. Царжа изполни всегнева и ярости и славе сега Богопроповеднических слищат и боля и нетърпя, повели Аби е урезатие му язик, но Аникита святе и поурезани язика главалаше ясно, слави Христа Бога. Биено бо бъйст с котскими жилами жестоко на долзе, яко и костеме го пройти сквозе кожу. Он же том, че ни, аки в чуждемтелеси мужествено терпя, вели гласно к смотряштему на него народов за иваше, проповедуе Христа единаго бъйти истинна го Бога. Та же повели цар предатие го на снедение зверем, и изпочтен бъйст на него лев страшни и вельмира и каяй, и же приближи всекму чинико кротчайши бъйст пача агнца и ласкаше сяко святому и под бъйвши началей или цемучениковом, ногою аки губо и отре. Святъй живозва глаголия. Благодарюйте господи Иисусе Христе, яко избавил месъю от зубов зверес и го. Молюте влади, кога и впрочим под визе помощ дъсници твоя прострещи ми, яко да я рост мучителево возмогу победите и венец от тебе прият изпод облюся. Тако святому, помолившо ся, бъйст трус земли и капища и ръклиево падесо и долом тога, и част снека и от стенъй градски от Валисия и многи от Алинов Поби. Повелел обоцар меч е му цъщи главу мучениково, и агда спекулатор под ям меч е же посещи мученика, аби и руце има ослабеше и сам паде на землю и бъйст недвижим, аки нечувственный. Виде той, диоклетиян, повелена колеси мучилишно меже между остръми, желези и бяше, привязати мученика и огни подложите, и обращати колесо, да юстрим желез на удъй режимъй и огнем опаляема и умрет. Святъй же мученик привезуе мъй ка колеси глагола. Господи Иисусе Христе, разрещи ми от мучилища сега предстоящих ради, да не обоят се смотрящи и на мя, но да видеш те скоро и твоето помощ, тук репят се стати мужественно против у мучителя и победа и венец от тебе приимод. Яби е узи на ням разрещише се и стак коло надвижимо и огн погасе, и повелем мучител коноб олова напълните и развърити и въвръщи во на истрадалца. И виден би ангел господен с мучеником в коноб входящ и, ако прикосну се коноба мученик, аби е коноб с олово му студе, яки лет бъйст. Тако анеките святому за Христа подвязаюшто се с родники го, именен Фотии, видя силу Христово преславно соблюдающто и раба своя го, отложи весь страхи от народа смотряще го на позор из шед. Претечек мученик у святому и обемляшето го любезно и облабо изаше отца и ходата е спъсени о своему тога нарицая и показуваше се готов с ним купно страдат и Христа ради всякия муки. К Церюжи возвагла голя. Постъди се ойдало поклонниче, Бози твъй ничто же суть, и рече Цар с ярости ук слугам, посетцейте его мечем. Як да един от слуг обнажив меч в въисото под я, е же одарите във въю моченика, обратише се силу и боже, и у руце и го смечем на тога съм аго, и одари себе по коленам и пад на землю и стше, и связан бъйствот и со святеем анекито и виригами железними и в темницо купно в съждени бъйша. По трех же днегде оклетяне извед мученико в глагола к ним, а ще послушайте мя и поклоните се богом, чест ми великими почту вас и мен и обогашту. Святи и же отвечташа, чест твоя и богатство твъй да будат с тобой в погибель. Бозери вси обумочител, повеле повесите и их наги на мочилищи и железними ногтми строгати плоти и их, тъж же свещами горяшти ми опаляти. По съм каменем бити, но во всех тях муках бях у святи и веселящи си и благодаряшти бога, яко ни мало ощештающи и болезни, соблюдаше боих господни вредимой, слава и ради имени света госвоего. По съм привязани бъйша за ноги к диви им конем и влъчими, но ни тако одоление от мочителя, сохранени бо бъйша без вреда. И влъчи мяки на колесници ездищи и пояху славище непобедимою господню силу и друг друга славеси укрепляху, диви же кони в незапусташе и ноги святих отришишеся и вусташе здрави. Пак и обумочител повеле вели ми бить и их, и с солио оцит размесивше, возляти наране и их и във ръщи в темнице. И прибъйше святи и мученики в темнице оно и три лета. По пришестви же три ех лет, пак и извидени бъйша намочения. И повеле мучител разжищи народни окамено и баню за три дни и затворите и внай мучеников. Святи и живбане той молише се к Богу и разседе се баня и источник води из кипе и бъз тим прохлъждение. Як да стражие по двоих дних отверзоша баню, урезаше святих живъх в неяходящих и поющих, и возвестише то царю. Он же, яко не е Млей Вейрей, прийде сам видети, а святи и узревше царя возваше к нему. Сема и ом мучителю, во всех му ках победителия вихумся, теже побеждени посрамлени си. И возвратив се цар со стодом, повелеят и мучеников и держати в узъх, дон дъжи размислят, како и их погубите. И сотвори пешт Вейлио четырми столпами железними окрепляемою, могушто и множество человеков себе вместити, и разжеттою, яко же иногда навого доносор вавилонскою, потяв ню не тук му двоих всих святих мучеников, но и всех их же обретих христиан във ръщи на сувжение. Христиане же с женами и дътмини ждущи от нечастивих к пешти влечения и вържения, сами к ней са устремлени им тичахо велегласно взивающе. Христиане е смъй, единого Бога почитаем. В недоше же первее святи и мученики, а никите и фотии в пештоною, та же и все множество христианское там особравшееся, воздевше к небесируци и помолившеся, ввергоше се посреде пешти и взивах от пламени глаголюще. Благодарим Те всесилни и Боже Отче, яко единородним твоим сайном Господем нашим и Су Схристом собрали се нас в Венет са и мученически. Молим се Ти при Милусерде, простри свъйше руци твои и приеми души и наши в покой вечни, и го же уготовали с исповедником твоим. И тако му ляще се скончаше ся. Святи и жениките и фотии три часа въо огнено и пешти той живи бъйша. Та же помоливше ся, предаше души и своя в руце Божии. Извлекше слуги Телеса обоих железними оруди и видеше их толне връж денних сущих от огня, яко не живла сом и их огн кусну сия. И мнози от неверних веруваше во Христа, Бога нашего, и може слава с отцеми святим духом въвеки Амин. В той жеден святе и мученики Памфил и Капитон Мечем скончаше ся, у них же ничто же боле обрасти возмого хум. В той же ден Памят святаго священ омученика Александра епископа Команскъго. В ограде Комане и жеблисния окесерии, уже тук да украшаше святе епископ Григорий Чудотворец, бе некий муж Александр именем, в нищетном образе прибаива яй, е го же благоугодно е житие само му ток му известно бяше Богу, от Человек же весьма отаену. Бе по учени им философи зряден и моги имети богатство и чест в Человекъх, избра себе само върли у нищету Бога Ради. Ругай се жемиру, примени премудрусцвою на невежество, творя себе бъйте единагод без книжних и припростих, апостол с кое в себе изполняе славо глаголюще. А ще кто мниция мудр бъйти в вас в В.С.М. Бои да бъйваят, яко да премудр будет. В крайния жесмирение приходя Александра Бълженни и от труда рук своих питати си хутя, в даде себе последнимо художество е жеделете угли и продаяти, и от тогост е жъваше себе дневною пищу. Бои ваше жесмехи играли щедетим. Понеже делая и на торг принося угли, у черняше си лице маке Тиоп, и у дежда е го бяше черна, и зван бъйст от всех Александр Уголник, яко угли и делетъль бяше. Господжена високих живе и насмирение през Ирая и вознося и их смиренна гораба своя го Александре ще в жизни си хутя прославите и церков свою темп пользувати и у красити вознося и го на причеснейши степен архиерейства си цивоим образом. Умершо еписко по-команскому, послаше люди е внео кисарио ку святому Григорию, чудотворца моляща и го да прийде двогратих по ставление ради епископа и прийде к ним Григории святъй. Бъйшо же соборо и избрането такова гумужа и жебе достоин бъл святительска го сана, много и различних избирахо, овие благородних, овие богатих, овие добро глаголивых, овие образом честних и возрастом изрядних и превъжда хубчо дотворце похваляюще о них и достойними нарецающе. Свяде же чудотворец Григория не оскоряше избрати и нарещи кога, но ждаше известия от Бога, донде же той е вид достойна го и беседуя к соборо в оспомяну, како избра Бог да ви да пасете Израиля. Екда боя се и приведе сей на своя го старейше го Елиява ку святому Самуилу пророку и въброси пророк господа, се или пред господен помаза нике го и рече го спод Самуилу, не зри на лице е го и жена возраст величество е го. Под оба ето боя нам, глагола Григории святъй, не на лица зря ще избрати градо Симопастиря, но от Бога на то готован на го искатье, ибо чоловеческо е ест зрети на лице, боже е же ест зрети на сердце и не от вънешния го ви да судица достоинство, но от внутренния го не видима го и же в сердце человека явлен на го Саму Богу. То святому Григорию, глаголишто, неприятно бъй с неке им слово е го Ируптаху, смеюще си же рекошък себе, аж те не на вънешнии види честност смо трети во избрание пискупа, то Александър уголник да избран и поставлен будете пискуп. Не чаша же и проче, и смеяте си слышавше е воспоминовен на Александъра, а святъй Григории помисли в себе глаголя, не без Божие гостроение в оспоменесе человек, той и може вси смеються, и начава опрошати, кто е стегоже в оспоминости Александър да виж до и го. Беже тук да Александър стоя и в нея и держа им ски с уше, чих се таму, ише, че не си пояша Александра и на собор приведоша. Ше чуже тому посреде собора, сина него, че обратише и на чаша смеяте ся, бяше бовес черен от угли окаляна Кимурин и одежде е го рубиште многошвенное, угли е му черненное. Ек да вси е му смеяхо ся, он стояше пред светителем чесно, себе внимая, немалу брежао смеющих си е му. А че отворец Григории свято и прозорлива е очеса и мея, познадухом сушто и в нем благодати Божию, еко той ест муж от Бога на светителство предокутованни, и в остав от места своего, поят особо чернен на готова мужа и на едини въпроси е го, кто ест, заклинаше же его именем Божи им да скажат о себе истину. Александър жаще и отъити себе хути, обаче и солгати пред таковым светителем не му жаше, еще же и клятва и бояша ся и сказа вся у жити и своем, яко первая философбе, та же Бога ради в такову и увольною нещето и смирение прийде. Беседува вжесним светител, обретие го вельми и скусна, неточу във внешнем любо мудри, но и в Божествено писание. Повеля обо своя инвестия го в витальнице свою и умъйти, и в одежда и добре и облещи, и привести тога на собор. В то време Григории свято и на мести своем в соборе си део пръжняше се в Богодохновено и беседе, и по малом, че се введен бъйста Александър посреде собора, омовен, в одежда светлей, лицем зело благо лепен, едва познаше го знающе и тога и чудяхо ся, и начакнемо Григории свято и беседува титворя в опроси от Божествено Гописание. Он же отвеща ваше благоразумно. И познаше и го вси бъйти книжни и Примудра, и удивляхо се въльми, како такова и му шо тъи в толико и в себе Примудрость, живяше посреде и хак и припростейше и не вежа, и за зряхо себе в совести своей, еко таковому мужу Примудру, Бога ради смирившему си ругахо сия, боято го бъйти вменяюще. Тога да видите бе изполнение Словес Господних в Писание и Глаголющих, яко чоловек зрит на лице, Бог же зрит на сердце, си обов соборето им бъивши с радости и согласно избраше го да будите им епискуп. И по степенем Григории святоя Александра Блаженна го возводя и Ротониса его первее во Ярея, та же постави во епискупа. По по-поставление же повеле има учедотворец да скажет слово поучително и к народу. Екде на чапа учение Глаголъти тичаше, аки ряка от остени го благодати Духа Святаго, всех с ръцаво умиление приводяштею и бъйст радости, веселия всему граду от таково мочителен пастире Александри и славихо Бога. Григорию обо святею тъйдев не окисарию, а Александр пасяше в Куманих стадо Христово, образ баива е верним словом и житием. При съм святители случи се некоимо философо от Атик, юно лет и бъйти в Куманих, и же слыша фархерейово к людям поучителною беседу, подсмеваше се е му яко неатическим украшением ритруствует, но простою беседу и поучает. Не печаташе се обо святителю красоте Словес, в своих к народу Глаголемих поучених, но оползе души ме еши чтанье, и баивахо много е в беседа и го просто простих ради Глаголемия, но зело душ е полезна я. Едино и обо подсмятелю тому атическому философу юно бъйст таково е видение, няше се зрете стадо голубей белих, зело благолепних, неким дивни мсиянием блещащихся по Словеси Псаломническому, креле голуби непосребрани и между рамия я в блещане и злата, и бъйст глас к зращему сия. Се суть Словеса Александрия Пископа, им жата и посмеял си еси. Той же възпряновът видение стидяше се осугрещени своем, и корхерей опришет прощение просяше. По сих всех воста гонени на христия на и в деоклетия ново царство, и ед бъйст святоя Александр Команския Пископ от нечастива Хелин, и кои долу поклонени о пренождаемой не отвержи се Христа. Мучи в шубу и го в Огн Вергоша изконча се свято и му чиничски за Христа, Бога Нашего. Конец е жити и святих, месяца августа, во вторъй на 10 ден. This recording is in the public domain. Жития святих, святители Дмитрия Ростовска го. Месяц август, третий на 10 ден. Redfliprevox.org Пренесение чъс них му ще е при подобна го отца нашего Максима Исповедника. Жития е при подобна го Максима Зрия Нуария в 21 ден. Вон же представление го почитайте. В сей же августа, третий на 10 ден. Му ще е го пренесение, якоже я виест в великой Мине и Четии, от стихов и му положених, но вкоторо е време, при коем царе и како пренесенъй, необретохом. В той же ден. Страдания святагумучени къй полета и ижа с ним. Пострадавческото и кончине святагумучени калавренти архидиакуна, блъжени и полит, военачальник и узоблюстител, и меви первее, како узника лаврентия в Костудии своей, тъжи ученик тога сутвори висия, погребши многострадально и мучениково тело, прийде в дом своя в третий ден по погребени. Бях уже вси домашни и го христианские вери, от лаврентия святагу на учени и крещени числом 19 душ обойго пола. С теми оба вдуму своем моля сег бого, причасти се божествених тайн тела и крови Христова и они вси домучат си. Та же по духовной он и пищи предложена бъз тръпеза въокрепление тело, и прежде даже начати и мясти приидаше воени и поемше и полита к царю декио ведоша. Виде вже и го царво смия си рече. И телис отворил си Волхв, и ако тело лаврентия въукрали си. Отвеща и полит. Не съм Волхв, но христиан и не съм. Разгнива все, же цар, по великаме не му стай му сокрушитие. Та же с увлечесниго одежду я жи ему бе по обичаю християнскому. И глагол е и полит. Не съвлекал с мене, но паче облекат и начали си. Рече цар, е дали не си почитатель богов, и ако си се безумно глаголише и не стейдише се наготе и твоя я. Отвеща и полит. И премудри я съм и не наг, бо христа ба облекохсия. Тук дабъх бе безумен, екда я коже и ти работах бе сом. И тук дабъх наг, екда ни е мег благодати христовъй. Найниже христия ни не съм. Глагола цар, пожери богом да ни погибнеше от мук и ако же погибе лаврентии. Отвеща Христов раб. О, дабъй сподобил се части со святеем лаврентием, е го же ти у каян не скверними твоими у с нами воспоминати недостойни си. И по веле цари полита святаго протежена по земли палецъм и бити жестоко, мученик же биема и велегласно взиваше, христия ни не съм. Та же по веле мучител пристати бити, воздвигнути же его от земли и в войнскою по-объичие по ганскому облещи одежду и речекнемо. Помини войнски и твой сан и буди нам друг с нами жертвом общая си, ако же е прежде оба екласи. Отвечта святъй, а с войни съм Христа спасителемо и го и желаю за него умрети. Лъгола деки царк Валерияно е парху. Возми се го и вся и мене и го, и мучи в тога погуби. И в той же ден Валериян послав, разграби и мене и Политово и обреди в дому тога всех домашних верюющих во Христа и по веле их привести пред себе. Бяша же в тех питательни са и Политова именем Конкордия и возрев на них Валериян рече. Пощадите лета живота вашия года не погибнете купно с и Политово господином вашим. Отвечта Конкордия. Мы и с господином нашим желаем пачи умрети чесно в вери Христово и неже безчесно между вами нечестиви ми жити. Лъгола Валериян. Рот Рабски и неинако ток мора нам и справляят ся. И по велек Конкордио прутие ми оловянними бити. И в том биен и мученица святая предъде дух Свои господиви. Бежета ми святе и Полит война ми държима и, и же виде в питательнице Свою мученически скончавшую ся, возвесели си и рече. Благодарюте господи, ако питавшо име предпослали си в Царствие Твое пред святей ми Твои ми. Епарх же рече к нему. Ештелите уповаяши на волшебною хитрость и не почитаяши богов, неже по велени от царево повинуяши ся. И изполнив се гнева, повеля всех си Политоми Звестивна града заврата тивуртинска я на смерть. Святей же и Полит и да и сними, укрепляши и глаголя. Братът е не обойте ся, а си въй едина, кои имаме и владейко. И, как да на место смертно е приведани бъйша, всех предуче са и Политово и ми спекулятори и посекоша. Бяше же посечених обойго пола и всяка го возраста душ 18, кроме святоя конкорди и в огради обиенои. Самого же и Полита свята го повелени ме пархово им привязаше к диви им коним и влачише по жестоким местам до толе, до належа в руце Божие предъде святою свою душу. Сконча се святе и мученики Полит с домашними своими за Христа пострадав месеца августта в трети и на десять ден, в трети же по кончини свята Головрентия. Наставши женощи прииде святе и устин пресвител с прочими верними и собрав телеса мученича ская на том же место и погребе тая. Искаше же телесе святе и мученици конкорди и в огради обиеноя и скаф дни много и необрет, бъз спечалени плакаши. Бяше же то, чесно е тело мучителе во им повеление в вържано в народни отход, в нечистое место. Во вторе и на десять ден по кончини свята го и Полита Християнин имени Миринеи, оведав от некое го войно отелеси конкорди и святея поят другаго Християнина имени Мавундия и изяща от ту до нощи у чесноето тело, неокалянно нечистотами, и к пресвитерою стину принесоша. Той же рад бъз цело и погребея прителеси свята го и Полита и прочих мучеников. Вутри е же не отаисято от Валерияна е парха, и ато боихо не Християн и Ринея е Вундия и повелево врещи их тамо от но доже тело мученици изяща и потопите их в нечистотах живъй и умроша тамо оба онии святи и месяца августът в 26-й ден. Святъй живъй и Олеяното ту до нощи у иземши оних, погребе при мощтах лаврентия свята го, слави Христа Бога, слави Маго со отцем и святъй Мдухом във веки, Амин. В прологи сега месяца в 10-й ден написано, яко пострадание свята го мученика и Полита, оба мучители деки и Валерияна в 7-й ден по гибожа сице, сидящим им на конех своих и едущим на позорище издхоша. Возупиже деки в час смерти своя я, ой, Полите, яко пленникъм е связана ведеще, возупиже и Валерияна, ола врентие, огни на ими ме верига ми связана тако влечеще. Гречески же церковни и деяни изписатели опогибили декиево и инако написаше. Ефсеви и Панфилов епископ Кисари и Палестинския в книзе 7-й, в главе 1-й, сказуете, како обиен бъст с детьми его. Ники Фуркалисто в книги 5-й, в главе 33-й, повествуете, како въбранех, отскито в побежден и обиен бъст сейном. Георгий Кедрин, историограф цареградския написа, яко отскито в побежден бежащ и в некоем езере потопес сейном и тълеса е их необретоша сия. Западни хронограф повествуете, како деки и отгото в побежден бежащ и отнов езере, а сейнего обиен. В такови хубу не са гласях нищо же смеем отвертати. Довлеят ведати, яко нечестиви и мучители с шумом по гибоша свети и жемученики со Христомликовствуют. В той же день обретени е честних мущея блаженного Максима Московска го и родива го Христа Радия. Конец жети и света их месеца августът в трети на 10 ден. This recording is in a public domain. Жетия света е х светителя Димитрия Рустовска го. Месец август, четверти на 10 ден. Памет света го пророка Михея. Весно боди, яко два единоименни бяхо пророци Михеи. Первий, и же ахаа в оцарио-израилскому побеждено и обиенно от асириен вбрани бъйти прорече. Други, и же по-первом Михеи многим летен преше, чим бъйзть и пророчество въо Христовом Витлеем рождени и книго пророчество написа. И понеже в Минеи си му другом услужба положена, а в прология си на Ксар написано первом единим си на Ксарем обоих Михея в житие в един агуслияно, потребна обоестъзде обоих порозн, кое го ж до особ положити, да яве всем бъде разънствие между двумя Михеями. Святи Михей первей тога имен е пророк родом от племен ефремля, сейн ем влаань, бево-израили в тежедни, в няджи святъй пророк или я, царство във шуток данът Израелем в Самария Хавосу Езавелью на тю идея жива Иерусалимия и Усафату Царю Бъйвшу. Вона е по времена племена 12 синов и Яковлих на два царства разделена бяхо. Особно бяше царство двоих племен, Юдъй и Венямина, изваше сето царство Юдово, престол же того Иерусалим бяше. Особно царство десяти племен е жезваше се Израелево, а престола на Гуса Мария и в Държаве того Израилскъг у Царство племе Бея Фремово, роте отечество сега пророка Михея. И обличаше Михей святъй сво иго Израилскъг у Царя Хава на мнозе, отех же е го гресех, око и хилия святъй тогобе обличител. Ово о отступление го от Богаво и Долопоклоничество, ово же одеем их неправдах. И ни не видеше царо обличающе ого е го пророка, ни не видеше обитие го, Божие боя се отмещения и стидя се чесности и святъй недобрудетел на го мужа и с бъития пророческих того глаголов устрашаяся. Обаче пророк да я месту царево неправедному гневу, отхождаше и намо, и жителствоваше в горах много, да никак отчастто являе се царио и облича е го, подвигнет тога наобийствено и ярост. Беше в тие дни сафата супрежение. Ибо йо сафат поя у Ахаава за первородна го сей на своя го юрама 4-го Аталию и прийде из Ярусалима цар Йосафат в Самарию на посещение к царио Ахааву, еко любов союзна е в них бяше. Екде в Еселяху се мули Ахаав Йосафата да поможете му вбрани противо царя Асирийска е же отяте от него град Ромот Галацкий и же бейс давно Израильск, асирийски е же цар на силием по-зоблада оним градом. И обеща си Йосафата Ахааво сам сними тити на Браноную и рече, якоже те изволяеш и тако яз, якоже люди е твой, такой люди е муи, купно на Бран поидем. Но перве е в опрос им господа Бога, будет ли нам та Бран благополучна. Я би ахаав собраскверни е своя и ложния пророки числом 400, в них же бе неки начальниши лже пророки сейн Ханань и твърехов си добро и надежда ахааво глаголюще. Иди и подастебе Бог в руки, не ток му грата Ромот, но и сама го царя асирийска. Йосафа джетсариудейски и благочестив са и верен Богу, видев и разумев яко в пророцих тех ни един бе истина и пророк, но всили с цей и ласкатели, глаголък царо-израильскому ахааво. Не слезде кое го по-неединаго такова го пророка господня, че въпросили бъйхом господа и звестил бъй нам истину, глагола ахааво. Естеден муж и же може да въпросите господа и истинутни го видети, Михей и сейн е в Лаань, но ас ненавижу его, яко не прорицаят ми благаяно всегда злая. И речею сафата хааво, не глаголи тако, но призови и послуша его, нигнева и се обличаим и от него. Ябие ахаав посла призвати пророка Михейа, в тоба време от горпостъйних в Израиль прийде. Сидяхо же оба цари на престолих своих в красоте и слаби своей превратех саморийских и всилживи и пророци и прорицаху предними. Начальни и шилжи пророк си, деки, сутвори роги железни и вуструби в рече коаха ахааво царио. Вси цей глаголет господь, си мирогами сирию скончайши и стребишию, тако ж да е прочи царио, взейди фрамот галацки и победише царя сирийскъго и да сте го тебе господь в руци твойи. Посол же шеди призвати пророка Михейа ричек Михейо. Се вси пророци добре прорицахи от царио, моли убутя и ти сними добре прорицаемо, да не будат словеса твоя противна. Отвечта света и Михей. Жив господь, яко аще что речет мне сам он господь Бог мой, то азво с глаголю царио. И пришед Михей святъй, ста пред царем израилски махаавом и попроси его цар глаголя. Слъйши Михее, имам ли ти фрамот галацки и набран или удържуся? Пророк же не отражае абие попроса царева, но паче привлачае го к прилежнишему попрушению рече, яко не хотя взейди и настави ти господь и да сте в руци твой царя сирийска. Цар же аха въвиде и го не дразновеням глаголюща речехнима. Заклинаю ти множе цейо, яко да глаголиш и ми истину пред господем. Тога святъй Михей рече с дразновеням. Видех сега израиля разточена по горам яко овци и мженест пастиря. Те мислове се изиви пророк, яко воинство израилския и ме лишите се пастиря своя го царя в брани. Обиен бото и будет и вси яко же овци от вълков от асирийски хвои разгнани по горам и пустиням. И глагола аха в цар израилев, кою са фату царю юдину. Не рехли тебе, яко сей не прорицейт ми добре и на злая. И рече святъй Михей. Не тако бо я слышу, глагол господин, не тако. Видех господа Бога израилева сидяща на престоле своем, и все воинство небесно е предстояш, я има удесную его и ушуюю его. И рече господь. Кто прелестита хава царя израилева да взъйдет и падет в рамоте галадском? И глаголаше от предстоящих елини тако и ни и инако. И прешет лукава и дух ста пред господи ми рече, а спря лищо е го? И рече господь. Како прелестише е го? И рече дух лукава, по иду и буду ложне, глаголъти вустех, всех пророков е го. И рече господ лукава му духу, иди и сутвори тако. И што бо от царю? глаголец святъй пророк, еко дух лъживи ест вустех всех пророков твуих, а господ глаголъл ест у тебе злая. То пророку глаголю, што прийде си деки лъживи и пророки удари Михея святагу в лънито и рече. Который дух господен, глаголъл, ти е сция? Отвечта Михей святъй. Тъй узрише с бъйтия словес сих в день он, ек да будеш и бегат и от ложници в ложницу и от храмина скрити се, хоча в домотвоем от страха асириска. И спълни се гнева цара хав, и повелей яти пророка Михея и въврещи в темницу и кормите его хлебом печальним и водою печальною. Съест, зело мало да я ти емо хлеба и води? Да бъйток му не умер лод глада и жаждъй, въеже бъй живо и му бъти до возвръщения царева, яко да мучен буде тут него. Тако глаголъл ест цар. Держите его, донди же, възвръщу се в мире. А святей Михей к царю рече аж те възвръщая се, възвратише се в мире, то да веси яко нест глаголъл господь мною. Торек пророк, возгласи к народу глаголя. Слъйшите вси люди е си. И посъжден бъйст Михей святей в темнице в стольном царство израилскъг угради Самарии. А цара хав шедна брань убиен бъйст по пророчество Михея а окунчине святаго як уже о том в книгъх третих царств в главе 22 и в книгъх вторих паралипуменон в главе 8 на 10 пишът се пространно. По смерти, че а хавовой во Царисе в Израиле сей не го охозия. А окунчине святаго пророка Михея не обретае се в писание и божествено ток му в пролози сказует ся а ки бъй убиен бъл от иорама сейна хавова. Но иорами, ако же прежде речесия зят, а не сейн бяше хаво. Обаче вероятно е с тя комученическою смеритию пророк Божийском чася, от кое голиба мучителя убиен бъл. Ибо и жена хавова Езевель помужи вдво и оставшея сия и сейно хозие под цеприема и царство изят иорам Царевич и Русалимскии. Вси ти не имаяхо пощадети пророчество в шагу истину о хавовой погибели. Памедже сега святаго пророка Михея кои ми не и чети и в месецусловних свяцах киевских месяца януария в 5 ден полагайця. Въспоминае се, že и в чети о нем то, яко за обличение без закония убиен и в пропъст вержен бъйст. От ближних же своих извлечени погребен земли своей, близ гроба пророка некоего странного. По-первом святом Михея пророце преше чем 150 летъм и вяшче, бъйст други тугож деймини Михей свято и пророк и женинишни годни почитае ця. Сей бе от племени Юдова, от весия же близ Елефтерополя нарицай мая Марисъй, че суради Мораз Титин прозвася. Пророчество въбо Иерусалимия водни царей юдейски хиоатама Яхаза и Езикии, в кое време свято и Йисая пророк бяше. Обличаше,же свято и Михей людей, оставивши хистина го Бога и во и до лу поклонени окунившихся и скверним делом от поганов навъйкших и с умилением к ним от лица Божия Глаголаше. Люди е му и что сутворих въм или чим оскорбих вас или чим стужих въм отвещайте ми, за неизведох вас из земли египетския и из дому работа избавих вас, зато ли ме не остави стег, кумири же езически в боги себе избрасти. И пак и обличаше озлобления, неправде, хищени и обидаи от князей и судей и сте рейшен байваема е людям обоги ми нищим. Слишите рече, ся власт и дому и Яковля ненавидеш ти и добра, а ищо ще и зла. Не вам ли е стеже разумете и творите суд праведни в людях? Въй же до толика неправедно озлобляете нищих и обогих людей неповинних, яко и кожу с них отрасте, и кости и их столкости, и с отробисти плоти их, аки в коноб дължите на остроение снеди. Слишите с я старейшен и дому и Яковля, гнушающе и ся судом и вся права и развращающе и созидающе и сиона кровми и Иерусалима неправда ми. Тако пророка грешни обличая и неисправлени обличаемых видя, редаше опагобих, стеня и взивая. Олю тем не, понеже бъхяки собирая исламо на жатве, и ако паро доково обимание и винограда не сущо гроздио. Тако несту гуждающих бого. Олю тем не, душе, яко погибе благочестиви от земли и справляюще го в человецъх нест. Вси в крових пряция, ки ищ до ближниго своя го озлобляят озлоблением, на зло руки своя уготовляют. Княз просит даров и судья мирния славеса глаголед, желание душе го ест. Сици обличая злые пророк святъй и о непокаяни и хридая, прорицаше гнев Божи и на них грядущи, и же и мег къзните перве е Самари у первопрестольни град царство Израилскъго, яко в том перве е начас еидолеско и начести и разурение закона Божия и языческа е скверна едела. Та же и Иерусалим такова е же казаним е постигнути ебо Самари и от Асириенов, Иерусалим уже от Халдеев, в конец разурен на им бъйти праведна е мест Божия суди. И пак и редаше пророк глаголя. Люте, улюте, яко отмещение приспеша. И обаче между всеми теми печальними вечними радусно е провъзвести то, яко и ме Христос, Господи наш, родите се в Витлееме, пастир и спаситель душ наших и глагола. И тъй Витлееме землей Юдова ничим же меншие си во владейках и Юдовах, и с тебе бой зайде двошти, и же опасет люди муя Израиля. Проча е, че сега пророка света Гусловеса писана суть в пророча сте и го книзе. Подовольнам же обудащих прорицани и как осконча жизнь своя Михей святъй, нест совершенна го известия, обачени мници мучени, с които му кончине бъйти. Пиша се обо нем в жити и книзе света го Ереми и пророка, яко е кда же рецей и лживии пророки и народно е множество хотеше Ереми и обити, не ци отстарят за штищах от ого глаголюще ко всему соборо. Възпомините пророка Михея Мурастицкъго, той бъв одния языки и царя Юдин на глаголъко всим людям, тако речего сподс и оняко нива изуретсия и Иерусалимя, кога в пути не проходни будет и гора храма будет в лук добравни. Зато Словеса е да убивае обиего языкия цар Юдин и вси люди и Юдини не обояшися ли обо господа. От тях Словесе являе се не бъйти обиену Михею святому, но по боголгодном жизни своя я, и в мирия има скончатися. Умри обой по гребен бъйство отече сте и веси Марисе. Чесне, е же го мощи по множайших летах с мощни свята го пророка, във акума обретена и бъйша в царствата от осия велика го, откровеним Божи им, бъйвшим Зевину, еписко пълев Теропольскому. Очасом буди Богу нашему слава, на инии присно и вовеки Амин. В той же ден освещение чудотворния церкве при святея Богородице, Снаго и Аоспения, я живо обители Печерско и Киевскои. Сказани о создании, украшени и освещенито я пресветае Богородице и в Киево-Печерско монастиря Камени и Церкве, написано ест Блаженим Симоном, епископом Владимирски и Суждъльски. Разумно, буди всем, яко самъго господа волио и промишлением, яго пречи сте мати реходатействами молитвами, созда се украсеси и освете се святая Слъпная, небеси подобная церков при святея Богородице и Камения, во святе и великой чудотворно и лавре преподобники бъгоносних отец наших, Антония и Теодосия Печерских. Я живо е ест первая во всеи Русиейскои земли. Перве обо в чудотворном начале създание е я, си с Блаженим и пископом Симоном начинаем Слово. Бъйст в земли Варяш, с кои кня за Фрикан, на слепаго. Она го иже от беже некога, кога златотканни одежди бя се полком своим по Ярославе, слютим стиславом братом его. Симо Африкано бяхо два сейна, Прианд и Шимон. По смерти же от са ех изгная Кунобо и хото области их. Прийде обо в Русия Шимон ко благоверному князъю Ярославо, его же той приим и меж е в чести, и даде его сейно своимо все Володо да буде старейши у него. Прияже сей Шимон власт велико в Се Волода, и потом имееше велико любовко святому печерскому монастирю. Винажа любве е го бъйст такова. Княжение изъславя Ярославича в Киеве, пришетшим на Русийскою землю половцем, собраше се противо их три князе Ярославичи изъслав Святослав и в Се Володо, има и с собою и сега Шимона. При доше же си к преподобному Антонио молитви ради и благословение на Брани. Старец же, отверзни ложна е своя оста и му, што йо им бъйти пагобо ясно изповедаше. Сей жеваряк пад на ноги старца, моляше се с охранено е му бъйти от таковия бедъй. Бължен ни же рече ему «Очадо! Нози от вас падут острие мяча, и бежащу цупостат попрания и уязвлени будот и в воде потопяция. Тъй же спасен бъйф с де имаше положен бъйти вимуща и создати се церкви. Бъйвшим жи им на ауто реце сразиша се полки от обоих стран и гнебом Божи им побеждени бъйше христиане, яко побегшим князем убиени бъйше вои води са многими вои в сражени. Иде же е Шимон лежаше уязвлен посреди их. Возрев же горе на небо, видя церков правилеко, якож е прежде видя на мори, че гола изпасува ежа иногда слъише и рече, господи избави ми от горкия се я смери ти молитвами причистия твои яматери и при подобних отец Антония и Теодосия. И там оби и нека е сила изятего и среда и мертвих, я би изцелял тран и вся своя обрете целъй и здравъй. Та же возвратив се прийде пакък Блажену Монтонио и сказа ему, кроме се го вешт предивно, тако глаголя. Отец Моя врикан судела Крест Велик Зелоя ку десяти лакти и на нем изобрази Богу Мужно е подобие Христово и се му чест творя, возложи пояс у череслих его и мущи 50 гривен злата и венец злат на глава его. Ек даже изгнаме якун дядя Мои от области Моя Я, а взях поясо Иисуса и венец глава его и слишех глас от образа и же обрати се, ко мне и рече. Никако же чело вече венца се го возложи на главу свою, но не си на оготованно е ему месту и деже су зиждя се церков матери Моя Я от преподобна го и тому вруце дашт да повесит на джертвенико Моим. Аз жири, че от страха падох и от сепенефле жаха ки мертв. Потом же в остав в недох в корабль е плъвуштим нам бъйст Боревелья, како всем нам отчаяти се своя живота. Тук да помянух пояс в нем же нищо же слише към към към към, към пояс в нем же нищо же слише хи начах в опити. Господи простиме, яко се го ради пояса умираю днес, е го же взях от чеснаго твоего и чоловеку подобного образа. И се видих церков горе и мыслях. Кая се е с церков. И бъйст свъйше глас глаголей. Я же имат создати се от преподобна го во имя Божие матери, яко же видиш и величество мива и сотою, размерит поясом тем златым на двалисет поясов широту а тридесет в долгото, въйсу ту же стени свърхом на петдесят в нежете имаш и положен бъйти. Симубившо бъйс на морите шина. Мъй же всипро славихом Бога и утешихом ся радости увели и узело, и сбивше горкия смерти. Ся изглаголав рече, се отче, до сели не ведах, где имат создати се показан на емицеркови, дондаше слише от твоих честна и хуст, како зде имам положен бъйти во имуще и создати се церкви. Я би е взем пояс лътъй, даде я го преподобно Монтонио Глаголя. Сем мера основание церквето я, тако ж де и венец да я рече. Се и же венец да повешен будет над святим жертвеником. Старец же похвали Бога осеми рече. Чадо, от сели уже не нарече, цие име твое Шимун, но Симун име твое. Призвав же Антонии святъй Блаженного Теодосия рече, Симуне се имат воздвигнути таково и даде Блаженному поясто и венец. И от този Симун великолюбов и меж е ко святому строителю Теодосию, подаваимо и мене много на возграждение Богом показанния церкве и часто приходя к нему. Между же Сим некога сей Симун прийде к Блаженному Теодосию и седе рече к нему. От че Прошу Тебе дара единагу. Теодоси же отвещай му. От Чадо, чето просит твое величество у нашия госмирение. Симун же рече, великазело и въишимо е я сила и требую аз от Тебе дара. Теодоси же пак и отвеща. Веси Чадо обожество наше, яко много ж да и хлебо не обрестися у нас в дневною пищо и но же не съве мащи, что имею. Симун же глагола. А ще хоштиш и пода си ми. Можеш ибо по даннии ти благодати от Господа и же именовате при подобним. Ек дабо снимах Венец с глава и Иисусовъй, той ми рече не си на уготованно е му месту и даш в руце при подобному и же созиждя Церков матери му я. Се обопрошу Тебе да да си ми слово яко да благословите ме душа твоя, яко же в животе, тако же и по смерти му е и тво е. Отвеща е му святъй. О, Симуне, въйша сила и прошения, но а ще узриши ми от ходяшта от мира сега и по-моем от честви и Церков с деостроено и оставай предания в неисохранение и известно ти буди, яко имам дързновение к Богу. Най-неже не съве маще приятна ест му ли тво му я. Симун же пак и рече. От Господа свидетелство въне си сам бъд при чистих уст света го е го образа слежахо тебе и сега ради му ли сети. Яко же о своих черно рисцах, тако и о мне грешном по му ли сия и усейне ма им Георги и до последних рода му е го. Святъй же, яко обеща си рече. Не о сих единых му ли, но и о всех любещих место си е свято е. Тогда Симун поклонився до земли рече. Отче не изъйду то, как тъбе, а ще написаням неизвестиши ми. Приножден же бъй в любве е го ради преподобни, написа тако. Во имя отца и съйна и света го духа, молитваме през святея владичице нашия Богородице и Приснодева и Марии и святеях сил бесплотних и прочея славеса молитва и рейския прощальния, я же кончить се си ми. Да будеш е прощен всем веци в будущ тем, екда приидет праведни судья судите живым и мертвим. И уже молитва от толе начаша в лагатия мершвим в руце, якоже перви и Симун влужити себе повели. Написажа святъй при той молитве Симуно и Сие. Помениме господи, екда приидеш и в оцарстви и си, воздати хотьяко муж да поделоми го. Тогда обо владейко и раба твъй го Симуно и Георгия сподоби одесную тебе стати во славе твой ей и слъйшете благи и твой глас. Приидите благословени от само его, наследуйте уготованно и въм царствия и отслужение Мира. И рече пак и Симун помули се к Сим от, че да отпустеце греси родители муим и ближни муим. Преподобни жете от оси и воздвиг руце свои рече. Да благословитва и господ от Сиона и узрите блага и Ярусалима всядни живота вашего, даже до последних рода вашего. Симун же прияму ли тво и благословени от Светаго, аки некий бисер многоценни, желая не оставляти писания тога и в угроп отходя, якоже последи и бъйст. И понеже бъйст прежде въряк, от толе благодатие и обожиею, наученем же Светагото от осия, остави латинско ебуйство и истинно восприя православною Христову веру со всем домом своим, в нем же бе яко до трехта и сеш душ, с уерей своими. Съеж и чудес ради бъйвающих от приподобни хотец Антония и от осия Печерских. Та же по време ни немале, екде са урожи се святая Печерска и Церков, перви и в ней положен бъйст Симун по откровение усъвъйше и по проречение у приподобного Антония. Силу бодостохвальни Симун показа яви по данни и себе благодатии, яко создание святея Печерския Церкве, прежде даже бъйст на земли, изобрази сия и преднаписа се на небеси, яко здеи сполните се псаломскому речению, само сновай увъйшни. Еже по себе ми явствен не е ходатъйством царица и небесни извести се тако. Пръще чим летом неколиким, яко даде Симун поес и венец при дошата царя града Мастери церковни 4 каменоздатели, може богате и зело при подобни му отсем нашим Антонию Теодосио Печерским Где хоштете начате с дати церков? В нижу двещаша и даже господи Место известит Мастери Жереша Чудна вешт. Смерти своя я време оведесте, Местъжа Церкве не у на знаменасти, давше нам толико в най-м злата. При подобни же Антонии Теодосио и призвавше всю братъю в опросише греков Глаголюще Скажите нам истино, что е с Глаголемо е вами? Мастери Жереша Нам спящим в домех своих, а рано в осходящо солнце придоша към уж до нас благообразни юноши Глаголюще. Зоветва и царица во влахерно. Мы же идуще пояхом с собою други и южики своя, и обретохом се во влахер неравно прише, че вси. Истязавшеся, единозвание к царице слейше хум, и ако едини изватели бъйше о нас, видехом же царица и множество во и окрестия, и поклонихом се ей и тарече к нам. Хочто церков себе возгредите в Руси и в Киеве, повелевай уж е вам, да возьмете злада себе на три лета и идите на возграждение я. Мы же поклонивше се рехом, о госпожа царице, в чужду и у страну целаяш и нас, к кому тамо идем. Она же рече, се сих, с де предстоящих в Русия. Мы же рехом, то чту госпоже на три лета злата да еш и нам, си мърце о нас, да имаме и пищо и вся потребна я. Сама же веси, чим нас дарствуват и. Царице же рече, се и Антони, то че и облагослови да вас надело, а сам отходи на вечния покой. Теодоси же во вторая лета по нем идет, тем же возьмите злата до избъитка и тако не може дникто же, како же аз. Дам, бо вам, е же око не виде, юхо не слиша и на срце человеку не взейде. Придуже и сама видите церкови и в неих ужто жите. Дъде жа нами мощите света и хмученик, Артемия, Полиевкта, Леонтия, Акакия, Аретий, Якова, Теодора, Рекши, сия положите в основания церковно. Мъжевземше свете е мощите злата, како и по трябва и в опросихум царици в величество церкви и та рече нам. Меру послах пояс са и на моего, по повелението го. Обаче изойдите на ясно и видите величество и я. Изи до хом же е видехом церковно воздуси и вше, че пак и поклони хом си царици в опросихум. О госпоже, коя имя церкви имат бъйти? Уна же рече, яково имя моех ужто нарещию. Мъжи не дръзнухо ме я в опросите, како е и имя. Царици же са мари, че Богородице и набудет церков. И деде нам си у иконо глаголя. Та на местна е да будет. Мъже поклонивше си, ей, от и до хом в дом и своя и муще с обою си у иконо и уже прияхом от руки царици. Си ослежавше вси прославише Бога и ту го розчую и отвештам мастера Мантонии святе. О чада! Май николи же квам изходихом от места сега. Греци же склятва Юреша, яко дваших рук злато царице и навзяхом пред многими свидетели, но и до корабля с теми проводихом вас и по вашем отшестви месец един в дому прибывше по тяхом сия. И си ест 10 ден от нележи изъидохом из царя града. И отвештам пак и при подобни Антони. О чада! Велики много дати Христос подоби вас, яко ту го воли Совершители ести. Судебо звавши в Асони и благообразни юноши пресветли и ангели. А я же во влахерни царица сама чувствене и ви си е вам пресветая чистия и непорочна е владичица наша Богоролице и Приснодей в Мария. А и же окрестуяво и предстояша суть пак и бесплотния сила и ангелския. Наша же подоби и деяния вам злата Богвест, яко же сам сутворите изволи у рабех Своих. Благословенобо приходваш и добру спутница и мести си очесную иконо госпожибу городице и я же додаствам, якоже обеща ся е же оконни види, юго не слиша и на сердце чоловеку не взъйде. Сегобуник тоже можете дати развето я и сейна я господа Бога и спаса наше го Иисуса Христа, яко же пояси венец от варяк с депринесен ест и мерзка засещи рутъй, долготъй и въисотейто я причеснея церкве, гласо о том с небе се пришечу от велилепния слава и к давшему нам Симону Вариагу. Греци же со страхом покланише се святим и въпрошахо, якоже е прежде, где место на здание церкве да видим. Преподобни же Антони рече, три дни пребудем муляща ся и господи виднам. В начаток же такова годела подвижением Божием собрася на поле множество людей, никим же звънних, избирающе место на возграждение такова е церкве, и ово им обо-ово глаголиштим и на им жейна, не обретахо подобна места. Князе же поле близ прелижаше и се построени обожио, бъйст туа ехат и мимо самому благоверному князе Святославо и же видев народ много попроси, че отворят ту. И, ако оведа, соврати споти коня и приближи се к ним, и, ако от Бога подвижен, показа тем место на своем поле и пове лету возградите таково е церкови. Обаче молише се приподобни до трех дней. И в перво и нъж мулящо се приподобном Антонио, и ви се има господи глаголя. Антони е обрели си благодать предо мною. Приподобни же Антони рече, господи, а ще обретох благодать пред тобою, да будят по всеи земли руса, а на месте е же благоволишо светите, да будят суша. Заутри же обретоха сухо место и дежа на ини церковест, а по всеи земли росо. В другу и жянощ також, де помолив се приподобни Антонио, и рече, господи, да будят по всеи земли суша, а на месте святем руса. И ще че обретоха тако. В трет и жеден ставше на месте том, помолише ся, приподобни же Антони и благослови место, и размериша широту е го и долгото поясум Христовым злотим от Симуна изваряк принесен им, по оно и мери, иже Симун намори се и слише с небе се. Та же приподобни Антони воздвиг руце на небо, рече, вели им гласум, якоже древли или а. Послуша и мене, господи, послуша и мене, днесогнем, и да разумеют вси люди е си, хотя и сего. Я би е спаде Огън с небе се и по жив ся хврастия и терния, и росо полиза, и долина устрои, а ки рву подобно на размеренном месте. Суще иже со святъй ми пъдоша от страха, яко мертвии. И тако благодати у Божие и извести се совершенно Богом избранно ето место, началяствуюшто в молени усем святому первоначальнико Антонио, якоже и прежде проявляше се приходящие на местото облагодать ово пламенен преходящим от ветхия церквя ки дугою овоже прехождение мангилно сяшчих икону. Съеже на моление преподобна го строителе Теодосия, якоже пишете в житие го. Си си обо извести вшо се место, основана бъй из цвета е чудотворна и церков пресветея Богородице Печерская Каменная от преподобних отец наших Антония и Теодосия Печерских в лету от создания Мира 6 1581 от Рождества же Христова 1773 при Боголюбиво Мепископе Михаиле при освещенному митрополито Георгио, тук да сушто в Грецих, в однижа Благовернаго князе Светослава Ярославича и же своими руками на чаровко пати на основания и да десто гривен злата блаженному строителю Теодосию с поспешиство. Положише же в основания под стинами и мощи свято их мученик, данния мастирам во влахерни от пресвятое Богородници. Пояже про реченио преподобни Антония и маловремя потом пожив, в тожелето от иди на вечний покой. Лъженни жетеодоси иначе крепко е чтани и медио с создания Церкве, но и той во второ е лету по нем, екда уже из основания Церково вознесе, сам от земли на небо вознесен боист, екда же блаженни Стефан по преподобном дозе и гуменство прия, той совершен на Церков святое Печерскою сооружи в третья лету. Все е же блаженни Стефан сам виде преславна ета чудеса, како мастери приедоша, иконо принесше, и царици и видения е живо влахерни поведаше. Сегуради по изшестви и своем из Печерска го монастиря, память преславних тех чудес влахерни с кои церков на клове созда. Благоверни и жекняз Владимир Мономах Бе Володович Юн Сы самовидец боист у модивному чудеси, екда Огън Стембес е спъде и въй горе яма и дежур снование церковно е полужи си поясом златым. И си е услъжено боист по всей земли Русиискою, его же ради е княз всеволод с тем же сыном, своим Владимиром изперия Славли приех уведет и тако велика е чудеса. Тук даже Болин Бе Владимир и тем поясом златым облажен боист, ито Абия здрав боист молитвам и святех отец наших Антонии Теодосия. Тем же сей Христолюбец Владимир взем меру Богом знамен на Ясея Церкве Печерския и в своем княжени и в ограда Ростове созда церков, всем подобием, въисотуюш и руту и долгото. Ксим же и на хартии написа, где ки иш до праздник всей святей церкви последи написанияст, и сия вся в чин своей церкви сутвори. Сънжето го княз Георги и слише фотоца свояго Владимира е живосея церкви сутвори сия и той в своем княжени и в огради сужда ли созда церков в ту юждемеру. Но уже на повест о окрашени иконом сия святе церкви поидем. По десяти летех от пришествия мастеров церковних каменоздателей при доше из тогаш, де богохранима го Константиня града мастери икон на ба писания к Блаженному Никону и Гумина тук да суще Печерскому и Глаголаху. Постави нам тех и же совещаше с нами одели икон на го писания още сними стязати ся ибо показаше намко окрашение церков мало и тако совещахом се сними пред многими свидетели всия же церков Велика Зело или се Ваше Злато Возмите мъй же возвратим се в Царград. Слъйше в же сия и Гумина Сомнесия и Глагола иконописцем. Каковъй бях усовещавший с Вами? Иконописците же сказаше ему подобие и ихи образ також да и имена яко един Антони други жете одоси и рече ими Гумин О, чада! Нест нам мощно и вити вам тех прежде бъдесяти лет от и доши кога господу и непредстанно молице за них храняще си от церков соблюдающе свой монастир и промышляюще в живущих време. Сия слъйше в ше иконописце уже соша ся у ответе. Приведоша же кога в многих от тудо же пришечих сними и Глагола хвоя Гумину. Пред си ми с овещахом се стеми и златов зяхом от руких, тъй же не хоштеше нам и вити их. А ще ли представише ся? И винам образи их, да и си и видят е дати и бяху. Тук да и Гумин изнесе пред си иконоприподобних отец наших Антони и теодоси епечерских. Видевше же Грец и образ их, поклонише се Глаголюще. Яко си си и суть во истину, и вероем, яко живи суть и по смерти, и могат помогати заступати и спасати прибегающих к ним. Даша же, кобци и мусио и уже привезоша на продание, е и уже потом святое и алтар украшен бъйст. Иконописце и жена чаша каяти си о своем согрещени и поведати сия. Екдарече при плъйхо младие и овканив, си овелико и на въйсоте, в обросихо меже сущих тамо, КСС Церков и отвечташа печерския и аж живее сте окрасители. Мъй же разгневавше си, яко велика, хотехом бежати в спят и вниз, и в ту ношт бъйст буре велика на реце. За утра живо ставше, обретохом се блистри поля, и лъдя сама и дяше горе противо води, аки некая сила влеча шею. Мъй же нужда и удържахом ту, и стояхом весь ден размишляюще, что си е будет. Яко толик путь прейдохом едино и нощи, и не грибуште, е же струдно, ме два треми ден ми доходят друзи. В другую же нощ ви дехом видени си и от Церков, и чудотворно иконо пресветее Богоролице и на местною глаголишто и нам. Человеки, что в суеметете ся, не покаряюще се воли сей на моего и моей. Аж те мен е прислушете и бежати в спят и восхождете, и с Вашею лъдею поставлю в церкве моя я. И сие да увести, яко оттуда не изейдете, но ту в монастире моем по-стрикше ся и живот сво изкончайте. Я с Вам исходатъйствою милост в будущем вец е строители и сих ради Антони и Теодосия. Мъй же заутра в оставше паких отехом бежати вниз и много потрудихом си грибуште. Но лъдея горе и дяше противо. Тем же повиновше ся, воли и сили Боже и дахом ся, и скоро под монастирем съм молодия приста. В ся тем изглаголавшим, тога кубно всичерно Рисци и Греци каменоздатележ и иконописци и прославише Велика Губога и тога пречистою матер и я чудотворною икону и преподобних отец Антони и Теодосия. Та же иконописци и я же се задело украшение святое церкве, Господу поспешествуюшто прочими последствующими дивними знамени, како же и от сегол разумеем. Екда мастири си и алтари богом создания си и церкве Муси и Окрешахо, тук да образ пресветея влада и че се нашия Богородице и сами изобрази се в алтаре, сем иконописци, внутра алтаря суштим, им же помогаше участи тук да и преподобни алипии. И видеше вси дивно и то и страшно и чудо. Зряштим же им на образ, се в не запопросвити се образ той паче Солнца, изрети пъдоша ни с ужасни, маложивозникши, хотьяхо видете бъйвше и чудо. И се и зоус, то образа тога пресветея Богородице, излете голуб, бел и летяше горе ко образу спасителево и там изкресия. Суште, и же в церкви вси смотряхо аще из церкви и злете. И всем зряштим, пак и голуб и злете и зоуст спасителево их и леташе по все и церкви, кой му ж до образу свете их прилетая, кой му нароце се дая и но може на главе. Та же слетев ни зо седе за иконою чудотворною пресветея Богородице и намесною. Долу же стояште и ходеше яти голубя и представиша лествицу и се не обрети се за иконою, ни за завесою, смотрявше же всюду не видяхо, где скрей се голуби. И стояхо вси зряште, и кой коней являше се Вултаре, и се пак и предними излете голуб и зоуста образа светея Богородице и летяше на въисото кой образ у спасителева. Стояште и же долу возапиша кой украшающи им горе и мите и го. Униже простроша руки, ходяште яти голубже пак и влете вултар спасителева. И се пак и свет паче солнце, осия тех и зимая зраки чоловеческия. Униже падше ниц, поклонише се господу, як господобише се видите деиство при света го духа, че е в той святой церкви Печерской. С туликим чудотворение им окрашающе святою небеси подобною церков мастери и конного писания окрашахо и самих себе различними добродетельми. И поживше во иноческом образе Боглугодно в том же монастире святом печерском живот с войскончаша, якоже и мастери и каменоздатели, и положени суть обуяво своем притвори в пещере при подобного Антония, че и до ней не лежат нетленно. И тако изполни се проречения, е же слишеше блаженните иконописци, як дах от ящим возвратите се в царград, и висе им церков святоя Печерская и причесная икона Ягл Голюшти. Яко оттуда не изъйдете, но там опостригша си живот с войскончайте. Изрядно же чудо и ино о той святой Богом созданно и Богом окрашено и церкви камено и Печерско и успения пресветея Богородицы. И у причесной икони е я чудо творно и е же в тая жде времена бъйст, лепо нам с дево спомяноти. Бяхо два му же славно от града Киева Друзи себе, Иоан и Сергий. Вси и прише, че в церков Богом наречено и Печерскою видеше свет паче Сонца на икони чудо творни и пресветея Богородицы и пред нею духовно и богатство възприяша. По летъх жемнози Хиоан разболесе к смерти и оставляе сей на своя го Захарио пяти лет суща при Звайгумина Печерска гублажен на гоникона и тому сущо раздая и мене с войнищим част циновнио, тъй сищо гривен Сребра и 100 гривен злата дъде Сергио. Е може и сей на своя го Захарио и на суща, на соблюдение вручи, аки друго своимо и брато верно, заповедав тумо да егда возрастет сей него, тук да отдастимо Сребро и злату. Ся устроив, не помнозе представи ся. Доспевже за Хария пяти на десяти лет в Оскоте взяти Сребро и злату своя осергия. Сей жив и извлен, бъив от Диавол и Мнев при обрести богатство, в Оскоте живо с дошею погубити, ибо отвища юноше. Отец твой все и мене от дъде Богу, отога проси Сребра и злата, той тебе долженест, аще тя помилует, аз же не повинене съм ни твоему отцу, ни тебе ни в едина и златице. Сие тебе сутвори отец твой своим безумием, раздаде все и мене своя в милу стиню, тебе же нище и в Бога остави. Ся слише в юноше нача плакати в своя млишени. Послажа с молением к Сергию Глаголя. Даш ми по-неполна следием моего, а тебе равна часть буди. Серги же жестоки мисловеси не укуряши от са и го и тога съм аго. Захария же третия част и проси та же десятия, и видев себе лишен на всего Глагола к Сергию. А ще не взяли си, прииди и клянися мне в церкви Печерско и предчудотворною иконою пресвятея Богородице, и де же союз Братолюбия приялися с отцем моим. Серги же не обинуя се и де в церков, и став пред иконою пресвятея Богородице и Глагола ще клянися, ако не взях тисячи гривен Сребра, не ста гривен Злата. Возхотежело в зади иконо и невъзможе приближите се к ней. Та же исходя из дверей на чаво пити, преподобни от Се, Антония и Теодосия, не велите ме погубите Ангело Семуни милостивому. Молите се же пресвяте и госпоже Богородице, до джинет от мене многие беше и им же е съм предан, да возму дже Сребро и Злато запечатлено в клетимо яй. И бъйст страх на всех. И от то ли не да яхо кляти се преди иконо и пресвяте е Богородице и никому же. Пославше же, взяша суд запечатлен и обрето ще в нем две тисячи гривен Сребра и двести гривен Злата. Та, ако бу осугоби господ от дател милостивним. Захария же все вда да е гумено, сушто уже тук да е юанно, да истощи тя, ако же хоштит. Сам же постриже си изконча живот свой в Печерском святом монастире. Он им же Сребром и Златом поставля на бъйст церков света Гоюанна пред течи, куда на палату света е Великия церк в Печерския в Осколит, в память Юанна Болярина и Сейна и Гозахарии их же бъйст Сребро и Злато. Сияжа очолесех иконного писания написавше, как освятил е сцеление с дематери своя въишни скажим. В первое лето и гуменство благодатите за именна гуможа Блъженна Гоюанна при метрополите именето Гожди, изволи се благодати Божия и чудотворно созданною и чудотворно окрашенною Печерскою церкову святите таково и ми чудеси. При оготования сущо к чину освещение церковного, не бъй стъдски каменния на остроение света Го престола. И много поискаше да бъде судела над ска каменна, но не обрети се тук да мастерния дин тем же древян от ску суделаша. При освещение же митрополите и древяною дъсце бъйти на святом престоле в таковой велици и церкви. И сега ради и гумен с братия и велици печали бъйст и прейде неколик от дней не бъйвшо освещение. В 30-е жиде на авгоста внедоша иноци в церков по-объйчаю пети вечерния и се видеше олтарния приграда и ску каменно положено и столбци на остроение света Го престола. И скоро възвестише митрополите таково и овещ. Он же похвали Бога и повели да бъде вечерния освещение. Много же поискаше всюду поводежи и по сухо откуда бъй и кем привезена бъйла такова е дъска и како внесена в церков заключение и сущей, но не обретоша следа ни коя гоже. Послаше же и там, и даже делаю цитаковые вещи, три гривни сребра, зато я мастер возмят за свой труд. Взискане уже всюду бъйвшо не обрети се делателия на земли, но сам делател не бъсни и промисленник всех благ с утворию и положи на предложение своему причистому телу и чесно и крови, изволив на той тръпези и же сам да рова в дому матери своя за весь мир повсядни за калаем бъйти. Обаче не у конец чудесем. Вудри и буден по-чудотворно обрети нинцкитето я при освещенни митрополите Иоан Велици и Печалибе, яко при спе време освещени от церква печерския и не бяша с ним по епископа на освещения, понеже разтояние местом Бедалече. Исевне запо представша силою Божия и оббоголюбиви епископи Иоан Черниговски, Исаи Яростовски, Антоний Юревски, Лука Белогородски, Никимжо Человек Звани Бъйвше и обретоше се в чин освещения. При освещени же митрополите Иоан по-чудесе зело осем, яко никога же не поселаше по епископъй и въпроси их, че са ради при досте не звани Бъйвше. Отвещаше епископи, от тебе владейко прислани юноши прише, че глаголаша нам, яко в четверти и на десять ден на августу освещати се имат церков печерския. Готови вси будите с ним клиторгии. Мъй же съесла и живше, пословеси твоему сей сме изде. Та же отвеща Антони епископ Юревски. Азбайк Болен, нощи же се явнили черно-ризецко мне и глаголъмне. За утро освещайте се имат церков печерския, да будиш и тамо. И, ако же то, че ослышах, Абия здрав бъих и сей я съм по повеление вашето. Митрополиджа хотей изискати такових чоловеки жезваше их, и там Абия глас бъйц таков. Исчезош е изпитающе изпитание. Он же простър, руце на небо и рече. Опре света е госпоже Бого родице. Ако же в твое представление постоле и от конец вселенния собрала ези в чест своему погребеню, такой нъйни в освещение церкве своя собрала ези тех намесники и наши сослужебники. Лъгуслови оба нас на дело сие и помози нам слава и ради сей на твои го и твоя я. Тук да вси влужи се бъйше толиких ради чудес, им же не конец и сде. Ибо общече тук да трижди церков и пришечек дверем на чаша пети, возьмите врата князи ваша и не бъйст и же бъй от пел в церкви, кто е с цей цар славъй, ибо не едина го оставили бъйше в нея. Много же молчание, обеивше се бъйст глас изнутр церкве, ако ангельски глаголей, кто е с цей цар славъй. Взъискани же бъйша такови епевци и откуда суть, и каков не доша в церкови, дверим всем затвореним сущим, но не един от чоловек обрети се в церкви. И разумно бъйст всем, и ако все строится боже им промислом той святе и церкви, ако глаголете в нея всем с апостолом оглуби на богатство и премудрости и разума божия, ако не изпъйтане судове и го, и не изследуване по тие и го, кто бър разуме ум господин или кто советник им объйст. И тако совършиси освещение святея печерския церкве в лету от создания Мира 6 1597 Утрожде свъжи Христова 1089 4-и на 10 д. августъ при Благовердном князе Киевском Всеволод Ярославиче господобо го самому во всем поспешествуюшто и чудодействуюшто молитваме причистия своя матери и преподобних отец наших Антонии Теодосия Печерских. Чудно обобратие сказани естосеи святея церкви, я же еще прежде начала своего проявлена бъйст и в земли Варяшскоят самого господа, и же счастнаго своего образа Венец е и пояс присла и подобието я показа. И в земли Греческоят пресвятея Богородицеи, я же пресла и коно свою и святеих мученик Мощи, и такожде подобие я показа. В начале живо всем сооружение е я, е же треми образа и бъйст созданиям, украшениям и освещениям показа се всюду троическо едейство. В начале обосоздания церкве се я сам Бок отец, и же нарицае цеветхи и ден ми, на знамена суша и уместо, за не суша ветхости или старости след. Сынь, и же снидея куруса на Роно, росуни спусти. Дух святъй, и же в огни на их езицех сниде, огън с небесени спусла. Такожде и во време окрашение отец, и же по образу своему чоловека созда, образ пресвятия Богородицеи без руки и конописце в Воотаремо сие и изобрази. Сынь, и же е с цонце правдъй, сиянием тук да церкови сполни. Дух святъй, и же в видение голубиния висия, видение голуби излетевши го излуста образа показа. Последи же во време освещение отец, и же иногда на скрижалих камених закон предъде, дарова камен на святъй престол. Сынь, и же е с архерей превъйше небес саи, архерей ов чудесним образом собра. Дух святъй, и же е сте зиг во всю землю вештания глаголъвъй, сотвори от вештания и среди церкви, никому же от чоловек тамо сущето. Ек даже толикими знамени и Бог в тройце покланяема и су рожит и себе возлюби причесную си у церкови, во ими любимие себе небесни царицеи, яви яко и прибаиваят любовне с де. С ним же и царица предстояща е одесную его, за ступница всех христия ни прибежище пресвятая Богоролица, якоже само обеща си во влахерни мастерам глаголя, прииду рече и сама видити церков, и в неї хошно житие. Також да и святи и Божи, их же честнея мощи под всеми стенами основаним с отнедвижимым, прибаиваят неотступно в церкви сей. Сто обо ней речем, поистине свята церков сия е ест, дивна вправду и небеси подобна. Сегуради должно е с нам похвалити прежде от шечих благоверних князей и христолюбивих боляр, честнеих инуков и всех православних и мевших усердиек сей свято и чудотворної церкви Печерски. Им же и нам всем православния церкви Чадум, молитваме преподобних и богностих отец наших Антония от оси епечерских, да подаст благодать и милост свою глава церкви Христос. Емуже подобаят честь и слава с обезначалними готсем и пресвятъйми благими животворящим духом, нейния и присно и вовеки веков, Амин.