 Мишель – учёный адвокат, который занимается в сфере ответа на ВИЧ уже более 30 лет. Мишель – автор более чем 500 научных статей в различных журналах. Как учёный он руководил французским агентством по исследованию в области ВИЧ, благодаря которому Франция стала участвовать более тесно в ответенной эпидемии ВИЧ в развитых странах в Африке и в других странах региона. Мишель также занимался руководством ответа на ВИЧ на глобальном уровне. Мишель был послом Франции по вопросам ВИЧ. Он работал исполнительным директором глобального фонда, благодаря которому, благодаря чему внимание глобального фонда на наш регион в то время усилилась. Мишель занимал должность специального посланника по ВИЧ ЮНЭЙДС по Восточной Европе и по Центральной Азии. Так что, Мишель, вам слово сейчас, и мы продолжим уже дискуссию. Спасибо. Спасибо большое. Добрый день всем. И Анна, спасибо, если что-то, какая-то трудность встретиться, попрошу перевода. Но попробуем на русском языке. Я так понимаю, что это сегодняшняя встреча в Италии. Это встреча о адвокации, и какие темы для нашего региона, и какие моды, акции для адвокации нужны. Я об этом чуть подумал, подготовился, но, конечно, самое главное, это от вас слышать и разговор, который потом мы продолжим. Но, сперва, хочу сказать две-три вещи, что, и это жалко, конечно, сказать, в нашем регионе разговор не идет о ending AIDS, о конце эпидемии. Разговор еще идет о тормозить рост эпидемии, как ее стабилизировать и, может быть, потом увидеть, как эпидемическая реверсия. Кривая может спуститься. Так что наш разговор все-таки должен как-то быть с большим ощущением срочности и необходимости. В недельник я участвовал в встрече министров, вы, наверное, слышали об этом, да? Министры 10-12 министров региона встречались. Я с голландским правительством готовил эту извозу, эту встречу, и я им, я министрам сказал, что у нас это чувство, насколько дело спешно. Извините, дорогие министры, но я этого в том, что вы говорите, совершенно не чувствую. Так, я думаю, я уверен, но первый пункт такой. Для адвокации осторожно, мы не говорим о дальнейшем конце эпидемии, мы говорим о сегодняшем дня, о будущем году. И у нас огромный кризис в регионе общественного здоровоохранения, и нужно спешно к этому обращаться. Вторая вещь, конечно, что в нашем регионе эпидемии она главным образом и буквально только среди уязвимых групп. И нужно здесь быть очень осторожными. Я не люблю, когда люди говорят, с одной стороны, о эпидемии среди уязвимых групп, а с другой стороны, о эпидемии в обществе, да, или как будто это было разным. Это одно и то же. А эпидемии в уязвимых групп, потому что уязвимые группы не были приняты в обществе. Ну, а не часть общества. Но это все-таки факт в нашем регионе. И я, как вы, наверное, очень как-то переволновался, когда я видел последние цифры, которые в справке, которые Вадим Покровский публиковал недавно, говоря, что, например, в Екатеринбурге или в Петербурге распространенность среди людей, пользующихся наркотиками, где-то 50 или 60 процентов, среди мужчинами, секс-мужчинами 20 процентов и среди секс-работников 15 до 20 процентов. Значит, это значит, что эта распространенность уже достигла такие цифры, что очень нужно тоже приснаться, очень-очень трудно будет как-то идти назад. Так для меня это все-таки кризис и эпидемия совершенно неконтролирована. Вот. Теперь, как вы, адвокаты, как и я, тоже адвокат, но я, главным образом, хочу говорить о вас. Я могу вам рассказать потом о том, что я делаю, какие мои планы, как, ну, назовем это, ну, дипломат по здоровоохранению, но про вас вот какие у меня пришли мысли. Сперва, я думаю, что в обстоятельствах, где мы сейчас в регионе и, главным образом, в Российской Федерации, сколько из вас из Российской Федерации? Вот. В этих обстоятельствах все-таки ясно, что первая ваша роль – это говорить правду. Да? Вторая роль – это никогда не отставать от активизма. То есть, когда что-то неправильно, когда что-то несправедливо сразу же выражаться, никак не потерять, не терять эту, в общем, важную черта активизма. Но в то же время, и это для меня очень важно, теперь уже пора входить в диалог. И это что-то, к чему я, в общем, пришел после многих лет, и через дипломатию тоже, что нужно с врагами как-то вести разговор. И я думаю, мы теперь в ременах, и еще раз, все это настолько спешно, что мы не можем себе позволить не входить в диалог. Причем, у вас огромные силы. Если вы войдете в диалог с органами, с технократами, бюрократами здравоохранения, с полицейскими, с правительством, на национальном, на областном или на городском уровне, вы все-таки, вы быстро найдете и почувствуете, что у вас, ваше знание и ваши данные о эпидемии настолько лучше того, что на тех данных, которые официальная система имеет. Так что вы можете иметь легитимизацию, от того, что вы знаете и понимаете. И, Виталий, я на тебя сейчас смотрю и похвалю ЭКОМ, потому что на встрече в Тбилисе несколько недель-то мы назад, я сразу почувствовал, что те данные, которые вы приносите, те данные, которые вы представили на конференции, просто уникальные данные, нету правительства в регионе, которые имеют такие данные. И причем то, что важно, что эти данные, я, наверное, надеюсь, что вы все видели публикации ЭКОМ или были на сайте, но тоже интересно, что среди рабочих групп вы, когда могли, тоже имели чиновников или людей из системы здравоохранения или которые входили в эту. Так что еще раз, если я так вижу вашу миссию, сперва быть те посланики правды как-то, те, которые говорят правду. Во-вторых, те, которые спорят, те, которые демонстрируют, те, которые против несправедливости, но в то же время те, которые теперь входят в какой-то конструктивный диалог, потому что когда в временах кризиса нужно, чтобы люди все объединялись, вот еще раз этот диалог я вижу на всех уровнях, начиная с областном или в дистрикте. Теперь, что вы можете принести к этому диалогу? Ну, сперва данные. Еще раз, данные на федеральном уровне в Российской Федерации, в Казахстане, где они очень бедные. Система здоровоохранения как-то работает и строит свою стратегию на цифрах новых случаев, на цифрах смертности, на цифрах, сколько денег выдали на антиллитровневную терапию. Это все. А когда вы являются ВИЧ-спит, вы же знаете, что эти данные, по крайней мере, опаздывают на 5-6-7 лет. Причем вы знаете, что когда человек говорит, я, наверное, ВИЧ инсфиксирую, потому что я был мужчиной, я мужчина имею секс-мужчинами, в многих случаях люди просто ничего не говорят. Так что эти данные совершенно не... Поверить их очень-очень трудно. Не только они опаздывают, но они неправильные. И в-третьих, конечно, очень мало данных о том, что, скажем, такая-то страна или другая будет хвасываться, что мы увеличили настолько-то охвата антиллитровневной терапии. Но данных, а сколько людей держится на антиллитровневной терапии, сколько останавливает, сколько умирает от ВИЧ-спита, даже если самое обстоятельство смерти это не ВИЧ-спит, но все-таки где-то это ВИЧ-спит, все это пропадает. Так вы именно являетесь в теперешнем контексте кризиса, я думаю, самый лучший источник данных. И я думаю, еще раз работа ECOM, работа ITPC-RU, работа сетей Harm Reduction просто в этом взгляде уникальная и замечательная. Нужно это публиковать, и как можно больше, нужно, чтобы, как сделано было в ECOM, участвовали в этой работе, или люди в системе здоровоохранения, или люди в академике. Где-то академики и научники и даже врачей где-то не видно в нашем регионе. Они работают, если они научны, они работают на каких-то других темах, а если они врачи, они настолько... У них нагрузка работы такая, что у них просто нет времени. Я когда был врачом в академическом госпитале Париже, в общем, 50% моего времени было на науку, а 50% времени на клиническую работу. Вот, значит, данные. Первое, второе, это эволюация, есть такое слово, того, что случается. Я не знаю, из какого города вы? Беларусь-Минск. Из Минска, да? Ну, скажем, в Минске. Я не знаю, сколько сейчас людей... Я не знаю, что случается еще раз, перед тем, как вы пришли, говорил, с теми людьми, которые начинают антиллеритру в бизнесной терапии. То есть, как мы, то, что мы называем людей, нет вот такой горизонтальной эволюации, что с ним случается. Я думаю, у вас тоже есть способы это знать, потому что вы можете организоваться и приносить эту эволюацию, которую еще раз система не делает. Третье, конечно, очень важно, ваш обзор на цены, как и ITPC. Это все работа идет, цены, доступность, лекарств. И четвертое, как всегда, четвертое, это тоже, начиная, это возьмет время, настроить... Удоверие, как-то, да? Еще раз, нужно, чтобы это диалог построился. Так нужно, чтобы те, с которыми вы говорили, они не все плохие эти чиновники, а вы не все замечательные, да? Нужно, чтобы встреча была. Нужно, чтобы разговор был. И нужно, чтобы они доверили и поняли, что вы можете принести много к дискуссии, к стратегии. И последнее, то, что вы, как адвокаты, всегда будете в мере напоминать всем, что, да, что это часть The Virus Not The People, и что все эти разговоры не только от цифрах, а больших статистиках на национальном уровне, говорят, что мы похвастываемся, потому что увеличение в России между 16-17-м годами было чуть меньше, чем увеличение в случае между 15-16-м годами. Нет, вы должны всем напоминать, что это эпидемия о людей, что люди страдают, что семьи страдают, что... И что нужно в этом видеть людей и человек. Они только цифры, это все все-таки тоже меня как-то все поражает, хотя мы уже 20 лет как-то после перемены и конца советской системы, этот менталитет о цифрах как-то все ежедневно чувствуется. Вот так то, что о чем я подумал. Еще раз для вас адвокатов я надеюсь, что эти несколько мыслей как-то будут симулировать дискуссию. Я, конечно, очень рад и очень открыт на беседу. Если хотите, тоже смогу рассказать, что я делаю, но это, главным образом, поговорить с вами о том, что вы делаете. Спасибо большое, Мишель. Это, конечно же, не панацея, это лишь ваша идея для обсуждения, но идеи замечательные. Я думаю, сейчас уже у многих появились и какие-то вопросы. Опять же, это наше встрече не для того, чтобы Мишель нам рассказал все волшебные рецепты. Это встреча для того, чтобы поделиться, в том числе и мнением сообществ. Рассказать Мишелю, что происходит у нас с нашей точки зрения, в конце концов Мишель не проживает в нашем регионе, да, он постоянно у нас находится, может быть, даже больше времени чем у себя дома, но тем не менее будет очень важно и полезно услышать. Так что давайте, друзья, вопросы, мнения, предложения, замечания. Оля. Спасибо, Мишель, огромное. Здравствуйте. Я хочу сейчас сказать и передать слово Беларуси, Каргестану, Казахстану. Вы говорите важные вещи и у нас есть и опыт и знания, как проводить исследования, мы понимаем, какие данные сейчас нужны, мы делаем криминализацию, ценность и цена и стоимость для того, чтобы уметь факты. Один серьезный момент в нашем регионе. Беларуси зарегистрировалась организация Твой шанс после регистрации. Лидер организации было штрафован по приказу контроля о том, что за те действия, которые не были до этого вообще никак расценены, потом следующий этап. То есть, это давление не просто как ресурсное давление, что человеку потребляет наркотики. Каждого из нас легко, быстро, ну какой-то провокацию сделать для того, чтобы убрать сцены. Вопрос поддержки международной, для наших лидеров в странах было бы важно услышать, как вы чувствуете эту поддержку и что мы можем сделать для того, что люди, которые подали в суд на свою наркологию за неправильно выставленный заведомоложный диагноз наркотической опенения и дошли до Верховного суда и какие состояния, и что происходит в Казахстане. Скажи, Барышки, о заместительной терапии, да? Да, и Беларуси, какая ситуация? Ну я пожалуйста по той же теме. Нет, это по-другой теме немножко. Останем все несколько минут на этой теме, да? У нас с меня, здравствуйте, Мишель, меня Сергей зовут, я из Минска. У нас Беларуси заместительная терапия уже больше 10 лет в Минске. Но сама концепция заместительной терапии, она у нас перевернута почему-то наши, что врачи, что МВД чиновники, они почему-то считают, что когда человек приходит на заместительную терапию он сразу должен социализироваться он сразу должен устроиться на работу и категорически не употреблять вообще никаких наркотиков. То есть у нас за малейшее нарушение и вот этот подход он очень вредит этому, понимаете либо наши чиновники И этот подход, извините, он философически никак не противоречит против концепта снижения вреда Совершенно верно Мы сейчас начали как бы ну, я не могу сказать, что конкретно мы инициировали ее мы с поддержкой врачей хороших врачей, которые понимают как должна работа заместительная терапия но мнению, которым мне прислушиваются попытались инициировать инициировали новую клиническую клинический протокол и инструкцию по ЗТМ я уже пациент 9 лет на программе ребенок родился, дочка у меня есть у меня все в порядке жизни но вот эта заместительная терапия для меня сейчас стала бузой просто, понимаете я вынужден каждый день туда ездить каждый день это очень мешает работе это мешает воспитанию ребенка чтобы поехать сюда, вот здесь ребята которые тоже на заместительной терапии со мной делятся препаратом, понимаете потому что чтобы там подготовить документы и меня она была потратить где-то около 2 недели это переводы юрист должен был ее оформить эту справку ну и так далее и вроде бы как начали рассматривать эту клиническую возможность выдачи на руки внесли под большим очень таким вот прессом с нашей стороны у жужественных врачей вроде бы рассмотрели отправили на согласование в МВД понимаете и на этапе вот согласование нам говорят, что это виновата МВД но имезраль со своей стороны никак не настаивает на этом вот вы, а сейчас вот здесь на конференции есть Пеневич Дмитрия Леонидовича и Мегаль Татьяна Федоровна вот очень мы вас хотели попросить чтобы ну вот как-то может быть вы со стороны таким, что вы в курсе делали того, что там происходит вот очень было для нас важно причем конечно Белоруссия где-то охвастывается своей программой потому что вы совершенно правы это одна из первых стран которая начала с глобальным фондом поддержкой глобальной фонды хорошую программу и причем в этой программе есть как бы и сказали умные врачи на некоторых психиатров встретил которые правда на очень высоком международном уровнем понимания и литературы и о чем идет речь но мы вообще в мире знаете это я нужно в мир все-таки криминализация пользование наркотиков все-таки это большой свет стран в мирах и где-то мир и многие страны и политики думают что найти какой-то баланс с одной стороны они криминализируют с другой они финансируют снижение вреда и тогда они себя хорошо чувствуют я думаю, что в последние 3 года это меняется и что еще 5 лет тому назад 8 лет тому назад наша вся акция у людей работающих в этой сфере и вы можете знаете, что я член в глобальной комиссии на наркополитике мы хотели, чтобы наркополитика сосредоточилась на общественное здоровоохранение это было номер один даже если это не очень хорошо пусть по крайней мере будет это лучше, чем где нет а теперь уже все это как-то меняется и я думаю, что теперь все усилия должны идти на декриминализацию но сперва, потому что криминализация нас никуда не повела во-вторых, потому что это источник ведьспида это источник арестов это тюрьма это если у вас уголовное наказание когда-нибудь ваша жизнь совершенно меняется так и я вижу теперь даже в регионе этот разговор открывается он открылся в Молдове я еще и я надеюсь, он серьезно открылся в Грузии я там недавно был, два раза и хотя правительство то, что поменялось парламент должен где-то в июле месяцы этого года голосовать на тему декриминализации я думаю, что можно менять спритаколы и нужно менять спритаколы но если не поменяешь закон и криминализации все это будет продолжаться так наши усилия должны там быть с Белоруссией нелегко говорить нелегко я один раз встретил вашего президента я могу говорю господин президент все мне так обрешает, да а он знаете что посланник-ген секретаря по бельспиду в регионе а он мне говорит, ох, боже мой если еще спит придет к нам видите так что эти люди совершенно ничего не понимают незнакомы, да так что нужно найти этот диалог но Белоруссия она очень волнуется, а как на нее смотрит мир и Грузия то же самое Россия это неважно но я думаю в этих странах в Молдовии, но главным образом в Грузии, где-то в Украине конечно, но в Белоруссии очень важна имя и нужно на это играть и да, я конечно я буду в Белоруссии в ноябре месяце когда состоится эта новая встреча о ценных лекарств я собираюсь, наверное, приехать отдельно в начале 19-го года с Helen Clark вы помните Helen Clark, нет Helen Clark была директором UNDP это агентство уона по развитию и она теперь тоже член нашей комиссии по наркополитике и это когда она была директором UNDP она начала эту программу заместительной терапии как principle recipient глобальных фондов денег так она прекрасно эту программу знает и она очень такой международный человек и я думаю, это принесет какой-то вес к разговору спасибо большое и на самом деле ваш пример о Грузии это яркий пример того, как гражданское общество может повлиять 6 лет назад некоторая репрессивная наркополитика в Грузии может вообще поменяться но из-за того, что общество не только потребители но и все общество выступило против, получились такие изменения да, понятно, Грузия может смотреть на Европу на самом деле мы знаем примеры в Европе в репрессивной наркополитике так что ситуация важно, что ты говоришь потому что тоже работа которая гражданского общества совершила в Грузии это они построили настоящее dossier не только с данными но они работали с юристами в общем они приписали новый закон и закон, который сейчас будет обсуждается и на котором будет полямин голосовать это в общем закон, который был написан гражданским обществом так никак не нужно недооценивать того, что чему вы можете добиться вопрос, комментарии там еще тогда коротко у нас много вопросов получается или комментарии да, Мишель меня зовут Даниил Кашницкий я социальный исследователь эксперт по здоровью мигрантов из Москвы и работаю во всем нашем регионе и я хочу вам задать вопрос, который я знаю вы об этом много думаете и который вас тоже беспокоит я помню, вы были в Москве на конференции КАК и вы задавали представители Роспотребнадзора дементировый вопрос какая философия стоит за российской нормой депортации вич положительных мигрантов то есть это норма, которая держит большое количество людей в криминализованном состоянии они не могут не уехать не получать терапии не встать на учет для лечения я хотел вас спросить мы как представители гражданского общества какие правильные умные шаги мы должны сделать чтобы изменить эту ситуацию и чем, может быть, вы могли бы нам помочь я думаю шаги еще те же это собирать данные и данные не только из истории людей потому что данные не должны быть только документом с цифрами еще раз приглашаю смотреть материал, который Эком, например, собрал но тоже экономические данные потому что не тратить денег и не давать доступ к лечению мигрантам абсурд и экономический и со стороны общественного здоровоохранения но теперь Россия должна будет где-то сдвинуться потому что я так вижу, что страны как Армения, как Киргизтан Самоказахстан, Узбекистан начинают очень волноваться цифры такие где-то 65% новых выявленных случаях два года назад среди людей, которые были мигрантами в Российской Федерации в Узбекистане это 27% огромные цифры так что и Казахстан начал как пилот я думаю их нужно хвалить политику уже два года как они бесплатно лечат туберкулез среди мигрантов и даже мультирезистентный туберкулез так все формы и начиная с несколько месяцев-то 3-4 месяца тоже есть доступ мигрантам к лечению ВИЧ спида с деньгами глобального фонда даже если это с деньгами я думаю в Казахстане транзиция благополучная как-то пойдет и это потом будет на деньги так что я надеюсь, что другие страны как-то принимающие мигранты Казахстан в этом и страна, которая принимает и страна, которая экспортирует если я могу так выразиться но это очень хороший пример Россия об этом серьезно думает даже наш Григорий Онищенко как его даже он теперь это приносит у него вообще специальность это видеть проблемы 5-5 лет после того, как они начались и но Россия даже не может оплачивать антиритруверную терапию на национальной территории так с популизмом и с политическим климатом, который сейчас в России, я думаю может трудно будет продвинуться на этой проблеме но ответ на ваш вопрос это цифры, истории страдания и экономические данные Спасибо большое представляетесь День добрый, Мишель Меня зовут Зоя Матисова Российская Федерация Российская Колиция Вечсерезных Организаций и ЛГБТ ИНИСАТИВ Вы говорили очень правильные вещи и мы хотим бы им следовать это по поводу того, чтобы говорить правду спорить и выстраивать диалог но это две противоположенные абсолютно роли потому что если мы говорим правду и спорим диалог с нами строить не будут с нами готовы но оценивайте уровень капицы в нашей стране мы вам дадим денег но нарисуйте те цифры которые мы вам скажем это идет везде и когда господин Анишенко говорит что он думает, он только думает вы видели конференцию господина Путина с президентом Трампа мы можем говорить абсолютно фантастические цифры в лицо всему миру и проверять нам нужно только независимое исследование любое исследование, в котором принимает участие государства оно уже проверает просто цифры там не может быть натуральных цифр к сожалению и это не только для ВИЧ-сервиса у нас ситуация такая с раком с диабетом, со всеми остальным, по поводу законодательства новая инициатива просто, учитывая, что не хватает терапии не нужно лечить наркопотребителей это новый закон, который собирается принимать митрополит Кирилл говорит, что это официальная версия церкви это вопрос или просто это комментарий, как мы можем совместить ваши рекомендации в одном лице я просто прошу диалог выстраивать я прекрасно я, конечно, понимаю я, конечно, знаю и понимаю все трудности и тоже я вижу и чувствую как вы ну, конечно вы гораздо больше, чем я чувствуете ежедневно насколько все-таки вещь меняется и как-то более теска теперь и более тяжело в российском в Российской Федерации но принципы они все те же да и смущаться и кричать, когда нужно и вести диалог и всегда говорить правду эти принципы мы обстоятельства могут быть разными я, например, согласен с вами диалог на федеральном уровне сейчас просто не стоит я сколько лет 20 лет говорю с правительством в Российской Федерации о снижении вреда они после того, как я писал о то, что как остановили в Крыму два года со мной никто не говорил в Российской Федерации но может быть на областном уровне может быть на городском уровне эти принципы легче например, в Санкт-Петербурге все-таки сам город президента тоже я там есть организации, которые финансируют обмен шприцев на деньгах муниципалитета так что я в Казани мне тоже кажутся нижние пруды несколько городов, где я был и где мне чувствуется что такой диалог конструктивный все-таки может способиться вот такой ответ но подумать, что до федеральном уровне с дня до другого изменится законодательство разговора или несколько разговор конечно, этого ничего не случится абсолютно верно, и наверное, еще заметить нужно что в некоторых городах России на муниципальном уровне поддерживается и проекта MSM спасибо, что вы с нами у меня комментарий, наверное, я хочу возразить по поводу попыток в виде на стороннем порядке налаживать с государством диалог это немножечко так сарказм, чтобы в эту сторону двинуть у нас сейчас вот эти все Dark Net движения мы давно же обсуждали, что самый большой вред это негуманная наркополитика это репрессия со стороны полиции это самый большой и самый обоснованный барьер для доступа к кричению я понимаю, звучать сейчас может быть как не профессионально или может быть как-то по-другому непривычно нашему обычному режиму работы нам стоит уже начать избавлять потребители наркотиков от опасности быть репрессированными они это делают сами они сейчас наняли профессионалов в очень многих областях изучают электрик все особенности безопасности интернета проводят тренинги, дают рекомендации спасают из задержания для меня это было, я хочу сказать что пока стареем работаем я был настолько в шоке на 20 лет работы снижения вреда что сейчас там есть того что просто на волосы дают там наркологический сервис я только могла согласиться с этим спасибо Добрый день встать из будков с Литвы несмотря на то что Литва одна из евросоюзских стран и государство может такого быть, что в евросоюзском стране не были человеческие права присматриваться но в реальности Литва является первой страной в европой союзой по евросоюзу, перед изировкам сейчас с интернет-вирусными лечениями тоже большая проблема то есть декларируется вещи используется деньги но в Литва есть из этих стран которые в ВИЧ-эпидемии растет она не остановилась если еще 10 лет назад мы знали, что из всех случаев ВИЦ-80 составляет потребители так сейчас некоторое время не было тестов и сейчас в статистике потребители составляют 12% только и еще я хотел сказать слово я тоже из Литвы приятно вас здесь видеть я немножко прокомментирую что не договорил мой коллега на сегодняшний день Литва, европейское государство одно из первых начало программы заместительная терапия программы harm reduction вступили уже очень давно но в прошлом году был принят очень жёсткий декриминализированный закон который употребление наркотиков криминализировал да, очень жёсткий криминализированный закон который криминализировал употребление наркотиков криминализировал те минимальные количество которое ты можешь иметь для личного употребления в связи с чем мы уже в течение второго года наблюдаем 20% рост новых случаев среди потребителей наркотиков какие вы дадите нам рекомендации как нам выстраивать адвокационную работу чтобы криминализироваться криминализация да, её спасибо, да, но с первым я должен сказать, что ваша госпожа министра которая вчера был на этой встрече сама сказала что есть рост витч-спида среди наркопотребителей в Литве во-вторых конечно одна проблема с евросоюзом это то, что по наркополитике каждая страна может делать что хочет так что у вас с одной стороны Чехская республика совершенно декриминализовала я к этому вернусь через минуточку наркопотребления а есть страны, которые где эти пороги очень такие ну как, ну она еще не в Евросоюзе мы говорим о Евросоюзе сейчас, надеяться я знаю я еще, насколько эволюваться я хочу зоя снова к принципам вернуться, потому что если ты не смотришь на принцип я смотрю, что только на ежедневной трудности не двигаешься так, вот история Чехской республики в 1989 году президент Ваклав Хавель приходит в парламент и говорит, товарищи это еще было в Чехословакии товарищ, я вас прошу декриминализировать все наркопотребление потому что я думаю, что это право наприваться на частную жизнь я курю и вы знаете, он много курил я пью сливович или что-то там, я не знаю точно, что они пьют но почему это не за это никакое наказание а я не могу пользоваться наркотиком даже если это я никому не буду вредить тогда парламент декриминализовал 10 лет после этого новое правительство новый парламент консервативный они решают рекриминализировать но из-за того, что было столько дискуссии 10 лет до этого они решают в то же время как меняют закон поставить эволюацию независимую ученую 3 года после этого эта эволюация показала что результат хуже в общем та ситуация, о которой вы говорите, Светлана и коллега тоже говорит из Литвы и парламент когда увидел эти данные эволюации решил редекриминалевать после рекриминализации я думаю это изумительная история мы должны удержать, потому что это значит законодательство они могут быть изменены и я только что был до того, как мы здесь беседуем, я был на каком-то радио-шоу я говорил о России я говорил, что когда законы против общественного здоровоохранения нужно менять законы они продолжать переданием здоровоохранения так что законы можно менять хотя нам все будут говорить и вам зоя говорят ежедневно что это невозможно невозможно, что у нас такой закон у нас такая культура у нас такая традиция у нас такая история мы не как все другие