 Жития Святых, Святители Дмитрия Ростовскъго, Месец и унии, 9 на 10 день Сие чтени и вивлютеки Либри Вокс, сие чтени Либри Вокс, достояние всеобще, а ще хочете боле научите или же поможти, посетите LibriVox.org В той же день, жите е преподобна го отца нашого паисия Великого, списано е преподобни мюаном Коловым. Яко же красна е мира сега от теленна суща и приходимая, видят любещих та привлъчитих желаний о них, и творите в них то, да мало и ради сладости колеблюци чувствъй, и умом к страстем парят по-толико, еко не то, че обещанно и жизнь презирате им, но и того самаго истинния жизни творца овъй, отвращате се и избирате настояште, па че будущих, лютою и бесконечною смерть воли оприемлюще. Такой вечна е на небесех суща е благая, въуповающих та получите безмерно е к себе желание возбуждают, и божествено и некои ни насейтиме о сладости унасяща от тех сердца, и творя то на е в вспоминати всегда тамошне е блъженство, трудо воздваянни и красно е подвижнико в торжество. И по-толико на усердие к себе поустреят тая, еко не то, че временна и суят ная презирате им, но и своя го живота неща дети, изволяюще и возлюблено и свою Христа ради по-славесия евангелескому положити душу, и смерт за него любити паче всек сладких и красних. А понеже не обретаете я вскоре, не сущим гонителем, обойна им образомто желаемо и у смерт понистит штация, изобретающе себе долго и нужно е самих себе обереждвлени, и тако те си ще ми болезни претерпевают, на всяк дем постяште ся, и много различно подвиждающе ся и борюще се с невидимыми беси, и понождающе приснуя естество своя безплотни им врагом противите ся, сущи и воплоти. От такових добрих и божествених може есть, о нем же поведат их уж ту, и известите рождение ту го и возраст и чудное житие, и меже мужу туму по и си. И никто же да не неверует, слише преславная и више естествена и о нем, и да не мнить ми прилагающе, че таково му любезнамо не отцу чести ради и го. Далече бо они ест превише всяке чоловеческие части, и не требаят от нижни хваления, похваляема и сей във вышних от святих ангелов, но повем полези ради слише штих и добродетелем тогаво зръвноват и хутяштих. Повем же то, е же видех му ими у часей и уж има слишех, начну ободостоховально и полезное житие го от младенчество бъившея сице. Сега велика го и блаженна го мужа, израсти египет, и же древле велика го в пророцех произнесе, боговит само и сея, е го же к богу присвоеними великими чудеса и прославися, яко же о том в божествених книгах писана суть. Не мне е же и в Туриция опрославлен показа се египет, преподобна го ради по и сия, внем рожденна го, е го же честним ими-ми многими добродетелми обогатисия. Родители сега облаженна го бъиша благоверни, и боящие се бога, и в заповедих и го ходяште непорочно, и всякими дела и благими богов годите чтащие сия, и меша же дете и седим, и възпитва хоих в добром наказани, въеже бъй им бъйти добродетели и родители ских подражателми. Бяша же им богатство довольно, или кои трябва ищим нескутно подавати, простерто бъймеехо къщедротъм руко, или къти и влагахо в руце нищим, та с уосугоблением в уздавахо си им от божествених дъровани, а понеже някто же в чоловецъх може бъйти непричастен смерти, обродител паисия в отжития сега отъйде, остави в честне и жене свое и по печени отчадех, в них же менши всех бяше лета и отрук паисии. И отомна и пача матири печали бе многое. В един уже ношто, снувше и ей, бе изтвидение си цивое, ангел господи не вив си рече, Бог, отец си родства и ущих послами к тебе, подщо излишния печали, изполняющеся, многи ми одетех промъщления обията с ущи, е дали едина тъй у них печешеся не и Бог, не и ни оба оставивши печали, дъжд Богу въишнемо един аго цинов твоих, о немже пруславице пресвятое господни пресну славимоя имя, онажи отвеча ангелу, вси Божи и суть, ящи е му като ри есту годен да возмет, ангел же взем паисия за руко рече, сей ест Богу в годен. Матер же глагола, возми паще от бължих, кои лучи ест, отвеча ангел, о добре в жинах, не веси ли, ако сила Божиев не мушни хевляти си обыкла, сей убою не ищи избранест Богу, имея и му угодите, тори е кангелу тиде. Жина же вуспрянувши от сна божествено му удивляше се виденео и песни благодарственния воздаваше Богу и глаголаше, да будят на нас владейко и нарабетва им паиси и милост твуя, сия и симподобно изрекши и много молившися, приведе сей на своего к Богу клирическо го ради освещение. Блажен нижо от рук паиси и клирическо го освещение, сподоблен бъв, ревнуваше му же ем добродетельни и возрасташе лето и разумом, купно и благодатио Божиев. Денжи отът дне, бълъше и уко Богу любовио разжизае серце свое, желаше попремного иноческогу жития. И в негда прииде времея, внеже бъй желая му е иму получити и в иноческом чине совершене и начати заповед и господних делания, божествено и благодатио, якоже непорочен агнец в ведеси в пустейния скицкою и словесни ховецк пастер и облаженному памве в наставление прииде. Той же с любовио и радости усега при им, во свято е иночески облече образ. Не непричастен, че бяше той отец пам в обожествена годара про разумение, но и от кровени и свъйшето му бъйвае ма и ми, я же в паиси и познавашее, израше е го суща сосуди с бран Божия и благодати, и той наставляемък в сякому доброму делани. Перве оба послушания добре и справляше паиси и блажени и усърдно повинуя се отцу своему и тогаволево всем сувершая. Та же прелужи и жестокое житие в восприяти и възхождаше на добродетельное сувершенство, стъпени в сердце своем полагая. Преподобни жи отец наш памво, зря то го великому пасническому вдеюща се подвиго и на бължи и хутя е го по-острити, рече к нему. Ча до паиси е, но в начальному подвижнику подобаят все чувство опасно храните от претекания и соблазнов, а не паче соблюдате учеса от любопътного зрение, и ни жена лице, кому смотрети, но пристно долу зрети, умом жив въисото взирате и созерцате внутренними очесей слава и Божия доброто не изреченою, слави теже и пети всесильного Бога. Теми учители въми славеси, блажени, паиси и научен бъйф и любови у Божия е уязвився, подшта се глаголено и иму совершите делом. От то ли обо три лета при бъйст, заповед си и у ежене зрети на лица чуждая, опасно соблюдая и невзираше на чоловечески образ от нюда, прилижаше же святих книг чтеню, славесам Божи им пристно в Немля, и тех разумений, якоже вода ми напая е доже свою, и бяше по славеси да ви довоя, какоже некий сад при исходищах водних насъжден, возрастая и процветая, и плод сладок принося во време подобно. Вожделено бъбяше им уси епсаломско и кбоговещани, коля сладка гортанимо им у славеса твоя, па че ме довостом моим. И непрестанно по апостолескому обещане и умолясия, по стом же и бдени им тело своя удручая, и по рабоштая той духови, добродетели в тайна среца своя го сокровищество въше. Тако е го преуспевающе, че зря при подобни старец Памво, радуваше се одобродетеленом тога по бози жити, и отече ски назираше его на предния и руководително подвязая, и на всяко е богоходно е дело и разум, благочесно и удобно наставляя, да онде же створи тога искуснише воиноцъх бъйти. Наставши уже времени отшествия старци въод здешних к небесному наследию, к не му же призива има и прийти жалаше. Многим благословени им паисия, блаженна го благословив и словес пророческих онем не малу изрек. Памво, при подобни, к блаженно и он и жезни прейде, прияте там он надейма и неизреченна е благая. Аз же Смиренни и Иоан, глаголец писателя сега, остах се с свещенни им паисиям и бъйхом оба единокровни и нравом подобни, на единия живуща и единостав правилъй жития совершающа. Яко же от отца прияком и укрепляхом друг друга, пекуще се оспасени дощ наших. Времен е же мало прешечу, блаженни паиси възжила въисучайше го жития, тога ради належаше нужда разпряжение у нашим объйти. К больше мобо пасничество той разжигае си духом, начат через всю неделю не ясти, в свободо же и въскрестни ден хлеб токмос с солью и вода в кушени им оба и ваше. В прочие житни вместо хлеба чувствена го умним петаше сия, частоже богогласна го и рими и пророческою чтяше книго, и много ж да има той святъй пророк и вився, сказуваше недоведомо е в пророчестое своем тайни и сокровенними мыслями под вязашето го ум на въжделение обещаних благ. Простирая се, жена пред къжесточайше му житию, пъй си презре первое пуштение свое, избраше и ное. К первой по недели другую приложив, две купно постяше сия и по дву недели хлеба мало солью, якоже рече си и вода и в меру приимаше. Такова го же и го пуштение и равно ангельна го жития ни кто же ведяше, то, че у един зря и тайни и чоловеческия бог е мужа и неявленна е вся откровенна суть. Ведах же и я с отчасти, е ще же и му чание безмолвнише го желани и му прийде, е же на един и едином умоление приносите владици Христу и присвоите си и му тепле, и от того просвещение ми усиявате ся. Си цево е го желани, аз разумев, тяшко себе в мених, е же разлучен им нам бъйти от себе. Хоча же известите си, аще по бози е сто и намерение го или по чоловеческому некоему самоходеню, рекох к нему. Брате Паиси, се злюти бе безмолвнише го жития желающа. Вежджи добре, яко я стою, жди мыси ли мею, но сомню се неизвестен сей от бога ли ест по-мисъл сей или ни. Помолим си обук щедротам Божи, да той сам господ наш поволи своя и устроят жития наше и под аз с нами извести осем. Вкупили прибайвати или друг от друга имаме и разлучите ся. Паиси же отвечтам не. Добре главолише возлюблен не. Сотворим то, я жерей класи. Ставше обу на молитве, всю нощ тепли молихом сег бога. Благусерда и жебок нехотя през рети моление наше го послак нам си звестия мангела своего света го, и же куутро нам представ рече. Кому ж до вас бог особна жития разделяят, тъй обой у Анне, зде прибаивая и наимко спасение у наставник буди. Тъй же раби Христов, Паисие, прейди от сюдок западни и стране пустъйни, и соберете к тебе сон много иночествующих. Глаголин Господ, и монастир моим повелением создан будит, и прославите тамо и ме мое тебе ради. Торек Ангел, отъйде. Мъй же поклонихом се бог с благодарением и по повеление господ не разделихом ся. Аз, глаголит юан, остах се на месте. Паисие же блъжени шедат далече к западни стране и се к в горе пещеру, сели се в ню. И толико присвоя се богов се совершено и чистото и своею и многими подвигами, яко и сам Христо се являше съему и изправляше того и наставляше к добродетели, яко же предлежащим словом истина явлена будит. В один от дней сидяшто паиси в своя пещере и божествено и песен в остехи меющто, и ви си е му спас глаголя. Мирите бе возлюблено му огоднико моему. Анжев остав страхом и трепетом от режими и рече. Христе человеку любче спасе. Серап твой е сам Аз. Каевина владейко, толики е твоя яблагост, яко с нити изволила си к моему недостоинство. Рече же к нему господи. Зришели пустъйния сию. Елико долботу и широту имать. Сию тебе ради напълния посника миславище ме и ме му е. Избранни же угодник боже и паиси на земля пад вси цегла гола. Владико господи! Роце твой и крепко и вся повинуються, е же те и возхожтеше то имать бъйти. Молю же твоя благост, да разумею откуда будут потребна и нужна е тем, и же в пустъйни се им от подвязатися. Спас же, рече. Веромне и ми глаголюще му истино тебе, а ще обряшто и химуштия любов, матер всем добродетелем, и изрюих совершающие заповеди му я, то ни око им же нужном по пекуция, аз бо всякоя промышление от техи мети буду. Пак ти рече ко господо паиси. Еще е дину и въпрошу твоя ия благости, како ти и му тодобно прийти вражие сети и лютых бесовских искушени избегно ти. Спас же кни му, рече. А ще заповеди му я, яко же рекохти соблюдат кротостию, правдою и смиреним серцем, то нето че у вражих брани и лукавих коварств превише с отвориония, но и царствие небесного наследие дамим. Си арек Спас су славаю на небеса взейде. Святей же паиси и множе е страх Божи, че трябва към всерце своем. Непрестанно размъйшляя в себе бъйвше к нему Спасово с небесесни схождени, зависти же отец и чоловеку ненависник враг Дьявол. Зря паисия крепко приходяшта с эти иго и не уловляема хитро Смионаго и въише навето в тога суща, раздражаше се зело. Ни моги же приближити се е му Божественния ради сила и от Бога паисио данния, начав хищ тряти и ная коварства, и ная коварства се отворил Рабу Христово. Мне в жияти тога золото и любови мене е удицею, покоси се под образо милост и ни припятие му се цребролюбия, да егда от настежани и спъдет, удобно на него по-почтено бодит лютих нахождени. Ще дубо прелесни враг к некоемо египецкому князъю, му жубо боязнено и многими и мене изобило юшто, и висето му образо мангелски ми рече. В остава овозлюбленни иди в пустъйнио, и обряштише там о му же именем паисия нища житием, добродетелми живелими окрашена и божествения благодати сосуда избранного. Того обрет златом почти добре не скопяся, яко да имат чим и прочих пустъйно жители исполняти нужду. Князъжио наи не разуме в бесовскъг опрелечтение, но ангелскою бъйти силу верував, злато и сребро довольно и много е яжена потреба в зем и дяшък святому. Божествена е же сила, я же с паиси им бяше, я би сутвори паиси в козн вражио, и, ако образум княжи и милостенни, покушае цяят и голебо стежа ням. Аби и оба божествена и му ж в остав, иде всреди ня князъо. Ек да света и среде тогаво, прошаше князо пустъйно жители паиси, кто ест и где обитавят. Паиси же взаим в упроси князе глаголя, чесо радиште ще паисио, кайте бе к нему потреба? Отвечта князъо. Злато и сребро и проче и яжена потреба принесох дать имо, да той раздаст и нуком. Преподобни же князъо отвечта в рече. Разуме и о Христолюбче, яко злато и сребро нест потребно в пустъйне се и жити изволяющим, че отзде в селяющих се восхоштит, что оти мене твоиго прияти. Возврати се обо не скорбяво своя си, Бог же добре твое произволение приемлит. А ще же носимаят тобой раздати, хо ще ще не е муштим, то мнози суть по градом египетским требующи, обози и нищи, сиротствующи и вдовствующи. Отех промышляй и многое от Бога приемеше воздаяния. Князъо живяро в глаголъв святаго, возврати се ияко же научен, бъй изсотвори. Раздати нищи ми обоги ми треба и ущи ми мене своя. Преподобно може пейсио в свою пещеру в ходя, што е висим от дяволъголя. Оле нужда пейсие, что имам сотворите тебе, отгоняюще му муя хитрости. И до проче, си не имя брантворите, не тяже уже не прийду, побежден, боя съм тобойо. Божествене же муж запретивимо силу и Христово и отгнатого от себе. Дяволъж е состудом от гнанба и в ктому не смееше безстудно к святому приступити. Посеми иде преподобни во внутренния опустинъо и пребоявае там от телом, духом же с небесними силами всех владици предстоя, вдаяши си житью жестокому, подоби си безплотним. И бъй ст зрител небесних сокровищ, и суще е о намо веселия праведних благоизволи и вития му дух света и в нем живущи. Едино и обу став на молитве паиси, обрети си яко крилами возлетев, штояш на небеси. Первая жерайска е зряше прекрасна еселения, не изречених радуване исполненея. Та же первенствующих и вечноторжествующих церковозрев и невяществене пищи от тайн Божиих причастите се сподоби все, крайне го воздържание и неедение при адаруване. Едино и обу в седмице е внедельни воскресения господни ден божествених тайн причащаяся, да пришествия пак и другие недели без пищи прибиваше. Таково и облагодате силу и естество и го отзиждители обогатисия. Мнеже, глаголец писатель, никто же да не верует от вероющих Божио Слово, и по Слово Божие имам верна свидетеля. Нето ли глаголет, яко вся повинуються Божио повеление, а по неже то истинно е, обо и глаголемо и мною вся кистино бъйти да верует. По причащейния божествених тайнств тел и крови Христовы, при подобни паиси иногда 70 дни без пищи телесния прибиваше. И нестъдивност е божествене и силе Державо не изреченою и меющи и возмокше и в ням животною содержати силу самою, благодатю своею, паче пищна гоокрепление. По естество обоплодскому жителе ствоющих, телен нагубращна требоят тело, ко окрепление своему да не изнеможет. А ижи в въише естествено в жити и успеша, аки безплотни. Такова им вест, зиждителна и сила, пребогатно подават ито благодат, е иже естество чело вече, с кое добре повинуеться, и не тако отелесно и якоже одоховно и живет пища. Вест в сесильни создатели Бок наш, че седми спящих от рукав безпищи житият сухранити и или и инживот в небесних дворих до последният годни соблюдаят. Но всих добляят, облаженъм же паиси и да глаголим. К всему преподобному отцу множество не ток молтинуков на Ютмирян Собирахося прибават и при ним хотяште, и обще че го, яко Рой Пчельни сот, духовна го меда сладости на срещати се желаху несъитно. Он же от присносущна го божествена го источника, сладчайшо и опаче чувствена го меда и сота почърпая благодать и стучаше тем духовноя питие, сладостини изглаголени и изполненноя. И прилагаше се немало на все, къде им брати и собирающихся и множещихся, и же вся красния житейска и отвергши, евангелски на рама и Рем Христов Зимаху, от и них же овъх къбезмолвному преподобни отлучаше молчаню, наедине теплою молитвою собеседвят Богу. Оба им же в соборе с другими пети и кубно с братиями в послушаних прибаиватие и обща и отродите се веляше. И на их вдайяше в научени Рукоделия, да не точио сами от трудов своих снидают хлеб своя, но и алчущих нищих да питают и прочих брати и скудних и странних да опукайвают друголюбно. Глави знаже всем бяше сия, да никто же творит, что воли о своею, но по повеление и разуждение отеци скусних. Си цево бяше от преподобного предания собираюш тим си книмо братиям и таково им от нагоучение, а и же самъгота го отца обезмолвному строение и жития ни едино слово подробно сказат и възможед, обаче от многих мали и някъи рекуция. По довольно време ни видя преподобни безмолвие свое, приходящими к нимо братиями присецаемо е, оскорби си от непокоя, сущи молчание велики любитель. Тога ради в мысли оставите то место и обрати и попечени. Ото и вси обод всех изейде от тодо и глубучайше и опустейни недре прохождаше. Обреджи негде пештеров си лисъвни и три лета прибъйст тамо. Възръстоша живла са и глава и го зело и бъйша долзи. Я же к некоему колу въйсоте пештерно и во друженному хитро некако привязуя, недремленно всиночния совершаше молитвъй. Аяко же в нощи си ци и водни не дая себе покоя. На многие труди е простираше сия, и имееше себе труд в покой любви ради Божия. Ей уже распъляеми и беше всегда. Чесо ради и сам любими и бе Богу, изподобляема и божествена гоявление и лицизрени Христова, яко же он спасителен аш като ме в Ангелия и Глаголед. Любяемя возлюблен будето цем моим. Я с возлюблю его и явлю себе му сам. В некоя бовремя и при подобному паисъю и теплейшаю к Богу любовию разжекшуся и весом богумъсленною молитвою в самом бози оглубившо, и висиему яко же и прежде Христо спас. Он же не моги пресветлия слава и пресвета голица спасителя възрети, на землю пъде страхом и трепетом Человеку любива и живлъдика порострее му руку свою. Олени изреченния твоея Христе царю ка угодникам твоим любве. Подем воздвиже паиси от земли и речекнемо. Мири тебе угоднику моему. Не устрашай се ни дълг държит трепет сердце твои. В твоих боделях зело ослаждаят се муя благостъйня. И попремного благоприятен мне ест подвиг твой. Весели се проче и приемио в воздаяния. Все бодаюти се цевъй дар, да все е же просише от от само и го во имя мое, да си тебе. Святъй же паиси. Зрято ль вели в благо с господния и при малое дръзновение рече. Человеку любче Христе Боже, ащо от не изповедимие твоея благостъйни мене недостойна го и окаянна го, толики твоея сподобляющи благодати, молю обутья смиренно, сам наставиме на учи, оком и оки их нужда химам проси ти. Аз бъв начали моя пред тобой изрю с угрешение и умъхни изправлениях молю твое милусердие, да простише и покреше благоотроби им твое им множество грехов моих. Подаш джем не проче е жизни сия време безгрешно проводити, да удобна с пъсъсейнисти из юпотек без предкновенно к доброму концу достигну твоею помощ и руководителство. Кроме бът твоя ея помощ и наставление нищо же благо усовершити и милусто те бе получите кто може. И ка е наша дела добрая, которой труд и ки подвиг достойни ест толико при великие милуси твояя, а ще бъй смерт за тя подиали, якож и подобаят нам за тя создателя и ископителя нашего и премилусерда го нас грешних любителя, души нашия полагати. А ще бът бък се е бе смертни, за ней на смертния чоловеки кров свою пресветию и нещадно излевая крест, смерт, гроб, претерпелеси, да спасени нам воскресеням фа и му стройиши. Коли ки обу нам смерти те бе ради спасителя нашего претерпети достойт. С я святому паисъю са многою сладост и усердечною, ко спасу глаголющето, благослови е го той и отступив от него взейде на небеса со славою. Паисъю же поклони си владейци своему, хваля и благодаря того благоотробною к нему с неискуждение. Хошта джа настояште е слово показат и велио сега преподобна го освите и вери ревност, я же в ням е влена с отвори си си те. Старец некий, в единой от веси египетских прибайваше, житиям зело добрудетелен во святом же писание не искусен, той от невежество своего впъде в такову юерес. Троица светую, не тройца, но двойца глагалаше бъйти си реч отца и сейна. Духа же света го отставляше, сказую от того бъйти не Бога. И тако сам зле вероя. И неихто може зловери ополчаше. Нози же от простагу народа хульному тогаму дрованю и ученю последовъша, великой тога побози жития, видеще. Устроевайе же всех спасение Христо с Бог, нехотя пристарце във им трудами позническим потъм бъйти в суе, възвестил не ем блаженному пейсию и весоную и месту и деже той старец жителе своят показа. Святеже пейсия бъйти е под штавсия, судела руками своими множество кошниц, сежо строя и стремяваше съй, и и деконума от су с кошницами творя се бъйти стренен, рукоделия своего продъятел. Много же пристарце обречие си, а изжи учения тога непотребна го и неправи е вери и придержахо ся, видевши странна го и кошниця и го, не ведоще же, яко пейсия е въпрошахо, кто е сте откуда. Он же сказаваше си изпустъйни, продъяте рукоделия своя пришедъй. Въпросвиша же и го окошницъх, подшто стремяваше се устроен и суть. Он же отвеща им глаголя. Понежърапи е съм пресвяте тройцей и любителто я осърднай, по ради и кошници моя въобраз святие тройци и суделъг с уше си тремя. Да нето че в сердцем верую, юстъй и споведую, но и рукоделия моим тройчески образ являющим, да прославляю святую тройци от са, и сына, и святаго духа. Естбо первое ухо въобраз Бога от са, другое въобраз Бога сына, третие въобраз Бога духа святаго. Яко же видите се, каяш до кошница и имат треуха. Есже с обою е едина. Сице в святие тройцей три лица суть, но един Бог. Сице по и си во святому краткими словесе и тайно святие тройцей изявившо, мужи е ония и купно спостник у мочителям своимостъй девши си, и уша са свояк в слушание уготова в шире коша. Ръцей нам, от дивне, е ще у православи и яснее, и получи нас более словесе и твоими множейшими. Уже бореченними вельми одивили си нас. Божествене, и же по и си, и духа святаго изполнивсе нача, яко искусни и делетель, благоразумно и богомудрено заблуждение и ретическо и доше пагубно и вреди зубличати, поучати же оник свято и православно и дошеспасително и вере, и на пути стина и наставляти. Долго же при подобни по и си от Божествена гописание и от Богодохновенних книг, к ним бесведував, вероват и во святую тройцу и благочесно тою изповедати, добре научих и сутвори старца Оного и всех, и же с ним, кайте си опрежнеми их заблуждени. И тако просвети фих, и дяше возвръщай се в свою пустейнию и благодарния Богово силая песни. Приближи все же к пустейния внезапусвет вели и в усия взракего, и возрев виде всю пустейнию Оною ангелских полков изполненною, и одивився не да умееш, и что си е есть, и просявши от Бога ведете, что е зримое. Я би е святея ангел, ходя и с ним речекнемо. Сие тебе показа Бог, да известише се яко и сущо тебе с де, и не сущо ангела и повеление ме го хранят иноков в пустейни се обитаюштих, якоже само обеща тебе владейка. Па и си же и усем Бога, промисленни ковсеха воздаде благодарени, и в Кельо свою прииде. Прещежи в пророджеском даруване и како се и угодник Божи, и прозурливство изполнен бяше предлежащо е да е вид повест. Понеже в Божествено ме святом паиси и слава прухождаше повсюду, и много е добродетельния душ и невидение тогой небеседо призиваше обойблаженни пимен, малъй еште в то време возрастом бъйбъй, желанем възжела еже святаго паисия видете. Пришето Бог преподобному Павлу моляшето годе идет с ним к великому паисию, и ме е ше бълбъй, че и Павел часто приходите к паисию святому. И главола отец Павел к пимену «Младо тебе суще чадо, стежду сега у святому оному мужу вестития. Велик боест угодник Божи и молчание любяй, и просто тако не приходим к нему, но с размотрение им, и то не всегда на ток му в подобающее время ползи и ради». Пимен же главола иму «Назот, че в някъде изстанушето бою, тъй же един к святому внидище, и немала е будете душимо и сладост слышите то, че у гласи го събеседуюш тебе. Аще же неудобно мне будете то, еже сподобите се слышите гласи го, тохоте келие го коснуся ас укаянни, еш те же и твоим частен многам внутрът стопившим, исходяшто ти при коснуся и при ему перст от земли по неже святе едно геугодника Божия паят, и то богатно им не будит благословени. Сие Пимена со многим смиренними благою веро и глаголюща Павел Блъжен и видев, пояте го с собою, и к великому пейсио и доша. Дошече же до келие святагу един Павел толкну в няде а Пимен в неостатия. Пейси же святъй при Апавло Любезно отечески. В опроси же и у юном Пимене, е го жащ и не видя чувствене ми учесъй, духовни мижето го издалечу осмотре и речек Павло. Где е спутник твой детишт? Павел же от вишта. В неостатия отче, буйця, буйця, идиця в нити к тебе. Свяде и же внутра в нити Пимену повелев рече. Недоброест возбраняти в хода си цевъим к нам приходящим. Таковъм бо и в небеса удобно е в хождение с пасо твори и к старим глъбола в святом Евангелии, ащо не будете яко дети, в небесно е. С ярек пъйси святъй, прия своими руками юна го и обретив к себе благослови е го к Павло же рече. Вером не ими олюбезни Павли, няко отрук са и многих може и души спасти имат, и мнози е го ради райска господоби сеселения. Ест босним рука господня, к божественому пути наставляюще и го и покривающе я. Токла голов пъйси святъй и руки на главу Пименову положив, пак и благослови тога и подоволено и оползе душевно и беседе отпусти их смиром. Сам же без молвствуя объичним позниче с ким прилежаше подвигам. Но уже и у преславних при подобного паисия чудесах поведат и време. Бенеки, велики и в познициах отец, в странах сирских жителиствоя и различними окрашени и добродетельми, тому на молитве ставшо прииде мысель, кому он от угодивших Бога е подобен. Тако има мысли, что божествене и свъйше глас услише се глаголей. В египетския страна иди и обращаше там у мужа именен паисия, имеюща якоже и тей смирену мудри и любовко Богу. Часне иже той старец е слежа Фабия со Сердием я ципоти, не бриги от олико и далекости и в многом труде, и спешно из Сирии, к'египто и дяше. Достиг же нитрийския горе обращаше в паиси и к'де е. И понеже паисия во име везди проповедаше си, не скриси и му месту селения и го, ниже паиси у старце во пришествия бъйст неизвестно, но Божие и облагодатио являно е му сутвори си. И в остав изъйде в Сретиния старцо, и оба в пустъйни среча се друг друга любезно обяща, и лобезажа се лобзаням свято и му господи, и в обиталище паисия во всече и молитва сутворивше доше. Слово женъчен старец к'святому паисио лъголаше через толкователи языком сирским, неумееше по египетски глаголати. Паиси же египтенин съй, скор беше немало от том, яко сирска го язика неумеет, хочаше бо ни единого слова старце въполезна го лишите ся. Възвечена небо очаса своя юм в Бога в Перив, въздохну изглуби ни серци и рече. Съйни Божи и Слове, дъщ мне работва и му разумети силу глагола в всего света го старца. Той е му в себе рекшо, оле скоро го Божия посещеня. Аби е нача сирско и беше до старце вързумети и сирски к'немо глаголати, божественим духом получаймой. И наслаждахо се Богодохновенния с обою беше да и без толкователя сказующе друг друга делани, от Бога себе откровенной, и ких, кто от них сподобися к'немо глаголати. Тако прибише до шести дни наслаждающе си духовния сладости и веселяще си обози спа се своем. По скончани жи доше полезних беседих старцово своя си возвратите се хоть ащо призвапа и си и святе и всех учеников своих, с ним тук да бъйвши и рече к'нем. Оочада возлюбленния се му шпреподобен с овершен в добродетелих исполнен благодати духа света го. Сподобите се благословени и го, и приемите молитва и го в защищение вам от всех навето вражих. Той му рекшо вси ученици подобающе при подобному аномостарцу сирия ни натворяхо поклонени и благословени от него приемляхо. Помолив се, жек Богу старец у учениках паисиевых и святому паисию любезною христе целование дав, и всем поклонився, во своя возвръщаше сия проводимый паиси на ученика ми и го. Мало же зело, че са по отшествия и тога прашечо, приди неки от особно жителство във ших брат к святому паисио, и рекоша има ученице и святаго. Ово злюблене, беше с дел у нас неки чоловек Божи от земли сирския, велики и во отсех старец, у мом и сердцем просвещен, и жена с Словеса и душа спасителна и ми много укрепи, нейнижават и де во своя, я ще хоштеш и тога постигнути че можеш ли. Недалече бе отейдено близи ест, подвикни си оба постигнути егода благословени от него сподобише ся. И хоть аше брата Оне Аби и яти се пути с корен течение вследтото го старца, святъжи паиси речеемо, не иди. Уживо приподобни и он и старец боли усмили си типопришт пути прейде, на облъцих в освоя има носимой. Той му рекшо, удивише се вси и прославляха негово свято их своих. Посем и некий брат прийде к преподобному паиси и обидите и го хотя и обретето го спяща. Узреже святъго ангела храните ле видением прекрасна, при главе стояшта и удиви все рече. Поистина хранит Бог любещи и його. И недързнувак спящемо от су ангелска го ради присутствия и приступити, отиде благодаря Бога довольно пользово вси от сего. Добес и ангела Божие при преподобном видите. Един же от очинник паисия святъго добре повинуе и се повелени у его. Ще дво египет продати рукоделие по случа и обрете на поти некоего евреянина, кигепто грядуща го и бъйстото му спутник. Познавше евреянина простото е го наче яда своя и же в серце от душетленна го змия и мееше скверним своим языком изливати и рече кои-линуко. Ово злюблене. Подщо в разпята го просто бъйвше человека тако веруете, несщо тому меси и чаемому, инбо имат прийтия не он. Та и множеше е лукава и душевредне евреяни на глаголовшо, инокумни мра слаблени и мисердечною простото и украден бъйф, внимаше глаголимо им от евреяни нааки бъйистини и кответо понождаеме и рече, може бъйти и тако, якожете и глаголеши. Оле пралищения и ни чайен не е бедей. Крещение бъл благодати и увъймне от щети се аби, якоже сказано будит. Возвратившо се жимов пустенио и к преподобному паисио пришечо, неприступен сотвори се старец, неже возретина ученика тога от яй, но семо и овамо отвръщаше се от него, не отвещава и ему ни единъг услова. Много и же време тако отцу ученика презираюш то, скорбеше ученико в ръщени и го, и болезно въше сердце му том, никаковъй еше веди и своя я вина и согрещение к нему. Та же осмотрев час подобен, пришет припедек ногам и го глаголя. Почтоват, че отвръщаеше чесноя лицето и от мене, и у каяна го твое го ученика презираеше. И че с его николи же объйкла си творити, сия не и не являеше мне, яком мерзка мене отвръщаяся. Старец жеръче к нему. Кто и се те учало вече? Не знаю бутя? Он же рече, и чето чуждо вом не изриши отче, яко не познавай вшимя. Не аз ли е съм ученик твой и он са и, и ме рек. Старец же глаголе ему. Он христианин, бе и крещения благодатна себе имееше, тъй жени таков и си. Аще же той е си тъй, то поистина крещения благодат от тебе отиде, и христиански образ от тебе в зясия. Чо обослучило си ти повещ, и наше че ти изкушение я ве скажи, которе и на пути вред да души тво и прияле си? Он же рече, ничто же са творих простими отче. Святе и жеръче, отиди далече са отрекшими се Бога, беседоват и с тобой не хошту. И ба ще бъйтей бълта ученик мой и жебяше прежде. Видел бъйтя такова, каков прежде бъле си. Он же воздухнув омиленния слези глаголя. Той, а не и ние съм, и не бем себе скверно, че са делавше. Велики же пои си рече кнемо. С кем на пути беседовали си? Он же рече, се вреенин ом неким, си не им же ни с кем. Та ж рече святей. И что тебе глагола е вреенин? И что ти отвещали си ему? Ученик же глагола. Ничто же ино рече мне е вреенин, то чо си е глагола. Те же въикланете се нест той Христос, но и нин хоштит прийти в мир. Аз же отвещав реко химо. Можете бъйти и тако, како жете и глаголи си. Тук да глагола е му старец. И что злеише и сквернише, паче си го слове се ово каянне. Им же Христа е божествено окрещение отвергла си и си, страстниче. Проче иди и плачи себе, како же хошче си. Частибо со мно и нести, са сия и со оными суди муки приимеши. Учених же воздухнув и возплакав. На небеса гласи вознушаше и к преподобному вопияше моля си и глаголя. Помило имя отче, окаяннаго, и ущедри душу мою. Камо бодено си не вим, вожествено гулишив се просвещение неопаством и сутворив се радуване лукавен бесом. Но прибегай ок Богу и к твоим святей молитвам, не през време не окаяннаго, умоли умне владейко Христа да паки в перво его милосердие в чинен буду. Всици има моля, што се слезам и же пача, неже глагол и на умилостивление старца приводяшто. У милисия зря на него святей и глаголък нему. Потерпи чадо. Должно нам отебе умоляти щедрот и чоловеколюк цъбога. Торек старец затвори се молитва и ради, и начар тепли молити се ковси милостивом у владъйце, чиняко е го, и же от неопаства и от просту много не вняти е согрещи к нему. Бог же не презирай, и навсегда изполняй и угодника свояго моление. Приклони се на милост и прости согрещи вшебо, знамени и же прощения бъсци севои. Зряше при подобния благодати духа свята го подобием голубиним ковчиняко возвратившио се, и в остату го вше чуя, хульна го же духа види изше, че изученика, видение има темна по воздуху разливающа сия. Сия узрев при подобни, известно верова, яко даде Бог прощения су грешившему и обретився к брату рече, даш славо и благодарени Христу Богу, очадо, купно со мною, ибо не чистий дух хульни и зейде из тебе, вместо же туговни девтя дух святъй первое укрещение благодати принося тебе. Проче обо, соблюдай себе да некто моленостио и неопаствам в хульния в пъдеше сети, излепо ползнув се диески огън на следише. Дъзде обо, сем, нам же на ино сказание шествоват и подобает. Прийти к святому паисио некто от старец именем юан многое време в пустъйни припроводивай, постнически мобучае се подвигам. Беже верми, алчени треба и пищи. Разумев же духом паисии святъй, яко юан алченист зело, рече к ученику своему, скоро уготовай нам трапезо и пищо принеси, да са отсем юаном напитаем сия. Уготоване уже бывше и трапезе при подобни паиси и предлъжи юанно пищо глаголя. Та и много го ради воздержание треба и ше пищи, вкуси обо и укрепи сия. Юан же рече к нему, простим я отче, постни не ест и подобай от мен пустите се многих ради грехов моих. Старец жилдиви се юаново воздержание, и аби е восставик небеси возрев изглуби не из сердца рече. Господи, посети работва его юан на пача сила и трождающа се имини твое го ради. Вси ципа и сия в себе моляшто сия, добре и преславен от бога дар молитви ради, и го поселаше си тому. У нем же он моляше сия. Бъйст бо юан, аки в восторзе, и виде некое го юнуша красного, пищо и пити е в руках держаща и подеюща и му да укрепите се во алчебе. Себе же пришед, изполнен бъйст сладости, яко довольно насъйти в и си прибогатие трапезии, и не трябуваше уже представлено и му от старца пищи, ангельскою довольствую се. Бог ужи и угодни, кои го паиси о святомо благодарение воздая, в свою отъйде постиня, и приложи другое към пришетчем опущение пристно глаголя к себе. Сладко зело е дух, пощо се обопрочее са усердием. Тако той блажинни и уан, молитвам и паисия святаго укрепляемые, в постничество при успевашия. Седящо мне иногда, у приподобного паисия, глаголят блажинни и уан Колов, списател жития сега, приедуше к нему неци и иноци, и полезно от него, хоть я ще слишите слово, и рекоше к нему, ръцей нам от чеоспасение, како имаме и жителествоват и по бози. Старят же глаголъ к ним, ще че, соблюдите заповеди Божие и сухраните предания отече ская. И пак и рекоше к нему, и ще и другое нещо на польза нам ръцей от че. Божествене и жемуш, прозорливе ми очеси видеоних помишления, кому ж да пове да помишляема и от них, и извести, которе е помишление суди благая, кая же злая, и от коя е вина и им прии доша. Унижав прозорливство е го зело, удивившеся, на единемне рекоше. Поистине от че и они, все нам сказа средец наших тайния въпе и си, я же едином уто че от Богу знайма бяхо, той же вся яви оведа. Аз же, рекохим, много ще има и искусом по знахом то е го прозорливство, я ще имете мене веро, рекувам истину, не ино, бощо не имам глаголъти кроме истины. Понеже и суди истина, обоим се глаголъща го в освятом евангели, отслове своих оправдишесия и отслове своих осудишесия. И паки, о всяком празном слове ответе воздадите в ден судни. Неложно и обои, непразно е слово глаголъвам, яко илика в себе много, аж да е по-мъислих и я же особ судеях, съм не отец паиси, усретаяме приходяща к нему сказа, а ки бъй со мною в Келлий мое бъл и видел деема е мною. Унижа, слышавшето от мене, по-чудише се е Рекоша, дивен Бог во святъх своих и от и доше прославляюще Бога о много и благодати его данно и от него рабо и го паиси о святому. Скажем же и сие, како сильни бяхо молитви при подобного и великого грешника отступивше го от Бога, обратите паки к Богу и привести в спасение. Братнеки и са, ки минем, последуе и своим охотеню от пустиного без молви из шед в сили се близграда и понеже часто вхождаше в оград продаяния ради рукоделия своя го одоб обои сет пагубния припяси емусици. Жена нека е еврея ниня, приступи к нему купи и продаемо от него. Ей же он на лице возрев, в някърсно личо е я и по мыслом не чистим обят бъст к ней. Також и жена видя е го юного и изви се на него и беседе в них бъйвшей, любови у сатанисткою друг ко другу пленише ся и вскоре по спешение бесовски мовязно и нок всете скверния жена и тоя и за чен болезен роди без закони. Остави в боиночество, жени си на ней. А ежите ща е огоре, окаянна и не ток муиночество, но и веро свою остави любвера деженския и иудейстей прилипи се вери и служаше витхо закони у их единокровники, собеседники и иудейом бъйв и хулише Христа спасителя нашия боя, коже иудей и хулят. Во всембо последоваше воля скверния и проклятия тоя жени и своя я. Я жи толикою злобою ко Христу и ненавидение пресвета го имени и го обята бъйст, яко множица и у главу своего она го окаянна го мужа на Своя недре положив ши и остави го отверз ши, мало им древцем и стребляш из зуба го Глаголя, да не останете ка е част пречештение християнска го между зубами, няшебо не честива я яко Божествено е пречештение в християних между зубами на долзи одержаваец я. Той же любезно са изволяше злобия и я и враг бъйст Христу господу нашему. Оле без Божия, вем яко в озболесте серце и свои мислишаща сия, аз же, Глаголец писатель, удивляю се Божия долготрепенио и много му е го человеку любио и безчисляно и того божествено и благодати, я же не тук му праведния любит, но и у грешних милосердствоят, и тайним посещением касаяться серце и их, якоже луча Солнична е в затворено и от всюду храмину, мало и ускважни входящи, освещаят темности я. Проча е жи иду на преславно исказание. Окаян не е он е инок, иночество е християнство от чуждива и ся и в оглубино Адово пагубно и безверием изводя е ся. По довольном скверно го беззаконя своя го време не нача по-мало аки от снао, штоща ти ся и свою познавати погибель, обличающе и го совести. В то време и зона е пустъйни, дежи от пачи, и он е инок, и сак, посниче с кое прежде жите е провождаше. Братям неким случи се прийти воград потреба и ради своя я. Божий же смотренио строй шести и их бъйти мимо она го дома, и дежи вограде пречтени той, се врея на и не оживяше. Их же мимо грядущи хон видев Абио и изви се сердцем, помянув перво е своя жите е и честнуя светех брати и дружину и изшеди с дому к ним в опрушаше их. От коду и кто е сте, и че са ради сему прии досте. Они же рекоша. Изнитрийски е смъй пустъйни, ученицей великого паисия, при дохом ше сему нужния ради потреба е. Он же тяжко воздухнув, сказа им я же о себе, и моляше их прилежно да велико му старцу възвестят молени и го. Яко да умолит господа о нем, е же бъй избавите си им от вражие сети молитваме и го преподобия. Иноци же, поболевше о нем сердце и своими, обещаше се възвестите свято му старцу молени и го, и сутворише то. Возвративше себе во своя ума, сказаше облаженному отцу, старец жито ослышав воздухно изглубини сердечни и речи. Увъймне е чада возлюбления, кулице и мужи жен ради божественни от падоша благодати. У них же възпоминания в святих книгах от древних отец писан не имам и. Ибо врагу на чоловеки воздвижвашто брани несткрепчайша го оружие паче жен. То оружие са постат приемля, удобно и великих му живе в доле. Възпомините велика го да ви да и тога пради да и внуки. Тем же и нам подобаят всегда опасни бъйти и молити се всегда к Богу, е же избавити се такова го коварство. С ягъл Голов старец затвори се в молитвено и свои клети и ставна молитва глаголъши к Богу. Господи Иисусе Христе, сей Небожи и Слове, не презред дел рук твоих и не попости тому до конца в оглубину погибели вържено бъйти, но милостивно от Небесна го твоя го жилища призри и приносима и Тебе мною молитва и непрезри. Приеми моления, отступившем от Тебе и пак и начинаюш тем приходите в чувство. Молю се твои благости да призовеш его на покаяни. Всици све тому на многие дни моляшто ся и непрестанно щедрота и Божия о милостивляющто, о молено бъйст милосердия Божия какво льбами, ненавичиб го спасители, презратим моления любъщих и го. И ви си обоемо сам го споди и все веди в опрушашъг Лаголя, кога ради в опешеком недени ноща, о отвергшем се ли мене и ксу постатам отще, че му каянно муном, и же иногда инук бъйст, не ниже еврени ест. О том ли молиш и се угодни, че мой паисия? Он же кога сподора че, О том, молю твоею благост чоловеку любче владейко, на твоябо взирающе дрота и всекко с пъсеньо празивающея и нехотяще смерти грешна го на обращение и го ожидающея, и тях радиш те дрота твоих дързнуха, а оном молите благолотроби и твое. Призови заблушче овча пастирю добре и приемие паки в твое уградо и милостите му буди. Спазжире чему, ого годни че мой, доброест, благолуми и твое, мойи болюбви подоби се в спасение грешних печешо сия, не скорби обо, проси мой да сте тебе. Сиярек спас на неба са взейде. Немного же време ни минувшо, злая она е жена еврея на и небожи им гневом поражена, житие с конча. И са, дже паки возврати се в пустейния и притек кък преподобному, припъде, че с ним много ме го плаче и споведея грехи своя, и с отвори своим возвръщениями и покаяниям радост велио преподобному и всем отцем пустейния. И получен бъй и под великъг от са, прия первою веро, и в ангелски образ паки обличесия, и подвезаше се многими трудами плаче и рейда и обресех своих, и по жив про, че е дни своя в покаяния и добродетельно и боголо. Грешних получи молитвами паисия преподобного, покая си из пасесия, нам же слышаше, че им си цевая преславная, славите и в успевати подобаят Христа Бога, и же таково взвеличе угодника своя го. Старец неки бяше са ученики паисия преподобного и мея и мирския нравъй. Екда прихожда, како к преподобному инуце и ползе и ради, и послушахо бъгодохновенних словес и го, слушаше стеми и он и старец, ползе и же не приимаше, понеже бо не е меяше в себе добре возделанния и влажния земли, но бяше сердце е гоаке камена жесточено, тога ради добро и глагола в божествените семя не можаше в ням в кореняти си, ни прозебати, а е же горше, нето че не приимаше ползе и, но и поношаше глагола не има цвета го, очече бо от лица е го ругаш и се словесам преподобного преди неими братиями, развращенния глаголя, противна я и неправа я, яко ж и мирскими безчинни место бъй чей, и бъзняхо се неци отслишещи холени и го. По довольном, же време ни не терпяште, братия, слъйшете, развращемни хто го славес, неже смеющи о том сами возвестите отцу и дошък некоимо боголюбиво и добродетельно подвижнико и роптахо на она го злонравна го старца. Подвижник, же той в остав, и дяше сними к великому паисио. В то време святому наедине в богомъсни упражняющо си, ослъжи се глас ангелиска и глаголя. Ведомо тебе, бъди отче, еко старецо не са ученики твоими прибиваей, соблазно фиест вина и при ръжение другим братиям. Потребно обоестто держате безчинни и го объй чай и заповедни исправите. Святъй жопа и си противослъжимо могла са отвижта глаголя. Давно бъй са творил си я аще бъй ведал, еко ву змогу изправите того. Но понеже готови ест и дявол на погубление го, и пришед призивайте го коварство и своими вседсвою. Того ради не смею рештим отщо жестоко, да никакуслово мое он не сладко прием и в досадо себе вменив и зайдет от брати и изпустени и в мирска и отидет. Аз же е влю си погибели и го ходатъй, и буду пред Богом повинен яко един аго брата врагом, бо римани в змоги и терпети. Подобаджи молити си о нем да изцелеят от такова е страсти. Торек, нача молити се к Богу о Старцеоном, и аби и види духа хулина го безстудна го исходяще от Старца. Посем прии доше братия, кои от сус подвижни комон и боголебивен, и прежде даже начате им глаголо безчинном Старцее, прийде и той вследих, и припадк ногам от Ца света го след замил Макаш Леония, кая си и прощения про ся и изправление жития своя го обещая. И бъйст от толе крото ки послушлив, и бъг дукновених Словесо тусто цапре подобна го исходящик всладост послуша ей, и приемли мое поучение, делом совершите чтайся. И вскоре многих превзейде добродетелио и искусен бъйст от селник, помощио и молитвами по и сия света го, и же изпросиемо много и милост от господа. Но усем дозде. Неподобаяд, че и другая преславна е молчание мимо и ти, обаче множише е от чудес и го оставим, невъзможно бояснам вся подробно чудеснета го дея ни изповедат, но мало нещо изрекше, проче, от повествувание престанем. Два брата юни и летами приидаше в пустъйния к святому пъисио, и повеление ме го бъише с ужители братям в монастире тога жителство ющим. Само при подобний пъиси и особ в пустъйни дълечи от монастиря своего с учеником прибиваше. Многое же време ти и два сутворише в послушани, та же прише, че к старцу молише и го да повелите им наедине в пустъйни жителство въти отшелнически. Он же усърдно и их к пустническому подвигу чтание зря, и видя бъйти довольни к особному пустъйному безмолвию, благослови им по желания и их преселите се из монастиря в пустъйно ученичество. Ти же изобре, че себе негде добро е к безмолвию месту, се лише се тамо, и жителство въху боголгодно, отревающе добре вся супротивни хрилоги. Завидя, че пресно добре им не видим и враг, и уме и различна и многообразна и ухищрение изобретате на раби Христови, изобрете на них коварство и наведена пазцицевую. Неко им отпусте и на жителних отшелников, и же не усовершен финочиском нестижане и являшися, покрадено бъйство бого и мене е киленое. Молодушен жисей той отшелник, и уокраден их вештех желея искаш уократшъго. Искав же вездейни обрет, следшио некоим пустъйно жително прозорливом старци и надея се, како той е видимо, можето крадена и уократшъго иде к нему. К преподобному по-поисио не смееше и ти, да не поносим и от него будито любо и мене и. Пришеджай койно му прозорливце му ляше иго, да скажете му оокраден и хи, кто окраде. Старат, же он и не бяше поистине благодатио Божио к прозорливство просвещен, надея ням бесовским правитствоя и той научаю, че го бе су облга оних дву юных и ногов и женово в пустъйни в силише ся. Ти и речет, да ти бус одеяша. Их же поем, не ослаби им донде же твоя от да дадут тебе. Съслеше по чельни кони, аби е потече спешно в лавро пустъйнито я и ки гумено пришед и помощ от него крепко йо взем, иде и нечайно напъде на безмолвство ющих дву братов, и я, тихак и злодеев, бяже и влача их, привиде в лавро. И затворени беше в темнице безчестно, и гумен же с остарци е млюште веро прозорлив цоному, осодише их неповинних, яко тъте и лишете иноческа гочина, рана меже истязатия оокрадених вещех. Та вся дея мая при подобни паиси и благодати у Божи и опрозорливно разумев, и о них дву брати ех неповинно напаст претерпевающих и мучим ех са жалевсия вста, и иде из Келли своя в лавро оною. Възде же о прихождени и его слъйшено бъйсть, понеже не бе впусте и на жителях тех честнейшого ими не паче паисъва, славеща го се повсюду възсоким житием. И собравше се от окрестних мунастерей и ученических Келли и брати и старци приидаше целувание ради к нему. Прийде же с прочие ми и он и старец и же пралищение мбесовским прозорлив, бъйтитворяше се. Екде всъв ци и брати е даша любезно и охристел обзание святому, глаголък ним велики отец. Камо двою на Хинуков пустейно жители от Лучисти. И молчах у братия. Та же неци от них отвештавше Рекоша. Тат е суть от, че излагу ради дело своя го в темници суть затворени. Святи же глаголък ним. И кто е, сказу я и на них, яко тат е суть. Ниже показую ще йому прозорлива гостарца Рекоша. Всъй прозорлив и отец извести тате и их бъйти. Велики же пейси в опрося на гостарце глаголък. Истинна ли суть глаголък ме от тебе? Он же отвешта. Истинно е проречено и мною. От Бога бъм неоткровено е. Лагола свято и пейси. А ще бъй от Бога бъйло си е твое прозорливство, не от бесовския прелести, ни бъй дьявол видимо и бъл в остех твоих. Вси я слъйшавше, вси страхом обят и бъйша. И бъл туст пейси и въхречено е неложна в семя вляху се бъйти, и поношах у прелищенному тому прозорливцу, и поножда хода прощения просито преподобного. Он же студом обят бъй, в припадек че сним ногам света го, които стиме от че, глаголя, и помоли си ом непрелищенном. Святижа е кда молитва сутвори за него, а би е всем зрящим и зайде от уст прелищен на го, без чтеславни и ложни, и в ве предивия го претвори все, со многим гневомо стремиси на преподобна го, хотя зубъй своими ръстрзатия го. Бължени жиотец запретив ему в пропъс тога посла. Старът жио на и прелищен бъйвъй, и оча си ви да исходяште от него бъсовское прелищени, изполнив все много го уже са и трепета, пат по земли валяше се при ногах пейсиевъх, со слезами моля се получите совершеное прелищени. Такожде и прочи братья, и живем ще веро прелищенному, оскорбише неповинния, припадающе к святому прелищения Просяхо. Изведоша жът затвора он и е юния, и вси зряще на них плакахо умилно, претекающе про всехо прощени, узлобивше и их. При подобни же пейси, и всех доволно получаше блюсти се опасно от такових прелищени и вражи их, неже я ти верил же пророчестви и отих, и жемняция бъйти свят и прозурливи. Поем же лавърска гойгумен особи, сказа, где положена сутокраден нея, укратчик же не ви. Та же всем прощения дав и молитво всех сутворив в свою кельовозвратисия. В тая же времена в тех же египетских пустъйниях просия в постничестве други угодних божи и преподобни Павел, и го же ради молитво в бок много и у чоловекуми вляше милост. Того преподобни пейси е восхоте в посетите, иде к нему, и снедоша се яко два ангела божи, и како два война Христови, крепко не видиме и враги Борюштия, и друг другу пособствуюштия. И бъйша оба купно, яко град тверд, ники и ми же прилоги вражи и ми обориме, и беседуваше друг ко другу словеса, изполнена е духа святаго, в купи же и молчания сладким плодомна слаждахо сия. Подвиги же в старости свои юношески изобретахо на всяк ден, аки бъй ново подвязати се и възучайше е житие являти начина юще. Беше же велика и пейсиилета и стария Павла, и уже ветаха ден ми. Павел же блажени и возрастом сановит, доше и уже бодер и глагола при подобни пейси. Разленение тело. Да не лежи и смей в житие, и сем не хоште до господи наш, и студия с нами с ромота, аще во време исхода нашия говленост и обращим сия. То при подобному пейсио рекшо, блажени и Павел, слышав от вещта. Се уже, о отцем начальниче, похвальному твоему и доброму последую совету, е же не дати тело разленение, и уповая на Бога, яко святим и твоими молитвами да стпне по воли твои сувершите житие муе. Доволни и жедни при подобни пейси, изблъжени им Павлом положив и друг друга полюзовав, давше себе о господи любезноя целование и разлучише се телеси, но не духом. Павел при подобни и на мести своя мустасия, а святей пейси и в кельо своя возвратисия. Си оба святи и отцей беше чуде сделатели, страстей прогонители, дошам помощници искусни, овсех молебници, всех спасения ходата и наставники, мужи суще сильни и делом и словом, образ байвающи и всем полезен. И бусвештенна го Павла много е изповедания Блъжахуся, Блъженна гоже пейсия при многия и више естествения пусническия, аще их тайне творимия подвиги, аще не вси, обаче отчасти многим знаем и бъйша. Рекоше се жемала и от многих, елико в оставити мощност лише щих на благодарение в си сильна го Бога, и на усереди е подвязавищих се въжделено. Ибо превисока го и го жития совершено ни единуслово постигнути можето, понеже в тайне много работаше о господу и нелюбяше да добре и го дела и не им ведомо будот, съеже конечна го ради смирения. И екдакто от брати и в опрушаше го, ка е добродетели ест въишея. Отвижте баше, та, я же в тайне е створима и никто же в неи вести. И пак ето добродетели сказаваше бъйти велико, е же и на им последоватия не своя и воли. В съм же добродетельном своем житие преподобнио пределяшея и соблюдаше добре, кое можето дело подобающе времена. Време у него бе молчати, време же глаголити, време уединено и затворено в кели и свои бъйти, време же ка братиями сходите и полезни к ним беседоватие. В безмови и обагомисленен восхождение Бого присвояшеся, в общени же братия му ближни го спъсвени и скаше. А е же дивне, яко умееше мудре покривати добродетели свою, да не весьма познано будете дело жития и го сущим в общен жити и. Екда бъл некоем деле начинаше от брати и прославляеме и баивати, аби и уставляшето делу и начинаше другое, яко да перво е в забвение поедет. Екда же е аз, глаголец писатель, в опрушах и го, по что си цитворите умъсли ли си, радостно отвештаваше мне, яко да неврежденно ми му ше, че е деление сухранено будет. Вели е Бог, глаголаше, беда ест, чоловеческа е похвала, и ижето я ради труждаються мала им польза, и малъй суть спасающе изся, понеже вельми в редяци от чтетния славъй. Добре речено бъйст от владейки нашего, да не увест чуица твоя, что твори десница твоя. Сие от поучени е го слово възпомянув на конец повести прихожду. Достиг в глубокою старост велики житем, добродетелеми просвещенни, преподобни отец наш паиси, конец здешних трудов прия, возван баив на покой вечни икооном облаженство. Тело убо е го чесно спрятано бъйст множество минучествующих, душа же не бестния, бъсмертния жизн прия. Мало же време ни пришечу, и блаженний павел на своем месте в глубочайше и пустъйни от здешния го житя изшед ка жизни нестареющие се прейде, и во двори се в осветлост и святеях кубно со святей паисием. Да якоже в подвизих иноческих трудише са лети динах, всици и душа их блаженния единокупно в стадиация у покояния не кончаема го. Телеса е их част най-е немногое време от себе по-чевахо раздельно, и деже кой пристави сия. Та же посмотрени обожаю во едино место собрани бъйше образом си цевым. Преподобни отец наши Сидор, во обители своей, я же в горе пилосисте и пустя и сия, вслъйше в упреставление велика го паисия, седе в корабъли достиже места и деже святое тело при подобна го отца погръбено бяше, е же честно от земли и зем и обвив в ковчех влъжи, яко вели им неким сокровищем, всекъкъг обогатство причъснейшим, обители свою хотя обогатити. И в корабъли своя внес яция плавания со много и радости, поя и хваля Бога. Ек даже бъйше прямото я постъйни, деже честно е тело при подобна го Павла по чиваше, сега сега сила и възпештайма, и вес обращаше сега Оно и Павлово и пустъйни. Тордише се же много кораблинице и нудеще се напред вести корабъль, но никак уже можах отщо спети и при бъйше два дни трудяще се и невозмогающе, и бъйше в недолумение велицем. При подобни же е си доръжъзумев, яко от Бога е стето корабля възпештение, повеля кораблиником да оставят корабъль и ама же хоштет. Корабъль же невидимо и рукой уокрепляйма и поиде кога бре го постъйно, му и стана суси недвижима и своего време не ожида я. Всему обоиже в корабле, усем скорбящим и недолумевающим, прийде набрек той изпустейни некий нарочите и старе цимин им Яремия. Той возвак суштим в корабле Глаголя. Почто въйше сила и ваше е трудите се борюще корабъль овозлюбленни и невести ли, ако преподобни пъиси и призиваят любовника своего преподобного Павла, хоштет бо с ним кубно в вашу страну принесен и во едином месте положен бъйти, ускорите обойти на взыскания она го. То услъйше в преподобни и си дори вси и жи с ним, велия радости исполнише сия и изшече в опрошаху тога чесна го отца Яремия. Где положено е стело света Гопавла? Он живе тих в глубочайшую пустъйню показа гроб Павла преподобного. Вземше обод тудо чеснеят тога мощи, паше злата и камение многоценна го дръжайшия, не сошък мощтам па и сия света го. И ако в корабъль в Нидоша, Абия корабъль само себе с места своего двигнося и в предлежащия му путь, оличо десе потече дивною скоростю и немедлено своего ежа в пилоси и достижа пристанища. Преподобни жи и си до разнес на сухо обоих преподобних отцев, пъй си и Павла чеснея мощи, Собсъл ми и песен ми не се в обител свою и положено я в създанно и от него церкви, и творяхо си чудеса преславна я. Елиции бе усмощайме от духовни чистих байвако-приводими, и елиции и неими ким или бе болезни одържими, то че очеснимков чегам их прикасающе се получахо изцеление. Досеничистие прогоняко се и всяко е недуговани и абиев речеваши се молитвам из сих великих угодников Божиих. Ся от многих мала я астюан, прозиваем и коло в написах в пользу чтущи ми послушающи им. Слава же от са и сына и света годуха, единагов тройце Бога, и може подобаят всякъй слава чести поклонения, нини и присно и в овеки веков Аминь. Конец жития преподобна го пе и сия великъго. Жития света и светителя Дмитрия Ростовскъго. Месяц юни. 9 на 10 ден. Се чтени и вивлютеки Либри Вокс. Се чтения Либри Вокс, достояние всеобще, а ще хочете боле научите или же помощи, посетите LibriVox.org. В той же ден страдани света гумученика зосима и война. Во времена та, внеже тряян кесър Римскоя с удержаше царство, велими долобеси и ме заблуждениям и многое слепотою Елинсти и люди обят и бяху. Тога ради лютое гонени на Церковът Боже вуставляшеся. Беже некие велиних, нарочете и муж, именем Домитиян, Тиохи, Писидийски и Гемон. Той к царю тряяно пришед, просеше данни бъйт и му власт и на Християной, яко да всех, богом и их пожиретених утящих, тяшки ми убеждаят мукъми. Внемже такову и от царя власт и вброня дьявольска и оболксия, аки некие левия ряши сегневом на тих, и жедаше до смерти изповедани единого истина го бога соблюдахо. Проходяше страну Сорополитарскою, приближашеся коградо на рицаемо Аполония, внемже бе некие велиних войни, именем Зусима, желая Христово и веря последовател бъйти. Той слышав приближаща го си и Гемона и находяште гонени, побержа воинска и уружия и к свете и прибеже церкви, и веря я же во Христа получи все прият святое Криштени, и обочаше се делам я же християнство под обаят, в чистотей цело мудри и в постъх же и молитвах опражняйся. По неколиких жедних Домитияно и Гемоно воградо на и пришечу, приступи к тому единоти долослужителе и глаголя. Ест, зде, воин Зусима, царя и вашо власт уничижаяй, отверг се же чина воинска го в него же бе от царя тряяна в писан, и уружие своя поверг глаголец е бе християни на бъйти, и вничто же имать боги наша, ещежи и царских законов гнушаяться и презирает власт царскою. И Гемон же то слыша в рече, да приведет се той Зусима само на судиште. Ще че обоспира воинска и по повеление, яд Зусима воина и на судиште постави, го же видев и Гемон в уброси. Те ли е си Зусима на Рица Исия? Отвища воин Христов. Ази е съм Зусима. Раб Господа мой го и Иисуса Христа. Глагола и Гемон. Исповещ перве, кое го и си чина чоловек. Та же речаше чи рапи си. Глагола святъй. Аз чином воин бе их царя вашегу земна го, отверг же па губнище боги вашия, в войних ся царю Небесному Христу и истинному богу. Глагола Домитиян. Опре беззаконни. Ничто же Тебе поможете ми Христово, но богом пожри да прости ци Тебе грех, им дже согрещили си противо царя нашого тряяна, от него жи чина воинска господобляни си. Глагола святъй. Никако же пожру богом вашим. И по веле Домитиян Христова воина отвести в темницо. Вутри и жипахи святъй судишто представлен бъзть, има и руки назад связънния. И по веле Гемон повесите его на мочилишном древе. Повешано же бъй в шумучени коглаголъшъкни му мочител, пожри богом за уси ме скверни, прежде даже начнуто да и твуи растерзаями бъйвати муками. Насия от веща святъй. Не тако словесъй, но ни же дели можеш ими обещати да пожру богом твой им. По веле обой Гемон бити его крепким воином. Бьен же суще за си ма святъй, речеку и Гемону. В своя традиция слуги твъи, ибо укрепляю, што ме богу не уштоштаю налагаемъх мне рам. И бьен бъй с мученик на долзе, яко и земле обагрите се кровью. Та же возвак богов е легласна глаголя. Господи боже всесильне, сидя и на престоле слава и твое я. Простъй небо и уснувава из землю, собрава и вся вода и в сон медин. Надежда наша и уплыва ни рабов твоих. Ослъйшиме муляшта го си тебе, и непопустим не мучителски ме прещени и мочени и ме побеждено бъйти, да вси неведущи и имене твоего, мною научат се знати тебе единъгу истинного бога. Тако свято му муляшто ся, прииде глас небе се глаголей. Можа и се засиме и крепи ся, аз боя съм с тобою и ничто же тя одолеет. Той глас слъйша до митияни с ним бъивши и ови и глаголаху. Велик Волвхи е сей. И ние глаголаху. Нест се Волвх, нораб Христа Бога Своего, и в истину велики ест бог християнски, от него же глас той к чоловеку си му посласия. Та же по-велики емон четырем воином растягнути его четверучасно крепко, мучених же растя займай, възведек небе си очеса своя и рече. Господи Боже мой, разумевая и помишление чоловеческа я, надежду християном, припежище и покой в бедах суштим, избавим и на отковарство пагобного Домитияна Бесослужителя, да вси предстоящи и познают тебе бъйти Бога живаго, прежде век бъйвшего и вовеки бъйти и муштего. И я би от предстояща го народа мнози таково и мученико возряще терпение веруваше в Христа. Идемо и жето видя и боя се, да никако всик християнски е вери обратяция, стейдя се же и Ярясия, изкрежеще зубъй, да се беким смерти образом погуби Траба Христова и повеля одърб медиана и принесше Огън вели и подложите, яко да на ням сожжет мученика. Разжено же бъйвшо вели ми от ру туму, повеля света гонага положите на ням протежена. Ек да мученик знаме ням крестим себе у градиф на одърб взейде, а би е господь Огън в росо претвори. Ангела и бо своими помощ посла мученико. Вси же предстоящи и мляху мученика умерша бъйти от огненния лютости. Ангели же господни подемше света го от одраонага, всем зрящим, вне одра поставиша жива суща, и ни мало от огня вредившася. Народжи види таково е чудо прослави Бога истинна го, и же послав Ангела и своя святъя, избави Раба своя го от огня такова го, и мнозико Христово и верия приступиша. И демон живоста фоцодилища сто дом и де в дом, мученика же повелее емши держати в Костодии. Посем до Митяни Гемон поиде в Оград Кононийски, повележе и мученика связа навести за собою, яко да тамо умучите го. Достиг же того града и на судишче сед, повелее мученика в железния сандалия, в них же беше остро и гвозди и обути, и вери го и железною, како нем неучен им привязатие, яко да течет с конми. Святъй же како нем он им привязан съй, железник с гвозди сандалия хтоль скоро сними течаше, яко коней предваряти зряше ся. Бог бобяше с ним, помогая имо. Глаголосе же святъй в течение своем, господи боже, соверша е и носимо, и яко елени, совершено е дащо не терпение. И Гемон же таково е терпение му жениково видя, повелее го в решти в темницо, не дати же ему от нюдпишти и пятия, яко да гладоми жажди и вскончаятся. Тремже днем пришечим и святому алчно и жажно прибиваюшто, два прекрасни юноши в темницо в недоша, от них же един не сяша хлеб чист, а други е в сосуде водо и рекошък святому. Прийми са и дрежащи, и дарат господа Бога твоего, к тебе посланни. Мученик же Христо в прием е де и пи, и укрепи се тело ми речи. Благодарите господи, като се радствовали си умне и не презрел ми е си, но насетил ми е си небесним твоим хлебом и питием, хвалю и слаблю величествия твоя във вечия мин. Бъйвша жедньо седе и гемон на судишти и повелее привести мученика на изтязание. Предстаже святъй лицем Светел, умов Бога в перен и мея. Удивляше се, же и гемон зря мученика по толиких муках лицем неизменившася и глагола к нему. Озо си ми, поненей ни прииди в чувство и пожери Богом, да не будеш и ранъми раздроблени и умрещи люте. Отвечта святъй, тъй, а ще хоште, ще пожери подобним тебе без сом, аз же яко же и прежде рякох служу Богу моему. Разгнева все же и гемон повелее мученика повесите на мучилищи и речекниму. Видиш ли у каян не коль многие муки предложише се тебе? Ящели не послушайш и ми и Богом не пожрещи. Отвечта святъй, любя и жива го Бога, ни в отщо же има ти тая муки и повелее гемон железними, гребними стругати тело мучениково. Стружема и же сущи мученик въли гласно в озваг Бога глаголя. Най-ненай паче познаю милусерди и твоя го блага отробия гристе, света творче, понеже укрепила ми и си вся мужествено терпети, неже что не терпеливо по гола ти да теми мука ми сила Божество твоего множе и разумевая ма байваят. То свято му изрекшу, повелее гемон с ним ще го смучили щепаки себе представи ти и рече ему. Многие муки Христа ради твоего претърпели си и ни кие же пользи обрели си, поне неней не приступи в пожири Богом. Отвечта святъй, Дмитияни, лютейши и мучителя безчеловечни и всяка го нечести обой се Бога Небесного и остави заблъждение твое и долуфни нарица и богами бесовебо суть, а не бози. Глагола и Гемон Те или осквернище человече дерзайши богов наших безсами нарицатие, им же весь мир праздненствен, ние дни сувершаят. Глагола мученик, какова е празднование им от Боги твоето владе, такова е да будат тебе и царю твое му и всем в них вероющим. И Гемон же пак и повелена мочилищ и повесите его, и принес ще свеща и опаляти чрево и го. Глаголаше же мученико и Гемону, нето че отчрево мое, не и все тело мое сожиги, и никога даже ме победиши. Естбо Христо с мое со мной и укрепляемя. Се желаю зело обиен от Тебе бъйти. Тобо е слава мое пред Христо мое и маще умро за него. Не веди же более, че творите и Гемон, осуди мученика на смерть, да си кирую во главу усечен будит. Ведаме и же сущи и мученик на Место смертное, моляшеся к Богу Глаголя. Господи Боже мой, призри на ме грешно го и приеми душо мою с угодившими Тебе от века, яко Тие си слава мое и похвала от на ини в вечния веки. Достиг же Места смертного, положи главу свою за Господа Своего, усечен бъив си кирую. В соверши страдания и мученик за Сима месец и юния в 9 на 10 день в ограде Кононистем, обладайшто време Траяно, в нас же царствою, што Господу нашему Иисусу Христу и му же слава и держава в веки веков, Амин. Конец жития мученик за Сима и война. Жития святех святители Дмитрия Ростовска го. Месец и юния, 9 на 10 день. Си е чтени вивлютеки Либрибокс. Всечтение Либрибокс, достояние всеобще. А ще хочете боле научите или же поможти посетите LibriVox.org В той же день памят преподобна отца нашого юанна учелника. Преподобни отец наший юан остави в мир бъйс монах и прибаиваше в учелничество пустъйном в Палестинске и стране недалече от Иерусалима. Боголгодно в пусте и молитвах проводя дни своя света, в его же благоугодном житие в книзе Лимонар Глаголимой от преподобни отец юанна и суфрония и живе послежди Патриар Херусалимски и суставленно и пиша ця сици. Поведа нам юанно и суфронию, а в Вадюниси и пресвити рисусудохранител Святия Церкви и Ажево Аскалони оавве юане учелнице Глаголя. Яко велик житие м бяше муж той в нейнишни мроди и благоугоден зело. Живяше же в пределях села се хуста от стоящим от Ярусалима яко за двадисет попришт. Имееше же старец в пещери своя образ пречисти в ладичи ци нашея Богородице и преснодеви Марии, на роках имеюшто предвечного младенца, Христа Болга Нашего. Екде хотяше старец скамой ти или в пустинът далече или во Ярусалим попланите се чесно кристо и гробо Христово и посетите святая места и наискою горо помолите ся или к святим мочеником далече от Ярусалима от стоящим. Любляше бы старец воздават и честь святим и отхождаше овокда в Ефеско гробо свята Гоюанна Богослова. Иногда же святому теодоро во Ивхаите и овокдаже к святе и текле в Силевкио и Севрийскою. Иногда же к святому Сергию в Сърафас и нагда к тому и нагда же киному святому. Острояше отходя в своя и пештере кандилу предообразно пречистя Богородице и възжигаше Оное, яко же беймо обычай и став на молитве Бога моляше да оправит по тяго. Зряже кои кони пресвятея Богородице и глаголаше. Пречистя и владичицей Богородице понеже в далектий путь отхожду в немже многие дни ма му медлите. Та юбу сама кандилу твой смотри и не угасимо по моему молению с облюди даже възвърштуся азбо твою помощ сподшественника имея, отхожду в путь намеренни. Сяк свете и конерек отхождаше в путь свой и умедливаше в путь и увогда месяц увогда два и три, увогдаже пять и шесть. И възвърти вси обреташе всегда кандилу полно, горяштее, яко же в путь отходя остави и никогда же обрете той, възгасше. Еще же и си е опреподобном съм от цей Иоанне в той же лимонарък книзе пишет ся, яко ходяште и никогда в пределих селата го, и деже пещера и го бяше Среда льва велика го противо ему и душта на мести, взело путь тесен и муштем между двумя ограждениями и терновами, и межи обайкоше делат или ограждат и нива и своя. И толико тесен путь бяше яко единому пешам у чоловеку ничесожено сяште му и два поради възможно бяше терни ради. Ек да оба старец и лев друг код руго приближиша ся, старец не оступаше по ти леву. Ни желев за тесното места совратите се спути му жаше, ни минути им друг друга бе мощно. Виде в желев огодника Божия, никак уж и в спяте обратите ся, но пройти путь пред приятих у тяшта. Стал шуя и старца на задних ногах, и ограждението тяжести у своего тела мало разпространив, сотвори праведному путь свободен. Имину старец льва хребто е го хребто му своим касаяся, и тако в своя путь ки и ж до поиде. Ксимоа Веюанно прииде некий брат и ни честоже в пещери е го обретающе и се виде в глагола иму. Какво зде прибывайше яво не има и потреб своих ки житие нужних? Отвечта старец Чадо, пещера сия купле с духовная, дед и вземлед. Дед руко делие, землед потребнея. Поживеже сей богогодни отец в постнических своих подвизих и трудех лета довольная, кога господо отиде. И причтей се лико святих предстоящих отцу и саино и святому духу, единомо в тройце Бого нашему и може слава в овеки Амин. Конец жития преподобна го Иоанна учельника. Жития святех светителе Дмитрия Ростовска го. Месяц юни. Двадесяти ден. Си чтение ви в лютеки Либривокс. Се чтение Либривокс, достояние всеобще. А ще хочете боле научите или же поможти посетите Librivox.org Памет света го священу мученика методия еписко по Патарска го. Се и угодник Божии методии, измлада себе возложи в Богу, сосуде честен и приятелище света го духа показа сия. Тем же и архея Рейска го са нас подоби се жребен божественим и прия паство словесних овец в ограде, патара именуемом и живли кисти и стране и пасеше добре и буголюбезно своя стадо. Словесе и тихими просвещая церковно изполнение. В то време воста оригенова ерес и пралищаше многое, южи возмогаю, што и святитель Фристов видев противоя я воста яко изрядни пастир и словесе и свои мяки огнем божественим в опалионою и всякою мглу и мракеретически изтреби при мудри мя учени и божествено и облагодатию. Благодохновенно е боего Словеса аки молния по вселенния облисташа и вяштане и го яко разумния трубъ и глас во всю землю и зейде. Тем же не терпя врак невидима и дръзновение и го и великих трудов у церкви Христово и облагочести и подиемлимах, въоружина него видима и враги слуги своя, елини и долом поклоняющиеся и наостих, да мочителски убьют служителя Божия иже прежде мочения во омерштвление живоносния обличесия. Ем шубуни частиви и служителя Христова методия мечем главу е му от секоше. И преложи се света и на лучшо и у жизни, иже первее служаше агънцо Божио, потом сам, яко агнет заклан принесе се Бого жертва живая. Те ми сугубай ми венцею кръси се добли по-благочести и бъй в поборник, противо Ересей Борюшти и пределин ми Дързновенно Христа изповедавши, даже до излияния крови и кончини мученическия. Пострадаже за Христа во Врилия ново Царство. Конец жития света го священо мученика методия еписко Пъпатарска го. Жития света и их светителя Дмитрия Ростовска го. Месяц юни. Двадесяти ден. Се чтение ви в лютеки Либри Вокс. Се чтение Либри Вокс достояние всеобще, а ще хочете боле научите или же поможти посетите LibriVox.org В той же ден святей мученик Аристоклия Презвитера Дмитрияна Диакона и Атанасия Чтеца Святей мученик Аристокли и родом Бяши Кипренин Градата Маса Соборния Церквя Презвитер Во време же Максимия на Царе великому на Христия на Игонение на Лежавшо обояси Мук и шед в горопустейною гопееше се в некоен велтепе Иде же Молящо се има облеста Его Свет паче Солнца и глас прииде к нему с небе се по велевайощ да идит в Саламинскою ежеге в Кипръстем Острове Митрополью и тамо у Христово Мимини страдалчиски да подвиза еция он же светом и гласом тем Божествене Мокреплен боев Аби отложи страх им же Мук бояше се и в остав пои де а може има б по велено Грядеи же по добра ве прийде в храм святага апостола Варнавай и обрете таму Дмитрияна Диакуна и Атанасия Чтеца, и прият бъй с тими любезно. Беседуя же сними, винушествие своя го в Саламин грати видение му бъйвше е сказа им. У ниже Словеса е го слышавше, възжаленно и ти с ним изволиша умретих ресторади Хутяште. И доше оба купно, и егда достигоше са Ламиня града, сташа на мести въисокум и позоришном, и начаше вели гласно славите и проповедате име Иисус Христово. Елинские же боги нечувствение идули у коряки. Ябия и ятъй бъйши от нечестивих, и ки гемуно на истязание приведени. Испытав же ихи гемуни, уведав яко християне суть, и непоколебимо и их в святое вере постоянноство видев, по веля ристоклия пресвитерам е чем посещи. Святаго жидимитрияна и ата насия по многих муках огню предъде. Егда же в огни прибише святие жива и невреждени, усоди их намечне обиени, и тако скончаше се стръсто терпци Христово и венцем мученически му красив шестья. В той же ден памят святих мученик, Иннай, Пиннай и Римай, земли Варварстъ и от святаго апостола Андрея веря Христово и научених, и между неверними ими господни пропъведавших, и пострадавших за Христа Госкода своя го. Конец жития святие хмученика ристоклия Димитрияна и ата насия.