Loading...

Высоцкий: "Суров же ты, климат охотский..". (49 дней).

56,772 views

Loading...

Loading...

Rating is available when the video has been rented.
This feature is not available right now. Please try again later.
Published on Jan 29, 2011

"49 ДНЕЙ В ОКЕАНЕ".
https://vitus.livejournal.com/2699536...
http://www.kulichki.com/vv/pesni/suro...

http://v-vysotsky.narod.ru/statji/201...

http://www.pseudology.org/chtivo/Ziga...

http://radanov.at.ua/news/2008-05-30-26

В ночь на 17 января 1960 года во время урагана сорвало с тросов самоходную баржу, стоявшую на якоре у одного из островов Курильской гряды. Штормом баржу унесло в один из самых бурных районов Тихого океана. На барже были четверо советских солдат: младший сержант Асхат Рахимзянович Зиганшин, рядовые Филипп Григорьевич Поплавский, Анатолий Федорович Крючковский и Иван Ефимович Федотов.
Испортилась радиостанция, остановились моторы. Из запасов продовольствия на барже находился только аварийный паек на двое суток и два ведра картофеля. На шестнадцатый день кончились консервы, а в конце февраля все запасы продовольствия иссякли. И тогда солдаты начали варить кожаные ремни и подметки от ботинок, которые они потом нарезали тонкими полосками и ели...
Только 7 марта 1960 года в 4 часа дня все четверо были подобраны экипажем американского авианосца USS Kearsarge. За время 49-дневного дрейфа каждый потерял по 20—25 килограммов веса. Это был уникальный по продолжительности и по столь трудным условиям дрейф в океане.
**************
Суров же ты, климат охотский,-
Уже третий день ураган.
Встает у руля сам Крючковский,
На отдых - Федотов Иван.

Стихия реветь продолжала -
И Тихий шумел океан.
Зиганшин стоял у штурвала
И глаз ни на миг не смыкал.

Суровей, ужасней лишенья,
Ни лодки не видно, ни зги,-
И принято было решенье -
И начали есть сапоги.

Последнюю съели картошку,
Взглянули друг другу в глаза...
Когда ел Поплавский гармошку,
Крутая скатилась слеза.

Доедена банка консервов
И суп из картошки одной,-
Все меньше здоровья и нервов,
Все больше желанье домой.

Сердца продолжали работу,
Но реже становится стук,
Спокойный, но слабый Федотов
Глотал предпоследний каблук.

Лежали все четверо в лежку,
Ни лодки, ни крошки вокруг,
Зиганшин скрутил козью ножку
Слабевшими пальцами рук.

На службе он воин заправский,
И штурман заправский он тут.
Зиганшин, Крючковский, Поплавский -
Под палубой песни поют.

Зиганшин крепился, держался,
Бодрил, сам был бледный как тень,
И то, что сказать собирался,
Сказал лишь на следующий день.

"Друзья!.." Через час: "Дорогие!.."
"Ребята!- Еще через час.-
Ведь нас не сломила стихия,
Так голод ли сломит ли нас!

Забудем про пищу - чего там!-
А вспомним про наш взвод солдат..."
"Узнать бы,- стал бредить Федотов,-
Что у нас в части едят?"

И вдруг: не мираж ли, не миф ли -
Какое-то судно идет!
К биноклю все сразу приникли,
А с судна летел вертолет.

...Окончены все переплеты -
Вновь служат,- что, взял, океан?!-
Крючковский, Поплавский, Федотов,
А с ними Зиганшин Асхан!

1960.

Loading...

Advertisement

to add this to Watch Later

Add to

Loading playlists...