 Словом, которым желаю поделиться сегодня, оно будет называться В мире, в котором мы живем, очень легко быть потерянным Мы можем иметь наш адрес и нашу фамилию и по многих местах наши имена Но это не об этом идет разговор Паспорт и все такое И много вещей могут нам принадлежать машину, дом и многих вещей А сами можем быть потерянными Мы живем в мире такой многообразной информацией, объяснений, что люди теряются Поэтому быть потерянным персонально это самая большая потеря Даже если мы находим много вещей для себя, это все равно не возместит нашу персональную потерянность Почему мы здесь? И куда мы идем? Какая наша персональная ценность? Даже трудности, страдания, если мы знаем, кто мы есть, кому мы принадлежим, они переносятся намного проще Но когда мы ухаживаем их в трансмиссии, и мы знаем, кто мы и кто мы, мы можем их обновлять и решить, что нам нужно И когда наши дети были еще маленькие, мы покупали детям игрушки И покупали иногда такие большие картины, которые разбиты были по фрагментах И они были в мишке И там, где-то было, картинка их не показана, детям было задача эту картину назад с фрагментом сложить Высыпали, измешкать все Их задача была сложить И были такие картины, что фрагменты были разные, и колор был разный И там были такие картины, где они были разными, они выглядят разными, и они были разными колорами Это очень мощная привлекательность для нас, чтобы быть частью большей картины, чтобы быть частью большей картины, большей семьи Я из семьи 16 детей Я самостарший И у нас есть фотографии большие И вот есть такие, есть картины большие, которые в фрагментах Поэтому для детей было задача найти не просто правильный фрагмент кусочек, правильной конфигурации, но и чтобы было правильно закраска Итак, мое слово, как будет для молитвы, будет condition for position конфигурация, но также, что это было нужно подмечить колору. Итак, мое слово, как будет для молитвы, будет кондишнь для позиции. Итак, мое слово, что будет lead-us-to-prayer-with-the-annoying-water, будет назвать кондишнь для позиции. И как доктор, как доктор не боится выписывать те же самые болезни, мы пользуем библию, как медицину, тем же самым приезжающим людям с теми самыми болезнями. Поэтому слово будет об лудном сыне из 15 главы луки. Иисус приводит эту причу, которая много, чем говорит. И первый урок, это будет тот, что не оставляй дом отца по-любому. Даже старший сын, который так и не познал богатство отца своего дома, не умирал из голода. Сегодня есть разные церкви. Паптисты, пейсянники, харизматы, католики, католики, артодокс, лючиране, акликан, много, назаряне, много церквей. И каждая церковь, она все равно что-то даёт человеку. И даже самая такая ну бедная церковь, все равно там люди живут. Даже этот старший сын, который ни козленка, ни осленка, ни вола, ну ничего не имел в доме. Все равно не умирал. Потому не оставляй церковь. Будисциплинированным. Это хорошо искать хорошую церковь. Какую, как наша церковь. Это хорошо искать хорошую церковь. Но если вокруг тебя нету, иди в любую церковь, где проповедуется Божье слово. Потому что, потому что опасность уйти вообще из дома велика. Это всего лишь обольщение, что за пределами дома Божьего ты будешь процветать. За пределами Божьего дома потерянность. Это может тебя купить за деньги, чтобы ты был потерян. Ты будешь иметь миллионы, но потерян. Здоровье, но потерян. Вы знаете, не всегда больные люди умерают. Мы живем в мире технологии, а транспорта случат, жизнь мой закончится в любой момент. Потому дорожи самой большой ценностью. Это самим собой. Твоей бессмертной души. Не променяй ни на какие условия дьявола. Потому что нет большей ценности, как ты и сам. Потому что какая польза человеку, если приобретет весь мир, душе своей повредит. Потому не оставляй церковь. Будь дисциплинированным человеком. Посвященным человеком. Время церкви не меняется ни на клуб, ни на паре, ни на футбол, ни на что ты не меняешь церковь. Если Бог наметил тебе дать благословение, церкви-время это не потеря. Даже вот этот футболист, который супербол, большие такие, очень ответственное время, как раз уже должен быть гейм все. Церковь не меняет на гейм. И Бог все равно дал ему. Аллелюя. Потому имей посвященные сердце в доме Божьем. Не будь искушенным оставлять церковь. Хорошо. Когда мы следуем этому, этой причи, то как раз это случилось второе, не первое. Все-таки блудный сын искусился на это и ушел. В моей культуре, откуда я приехал, церковь была преследуя моей долгие годы. Моя дедушка сидела в черме просто за то, что был Христианом. Как вы знаете, как сегодня много в мире страдает, платит цену большую христиане за церковь, за веру. Мой сын Моя дедушка сидел в черме просто за то, что был Христианом. Мартин прилетел сейчас на отпуск из церкви Прока Тибиджашу. И второй сын там находится. И мы знаем, в Негере есть, если не каждую неделю, то через две церкви горят. Людей убивают. Большую цину платятся веру. Много убитых. Много церковь сожженных. Многие из них, вы, они хотели бы быть в такой церкви, в такой стране, где-то и свободны мужики в церковь. Для них это самое большое приобретение. Я говорил, когда я приеду в Америку, каждый день буду ходить в церковь. Когда я приехал в Америку, посмотрел, как много людей во время удовольствия, когда идет богослужение по церклях, они играют в футбол где-то. И вы спросите у них, что у них много христиан. И они променяли. Очень легко быть потеряны. Это обман. Я потом заберет все. Не меняй. Оставайся в доме Божь. Халеллюя. Хорошо. Все-таки существуют случаи, когда мы оставляем или что-то бывает в нашей жизни за пределами дома Божьего. И мы оставляем дом Божьего и как-то согрешаем. Или что-то у нас бывает за пределами. Важно получить это осознание, когда блудный сын анализировал свою жизнь и сказал, ну, жизнь у меня неправильно. Не согласился принять ту ситуацию, в которой он находится. И он сказал, встану и пойду к отцу моему. Это большая привилегия для людей иметь это откровение, что есть место, куда пойти. Как много людей не знают этого места. Опускаются в депрессию. Сдаются. Капитулируют. Сдоровье. Бизнес. Карьера. Меречь. Многие вещи. Сдаются. Не знают, куда пойти. Не знают места. Но этому сыну пришло откровение, от духа. И он вспомнил место, куда можно пойти. Итак, я приближаясь к смысле, которую заглавил. Я был... Я был не так мгновенно. Я был не так мгновенно. Я был не так мгновенно. Я был не так много неверующих людей. Я был это живая реальная личность. Это навсегда проигравшая личность. Он потерял битву и он знает, что ему уже с Богом битвы обратно нет. И он знает, что он не может иметь рематч с Богом. Эта вопрос закончена. Эта дверь полностью закрыта. Его задача, это теперь мы стали. И теперь его сомнение, и его цель, это вы и я. Это не с Богом. И здесь правил нет. И в этой войне он не имеет права. Он проиграл личность. И теперь он хочет нас с собой туда же забрать. И ему не нужны грешники. Они его. А он ходит за нами. Если я сказал бы, что 90%, 99% демонов преседуют церковь, то это будет правильно. Они пытаются что-то украсть, убить и погубить. Хотя блудный сын получил откровение о доме отца, но покуда шел. Я был все равно сумел что-то навешать ему. И сказил. И он сказал, хорошо, Коль, уже я не могу тебя удержать, чтобы ты пошел в дом. Уже выбора нет, ты уже пойдешь. Уже все я не могу ничего сделать. Все равно я сам имею что-то сделать. Не проси, чтобы приняли тебя с сыном. Он извратил его мозги. Козленка, ну-ну-ну. Козленка нет. Не одежды. Не обувь. И не шусь. И не рень. Ничего такого. Только рабом. И он такой ситуацией и шел в дом своего отца. Есть кондишен для позиции. Когда пришел блудный сын к дому отца, и сын начал высказывать свои желания. Отец послушал. И он сказал, нет. Он сказал, это не будет так. Для позиции сына. Вот эти лохмуки не идут. Вот эта одежда не идет. Вот эта одежда не идет. В моем доме позиция открыта для сына. Hallelujah. Это большая привилегия иметь фрагмент в этой семье для сына. Там место открыто за бронировано для сына, не для раба. Резерв. Не для раба. Для сына. Но для сына. Hallelujah. Когда сын ушел в дом, то дьявол извратил его понимание откровения. Он сказал, что пойду в дом моего отца. Он мой отец. Если ты есть отец, то я сын. Но если я раб, то ты рабовладелец. Но если ты отец, то я сын. Но если я сын, то для сына не я выбираю позицию. Отец имеет позицию для сына. Hallelujah. Есть кондиция для позиции. Hallelujah. И когда пришел сын, он пришел своей заниженной, с заниженными требованиями, как правильно сказать. Но для этой позиции, там другая кондиция. Часть Бога на земле это Божий народ. Мы представляем Бога на земле. Когда люди смотрят на нас, Бог хочет, чтобы видели Его славу в нас. Как важно для нас сегодня, чтобы наши суждения были профильтированы Божьим словом. Чтобы мы знали, первое, глубоко, я Детчо Божье, я сын, дочь или я раб. Это первое, мы должны зарубить себе на носу, как мы говорим. Детчо Божье или нет. Я член семьи или нет? Членство в семье не определяется первую очередь по твоей ситуацией, в чем ты одет, как ты выглядишь. Ты не родился в галстуке. И с БМВ. И с Большим Домом. Ты просто родился с сыном. Ничего у тебя не было. Бог дал тебе жизнь. А потом тебе дает дом, машину. Он дает тебе сыну. Он не дает чужим людям. Потому твоё определение, как сын, не определяется, в чем ты одев. Но откровением, не плоть и кровь открыли тебе это. Но дух, но отец невест. Ребёнок рождается полностью многим. Но он уже Детчо. И он берет Большой Маус. И крючит. И кричит. А отец дай мне Потому что он дает, дай мне comer. Мама дай мне. И как член семьи. Отец продолжает давать. И там не имею здесь, и там не имею. Но я дичё Божья. Меня может ещё в семье нет порядка. Может мой бизнес упал. Работа не работает в финансово нету. Доровье. Это не первое. Твоё понимание глубокое я дичё Божье. Я в доме Божье. Он повелевает ангелом небесным започиться за мною. Он выбрал тело моё быть храмом Святого Духа. Он ограждает мне драгоценную кровью как огненную сеною. И когда я дичё Божье, Я должен быть в доме Божье. И в доме Божье. Познавать кондишину для позиции. И когда мы приходим, чтобы познавать эти условия, эти кондишины, то отец говорит, закалите от корня утилёнка. Тогда отец говорит, что, ты знаешь, слейн, дайте ему одежду, дайте ему обувь, дайте ему знак рульшип. Дайте этих... на этот фвист, музыкантов, гус-листов, дайте всё это. Будем веселиться. Это происходит. Потому мы, когда сегодня пришли на эту молитву, глубоко в наших сердцах, у нас должна быть вера. Это не игра. Это твоя жизнь. Это ты пришёл не просто, чтобы твои земные дела решить на это место. Потому что много людей имеют много, но потеряны. Но первую очередь найти твою позицию в Боге. Потому что люди все умирают, в основном больные. Но мы имеем обитование, что на вечности мы будем здоровы. Это так скоро пройдёт. Мне 55 лет. Я всё ещё собираюсь ожить. Посмотришь, вот так немного. И утишает одно, что у меня есть улица и чистого золота. Язык не могла, будет петь. Многие хромово будут танцевать. В доме отца. Первое, когда ты пришёл в эту церковь. Найди позицию в доме Божья. Твоё позиция это ты дитё, сын и дочь, саря-сарей. Исследующая ищи кондишен. Не, если даже это не придёт, как прок тебе, Джаша говорит, Иссилит меня бог или не иссилит, он мой целичер. Освободит меня или не освободит, whether he is going to deliver me or not, he is my deliverer. Мой кондишен, он мой иссилитель. Может быть, я всё ещё больной. Но я не перестаю молиться за моего соседа, зная, что Бог исцелит его. Халеллюя! Халеллюя! Халеллюя! Халеллюя! Халеллюя! Пусть ничего тебя не выведет из дома Божьего, будь уверен в своей позиции в Крисе, потому приходя к молитве сейчас, давайте мы, как если ты далеко от дома от дома отца, бываешь там редко, непостоянно, непосвященно, давайте я скажу, встану и пойду, и попрошу отца, чтобы он простил меня, и я хочу в твоем доме пребывать, и следующее, давайте я буду молиться, Боже, дай мне откровение, в каких обстоять кондициях, которые ты имеешь в сове Божьим для моей жизни. Когда сын пришел, с туберкулезом, отец посмотрел, не пойдет, это не пойдет, все не работают, принесите новую одежду, цикнис, требулейшн, шортедж, моем доме другую одежду дайте, дайте ему одежду праведности, одежду исцеления, дай ему одежду силой, так что цикнис не будет виден, и цикнис будет виден, и цикнис будет виден, святой дух своим мечом огненным, в этом сопрани, срезать эту одежду страдания, Халеллюя.